— Из одежды есть только это. Самая большая.

Ён Сану, вышедшему из ванной, На На протянула худи, в котором была до этого. Ён Сан, бросивший свою футболку на пол в ванной и вышедший с голым торсом, нахмурившись, взял его.

— Это мужская одежда?

— Да. А что?

На её спокойный ответ Ён Сан вдруг понюхал худи. Его свежее после душа лицо скривилось.

— Ты спихнула на меня этих ублюдков и спокойно ела рамён?

— Если хочешь, могу и тебе сварить.

Надев худи, он кивком указал на кухню, мол, чего стоишь. На На, вздохнув, снова налила в кастрюлю воды.

Видимо, потому что он здесь уже был, Ён Сан, как у себя дома, привычно устроился у окна. Вытирая мокрые волосы полотенцем, он вдруг тихо застонал. Обернувшись, она увидела, что он, зажмурившись, схватился за голову.

— Что? Голова болит?

Достав из ящика на кухне аптечку, На На подошла к нему. Глубоко вздохнув, Ён Сан медленно открыл глаза. В нём чувствовалось напряжение, свойственное человеку с расшатанными нервами.

— Может, из-за того, что пропустил лекарство. Такая головная боль и озноб бывают нечасто.

Бормоча, он потёр виски кулаком. Затем, щёлкнув пальцем по квадратной коробочке с лекарствами, усмехнулся.

— У тебя что, больница? Откуда столько лекарств?

Щёки Ён Сана, взявшего тюбик с мазью и пытавшегося прочитать, что на нём написано, напряглись. На На приложила тыльную сторону ладони к его лбу.

Его взгляд медленно поднялся с мази. На На, смотревшая куда-то в район его переносицы, криво усмехнулась и беззастенчиво взяла его за подбородок.

Пальцы были прохладными, но на удивление мягкими. Ён Сан, ошеломлённо смотревший на её сосредоточенное лицо, шевельнул губами.

— Что ты сейчас...

— Я думала, это просто от возбуждения после драки. У тебя жар. Ты простудился.

Убрав руку, На На посмотрела ему в глаза. Ён Сан нахмурился.

— Что?

— Простудился, говорю.

Она, роясь в аптечке, добавила:

— В тот день ты спал без одеяла с открытым окном, потому что воняло. Сегодня долго стоял под проливным дождём. Недавно у тебя был приступ. Было бы страннее, если бы ты был в порядке.

— Простуда? У меня? — ошеломлённо повторил Ён Сан. На На достала квадратную картонную коробку и поднесла к его глазам.

— Прочитаешь, что здесь написано?

Виднелись слова: головная боль, озноб, кашель, ломота в теле. Это было комплексное средство от простуды. Ён Сан выхватил у неё лекарство и бросил:

— У меня никогда не было простуды. Это симптомы после приступа, когда я не пью лекарства. Если я упрямлюсь и не пью, всегда так.

— Управляющего Пака... — На На, молча смотревшая на него, заговорила: — Когда ты перестал ему верить?

В тот момент ей показалось, что все нервы Ён Сана напряглись до предела.

В наступившей тишине, казалось, замерло время. Вдруг его длинные руки с силой надавили ей на плечи, и На На без сопротивления упала на спину. Ён Сан, схватив её за плечи так, будто хотел их раздавить, навис над ней.

— Ты кто такая?..

Низкий, глухой голос был зловещим. Чёрные зрачки холодно горели.

— Тебя кто-то сюда послал?

Моргнув, На На медленно вздохнула.

— Мне некуда было идти.

Ён Сан усмехнулся. Его красивые губы исказились.

— Шутишь? Думаешь, я поверю? С таким-то любящим отцом?

— Так показалось? Рада слышать.

На её слова, произнесённые с опущенным в сторону взглядом, на лбу Ён Сана пролегла морщина. На На, закусив нижнюю губу и поводив глазами, мельком взглянула на него и бросила:

— Мне был нужен любой отдалённый остров, куда можно добраться на лодке. Сюда довольно хлопотно добираться с материка, и пейзаж красивый. Вообще-то, я слышала, что это тихий остров, где живут одни старики, поэтому и выбрала его.

