— Карсель!

Инес сказала шепотом, возможно, опасаясь, что их могут услышать дамы в кабинете. Лицо, смотрящее на него, демонстрирует редкое выражение смущения.

Она оттолкнула его руку, но он сократил расстояние между ними, даже не останавливаясь ни на секунду. А горничные с недоумением наблюдали за хозяином и его женой.

Это было похоже на уличную драму. Никакой разницы.

На самом деле отталкивать было бессмысленно. Для Карселя, обладавшего телосложением, превосходившим даже крепких кадетов Эль-Ледекии, и владевший в совершенстве навыками боевых искусств, сила Инес была крайне незначительной... Напротив, он использовал все свои силы, чтобы не дать ей пострадать. Всегда.

Даже сейчас он чувствовал, что у него кружится голова.

— Отпусти.

— Нет.

Тем временем он измерял интенсивность даже малейшего воздействия, боясь, что он оставит следы на этих слабых запястьях, но Карселя раздражало то, что она пыталась сохранять спокойное лицо, шлепая его ладошками изо всех сил даже после того, как ее затащили в его объятия.

Думала как они выглядят в глазах горничных, а не о их проблеме. Это спокойное лицо, которое, кажется, не говорит о том, что она хочет спросить, даже после того, как застала его в спальне с другой женщиной. Глаза, в которых нет гнева...

Правда в том, что не за чем было его застать. Да. Все это просто раздражало. Но он чувствовал необходимость объясниться.

Смешно говорить о сохранении спокойного выражения лица. В их спальне была другая женщина. Женщина, чья внешность странным образом напоминала внешность хозяйки этой спальни. Их репутация будет испорчена, как только эта женщина покинет спальню на глазах всех.

Так что это даже не было проблемой. Хозяин и его жена внезапно поссорились в коридоре на глазах у служанок. Эта история станет по-настоящему забавной, когда люди в кабинете станут свидетелями этого.

“Я, должно быть, похож на извращенного ублюдка.” Карсель усмехнулся. Карсель Эскаланте взял женщину, одел ее так же, как свою жену, а затем заперся с ней в своей спальне средь бела дня. Они наверное задумаются, чем, черт возьми, они занимались в спальне, вплоть до того, что он нашел “замену” своей жене. Возможно, им захочется поаплодировать тому, что с ним была его жена. Втроем!

Они сами, конечно, знают, что ничего особенного не произошло. Но узнают ли люди, которые услышат эту историю, правду? Им вообще правда интересна? Иногда люди просто хотят сделать историю более интересной для следующего человека.

Потому что скучно говорить, что он не обманывал, что ничего не произошло. А просто разговор о таком заставляет чувствовать, будто вы вступили в общество Мендозы.

Даже правдивая история может измениться, пройдя всего лишь через несколько устов. Даже если не было плохих намерений.

Инес снова и снова поворачивала запястье, пытаясь вырваться из его рук. Ему было досадно слышать, как она несколько раз шептала, спрашивая, почему он вдруг так себя ведет. Было такое ощущение, будто во рту вместо языка был камень. У него не было слов, чтобы ответить, и, по сути, он не собирался этого делать.

Карсель отпустил ее запястья и тут же обнял ее за талию.

— ...!

В то же время его рука вцепилась в ее аккуратно завязанные черные волосы. Точнее, туда, где закреплены волосы.

Длинные пальцы впились в ее волосы, на мгновение потянулись наружу, а затем распустили ее волосы.

— Карсель! Что?..

Ее вьющиеся волосы упали на спину. Неповторимый аромат духов поразил его. Запах напоминает время года, когда на винограднике цветут цветы.

Обычно ее запах щекотал бы его живот, но все, что он находил прекрасным, было ему нежелательно. Запаха было достаточно, чтобы привести его в полное возбуждение, но даже это сейчас было обременительно.

Карсель поднял брови.

— Кара. Я думаю, сеньоре нужно подправить прическу.

Кара даже не прикасается к волосам Инес. Однако он настолько естественно сделал замечания Каре, стоящей вдалеке и смотрящей на Инес, что он, казалось, не имел никакого отношения к ее растрепанным волосам.

Совершенно случайно ее взъерошенные волосы распустились, и, будто их нужно было быстро поправить, он подхватил ее и пошел в сторону спальни, а служанки просто смотрели на них как зачарованные.

Карсель не оглянулся. Конечно, он даже не позволил Инес стоять перед туалетным столиком.

Они прошли мимо девушки, которая осталась одна в спальне.

— Ты сошел с ума? Что это вдруг?

— Мне тоже есть о чем тебя спросить.

Они спорили, будто даже не видели девушку.

— Тогда делай, что хочешь, но позже. Дома гости, так что сейчас некогда.

— Неужели? Я не думаю, что потом это будет иметь большое значение.

— Какое это имеет значение сейчас?

Сопротивление, которое продолжалось тихим голосом, который никто, кроме Карселя, не мог услышать, внезапно прекратилось. Было ли это потому, что она падала назад, или потому, что она внезапно смотрела снизу на человека, которому секунду назад смотрела в глаза?

