---

「 Карсель.

Я заранее пишу тебе письмо, узнав, что скоро на базу Уртекана отправят корабль снабжения.

Полковник Норьега сказал, что не знает, корабль снабжения отправится из Уртеканы в Лас-Сантьяго или вы вернетесь в Уртекану, в тыл.

По его словам, высока вероятность, что вы разминетесь. Что такое естественно при военном положении. Странно, как я была рада услышать, что вы можете разомкнуться.

Ничего страшного, если ты сразу не получишь это письмо. Я надеюсь, что ты сначала вернешься в Уртекану. В этом случае возвращение будет быстрее. Но ничего страшного, если это не произойдет так быстро... Да, я просто хочу, чтобы ты был в безопасности.

На самом деле, было бы лучше, если бы ты смог вернуться быстро и безопасно... И все же мне гораздо лучше подождать еще немного, чем тебе быстро возвращаться полностью израненным.

Ты прекрасно знаешь, насколько плохо терпение твоей жены, но я смогла вытерпеть и идти дальше. И вот, прошло уже пять месяцев. Как ты сказал, я хороша во всем, что делаю, поэтому даже если мне останется только ждать, я сделаю это хорошо. Хотя конечно, со временем буду раздражаться все больше и больше.

Вместо этого, пока не сможешь вернуться, пожалуйста, отправь мне письмо. Всё, даже то, что не смог отправить в прошлый раз. Если не собирался их отправлять, то не стоило и упоминать об этом. Только вызвал у меня любопытство... Это действительно раздражает. Теперь одна мысль о майоре Эльба вызывает у меня раздражение.

Я раздражаюсь каждый раз, когда думаю об этом. Так раздражает... Когда ты собираешься отправить эти письма? Меня расстраивает, что я не получила их из-за этого мелочного человека. 」

Внезапно придя в себя, Инес обнаружила, что опять срывает злость на бедном Карселе. И при том, на бумаге.

Возможно, это из-за ее характера, но в последнее время ее раздражают всякие мелочи.

«Это все потому, что у меня двое детей. Это потому, что даже дети в животе привередливые...» Однако, если задуматься, откуда взялся вспыльчивый характер, то действительно нет причин винить невиновного Карселя Эскаланте и раздражаться.

«Не следует этого делать...» Пытаясь контролировать свои мысли, она снова взялась за ручку.

「 Раздражает, что я так скучаю по тебе. 」

«Нет-нет... Если хочу увидеть, почему это должно раздражать? Почему я так себя веду?» Конечно, было много моментов, когда она злилась из-за того, что скучала по нему.

Вдруг раздражается, и когда видит всякую чепуху в газете сеньоров идеального возраста для призыва на военную службу, и не может не сказать саркастически: “Если собираетесь прохлаждаться в Мендозе, растрачивая семейное состояние, могли бы поехать в Лас-Сантьяго и стать щитом моего мужа.”

Иногда она представляла, как тащит всех азартных игроманов в Кальстеру и бросает их всех в море, и только потом смеется, чувствуя облегчение. Что бы она ни представляла, конец был разрушительным, поэтому для беременной женщины это было не лучшее занятие.

Хотя Инес признавала это, прижавшись лбом к рукам, она винила себя в том, что попыталась показать Карселю свою раздраженную натуру даже на таком расстоянии. Это всё руки. Они продолжают двигаться так, как им заблагорассудится. Это всё потому, что сердце полно ненужного раздражения...

«Почему я так раздражаюсь и продолжаю вести себя так противно?.. Независимо от того, насколько Карсель Эскаланте добр, даже у него есть пределы. Что делать, если ему это надоест?..»

Говорят, что любовное письмо — это навык, который всегда выглядит угрозой для других, и пришло время восполнить это.

Хорошие слова. Слова, которые сделали бы Карселя счастливым. Инес размышляла об этом так, словно это была большая проблема. Она уже переписывала письмо в пятый раз, поэтому не могла придумать никаких новых слов.

Итак, всё, что она может сказать, чтобы исправить ситуацию...

「 Я скучаю по тебе, Карсель. 」

— … Хорошо. Вполне ласково. Увидев это, он будет очень рад...

— Что? - спросил Луциано, который только что вернулся в спальню Инес. Похоже, обсуждение с Хуаном завершено. Непонятно, это их обсуждение было коротким или же время, которое она тратила на написание писем, разрывая их и переписывая снова и снова, было чертовски долгим.

Инес покачала головой:

— Ничего. Я просто бормотала про себя.

— Что ты… Ты действительно снова переписываешь письмо?

— Я же сказала, что ничего.

— А то, что написала ранее?

— Просто подожди немного.

— Не будешь готовиться? Сама же сказала мне приехать и забрать.

— Буду. Сейчас.

— Когда?

— Шшш!

— Не шикай на меня... - обиженно сказал Луциано, но Инес не обратила на него внимания и сосредоточилась на том, чтобы не упустить романтику, которая, казалось, наконец-то укрепилась.

「 Ты в порядке? Каждое утро, просыпаясь, я думаю о том, какое море сегодня и чем ты будешь заниматься. Конечно, я молюсь, прежде чем даже подумать об этом. Я надеюсь, что море и сегодня будет к тебе благосклонно.

А, я упоминала об этом в своем последнем письме? В последнее время я действительно просыпаюсь очень рано. Так же, когда я была с тобой в Кальстере.

Неужели дети такие же прилежные, как ты? Они действительно не соответствуют моим привычкам образа жизни. Вот почему я чувствую усталость весь день... Хотя говорят, что с этим ничего не поделать.

