Даже в тот день, когда она потеряла родителей в результате несчастного случая, Алисию больше беспокоило изменение ее статуса, чем печаль от потери родителей. Например, возникли сомнения относительно того, подойдет ли сирота из семьи Барка, потерявшая обоих родителей, на роль жены Оскара.

Если бы это было не про нее, она бы безжалостно ответила “нет”. Потому что у Оскара должно было быть только самое лучшее.

Мендоза была суровым местом, где юная сеньорита убивалась горем из-за того, что не сможет изучать искусство, когда теряет мать. Каково было бы сироте, потерявшему обоих родителей в один день? Что, если наследной принцессой станет девушка, у которой нет ни матери, которая могла бы быть ее лицом в социальных кругах, ни отца, который бы ее защищал?

По крайней мере, если бы у нее был брат, который мог бы унаследовать титул отца, у девушки было бы время по-настоящему грустить.

Итак, если бы она могла оставаться единственной дочерью, затем сестрой маркиза Барки. Если бы только она могла продолжать быть счастливой женой Оскара в рамках этой власти. Если бы ее называли не просто племянницей маркиза Барки...

Если бы это было так, страдания были бы менее болезненными.

— Конечно, это выглядело немного забавно, - пробормотал Оскар, тихо следя глазами за Инес, пока она не исчезла под деревом.

Весь мир думал, что Оскар всю жизнь отвергал ее, но именно он принял ее, сказав, что не против, чтобы она будет рядом, когда она стала сиротой. Именно он удержал ее рядом с собой, когда Каэтана тут же попыталась ее выбросить.

С этого дня Оскар стал для нее всем, а не только центром ее мира. Единственное, что у нее есть. Единственный человек. Единственный мужчина.

Неважно, что Алисия Барка сирота. В любом случае, если не Инес Балестена, то кто угодно...

Это тоже вопрос выбора. Если она будет полезной, ее тоже выберут.

Быть выше, чем единственная женщина, которую он когда-либо хотел в своей жизни.

— Я… Я должна была быть добрее к госпоже Инес.

— ...

Алисия закусила послушно сомкнутые губы, словно сожалея:

— Если бы я только была готова… Но на самом деле я совсем не чувствовала себя некомфортно, Ваше Высочество. Делить венок... я не думала об этом в таком ключе, о котором она подумала.

— Конечно, преданная ты этого не сделаешь, Алисия.

— … Я знаю, что вы не забыли меня. Это было совсем не оскорбительно. Однако, учитывая несколько высокомерный характер Инес, она не может искренне принять доброту Вашего Высочества.

— Ах, Алисия… “Искренне”? Ты пыталась написать мое имя, как клеймо на лбу женщины, которой я даже не нравлюсь?

— ...

— Инес говорила очень здраво. Вот почему я странный, а ты моя невежественная невеста.

— … Ничего, если у меня ничего не будет. Если бы я только могла быть вашей женой.

Алисия нежно схватила его за запястье. Оскар посмотрел на ее руку холодными глазами, затем посмотрел на нее, добродушно улыбаясь.

От одной этой улыбки сердце Алисии расцвело, как цветок в венке. Оскар только начал время от времени ей улыбаться.

Именно во время подготовки к свадьбе ее стали называть Алисией вместо сеньориты Барки.

— Да. Ты - моя невеста.

— В следующий раз я буду осторожнее и постараюсь больше. Я не знала, насколько активной мне следует быть... Я боялась, что буду действовать чрезмерно и вызову дискомфорт или испорчу ваш авторитет.

— Я знаю, насколько ты осторожна.

— Мне все равно, кто смеется надо мной, главное, чтобы вы знали. Стыд и уважение не имеют значения, когда дело касается моей любви к вам... Мне следовало просто убедить госпожу Инес понять ваши намерения. Пожалуйста, простите мои недостатки...

— Прощать нечего, Алисия.

— Ваше Высочество...

— Я уже знал про твои недостатки.

Ее глаза, которые мгновенно наполнились эмоциями, посмотрели на него.

Оскар холодно улыбнулся:

— Как может кто-то вроде тебя убедить Инес?

— ...

— Инес очень умная женщина, Алисия.

— ...

— Она не пожертвует своим достоинством так дешево, как ты. Она от природы высокомерна, как и должно быть.

Рука Алисии соскользнула с запястья Оскара. Он снова схватил ее и осторожно сжал кончиками пальцев.

Он провел по ладонью, запястьем и мягкой кожей на внутренней стороне ее руки, кратко массируя ее плечо большим пальцем, а затем обхватил щеку Алисии:

— Не надо преодолевать врожденные различия. Недостаток тоже имеет свой собственный смысл.

— ...

— У тебя определенно есть смысл такой, какая ты есть, Алисия.

— ...

— Твоя слепая преданность — самое прекрасное в тебе. Поверхностная ревность и комплекс неполноценности, который появляется внутри тебя всякий раз, когда появляется возможность, теряют свой блеск перед ней.

— ...

— Ты знаешь, что важно. Не поддаешься мелким вещам. Умеешь жертвовать другими вещами ради большего. Умеешь производит расчеты так, как если бы ты была безоговорочно предана делу.

— Ваше Величество, я не смею делать никаких расчетов насчет вас.

— Второе, что мне в тебе нравится, это твои умные расчеты, от которых ты просто не можешь избавиться.

Рука, нежно обхватившая одну из щек Алисии, скользнула к ее подбородку и сильно сжала подбородок.

— Поэтому, пожалуйста, рассчитай еще раз. Как только закончишь расчеты, не питай иллюзий, что ты можешь осмелиться владеть Инес.

— ...

— Госпожа Инес, госпожа Инес. Ты зовешь ее так вежливо, но собираешься провести на поводке как собаку, будто она твоя подчиненная.

