Она думала, что он может прийти ночью и навредить ей, но этого не случилось.

Идя по дороге к причалу, На На тихо зевнула. Из-за беспокойного сна в голове стоял туман, но настроение было неплохим.

Пейзаж острова Пичхон был прекрасен. Береговая линия, видневшаяся с холма, тёмно-синий цвет моря, голубое небо и травы, колышущиеся на ветру, — всё это гармонично сочеталось.

В памяти всплыл пейзаж с той фотографии, что она видела. На мгновение остановившись, На На собрала растрёпанные волосы в хвост и продолжила спускаться по дороге. Маленькая лодка, которая должна была доставить людей на материк, уже ждала её.

Люди, собравшиеся группками у небольшого причала, искоса поглядывали на неё. С кем-то она уже здоровалась, кого-то видела впервые. Неловко кивнув, она пошла к лодке, и тут до её ушей донёсся громкий голос:

— Учительница!

К ней широкими шагами приближался Ду Чхон в выцветшей футболке с коротким рукавом. В глаза бросались его мощные, загорелые предплечья.

— Ду Чхон.

Он договорился с ней о занятиях пять дней в неделю, но сказал, что сегодня не сможет, поэтому она тоже решила отлучиться. Ему нужно было на материк, чтобы доставить товар и разобраться с оплатой.

— Куда-то собрались? На материк? За покупками?

— Просто погулять. На людей посмотреть хочется.

— Ещё бы, наверное, душно целыми днями сидеть дома. Пообедать, погулять по рынку и вернуться — в самый раз будет.

На его добродушные слова На На улыбнулась. Ду Чхон, искоса поглядывая на неё, кашлянул.

— Эм, я знаю один очень вкусный китайский ресторанчик, если у вас потом будет время, может, пообедаем вместе...

— О, управляющий Пак.

На На заметила за плечом Ду Чхона знакомое лицо и окликнула его. Управляющий Пак, одетый в пиджак поверх приличной клетчатой рубашки, поправил очки и подошёл.

— Можете звать меня «аджосси». Так меня называют только пожилые люди, — на его лёгкую улыбку На На ответила улыбкой и поклонилась.

— Спасибо за грушу. Она была такая вкусная, что я хочу купить ещё.

— Груши тяжёлые, лучше заказать доставку. У меня дома ещё есть, возьмите.

— Нет, что вы. Я и так вам слишком многим обязана.

— Картофельные оладьи были вкусными.

— А картошка в них была из нашего дома. И морковь, что соломкой нарезана, тоже, — лениво вставил Ду Чхон, который слушал их разговор, прищурившись. Управляющий Пак невозмутимо кивнул.

— Я так и думал. Но вкусным был не картофель, а оладьи.

— Вы тоже на материк? — спросила На На, искоса взглянув на недовольное лицо Ду Чхона. Управляющий Пак слабо улыбнулся.

— Нужно кое-что купить. Доставка у нас только раз в две недели, так что, когда что-то срочно нужно, приходится ездить. А, уже пора. Пойдёмте.

— Да. Тогда...

— Э-э, учительница. Попозже в городе, там...

— Ду Чхон, ты чего там застрял! Быстрее иди сюда!

На зов мужчин, с которыми он работал, Ду Чхон растерянно попрощался с На Ной и управляющим Паком и побежал к ним. Когда они вдвоём сели в лодку, та медленно тронулась. Людей было немного.

— Вы уже привыкли к жизни на острове?

— Да. Немного, — ответила На На, отворачиваясь от начавшего дуть сильного ветра. Управляющий Пак мягко сказал:

— Если будет трудно или одиноко есть одной, приходите к нам. Я неплохо готовлю.

— В тот день пахло очень вкусно, — коротко усмехнувшись, На На искоса взглянула на него. — Он ничего не говорил? Господин Ён Сан.

На её слова управляющий Пак медленно вздохнул.

— Обычно я уезжаю раньше. Мне удобнее ездить, когда нет людей. Я пропустил две лодки, пока ждал вас.

На На, стоявшая, облокотившись на перила, слегка приподняла голову, чтобы посмотреть на управляющего Пака, который подошёл на шаг ближе. В его глазах за очками не было и тени улыбки. Раздался тихий голос, который мог бы утонуть в шуме ветра:

— Он сказал вот что. Когда она будет стоять у перил, просто столкни её.

Их взгляды встретились. Управляющий Пак, улыбнувшись На Не, которая смотрела на него неподвижно, как статуя, прошептал:

— Конечно, это шутка.

Солёный ветер хлестнул по шее. Опустив взгляд, На На заговорила:

— Я думала, он ночью вломится в дом. Похоже, господин не из тех, кто марает собственные руки.

На эту неожиданную реакцию управляющий Пак приподнял бровь и, усмехнувшись, отошёл в сторону.

— Если он сводит всё к шутке, значит, вы ему довольно интересны. Если бы то, что сказали вы, произнёс кто-то другой, он бы с готовностью испачкал руки.

— Вы всё слышали?

Глаза На Ны округлились, и управляющий Пак пожал плечами.

— Музыка выключилась, а дверь была открыта. В такие моменты в той комнате лучше всего слышны человеческие голоса. И плач, и гневные крики, и бормотание во сне.

Он отвернулся и посмотрел на волнующееся море. Проследив за его движением, На На тихо спросила:

— Господин занимался музыкой?

