Тирнаног, Хохберг

Магнус

Астра в третий раз подряд прыгнула в портал, демонстрируя, как легко им пользоваться, когда набьешь руку. Чтобы превратить Мерцающий Шаг в телепортацию на дальние дистанции, пришлось немного поколдовать в уме с нашими субличностями, но задача оказалась выполнимой.

— Червоточина, а не портал, — поправил я сам себя.

Якоря служили маяками ближнего радиуса для миниатюрных червоточин, этаких крошечных вмятин в пространстве-времени. Но они были ничем по сравнению с настоящими проколами, которые делали возможными путешествия между Тирнаногом и Землей. Мое новое понимание физики процесса также объясняло, почему на Земле так и не научились открывать червоточины в другие миры.

У них просто не было подходящих якорей, за которые можно было бы зацепиться.

Отсюда следовал вопрос: откуда эти якоря взялись в Тирнаноге? И как земным ученым удалось на них настроиться, не зная их точных свойств? Эту мысль стоило запомнить. Конечно, Гея уже дала вполне разумное объяснение, но я предпочитал сам осознавать, в каких обстоятельствах нахожусь. Мысль о том, чтобы полностью вверить свою судьбу в чужие руки, мне претила.

Я тряхнул головой. Гея, наверное, заставила бы меня заняться самобичеванием за то, что я назвал червоточину порталом. Но видит бог гейминга, это он и был! Чертов городской портал, не иначе! И активировался он Мерцающим Шагом!

Как и сам навык, это не было истинной телепортацией, но чертовски к ней приближалось.

Ни у меня, ни у Астры не хватало выходной мощности, чтобы долго удерживать проход открытым, но для прыжка этого было достаточно.

Единственным изъяном было то, что точка назначения фиксировалась жестко и ее нельзя было сменить по прихоти. К тому же невозможно было разместить более одного портала в радиусе нескольких километров друг от друга, так что положение каждого якоря нам придется выверять с аптекарской точностью.

Ткань пространства-времени «разглаживалась», если возникало слишком много помех. Хорошей аналогией было одеяло: если сделать на нем складку, а потом потянуть слишком близко к ней, складка исчезнет сама собой. Без особых мер пространство-время со временем тоже самовосстанавливалось.

Еще одну проблему создавали червоточины, открываемые с Земли: они могли конфликтовать с установленными нами якорями. Учитывая размеры и мощность земных установок, наши якоря всегда будут проигрывать в этой борьбе.

К счастью, единственной крупной червоточиной, которой регулярно пользовались земляне, был объект в Старом Лагере, хотя мне стоило держать в уме и другие варианты. То, что портал в Старом Лагере единственный, вполне могло оказаться пропагандой.

Если вдуматься, разве прибывающих в Старый Лагерь заключенных достаточно, чтобы покрыть нужды всей Земли?

Я поднял руку и потер левый висок, раздосадованный тем, что не подумал об этом раньше! Или, может, думал, да забыл? Земная программа изгнания работала круглый год. Неужели они сбрасывали изгнанников в десятиметровый слой снега посреди зимы? Безумие.

У Земли наверняка есть и другие точки выхода по всему Тирнаногу. Должен быть как минимум еще один континент, где тепло, пока здесь всё сковано льдом.

Я мысленно поручил одной из своих субличностей следить за этой проблемой. Сейчас это было не к спеху.

Нам с Астрой в любом случае придется отправиться к Старому Лагерю и изучить их якорь, чтобы узнать больше.

Я должен быть там, когда прибудут остальные. Оставалось надеяться, что они не высадятся в каком-нибудь другом месте. Сейчас я все равно ничего не мог с этим поделать.

Моя напарница все еще смеялась, вернувшись из своего четвертого захода. — Ты и правда веришь, что мы сможем настроить такую штуку, чтобы прыгать туда-сюда когда вздумается? Ох, ну и утомительно же ими пользоваться. Семь-восемь хлопков подряд – и я, пожалуй, выдохнусь.

Я пожал плечами и улыбнулся, радуясь возможности отвлечься. — Математика говорит, что сможем, а математика не врет.

Одна из субличностей на задворках сознания принялась зудеть, что математика, примененная к реальному миру, тем не менее приводит к мнимым решениям. Результатам, которые существуют только на бумаге.

Я пока проигнорировал эти безмолвные протесты. Все работало именно так, как обещала Гея. Хотя нам все еще нужно было практиковаться в установке правильных якорей.

