Инес знала, что Каэтана заботилась о Долорес больше, чем думал остальной мир. Примерно в это же время прошлая Долорес наконец узнала от Инес, что она Синьорелли, и начала сбиваться с пути. Было несколько случаев, когда Каэтана, которая с каждым днем кипела из-за растущего конфликта с Долорес, просыпалась больной в своей постели. Каэтана, очень разочаровавшаяся в Оскаре, потеряла единственный источник поддержки и последнее терпение по отношению к сыну, что вызвало серьезные разногласия.

Будь то дьявол, танцующий в адском огне или сам адский огонь, они были идеальной семьей. Инес не могла не насладиться зрелищем их распада.

“Долорес Синьорелли.”

“…”

“Синьорелли, это означает, что Бог не допустил твоего существования.”

“Такое грязное имя дают только уличным сиротам…”

“В каждом документе, который ты не видишь, твое имя всегда написано так. Большинство семей, которые отвергли тебя, мотивировали это тем, что твое имя было настолько скромным, что его нельзя было включить в список.”

Фактически то, что Долорес до этого не знала об этом, доказывает большую любовь Каэтаны. Причина, по которой она могла так долго горевать и твердо верить в то, что у нее нет фамилии, заключалась в том, что Каэтана сделала мир своей падчерицы комфортным.

Человек, которого забрали, чтобы использовать, но в конце концов полюбили.

Инес думала, что Каэтана действительно великий человек, которому нечего бояться в мире, но ее единственной слабостью был внебрачный ребенок ее мужа.

Она не могла поверить, что сердце гордой Каэтаны ослабло всего лишь из-за одной девушки. Это разочаровывает... Насмешливое разочарование того времени просочилось в сознание Инес.

— … Я что-то сделала не так?

— Спрашиваешь, потому что не знаешь?

— Мне пришлось притвориться, что подчиняюсь приказам Ее Величества, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как уговорить леди Долорес. В какой-то степени.

— В какой-то степени?

— Но когда я заговорила о наследнике Эскаланте, у нее загорелись глаза.

— ...

— Эта бедная дворняга.

Голубые глаза Реджины сверкнули. Будто она всего лишь сказала правду и в этом не было никакого серьезного злого умысла. Инес в шоке посмотрела на нее.

— Госпожа Инес, почему бы вам не передумать? Брак сеньора Мигеля Эскаланте и Долорес станет большим подспорьем для вас в будущем. Конечно, то же самое относится и к семье Эскаланте.

— Брак с Синьорелли? Это неполноценный брак, который не может быть одобрен даже епархией, если только императрица не пригрозит им.

— В любом случае, эту свадьбу проведет императрица. После этого Долорес окажется полностью в ваших руках...

— Я не хочу ничего подобного, и это не мой брак. Это брак Мигеля.

— Верно, к несчастью для сеньора… Но для него уже не имеет значения, кто будет невестой.

— Значение имеется, если невестой станет та, кто мучила его погибшую невесту. Долорес надо было отказываться от брака до конца.

Император спускал ей все с рук. Он долгое время был равнодушен к своей единственной дочери, но это не значило, что он не подозревал о том престиже, который Долорес заслужила.

Единственная, кто похожа на принцессу. Даже если лишь наполовину, в конечном итоге она является дочерью императора. Поскольку Долорес согласилась, Эскаланте могут расторгнуть брак, если посмеют оттолкнуть дочь императора.

Это совсем другая история по сравнению с тем, когда другие семьи прятали явные причины, говоря: “Синьорелли будет трудно”. Во-первых, Каэтана, которая вышла из Эскаланте, вычеркнула “Синьорелли”, будто Долорес является родной дочерью, а во-вторых, герцог Эскаланте был в состоянии испытаний императора.

Инес коснулась лба.

— Заставь ее отказаться снова.

— Это может быть сложно, поскольку она не любит выглядеть смешно, но даже если Долорес откажется, отнесется ли Ее Величество к этому серьезно?

— Она с давних пор особенно легко поддается твоему влиянию.

— Это потому, что она была в моих руках с детства.

— Так исправь это,— сказала Инес коротко. Реджина, разглядывавшая ее лицо, вдруг улыбнулась:

— Похоже, вы действительно заботитесь о сеньоре Мигеле.

— Он ведь единственный брат моего мужа.

Нежная улыбка появилась на лице Реджины.

В прошлом Реджина Мерло время от времени почему-то оказывала Инес услуги. Она заблаговременно предупреждала о возможных бедах с Каэтаной и иногда прикрывала её ошибки ложью.

Люди часто предают своего господина, и поскольку есть много людей, которые что-то выкапывают и возвращаются к владельцу, Инес нелегко доверять чужой беспричинной благосклонности. Она с опозданием поняла причину ее доброты и пришла к выводу, что Реджина безобидна...