Осознание того, что она падает на кровать, заставило ее замолчать. Карсель опустился на колени между колен Инес, нашел ее лодыжки под платьем и схватил их.

— У вас есть хобби — подглядывать за отношениями других?

Его сарказм по-прежнему был направлен на незваную гостью, стоящая в спальне, но Инес, казалось, была больше сосредоточена на сказанных им словах, чем на присутствии девушки. Отношения?.. В одно мгновение ее лодыжка поднялась, большая рука скользнула по ее тонкой икре и схватила бедро под платьем.

Сзади послышался звук, как наступали на подол платья. Это был звук девушки, выбегающей из комнаты, смущенной мыслью о начале настоящих отношений. В коридоре было очень тихо, так что можно сказать, что, по крайней мере, гости в кабинете спокойно оставались на своих местах.

Гости ничего не знают, поэтому лучше решить это сейчас. После минуты молчания он проглотил ругательства и снова встал.

— … Оставайся тут. И пальцем не шевелись.

— ...

— Арондра! Рауль! - Он подошел и открыл дверь спальни, выкрикивая их имена.

Девушка бесстыдно вернулась на собрание в кабинете. Кратко объяснив, насколько она сумасшедшая, Карсель без колебаний приказал сделать ее вором на глазах у всех.

Она пробралась в их спальню и украла драгоценности Инес... Сказав это, он спокойно подошел к туалетному столику Инес, открыл шкатулку с драгоценностями и вложил в руку Рауля пару рубиновых сережек, подаренных им ей в подарок.

Он также сказал им, отдать женщине украденное имущество, которое она никогда не крала, и унизить ее так, чтобы она в дальнейшем не смогла даже приблизиться к Инес. Нужно соответствующей угрозой заставить ее закрыть свой проклятый рот.

Этот заговор не беспокоил Арондру, верившей в святость брака, и Рауля, верившего в Инес. Потому что женщины и так ничем не отличались от воров. Как будто они пытались украсть защиту Инес и использовать его.

Рауль Балан взял на себя задачу сказать, что хозяева не могут выйти их проводить, потому что Инес стало плохо, испытав предательство от сеньоры, которую она считала подругой, а Карсель, который случайно вернулся рано, заботится о жене. Вскоре это место будет очищено от лишних людей.

Карсель равнодушно кивнул и запер дверь.

В тишине он услышал свои шаги, возвращаясь к кровати.

Он увидел, как она тихо лежит на том же месте и смеется. Она слышала все. Вероятно, ей не было любопытно с самого начала.

— Я думал, ты уйдёшь.

— ...

— Почему ты такая спокойная?

— … Сам же сказал не двигаться.

— Ты правда собираешься сделать это со мной? - Карсель шутливо спросил ничего не выражающим лицом. Взглянувшие на него глаза Инес на первый взгляд казались, как обычно, спокойными, но на мгновение в них промелькнул намек на отчаяние.

Должно быть, именно поэтому она хранила необычное молчание.

Он глядя ей в глаза, не мог выяснить ее истинные намерения или оценить что-то еще. Карсель был просто удовлетворен легким смущением, появившимся в ее глазах. Он щелкнул языком.

В любом случае ее внимание было сосредоточено на нем. Не знаю, можно ли это сравнить с тем, как отчаянно он сейчас хочет залезть ей в голову... Несмотря на то, что рука, державшая заднюю часть бедра внутри платья, опустилась к ягодицам, нежно схватила и массировала плоть, он даже не мог обратить внимание на это. По крайней мере, как раньше.

— С этого момента я хочу, чтобы ты хорошо выбирала друзей, Инес.

— ...

— Вы точно друзья?

— …Нет.

— Неудивительно. Она тебя совсем не знала.

— Я тоже ее не знаю.

— Она слишком невежественна, чтобы даже попытаться скопировать хоть один волосок с твоей головы. По сравнению с тем, что ты о ней знаешь.

— ...

Инес молча смотрела на него. Карсель сильнее сжал ее ягодицы и прижал ее тело к своему без единой щели.

— Знала настолько хорошо, что не удивилась. Ты, должно быть, знала, что она тайно наблюдает за мной.

— Карсель. Посмотри на себя. Эти женщины не единственные такие. Если я начну выбирать, в Кальстере не останется и пяти женщин, с которыми я смогу дружить.

— Не то, чтобы твои друзья миленько подглядывали, а та сумасшедшая женщина...

— Как я могла представить себе что-то настолько экстремальное?

— Это не то, на что ты рассчитывала?

— Зачем мне?

— Я не знаю, зачем. Может потому, что ты извращенка, и возбуждаешься, когда видишь, как твой муж трахается с другой женщиной.

— Не неси...

— Или потому, что тебя раздражает то, что у меня встает, только взглянув на тебя каждый раз, или потому, что таким людям, как я, просто все равно, поэтому нет необходимости выбирать женщин?

— ... Карсель.

— Или, может быть, возникла необходимость не выбирать?