Наша первая попытка, скорее всего, исчезнет через несколько дней или недель, как только ткань пространства-времени придет в норму. В какой-то момент мы просто больше не сможем зацепиться за нее Мерцающим Шагом.

— Нам нужно по одному в каждом крупном поселении! — Заявила Астра и сняла шлем. — Снимай свой!

Как только я подчинился, она прильнула ко мне и одарила долгим французским поцелуем, не сдерживая чувств.

Спустя несколько секунд мы оторвались друг от друга.

— И чем я это заслужил? — Спросил я, не переставая улыбаться.

— Тем, что это была твоя идея – попросить Гею нас обучить, — объяснила Астра.

— Тогда мне стоит выпросить у нее еще пару уроков, — гордо провозгласил я.

Моя лучшая половина поморщилась. — Может, дашь нам пару ночей отдыха? У меня уже начинается дефицит сна из-за этих вечных посиделок до утра.

Я кашлянул и надел шлем обратно. — В любом случае, нам нужно держать эту способность в секрете, насколько это возможно. Люди справедливо догадаются, что мы умеем создавать червоточины. Даже представить боюсь, какую кашу это заварит. Особенно если кому-то придет в голову, что это путь назад на Землю.

Технически так оно и было, но путь этот был не из легких. По крайней мере, насколько я знал. У всех колоний вместе взятых не хватило бы мощности, чтобы открыть червоточину обратно домой.

Я осекся, задавшись вопросом: а была ли Земля все еще «домом»? Все, кто мне дорог, были здесь. Астра, мои сестры… наши будущие дети.

Ого, а вот это было странно. Мысль о том, что у нас будут яйца, до сих пор казалась чем-то нереальным.

Астра взмахнула рукой, прерывая мои уходящие не в ту степь раздумья. — Кланы слишком изолированы, чтобы кто-то мог следить за нашими передвижениями. А если мы хотим использовать эту способность как следует, старейшинам все равно придется узнать.

— Наверное. Но все равно нужно хранить это в тайне. Любой, кто узнает местоположение нашего якоря, сможет использовать его против нас. — Я незаметно почесал грудь филаментом, все еще чувствуя себя неловко из-за того, что у меня больше четырех конечностей. Я встряхнулся. «Не думай об этом! Чем больше я на них зацикливаюсь, тем дольше буду привыкать к собственной коже».

— Продолжаем по плану? — Спросил я.

Астра кивнула. — Ищем растения пешком. Используем прыжок, чтобы вернуться, если наткнемся на что-то подозрительное или слишком опасное. — Она указала вниз, в долину. — Говорят, кислокорень растет там, где много воды, так что стоит поискать в лощинах между холмами. Небольшие ручьи или речушки – идеальное место. Если ничего не найдем, завтра поищем в другом районе.

Она велела дрейкам оставаться на месте, если не возникнет угрозы, и начала спускаться с холма.

Я последовал за ней. — Астра, давай договоримся не называть это «хлопком»?

— А как ты хочешь это называть? — Азартно отозвалась она. — Я не хочу говорить «телепортация». Слишком длинно, язык сломаешь. «Хлопок» куда лучше.

Я внутренне содрогнулся, надеясь, что этот термин не приживется. — Может, «прыжок»? Что угодно, только не «хлопок», Астра! Пожалуйста!

Она закатила глаза. — Ладно, «прыжок» тоже сойдет.

Затем она сплела несколько своих филаментов в более толстые конечности и попыталась приподняться на них во время ходьбы. Потребовалось несколько попыток, но когда мы достигли подножия холма, она уже ковыляла вперед, словно какой-то неуклюжий паук.

Я только покачал головой, глядя на ее проделки. Эту технику она отработала во время нашего сна с Геей.

— Я все еще не вижу в этом смысла. Если просто бежать, ты будешь намного быстрее. Использование филаментов таким образом не дает никакого реального преимущества.

Астра скрестила руки и фыркнула. — Ну, это просто грубо. Это отличная тренировка координации. И с помощью этого трюка я теперь могу себя приподнять – немножко. Ты же сам знаешь, что филаменты хороши только в том, чтобы тянуть. Ты просто злишься, что твои недостаточно длинные, чтобы провернуть такое. И ты не думал, что одиночный филамент легко порвать? Когда они переплетены, их сложнее повредить. Как канат. У меня становится меньше углов для атаки, зато я могу сама выбирать, сколько нитей сплести, и пользоваться преимуществом повышенной прочности.

