Тирнаног, Трос

Магнус

Ваня лишь хмыкнула, услышав новости; для нее эта информация была не более чем новым обстоятельством, требующим действий.

— В таком случае я предлагаю отправить в Старый Лагерь разведгруппу, — произнесла она. — Как только мы поймем, что там происходит, мы сможем выделить достаточно сил, чтобы освободить его от оккупации Тхич. Задержка в пару дней погоды не сделает. Тем временем основные силы флота должны продолжить путь на помощь Дженг.

Она указала на карту:

— Я бы исходила из предположения, что Вир и Тхич сосредоточили большую часть своих сил у Материнского Древа Дженг. Старый Лагерь – точка стратегически важная, но, как и Трос, сейчас он вряд ли будет сильно защищен. Полагаю, отсутствие серьезной обороны здесь, в Тросе, – добрый знак. То, что мы видим, похоже на минимальные усилия, ровно столько, чтобы подавить население. Значит, войска Тхич все еще заняты чем-то другим. Скорее всего, покорением Дженг.

Джулиана с сомнением посмотрела на девушку.

— И тебя совсем не смущает, что об этой «поддержке» мы узнаем только сейчас? — Затем она перевела взгляд на меня, давая понять, что позже нас ждет серьезный разговор.

Матриарх пожала плечами.

— Я понимаю твой гнев, Джулиана. Но не позволяй ему затуманить твой рассудок. Рассуждения Магнуса здравы. Если бы информация была открытой, она стала бы доступна шпионам, а как мы видим… — она жестом указала на меня. — Он достаточно близок к руководству Эйри, чтобы узнавать о решениях, способных сорвать планы организации. Разве он не сообщил обо всем сразу, как только эти сведения стали жизненно важными? Радуйся, что на твоей стороне есть такой человек. Предлагаю скорректировать планы и двигаться дальше без лишних стенаний. Время не ждет.

— Прошу прощения, но почему вы считаете помощь клану Дженг настолько приоритетной? — Спросил я. — Я, конечно, не стратегический гений и понимаю, что с ними это будет три клана против двух, но, кажется, они важны для вас не только из-за живой силы и ресурсов.

Ваня моргнула и посмотрела на Джулиану, ожидая ответа от нее.

На мгновение мне показалось, что старшая намерена придушить меня за постоянное вмешательство – так она вскинула руку, но Джулиана лишь вздохнула и постучала костяшками пальцев по моему нагруднику.

— Броня из ио-жука. Клан Дженг – единственные, кто поставляет кланам этот панцирь. Жуки живут только в сердце их леса, а значит, у них монополия на ресурс. Все знают, как работать с материалом, но только у Дженг достаточно опыта, чтобы стабильно охотиться на этих тварей. Вокруг леса полно браконьеров из мелких кланов, но живут они недолго. Если Тхич и Вир сумеют подчинить Дженг, мы окажемся в глубокой заднице, потому что они будут контролировать источник лучшего сырья для доспехов.

Я кивнул, осознав масштаб проблемы.

— Значит, если Дженг действительно в осаде, нам лучше бросить на их спасение все силы прямо сейчас, пока у нас не закончились материалы.

Гилберт показывал мне, как работать с панцирем, и этот материал поддавался обработке с огромным трудом. На Тирнаноге ни у кого не было оборудования, чтобы определить, из чего именно состоит панцирь ио-жука, но, по моим догадкам, это был какой-то композит из металла и керамики. При экстремальных температурах панцирь можно было расплавить, и он сохранял некоторую пластичность, что намекало на металл. Но в отличие от металла, он просто лопался при чрезмерном напряжении. К сожалению, переплавка уничтожала его уникальную устойчивость к механическим нагрузкам.

Единственным способом обработки была обточка готового куска панциря до нужной формы.

Гилберт демонстрировал его свойства, выстрелив из зенитного орудия Эйри по куску необработанной брони. Скажем так: человеку в броне из ио-жука не грозили травмы из-за того, что доспех прогнется. Настоящей проблемой были осколки или оружие, нашедшее уязвимое место между пластинами.

