---

В отличие от предыдущего дня, когда она в порыве гнева чуть не села на лошадь, сегодня Инес благородно села в карету, направляющуюся в Сан-Таларию.

— Сан-Талария? Если понадобились украшения, я свяжусь с ювелиром, который обычно посещает нас. Я знаю одну очень проницательную женщину.

— Нет. Я собираюсь купить подарок Карселю. Ювелирные украшения, часы или что-то в этом роде... Что-то красивое для мужчин, - ответила Инес. Добрая Изабелла нахмурилась. Будто спрашивая, зачем ей проходить через такие неприятности ради чего-то подобного.

— Достаточно же просто позвать кого-нибудь. Зачем лично ехать туда?

— Я хочу увидеть все своими глазами и купить то, что понравится. Когда я была в Кальстере, резиденция была маленькой, поэтому я сама ездила в Эль-Табео, и все было хорошо.

— Карсель заплачет от радости, подари ты ему даже ветку того дерева.

Не может быть, чтобы она не слышала о том, что ее сын приезжал домой несколько дней назад. Сын, внезапно появившийся вечером на вечеринке во дворце, чтобы на несколько часов повидаться с женой, показал всем всякого рода неприглядную романтику, забрал жену, а затем внезапно снова исчез, даже не повидавшись с матерью.

— Младший герцог и вправду странно простодушен, но меня не удовлетворит такое, - Инес ответила, не отрицая этого.

“Это — ветка дерева, которую ты сломала с огромным усилием, думая обо мне.” Он бы сказал что-то подобное... Он бы еще поместил ее в рамку и повесил, чтобы хранить всю оставшуюся жизнь. Точно так же, как и с письмом всего в три-четыре строчки.

— Какие вы, все таки, милые.

— Ваш сын милый, а я нет. С вашего позволения, я поеду.

Скромно ответив свекрови и покинув официальную резиденцию, Инес первым делом остановилась у торговца оружием в Сан-Таларии.

Это естественно. Карсель Эскаланте понравится даже ветка дерева, сломанная ею лично, но ветка дерева не может убить человека.

---

Самым ощутимым преимуществом богатства является то, что свой гнев иногда можно выразить посредством потребления. Можно потратить столько денег, сколько захотите. Можно покупать вещи столько, сколько злитесь.

Инес купила разные оружия у первого торговца элитным оружием.

Должно быть, было странно, что женщина из знатного дворянского рода лично заходит в оружейный магазин и выбирает десятки видов оружия всех видов, и предметы, которые она выбирала, были самыми дорогими. Она спокойно сметала товары магазина, принимая на себя все внимание снаружи.

Конечно, были сеньоры, которые покупали подарки своему мужу. Мендоза - самая воинственная столица, поскольку это сердце Ортеги, и тут проводились дуэли ради личной мести, а также раз в неделю месса в часовне.

И для них получение ружья в подарок от члена семьи или супруга было романтикой, наполненной неистовой любовью и полной поддержкой, говорящей: “Можешь убить всех, так что просто живи”.

Иногда дарили не ружья, а гильзы.

Даже самое дешевое оружие было дорогим, и чтобы купить приличное ружье, нужно было накопить немало денег. Для такого подарка надо потратить целое состояние, и как бы это ни было жестоко, это можно назвать романтикой.

Но есть что-то гораздо дороже этих вещей, не одна и не две... Если выгрузить из этого большого магазина почти половину товара и на вопрос, куда доставить товар, ответ будет: “Отправить все в резиденцию капитана Карселя Эскаланте в Кальстере”...

— ...

Все в магазине потеряли дар речи.

Подобно тому, как любовник крепит открытку к подарку с цветами, украшениями или дорогими кожаными изделиями, Инес взяла от Альфонсо открытку с шелковой лентой и написала посреди оружейного магазина. Используя спину дворецкого как стол.

「Твое тело принадлежит мне, поэтому всегда будь осторожен, чтобы сохранить его.

Твоя жена, Инес Эскаланте де Перез.」

— Вот. Упакуй все красиво, включая эту открытку.

— Извините, сеньора, как я красиво упакую оружие?

— Ясно же, просто глянув на открытку.

— ...

— Завяжи все лентой. Все выглядит мило, если завязать лентой.

— ...

— А, и у капитана Эскаланте две резиденции в Кальстере. Вон тот пистолет и кобуру... Их отправьте в резиденцию на холме Рогорно, и всё остальное... Ах, как мне объяснить, Альфонсо?

— Я четко объясню все в письменном виде. Не волнуйтесь, сеньора.

— Хорошо.

Следующим пунктом назначения Инес стал еще один торговец оружием. Хотя масштабы гораздо меньше, чем у предыдущего, общий ценовой диапазон выше, а магазин специализируется только на револьверах.

Было много красивых предметов, которые в основном использовались дворянами для церемониальных нарядов, но эти предметы, как правило, были дорогими, не зная своей полезности, кроме красивого вида.

Инес выбирала оружие одно за другим, но когда ей это надоело, она просто показала на одну стену и потребовала, чтобы все они были проданы ей.