— ...

— Как ты смеешь?..

Улыбка исчезла с лица Оскара. Алисия сжала плечи и поспешно опустила голову.

Оскар провел прохладными кончиками пальцев по волосам над ее ухом.

— Конечно, ты поставишь Инес “под” себя. Неправильное положение. Наша судьба совершенно нерациональна.

— ...

— Хорошо. Ты женщина, которая снова станет моим партнером, Алисия.

— ...

— Рядом со мной моя невеста, которая будет самой благородной женщиной в Ортеге.

— ...

— Пересчитай и удовлетворись этим. То, что я отдал тебе самое ценное место, не означает, что я отдам поводок Инес в твои руки.

— … Конечно, поводок вашей женщины должен быть в ваших руках. Я даже не смею думать об этом.

— Да… Правильно.

— ...

— Должна быть в моих руках. Моя женщина. Моя жена.

— ...

— Моя Инес.

Алисия подняла голову с жутковатым чувством. Оскар потерял к ней интерес и мирно смотрел на улицу. Словно ища Инес, которая ранее исчезла под деревом.

Возможно все идет так, как он ожидал. Ее отказ, неожиданное появление Луциано Балестены и находчивость Инес Эскаланте.

— … Инес носила венок лорда Балестены не потому, что была внимательна к моей ситуации.

Даже если бы она попыталась, она не смогла бы проглотить эти слова. То, что она не сказала ранее.

Он не обращает на нее внимание, но имя “Инес” позволяет так легко установить зрительный контакт.

Алисия на мгновение стиснула зубы, чтобы сделать это сдержаннее, а затем медленно заговорила со своим обычным послушным выражением лица:

— На самом деле она была обеспокоена тем, что репутация капитана Эскаланте пострадает.

— ...

— А потом говорила, что это может быть просто оправданием.

— Оправдание?

— Госпожа Инес сказала, что не хочет ничего делать для мужчины, который не является ее мужем.

— ...

— Потому что она очень любит капитана Эскаланте.

Глаза Оскара, которые раньше были мирными, как спокойное озеро, блеснули. То, что поначалу казалось маленьким блеском, вскоре стало сильным, как огонь.

И появились первые трещины в полной преданности Алисии, которая всегда хотела, чтобы Оскар был доволен и счастлив.

— Именно так она исповедовала свою любовь к мужу перед сеньоритами.

Отчаяние и разочарование Оскара могли приносить такую радость? Алисия проглотила радость, превзошедшую страх.

Несмотря на нелепый слух о том, что Карсель Эскаланте без ума от своей жены, он вдруг захотел его убить. Алисия не всегда верила половине того, что говорил Данте Ихар, но, по крайней мере, на этот раз она могла этим воспользоваться.

Хотя с самого начала она думала, что это ерунда, но, увидев его лицо, она убедилась.

Он действительно пытался убить Карселя Эскаланте. Преданный старший сын своей тети, племянник, которого так любила его мать, и верный партнер, которого он должен держать рядом с собой, когда в будущем взойдет на трон.

Просто потому, что он, естественно, любил свою жену.

Только из-за Инес Эскаланте.

Более того, Инес Эскаланте заявила, что тоже любит своего мужа.

Потому что нелепости, сказанной Долорес на вечере, было недостаточно.

— Что, если бы вы помешали ее браку с капитаном Эскаланте?

— ...

— Все думали, что они будут жить отдельно друг от друга всю жизнь, но в конце концов... Если бы вы планировали взять Инес, разве не лучше было взять ее в чистом виде до брака?

Многие сеньориты тайно наслаждаются занятиями любовью, а затем делают вид, что ничего не произошло, и выходят замуж за своих женихов. А слова Алисии противоположны этому.

Что, если бы наследный принц изнасиловал ее так, что об этом узнали все во дворце, и лишил ее возможности выйти замуж за Карселя Эскаланте? Если бы он превратил ее тело незамужней девстенницы в тело, привязанное к нему.

Если бы это было так, разве этого было бы недостаточно?

Алисия посмотрела на него, словно это было замечание о ее чрезмерной преданности Оскару.

Пожалуйста.

— Тогда бы она принадлежала только господину Оскару.

— ...

— И тело, и разум.

Лишь бы не любовь.

Если бы это была любовь, кто бы сделал что-то подобное? Кто бы хотел уничтожить женщину, которую любишь? Зачем топтать ее в землю?

Так что она могла это терпеть. Могла это вынести.

Независимо от того, насколько сильно Оскар хочет эту женщину, он ни за что не сможет полюбить ее.

— Нет. Инес должна была выйти замуж.

— ...

— Она все еще умна, и ее бесполезная память стала лучше.

— Что?

— И ей нужна была фамилия благородного мужа.

— ...

— Чтобы Инес не могли держать под властью этих надоедливых ублюдков Балестены…

Оскар снова повернул голову, чтобы посмотреть в окно, и криво улыбнулся.

— Кроме того, нельзя позволить девственнице родить внебрачного ребенка императора. Не так ли?

Инес, скрывшаяся под деревом, появилась снова. Алисия кивнула, глядя на нее сверху вниз и сжимая кулаки так, что ногти впились в кожу.

— … Да. Это определенно опозорило бы “нашего ребенка” с момента его рождения.

Это ничем не отличалось от завещания императора, чтобы наследником был ребенок той женщины, а не ее. Поэтому ты станешь лишь фоном.

Под тенью этой женщины.

Это была любовь.

Это была мерзкая любовь.

Которую нельзя простить даже после смерти.

---

п.п. Почему-то мне перевод этой главы дался так тяжело. А еще я пересматриваю ГП, и как теперь перестать представлять эту Долорес как Долорес Амбридж?