— Конечно, я сделаю все, что вы захотите, но все же…

Когда Инес было 22-23 года, она услышала от матери историю о Реджине Мерло.

— Долорес теперь осознала возможность того, что она может родить преемника Эскаланте. Однако, поскольку она сказала, что ей не нравится быть заменой, она немного колеблется... После свадьбы, вы можете делать с ней все, что только захотите.

— … Что ты имеешь ввиду?

— Думаю, вы сможете использовать ее, как вам будет угодно.

Позиция Реджины снова стала неясной, будто она зависела от того, чего хочет Инес. Странная злоба по отношению к Долорес, которую, как говорили, она вырастила с детства, на самом деле была направлена не только на нее.

Мгновенная симпатия и жалость, которую можно почувствовать только между людьми, имеющими общего врага. Женщина, которая вспомнила себя, наблюдая, как Каэтана мучает наследную принцессу.

Реджина Мерло “все еще” была одной из старейших служанок императрицы и женщиной, которая больше всех на свете её ненавидела.

— Долорес настолько глупа, что ею легко воспользоваться… Она довольно ловко использует свой мозг, когда запугивает людей, но когда ее даже на мгновение загоняют в угол, то становится совершенно невежественной. Тут уровень использования мозга совершенно другой. Она очень любит причинять другим неприятности, но если возникают небольшие неприятности у нее... Она настолько уязвима для атак, что похожа на нож, сделанный из бумаги.

— ...

— Ее до сих пор не разорвали на части только благодаря защите императрицы, поэтому определенно будет полезно бросить ее в руки госпожи Инес.

Поскольку у нее уже был опыт побед над этими двумя, она также понимала о полезности того, о чем говорила Реджина Мерло. Кажется, будто она спрашивает, что делать с Долорес, но в конце концов, она хочет сделать кое-что еще.

— Думаю, это “тебе” легко использовать.

Реджина Мерло была фавориткой императора очень короткое время, но теперь об этом никто не помнит.

До этого момента не было ничего особенного. Было бесчисленное множество женщин, в которых император влюблялся за одну ночь, и императрица терпела это, будто это не имело значения. Она даже временами поощряла его похоть, чтобы обрести свободу в своих беспорядочных связях.

Благодаря этому среди служанок Каэтаны было много женщин, которых робко привел за руку молодой император. Реджина Мерло была одной из них. Даже если бы это означало предательство господина, возникло ли бы чувство вины? Изабелла часто говорила, что темперамент Каэтаны стал только лучше, когда она стала старше, и что в молодости ее характер был неописуем.

Благородная юная дама из рода Мерло, оскорбленная несправедливостью, во имя своей семьи служившая Каэтане... Что может быть для нее слаще и счастливее, чем ночь с императором в качестве возмездия?

Вскоре внимание императора перешло на Реджину Мерло. Это было горько-сладко, но из таких вещей обычно получаются великие саги, так что для сеньориты того времени это был неплохой сценарий. Даже напротив, поскольку она не была признана любовницей императора и не была привязана к своей репутации, то для ее дальнейшей жизни это было к лучшему.

— Это все не для меня. Меня волнует только, чтобы госпожа Инес...

Но,

— Ах, да. Все для “твоего сына”.

— ...

Молодая женщина, дерзнувшая прорастить семя императора, который с трудом мог зачать дитя.

— Не забывай, что твой сын в моих руках.

С лица Реджины исчез даже намек на улыбку. Предупреждая ее, Инес неспеша прикидывала, сколько лет должно было быть женщине перед ней. 27 лет назад она стала матерью в первый и последний раз. Сколько же ей было тогда? Семнадцать, восемнадцать? Ей было около шестнадцати, когда всего на несколько дней ей выдался шанс почувствовать вкус очаровательной жизни наложницы императора.

— … Я всегда благодарна вам за то, что заботитесь о том, чтобы он ел и спал. Помню будто это было вчера, а не девять лет назад, когда я услышала, что ничего не знающий он вернулся в Мендозу без всякого страха... Я была так потрясена, что слишком поздно поняла, что мальчик жив, а не мертв, и пришла в восторг.

— ...

— Я всегда буду помнить милость, которую вы оказали мне, спрятав это глупое и жалкое создание подальше от глаз и отослав его из Мендозы. Тем более, что вы отправили его в Бильбао, думаю, он впервые спал с вытянутыми ногами*.

Как это часто делали люди Ортеги, очень преданные своим благодетелям независимо от статуса, Реджина опустилась на колени на пол кареты и вежливо коснулась лбом о тыльную сторону руки Инес. Инес ничуть не смутилась и смотрела на нее сверху вниз.

— С того дня госпожа Инес в моих глазах никогда не выглядела молодой и неопытной сеньоритой.