«А если что-то умудрится повредить один из таких канатов, ты потеряешь сразу целую кучу нитей», – подумал я про себя. Переплетение филаментов могло помочь Астре оторваться от земли, но они никогда не выдержат столкновения с кем-то, у кого есть мутация силы и кости, удерживающие мышцы на месте. Я хмыкнул и пошел следом. В конце концов, это и правда была неплохая тренировка координации, так что я не стал спорить.

В то время как я полностью перешел на плетение брони, которому научил меня Этан, Астра все еще настаивала на более свободном использовании своих филаментов. Возможно, я стану делать так же, когда мои станут такими же длинными, как у нее, но до этого было еще далеко.

Как только мы отошли от дрейков, между нами воцарилось уютное молчание, и мы сосредоточились на окружении. Астра не сводила глаз с земли в поисках нужного растения, а моей задачей было смотреть по сторонам.

Равнины не были так густо заселены живностью, как леса вокруг Старого Лагеря. Зато те немногие животные, что здесь обитали, были либо гораздо крупнее, либо сбивались в стада. И в большинстве случаев они были намного опаснее.

Мы прочесывали местность кругами, стараясь придерживаться низин между холмами. Прошло три часа, но мы не нашли ничего интересного, кроме стаи потрошителей, которые заинтересовались нами, но не решались подойти. Вместо этого они просто следовали за нами на очень почтительном расстоянии. Я не понимал, почему они не нападают, но Астра объяснила, что некоторые хищники вроде потрошителей атакуют только убегающую добычу.

Мы продолжали поиски, но когда к потрошителям присоединилась вторая, а затем и третья группа, их численность начала внушать опасения. Я также начал сомневаться в слишком уж простом объяснении Астры.

Я все еще помнил, как они охотились на лося размером с носорога.

— Думаю, на сегодня гостеприимство закончилось, Астра, — я указал на более чем сорок тварей, скалящихся на нас с вершины холма.

Астра оторвалась от поисков и окинула стаю взглядом. — Наверное. Еще несколько зверей, и они могут поверить в свои силы и наброситься скопом. Вернемся?

Я кивнул. — Мы здесь для того, чтобы сразиться с нашим преследователем. Никто не платит нам за битву с армией переростков-шпицев. Хотя мне интересно, почему они так нас опасаются. Мы же всего лишь двое людей.

— Может, они уже усвоили пару уроков после встреч с охотниками Хохберга. Мы не так уж далеко от города, — предположила Астра, и мы прыгнули обратно к дрейкам.

Сработало как по маслу.

За следующие несколько дней у нас выработался определенный распорядок, пока мы доводили до совершенства искусство установки якорей. Мы понятия не имели, как найти нашу добычу, так что оставалось только надеяться, что она сама найдет нас. Утро мы проводили с дрейками в западных равнинах. Вечера были зарезервированы для суперкомпьютера Хохберга и дипломатических встреч.

На четвертый день нашего нового режима Талия и Марк пригласили нас присоединиться к Марии и главе представительства Церкви Геи. Нашему аколиту наконец-то удалось мобилизовать филиал церкви в Хохберге, чтобы те заняли более активную политическую позицию относительно последних событий.

— Обычно мы стараемся как можно меньше вмешиваться в межклановую политику, — объяснил Николас, местный первосвященник, отхлебнув какой-то фруктовый сок. Кулинарное искусство быстро набирало популярность после разблокировки интерфейса Хохберга.

— Организации, охватывающей все кланы, невыгодно принимать чью-либо сторону. Обычно это заканчивается тем, что твоих людей вышвыривают из клана, против которого ты выступаешь. — Он вздохнул и с тоской посмотрел в свой наполовину пустой стакан. — К сожалению, похоже, в данном случае это невозможно. Матриарх очень активно высказывается о последних событиях, и если правда, что старейшины Эйри тоже зашевелились, лишать вас нашей поддержки было бы глупо. К тому же есть письмо из нашего отделения в Эйри. Хотя мне до сих пор трудно в это поверить. Наше отделение в Тхич должно было проинформировать нас о ситуации. Либо им заткнули рты, либо они работают против остальной церкви.