Конечно, панцирь ио-жука не был чудо-материалом. Его можно было сточить или разбить грубой силой, но для людей не существовало защиты лучше. Он был таким же легким, как аналогичная стальная броня, и при этом обеспечивал достаточную защиту от пуль крупного калибра. Если же что-то умудрялось пробить такой доспех, то одной лишь силы удара хватило бы, чтобы убить или тяжело покалечить владельца.

Мне хотелось задать еще вопросы – например, зачем Дженг вообще делиться таким военным преимуществом. Но сейчас было не время и не место.

Скорее всего, ответ лежал в плоскости политики. Удерживать ценный ресурс выгодно лишь до тех пор, пока это не провоцирует остальных на нападение или кражу, так что обмен на другие блага мог быть более мудрым решением.

К тому же, разве те Дженг, которых я встретил в Старом Лагере, не упоминали о проблемах с ресурсами? Они даже не были заинтересованы в моем найме, так что если им катастрофически не хватало чего-то другого, это определенно был повод торговать военным активом.

Мое внимание отвлек Этан: он жестом позвал нас с Астрой к себе. У моего тестя был суровый вид.

— Вы двое пойдете со мной, когда наши люди будут освобождать Трос, — сказал он, как только мы подошли достаточно близко. — Думаю, это будет полезным упражнением. Если не для тебя, Магнус, то хотя бы для Астры.

Астра поджала губы.

— И что это должно значить? Я сражалась и убила немало людей. Мне не двенадцать лет, и меня не нужно учить, как свежевать тушу. Я прекрасно понимаю, что в Тросе, скорее всего, будет кровавая баня.

Этан прикусил нижнюю губу, задумчиво разглядывая дочь, и наконец заключил:

— Может, я и ошибаюсь. А может, и нет. Но даже если я прав, я убежден: вы должны увидеть, на что будет похож этот конфликт. Чем скорее пелена спадет с ваших глаз, тем лучше.

Тирнаног, Трос

Трэвис Гиббс

Я посмотрел на свою напарницу по связи и ободряюще улыбнулся. Эдне это было нужно, хотя она, как и я, входила в число лучших учеников. Наша обязанность как сенсоров – направлять товарищей в этом крестовом походе.

Моя Эдна не была нежным цветком, требующим защиты, но в те одинокие ночи после того, как нас выбрали для установления связи, она не раз признавалась в своих страхах.

Академия клана была суровым местом. Но никто не мог поспорить с тем, что она готовила рекрутов Тхич к этому миру. По крайней мере тех, кого отобрали в вооруженные силы.

Я был рад, что Эдну не выдали за кого-то из высшего общества Тхич, иначе я бы никогда не узнал ее так близко.

Когда капитан Кордова опустил бинокль, я поспешно придал лицу бесстрастное выражение. Он был человеком строгим и без колебаний отчитывал младших командиров за малейший проступок. Непрофессиональное поведение, когда враг у порога, относилось именно к таким вещам.

— Похоже, они наконец решили взяться за дело всерьез, — прокомментировал Кордова, разглядывая один из дирижаблей Эйри. Тот быстро терял высоту, больше не опасаясь укрепленных позиций, способных его сбить.

Летающие ублюдки целый час висели над поселением – гораздо выше досягаемости зенитных орудий. Надо отдать им должное: они не стали слепо прыгать в очевидную ловушку.

Несколько прицельных бомб упали на наши оборонительные рубежи после того, как стало ясно, что клан Тхич контролирует Трос. Эти удары были не более чем прощупыванием почвы, проверкой нашей реакции – и попыткой устранить любые угрозы для дирижабля.

Если не считать зажигательных бомб, которые на несколько минут прижали нас к укрепленным укрытиям, ни одно из примененных средств не представляло серьезной опасности. Они могли бы попытаться выкурить нас ядовитым газом, но даже не попробовали.

Это все равно бы не сработало, но их нежелание пробовать выдавало очевидную слабость духа. Как и ожидало командование.

Теперь наша задача заключалась в том, чтобы продержаться до возвращения основных сил.

А если удастся прикончить парочку вражеских тяжеловесов, пока мы держим оборону, – тем лучше.