— ...

— Я не в изгнании, я прячусь.

На её едва слышный голос хватка Ён Сана на её плечах немного ослабла. На На, встретив его взгляд, который, казалось, пытался просверлить её насквозь, вздохнула.

— Если хочешь есть, отпусти. Вода кипит.

Булькающий звук становился всё громче. Хоть в его глазах всё ещё читалось недоверие, Ён Сан в конце концов отступил. Потирая болящие плечи, На На бросила лапшу в кастрюлю.

— Так что?

— Что «что»? — на её слова Ён Сан вскинул брови. На На, высыпая приправу, сказала:

— У тебя хронические приступы, но ты отказываешься от лекарств, которые даёт единственный человек, знающий об этом, — управляющий Пак. Ты не полагаешься на него полностью, но и не доверяешь ему полностью. Живёте вдвоём, как семья. Разве не естественно, что возникает вопрос «почему»?

На её объяснение своего вопроса Ён Сан равнодушно фыркнул.

— Не твоё дело. Не лезь.

— Тогда не надо было говорить мне таких слов.

— Каких слов?

— «Найди, чего не хватает в том, что я съел в тот день».

Глаза Ён Сана на мгновение застыли. На На взяла палочки и медленно помешала лапшу.

— У тебя нет никого, на кого можно было бы положиться в вопросах, связанных с управляющим Паком. Ни одного человека.

— ...

— Твоя власть господина на этом острове действует только тогда, когда вы вместе с управляющим Паком. Если люди узнают, что ваши отношения не такие, какими кажутся, это равновесие нарушится. Поэтому ты никому не можешь рассказать.

— Заткнись.

Низко прорычав, Ён Сан бесшумно встал. Острое напряжение, исходившее от него, было почти осязаемым. На На, дёрнув бровью, выключила огонь. В комнате уже густо пахло свежим рамёном.

Она поставила кастрюлю на стол, который так и не убрала, но Ён Сан, как настороженный зверь, стоял и смотрел на неё. На На кивнула на кастрюлю, и его лицо тут же скривилось.

— Где твоя вежливость, подбородком мне указываешь?

На На с невозмутимым видом сделала вид, что застёгивает рот на молнию. Ён Сан, с изумлением усмехнувшись, пробормотал что-то и сел за стол.

— Ладно. Скажи ещё хоть слово.

— Есть способ.

На её слова без запинки Ён Сан вскинул глаза.

— Какой?

На На снова молча посмотрела на него сверху вниз. Тихо выругавшись, Ён Сан, скрипнув зубами, воткнул палочки в рамён.

— Говори, что хочешь!

Пожав плечами, На На села напротив него. И, глядя на Ён Сана, который с показным безразличием ел рамён, осторожно заговорила:

— Уехать с острова.

Палочки в руках Ён Сана замерли в воздухе. На На, нарочно глядя в сторону, добавила:

— Наверняка найдётся больница, где можно сдать анализ крови. Тогда ты узнаешь, в чём твоя слабость.

Искоса взглянув, она увидела Ён Сана, застывшего, словно статуя, и смотревшего в одну точку. Его разбитые губы исказились в гримасе, похожей то ли на улыбку, то ли на плач.

Но тут же, с коротким смешком, он, словно дым, развеял это мгновение и снова взялся за палочки.

— Не надо.

На его отрезающий тон На На кивнула.

— Ладно. Но это тебе не идёт.

— Что?

— Ты доверяешь свою жизнь чужим рукам.

В её сторону метнулся взгляд, полный такого желания немедленно швырнуть её и убрать с глаз долой, что На На невозмутимо его выдержала. Поняв, что его угрозы на неё не действуют, Ён Сан с тоской выдохнул:

— Мне неважно, узнаю я это или нет. Управляющий Пак, если захочет, всё равно сможет мне это подсунуть. Пока я живу в этом доме, ничего не изменится.