Николас оглядел наши покои и покачал головой. — Если бы на вашей стороне не было еще и Караванщиков, меня бы здесь не было. Я и представить не мог, чтобы они задержали целый караван в поселении дольше, чем нужно для погрузки и выгрузки товаров.

— Неужели Караванщики имеют для вас больший вес, чем матриарх? — Спросил я.

Николас ухмыльнулся и указал на себя. — Бывший Караванщик. У меня все еще остались связи с семьей, но мои мутации просто не позволяют мне сражаться. В пути я был бы обузой. Родители до сих пор расстроены, но я нашел для себя другой путь.

Астра кивнула. — Мы знаем, что влияние церкви лежит скорее в эзотерической плоскости, но любая поддержка, которую вы сможете оказать нашему делу, не будет забыта.

Священник улыбнулся. — Разумеется. Хотя сомневаюсь, что поддержка сильно понадобится. — Он с усмешкой посмотрел на меня. — Все, что нам нужно сделать, это распространить правду!

— Правду? — Я нахмурился.

— Расскажите свою историю всем! Добейтесь известности среди простого люда. Я был впечатлен вашей речью, когда Тхич обвинили вас в ваших неудачах, — развил мысль Николас. — Магнус, вы можете этого не осознавать, но для жителей этого мира вы вполне можете сойти за героя древности. Вам просто нужно изменить свое отношение и взглянуть на ситуацию под другим углом.

Марк согласно кивал в такт речи священника. — Это звучит интересно. Расскажите подробнее. Я как раз думал, нельзя ли использовать недавнее фиаско с делегацией Тхич в нашу пользу.

— Я не герой, — быстро уточнил я. — Все, что я делаю… — Я вовремя прикусил язык, чтобы не сболтнуть лишнего. — У меня есть личные причины. Причины, которые не выдержат моральной оценки.

Николас покачал головой. — Не стоит обесценивать себя без причины, молодой человек. Вы отправились в путешествие, из которого нет возврата. Кого волнует, подпитывались ли ваши первоначальные мотивы ненавистью и местью? Важен результат, а ваше путешествие, похоже, направляет сама Гея. Вам удалось привлечь внимание двух кланов к великому злу, и вы освободили нас от проклятия вечного рагу.

Талия и Астра прыснули со смеху на диване. — Тулкас, приносящий кулинарные искусства!

Я поднял руку. — Так, мне не нравится, куда это клонится. Я не какой-то спаситель и не сражаюсь со злом. Как ни прискорбно, мы сражаемся с людьми. Я не хочу быть лицом пропагандистской войны.

— Но Магнус, — заметил Марк, с явным воодушевлением подхватив идею, — ты должен понимать, что старейшины уже подготовили для тебя эту почву, назначив вас с Астрой официальными защитниками Эйри.

— Глупости говоришь, парень, — добавил Николас. — Конечно, я понимаю, что мир не делится на черное и белое. Но есть степени зла, и Тхич перешли черту, объединившись с Землей для проведения экспериментов над людьми. То, что они сделали со своими дипломатами, чудовищно. Я застал последнюю войну, и моя жена заплатила за нее самую высокую цену. Я не в восторге от того, что грядет, но мы должны обнародовать вашу историю раньше, чем это сделает кто-то другой. И людям нужен кто-то, на кого можно равняться в грядущие времена. Вы – идеальный кандидат!

— И что вы намерены делать? — Спросила Астра.

Священник усмехнулся и принялся объяснять.

Когда встреча с Николасом подошла к концу, мы вчетвером – Астра, Талия, Марк и я – сидели в наших покоях в молчаливом раздумье.

— Мне все еще не нравится, что церковь собирается развернуть пропагандистскую кампанию, используя наши имена, — заметил я.

— Но он прав, — возразил Марк. — Лучше нам самим задать тон повествования, чем ждать, пока это сделают Тхич. Их обвинения в твой адрес могли бы обернуться плохо, если бы твоя пламенная речь не спровоцировала их на атаку.

— И церковь – лучший кандидат для распространения вести, — добавила Талия.

К сожалению, мои опасения относительно всей этой затеи были отвергнуты остальными. По крайней мере, Николас пообещал не слишком перегибать палку.

Поскольку мы не нашли даже следа кислокорня, мы с Астрой сменили тактику. Вместо того чтобы наугад прочесывать местность, мы решили выяснить, есть ли какие-то известные места, где растет это растение.

На следующий день мы отправились к широкому берегу реки к югу от города.