Первые поселенцы укрепили эту позицию достаточно хорошо для наших целей. На нижних уровнях даже осталось несколько защитников, но клан Тхич контролировал достаточно разветвленную сеть туннелей, чтобы продержаться несколько дней.

Зачистка поселения была делом жутким, но необходимым после того, как они отказались от оккупации Тхич. Эту войну за объединение нельзя было выиграть, оставляя диссидентов в тылу.

Бедные жители Троса даже не поняли, что их накрыло, когда мы ворвались в поселение глубокой ночью.

Признаться, ветераны армии взломали оборону поселения для нашей дивизии, но наша группа уже несколько дней зачищала сеть туннелей. Мы не раз доказали свою профпригодность.

Я снова переключил внимание на дирижабль.

После того как бомбы расчистили наземные сооружения, Эйри наконец осмелились высадить десант, но их первая попытка захватить поверхность с треском провалилась благодаря капитану.

Их рядовые бойцы были не лучше наших, а значит, исход этой осады решат те, кто обладает экстраординарными способностями.

Вся наша дивизия была обучена именно для этого; перед развертыванием мы прошли процедуру связки, что многократно увеличило наши силы.

И когда высадившиеся войска атаковали, их с легкостью отбросили назад.

— Теперь, когда они знают о моем присутствии, они пришлют кого-то из своих тяжеловесов, — заметил Кордова и протянул мне бинокль. — Принимай командование и удерживай поверхность, пока я не вернусь.

— Где вы будете, сэр? — Спросила Эдна.

— Недалеко. Вы знаете боевую доктрину. Джаггернауты не вступают в бой, пока обычные солдаты не оценят их возможности. Я буду ждать, пока вы сделаете свою работу. Не разочаруйте меня. — Он отдал нам честь и спрыгнул в вентиляционную шахту, соединявшую нашу позицию с подземной сетью.

Я кивнул и снова уставился в бинокль, пока Эдна раздавала приказы боевым группам. Если Эйри действительно пришлют своих джаггернаутов, нам нужно будет заманить их в зону поражения.

Как только враг будет ранен или вынужден раскрыть свои способности, капитан решит: прикончить их или приказать отступать, если их силы окажутся слишком проблемными.

Нашей задачей было либо устранить угрозу на месте, либо добыть для него эту информацию.

Я вскинул бинокль, заметив, как с дирижабля спрыгнул одиночный силуэт, а за ним – еще двое.

Они либо самоубийцы, либо…

Я нахмурился: фигура в доспехах внезапно размылась, и я потерял падающее тело из виду. Опустив бинокль, я оглядел окрестности, но никого не нашел. В воздухе оставался только один человек.

Эдна коснулась моего плеча и указала пальцем:

— Он уже на земле.

Я проследил за ее жестом и нашел цель.

— Как?! — Я снова поднял бинокль, изучая фигуру, приземлившуюся на крышу поврежденного сруба. Мужчина был облачен в полный латный доспех, не позволявший ничего сказать о его мутациях, но кое-что было очевидно.

Прошло всего несколько мгновений, прежде чем включились вбитые тренировками навыки. — Четыре смотровые щели в шлеме. Вероятно, мутация ночного охотника. Полный латный доспех и двуручное оружие – скорее всего, силовик, если только это не один из их охотников.

— Третья группа, в бой, — скомандовала Эдна, полагаясь на сенсора в этой группе для передачи приказа. — Кто-нибудь видит второго, который исчез?

Я наблюдал, как третий человек с неестественным изяществом приземлился рядом с бронированным воином – его ноги без проблем поглотили инерцию падения с пятидесятиметровой высоты. Оружия при нем не было, но стоял он с высокомерием, явно рожденным опытом.

— Вот этот, Эдна, — произнес я с абсолютной уверенностью в голосе. — Тот, что приземлился последним.

Эдна отдала приказ нашему снайперу с крупнокалиберной противотанковой винтовкой. Это была дорогая вещь с ограниченным боезапасом, но мертвый джаггернаут стоил таких ресурсов.

Затем произошло несколько событий одновременно.

Пятеро наших бойцов покинули укрытие; двое из них несли тяжелые арбалеты. Еще двое были экипированы для ближнего боя, а пятым был сенсор. Они идеально выполнили план, отвлекая на себя все внимание двух фигур.