— А когда станешь совершеннолетним? — На На посмотрела на него и спросила: — Тогда тоже ничего не изменится?

Чёрные глаза Ён Сана глубоко вглядывались в неё. Внезапно ей показалось, что его лицо — это маска мертвеца. Его глаза были покрыты пеленой смирения, которое так долго перетиралось, что превратилось в песок.

В тишине особенно громко звучал стук дождя за окном. Наконец, вздохнув, Ён Сан, опустив голову, засунул лапшу в рот.

— Рамён у тебя отвратительно пресный. И писать ты не умеешь, и рамён готовить. Ты вообще что-нибудь умеешь, кроме кендо и пианино?

— Говорит человек, который умеет только махать кулаками и строить из себя невесть что…

— Да я смотрю, ты совсем!..

Звонок телефона, отчётливо прозвеневший в тишине, не дал Ён Сану вскочить с места. Их взгляды одновременно метнулись к источнику звука. На столе звонил телефон На Ны.

Ён Сан, посмотрев на неё, с интересом прищурился. Она, похоже, не собиралась вставать. Её лицо слегка напряглось.

Эта женщина, которая и бровью не вела, как бы я на неё ни давил. Пользуясь её же выражением, естественно, что возникает вопрос «почему».

— Быстро ешь и прими лекарство от простуды. И лодыжка у тебя, кажется, повреждена, если нужно, я посмотрю.

На На, игнорируя звонок, сказала это громким голосом. Криво усмехнувшись, Ён Сан постучал палочками по кастрюле.

— Ответь или сбрось. Шумно.

Но На На всё так же смотрела на телефон, будто играла с ним в гляделки. Усмехнувшись, Ён Сан встал, наклонился, схватил телефон и в мгновение ока, открыв дверь, изо всех сил швырнул его на улицу.

На На, вытаращив глаза, вскочила, увидев, как её телефон, пролетев до самой железной двери, шлёпнулся в грязь.

— Ты что творишь?

Ён Сан, обернувшись, преувеличенно пожал плечами.

— А что? Ты же не знала, что делать, я помог. Наоборот, спасибо сказать должна.

— С ума сошёл? Живо принеси!

— По-моему, ты больше похожа на сумасшедшую.

Даже с опухшим и покрытым ссадинами лицом его улыбка была ослепительной. На На скрипнула зубами.

— Ты.

Тяжело дыша, она вдруг усмехнулась и прищурилась.

— А ты не думал, что я могла что-то подсыпать в рамён?

Улыбка, игравшая на лице Ён Сана, мгновенно исчезла. В одно мгновение его лицо стало ледяным, и он шагнул к ней. И, протянув руку к На Не, которая смотрела на него с вызовом, мол, души, если хочешь, сказал:

— Больше никогда...

Его рука легонько легла ей на плечо, и он наклонился. Его взгляд, устремлённый на неё, был пугающе тёмным. Безэмоциональный шёпот сорвался с его губ:

— ...так не шути. Я и вправду могу тебя убить.

На На, повернув голову, яростно посмотрела на него. Её взгляд не дрогнул, но Ён Сан нахмурился, увидев, как задрожали её плотно сжатые губы. Такого выражения он не ожидал.

Чёрт, — выдохнула На На, и её дрожащий голос сорвался:

— Он дорогой.

Напряжение, висевшее в воздухе, вдруг лопнуло, и губы Ён Сана приоткрылись. На её обиженный взгляд он невольно выдохнул. Головная боль, ненадолго утихшая, кажется, снова начиналась.

Глубоко вздохнув, он, качая головой, вышел на веранду. Обувшись, он раскрыл большой зонт, прислонённый к столбу, подошёл и двумя пальцами вытащил из лужи телефон.

Увидев, что он собирается небрежно бросить его на веранду, На На бросилась вперёд.

— На.

К счастью, телефон приземлился в её ладони. Стерев грязь, она поспешно нажала на кнопку и нахмурилась.

— Не включается.

На её слова Ён Сан улыбнулся.

— Отлично. Больше не будет звонить.