Сзади Хуана прошептала Альфонсо: “Дон Альфонсо, наша сеньора собирает армию?”, но Альфонсо просто проигнорировал ее из вежливости к сеньоре. Потом, как и у первого торговца оружием, он протянул открытку с прикрепленной ленточкой, а Инес взяла ее и быстро написала...

「Живи долго.

Твоя жена, Инес Эскаланте де Перез.」

Так Инес ограбила несколько оружейных магазинов на Сан-Талария. Иногда специально прося прикрепить ленту к чему-то выделяющемуся.

А иногда в больших количествах закупались не такие уж особенные ружья.

「Эти используй не сам, просто отдай солдатам под твоим командованием.

Твоя жена, Инес Эскаланте де Перез.」

В официальной резиденции есть несколько кинжалов, которые можно спрятать в известных только ему местах, и они очень острые и дорогие... Она даже не обратила внимания на то, что он уже обладал огромным арсеналом оружия.

У него было хобби ездить в Эль-Табео в одиночку и покупать редкие оружия, когда он был в плохом настроении. Было бы неплохо создать для него пространство, в которое он мог бы погрузиться, например, привести в дом крупного торговца оружием.

Хорошо, что она не подарила ему ничего, кроме шкуры лисы, которую он сам забрал. В ювелирном магазине Инес заказала несколько пар запонок из цельного золота с выгравированной на них эмблемой морского флота, а также несколько пар запонок для повседневного ношения. Пуговицы с бриллиантом на пальто, булавка на воротник рубашки, карманные часы...

Затем, задаваясь вопросом, почему она до сих пор не покупала для него одежду, заказала у портного десятки вещей. Затем нашла место, где изготавливали действительно хорошие изделия из кожи, и заказала все, что можно было носить.

После этого Инес удалось успокоиться и сесть в карету.

— … Вы правда гуляли так по Эль-Табео? Должно быть, это было опасно. Даже если рядовые Эскаланте были с вами.

— Это было не так уж и опасно.

— А когда-то говорили, что вам лень даже выходить из спальни… Как Рауль воспринимал это все?

— Очень хорошо воспринимал.

— А почему он переехал в резиденцию поменьше? Рауль говорил, что дом смехотворно маленький...

— Это правда, что он меньше. Но нам было достаточно.

Инес подперла подбородок и смотрела в окно, как все медленно проходило мимо. Альфонсо только что вышел из последнего магазина, а рыцари и солдаты стояли возле кареты, управляли лошадьми и охраняя ее, а Хуана была единственной, кто была рядом с ней. Как день перед свадьбой.

Возможно, из-за того, что она не спала хорошо, зрение становилось размытым всякий раз, когда она хоть немного ослабляла бдительность. Еще одна серьезная причина заключалась в том, что она устала за полдня тратить деньги разными способами. На мгновение показалось, что она уснула легким сном, даже не осознавая, что глаза закрылись.

— ...

Словно глядя во сне на бессмысленную сцену, зеленые глаза, устремленные вдаль за окном, вдруг расширились.

— … Остановите.

— Что?

— Остановите сейчас же.

Ее взгляд был сосредоточен на многолюдной толпе на улице в конце улицы Мерседес. Точнее, серебристо-белые волосы, которые неоднократно появлялись и исчезали в толпе.

— Госпожа Инес!

Кучеру потребовалось бы довольно много времени, чтобы слезть с лошади и открыть дверцу кареты, а времени у Инес было не так много.

Как одержимая, она открыла дверь и выскочила из кареты, чуть не упав. Рыцари, которые все еще были на конях, побледнели от безрассудства сеньоры.

Она быстро побежала по улице Мерседес.

Казалось, ею что-то овладело. Даже не зная, что она увидела... Но это было определенно знакомое лицо. Знакомое до такой степени, что раздражало. Настолько знакомое, что не могла не вспомнить имя.

Она задыхалась. Сердце колотилось. Когда она бежала сквозь толпу, сердце гоняло кровь по всему телу, стуча с головы до ног.

Ты. Это ты. Это ты... Это не было моим собственным осознанием, мне казалось, что призрак пришел в мою голову и заговорил со мной. Почему я...

Она услышала странный шепот, который заглушил ее голос. «Ты не можешь пропустить это. На этот раз нельзя. Инес. Тот человек...»

— Рохелио!

Имя, которое прозвучало как крик, когда она запыхалась, было незнакомым. Инес тупо смотрела на толпу, больше не видя его спины.

Затем, словно занавес на сцене, люди остановились на виду и оглянулись на нее. Этот лживый вид...

Вид оживленной улицы Мерседес исказился, как разбитое зеркало. Она стоит неподвижно, и мир вокруг меняется.

Свеча в сумрачной церкви, старая, изношенная шелковая ткань, висящая пеленой на краю зрения, дрожащие кончики пальцев, серебряное кольцо, обернутое вокруг безымянного пальца, как тонкая нить, голос...

— Хуана.

— ...

— Это ты. Вижу, ты помнишь меня.

Священник в сутане* назвала ее старым именем.

16 лет, имя женщины, которая служила свадебную мессу с неизвестным художником в деревенской часовне в Вьедме.

(П.П. *Сутана - верхняя длинная одежда католического духовенства с длинными рукавами, носимая вне богослужения.

Не уверена мужчина это или женщина, в корейском роды не обозначаются. Судя по имени, все же мужчина)