Наш снайпер выстрелил, но снаряд испарился во вспышке искр и осколков, не успев поразить цель.

Я моргнул, пытаясь осознать увиденное. Похоже было, что пулю в воздухе отбило какое-то щупальце.

Снайпер сделал второй выстрел, на этот раз в другого противника. Не было смысла тратить пулю на цель, которая уже заблокировала одну. Но бронированного воина на месте уже не было, и пуля прорезала пустой воздух.

Больше снайпер ничего сделать не успел: безоружный парень спрыгнул с крыши, направляясь прямиком к его позиции.

Эдна закричала, приказывая нашему человеку уходить.

Видя мощь этих бойцов, мне следовало бы сделать то же самое, но наша группа уже вступила в бой с целью в латах. Он просто возник перед ними.

— Передай капитану: один из них – спидстер, а другой, должно быть, из Двенадцатой страты. Одна из тех мутаций «древомоны», о которых нам рассказывали.

На миг у меня вспыхнула надежда, когда воин замер, столкнувшись с нашими людьми. Что-то в них сбило его с толку.

Этого хватило, чтобы наши специалисты ближнего боя сократили дистанцию. Санчес была нашей лучшей по части захватов. Оружие она носила скорее для вида, так как ее тело больше напоминало кальмара.

Ее напарник успешно отвел копье, позволив ей вцепиться в цель. Она буквально обтекла его, пытаясь найти любую щель в доспехах.

Он попался!

Но тут воин словно взорвался дугами молний, мгновенно испепелив Санчес. Ее напарник едва успел осознать происходящее, как стремительная рука пробила его голову, и по улице разлетелись брызги крови и мозгов.

Наши люди наконец опомнились и выпустили два бесполезных арбалетных болта. Один пролетел мимо, другой со звоном отскочил от брони.

В следующее мгновение противник оказался между ними, кончик его копья описал в воздухе идеальный круг. Две головы взлетели вверх – Тейлора и Одри больше не существовало.

Я почувствовал краткий укол вины за то, что послал пятерых товарищей на смерть, но подавил его. Невозможно было предугадать, что они окажутся настолько беспомощными.

Рита, наш сенсор, бросилась бежать, но от этой силы природы было не убежать.

Мужчина рванулся вперед, с легкостью настиг ее, схватил за затылок и впечатал лицом в мостовую, оборвав полный ужаса крик.

— Нам пора уходить. — Я моргнул и обернулся на вскрик Эдны. — Они прислали как минимум двух джаггер…

Воин стоял перед Эдной, преграждая нам путь в туннели. Я оглянулся туда, где только что перебили наших людей, но там остались лишь тела.

Затем я снова посмотрел на нашего противника, который, судя по всему, был способен на телепортацию!

Он склонил голову набок, разглядывая нас.

— Ну и ну, вы еще моложе тех, прежних. О чем только думают Тхич? Посылать чертовых детей в качестве пушечного мяса. Вы что, бригада особо одаренных детишек?

— Мы не «пушечное мясо», — ответил я, возмущенный таким предположением. Неужели этот человек ничего не смыслит в тактике? Устранение вражеских джаггернаутов – основа войны существ со сверхспособностями. Один такой человек, как он, может выкосить сотни людей, даже не устав. Именно поэтому кланы выставляют против джаггернаута своего собственного джаггернаута только тогда, когда уверены, что его способности дадут им преимущество.

Мы могли сражаться с обычными воинами в любое время. Черт возьми, мы с ними и сражались! Мы не должны были биться с чем-то подобным!

Для этого у нас был Кордова!

Но где сейчас Кордова? Неужели он решил, что мы… расходный материал?

Мужчина хмыкнул, и я буквально почувствовал его жалостливый взгляд.

— Похоже, до тебя наконец дошло.

Эдна дернулась, но мужчина наотмашь ударил ее ладонью с гулким хрустом.

Скорее на инстинктах, чем осознанно, я тоже бросился вперед.

А затем ладонь мужчины закрыла мне обзор, и в следующий миг мой мир стал белым.