— Его мать любила классику. Не просто как хобби, а очень глубоко. В детстве он тоже учился играть на пианино. Он очень любит слушать классическую музыку. Можно сказать, на профессиональном уровне.

— А его мать... — она оборвала фразу, и управляющий Пак мельком взглянул на неё. К счастью, разговор не прервался.

— Она умерла здесь, но могила в Сеуле. Она там родилась.

— Значит, в день её смерти господин тоже едет в Сеул.

— Нет.

Глубоко вздохнув, он выпрямился, оторвавшись от перил, на которые опирался.

— Господин не может покидать остров, — На На ошеломлённо моргнула.

— Не может покидать? Почему?.. У него морская болезнь?

— Ха-ха-ха. Морская болезнь. Ха-ха, вы очень забавная, На На. Очень необычная.

Управляющий Пак, казалось, не мог сдержать смех, его худые скулы поднялись. Он был похож на профессора, хвалящего студентку. Наконец, справившись со смехом, он добавил:

— Потому что таково правило.

— Правило? Я слышала, он приехал сюда ребёнком. Неужели он не может сесть даже на эту лодку? Не может поехать в город?..

— Он не может выезжать за пределы острова.

От этого до странности безразличного ответа губы На Ны ошеломлённо приоткрылись. Поводив глазами, она резко подняла голову.

— Но у него же есть лодка. Те люди просили у него лодку.

— Управлять этой лодкой могу только я, а господин на неё сесть не может, — раздался долгий вздох. На На, нахмурившись, спросила:

— Это правило установили вы, управляющий Пак?

— Что вы, конечно нет.

Глаза за очками вытянулись в улыбке. Это была из тех улыбок, на которые совсем не хотелось улыбаться в ответ.

Я слышала, что он приехал на остров больше десяти лет назад, и с тех пор ни разу его не покидал. А я не пробыла и недели, как почувствовала себя в ловушке и села на эту лодку.

Природа и пейзажи здесь были прекрасны, но всего за несколько дней На На ощутила гнетущее чувство замкнутого пространства. И это при том, что она не любила ни людных мест, ни общения с людьми.

Такая уж атмосфера была на этом острове. Монотонная атмосфера, создаваемая людьми, которые жили своей повседневной жизнью, где не происходило ничего нового, и все друг друга знали.

На первый взгляд, это могло показаться умиротворяющим, но на самом деле от этого перехватывало дыхание. Лишь в таких людях, как Ду Чхон, которые ездили на материк, чувствовалась хоть какая-то жизнь.

А он в таком месте больше десяти лет, да ещё и один.

Управляющий Пак мог покидать остров, так что вся тяжесть этой адской ловушки ложилась на плечи одного Ён Сана. Почувствовав, как у неё самой сдавило горло, На На коснулась шеи. Тут управляющий Пак заговорил:

— Вряд ли у вас будет много учеников. Как насчёт того, чтобы давать уроки фортепиано господину?

На это предложение На На неловко улыбнулась.

— Не думаю, что он согласится у меня учиться.

— Приходите в гости, заодно и поужинаете. Не обязательно давать уроки. Можно просто вместе слушать музыку. На этом острове у господина нет никого, с кем можно было бы поговорить о таком.

А вы, управляющий, в это число не входите? — хотела спросить На На, но сдержалась. Управляющий Пак улыбнулся и тихо прошептал:

— Я щедро заплачу. Потому что это будет нелегко.

Сделка была неплохой. Как он и сказал, желающих учиться игре на фортепиано на этом острове было немного, а ей нужны были деньги.

— А если… — она подняла голову, до этого задумчиво смотревшая вдаль. — Если господин будет мне угрожать, вы поможете?

Этот вопрос был неожиданным, и на губах управляющего Пака промелькнула лёгкая улыбка. Он спокойно ответил:

— Нет. Я не буду вмешиваться, — раздался тихий смешок. Она склонила голову набок и переспросила:

— И в обратной ситуации тоже?

Управляющий Пак посмотрел на неё спокойным взглядом. В отличие от Ён Сана, который легко выказывал свой интерес, его глаза были как глубокий колодец, дна которого не было видно.

На На увидела, как его тонкие губы медленно изогнулись.

— Безусловно, это ваша сильная сторона, но не будьте слишком самонадеянны. Многие несчастные случаи происходят именно так.

Тон был мягким, но смысл — нет. Управляющий Пак посмотрел на неё, как на неразумного ребёнка, и легонько коснулся её плеча.

— Если захотите чего-нибудь поесть, говорите. Если вы не против, начнём послезавтра?

На На, смотревшая на него прищуренными глазами, отступила на шаг в сторону. Его рука, лежавшая на её плече, соскользнула.

— Приготовьте мне кучжольпхан [1].

[1] Кучжольпхан (구절판): блюдо корейской придворной кухни, «тарелка девяти сокровищ». Оно представляет собой восьмиугольное блюдо с девятью секциями. В центральную кладут тонкие пшеничные блинчики (мильчонбён), а в восемь окружающих — различные виды мяса и овощей, нарезанных тонкой соломкой. Приготовление кучжольпхана требует большого мастерства и времени, поэтому оно считается праздничным и очень изысканным.

Увидев, как от удивления у управляющего Пака приоткрылся рот, она развернулась и пошла внутрь. Резкий порыв ветра безжалостно хлестнул её по белоснежной щеке.