Тем не менее, прелесть в родах, нет, скорее, в восстановлении, то, что что можно спать лицом вниз в любое время суток. Действительно отлично, не так ли? И если повезет, иногда ты появляешься мне во сне. На совсем короткое время. Но вопреки ожиданиям, я не могу ничего сказать... И все же это - Карсель Эскаланте. И этот Карсель тоже милый. 」

— … Тебе надо увидеть реально милые вещи. Как можно этого большого...

— Шшш!

— Ты даже не удосуживаешься словами попросить брата помолчать?

Инес молча кивнула утвердительно, даже не поднимая глаз.

「 В любом случае, хоть ты и не просыпаешься рядом со мной, я продолжаю просыпаться рано утром, будто ты рядом. Кажется, что совсем скоро ты вернешься в спальню, готовый идти на тренировку, а я перед завтраком сяду на кровати и буду говорить о всякой ерунде... На мгновение я не могу ни о чем думать и жду тебя. Потом, когда прихожу в себя, я молюсь и задаюсь вопросом, как ты сегодня.

С начала дня и до конца кажется, что все дело в тебе. Ясно одно. Ты испортил меня. Верно, ты меня испортил... Хоть тебя и нет здесь, каждый уголок этого места заставляет меня думать о тебе.

Я чувствую тебя больше, чем когда ты был здесь. Я не могу забыть тебя ни на мгновение.

Это так странно и непонятно. Знаешь? И все же странно, что мне нравится это. Странно, что я не чувствую разочарования... В конце концов, это все из-за 」

Руки больше не могли двигаться. Хотя она писала так, будто не знала, что такое стыд, бывали моменты, когда ей вдруг становилось стыдно, когда слишком много думала о нем.

Инес настойчиво покачала головой и изменила слова в письме, не заметив, что, как юная сеньорита, измазала чернила на свои румяные щечки. Луциано цокнул языком, словно глядя на жалкого человека, но и это она проигнорировала.

「 И кстати, хотя нет, это не так важно. Я же в последнем письме официально хвасталась близнецами? На самом деле, я сомневаюсь, что это письмо вообще дошло до тебя. Но ты, надеюсь, получил первое письмо? Прошло целых три недели с тех пор, как я отправила его. Корабль снабжения также отправился прямо к островам... Капитан Коронадо также заверил меня, что серьезных проблем не возникнет, поскольку ты уже расчистил путь до этой точки.

Анжелика говорит, что пока не знает, мальчики это или девочки. Говорят, можно определить по внешнему виду живота, но я думаю, что это на самом деле шарлатанство. Ты не согласен со мной?

Это редкость, но говорят, что может быть и мальчик, и девочка. Меня устраивает любой расклад, но раз уж ты очень хотел дочку, думаю, было бы хорошо, случись так.

Однако если будет два сына, это будет Рикардо и еще другой, а если - две дочери, то Ивана и еще другая… Насколько обидно должно быть это для “другого”? Было бы неплохо быстро определить еще по одному имена. Представь, как одновременно зовешь их. На обратном пути тебе делать особо нечего, так что подумай об этом. И готовься восхищаться и хвалить, когда увидишь меня с большим животом.

… Ты же вернешься до того, как родятся дети? 」

— ... Да?

— Что?

— Карсель. До того, как дети родятся, Карсель...

— Спрашиваешь, вернется ли твой муж?

Луциано, глядя на сестру, у которой внезапно помрачнело лицо, отодвинул тарелку и предложил ей яблоко, сказав: “Хочешь яблоко?” Инес рефлекторно откусила его, но затем отпустила яблоко и продолжила:

「 Теперь, когда думаю об этом, мой живот довольно сильно увеличился, и я хочу показать это тебе. Его еще можно скрыть, если выбрать нужную одежду, но говорят, что это будет сложно через две или три недели. Дети были относительно маленькими для своего возраста, но темпы их роста постепенно ускоряются. Это страшно, но похвально. Возможно, этим они тоже пошли на тебя.

Кажется, все хорошее в детях уже напоминает тебя. Карсель, как бы ни было тяжело тебя ждать, я хочу встретиться с детьми, похожими на тебя. Хочу, чтобы мы были вместе. Я хочу показать жизнь, в которой твоя мама больше не беспокоится... Изабелла советует мне успокоиться, но я не могу расслабиться, пока не увижу тебя собственными глазами. Эскаланте, ты хороший обманщик и сладкий лжец. Как я могу доверять тебе? 」

— Нет-нет... Надо сказать, что доверяю ему...

「 Конечно, я доверяю тебе. Всегда. 」

— А за что доверяешь?

— Перестань подсматривать.

— Я и не хочу, ты же попросила посмотреть.

— Я быстро соберусь, так что выйди и встреться с Мигелем. Он решил сопровождать Изабеллу вместо Хуана.

— Дожил. Мною теперь помыкают как собакой.

— Ага-ага.

Даже в кивок головы передает то, что она хочет побыть наедине с мужем. Луциано встал, невольно бросив на нее последний взгляд.

Прошло, должно быть, несколько дней с тех пор, как Эскаланте высадился на островах и захватил базу пиратов.

Поскольку расстояние было велико, оценить реальное состояние экспедиции было трудно. Понятно то, что им удалось оттеснить пиратов Ламанчи к побережью архипелага.

— Госпожа Инес! Вы собираетесь готовиться?

— А, ну в самом деле! Дайте мне сконцентрироваться!..

— Почему вы не пишите заранее, чтобы не устраивать суматоху прямо перед отправкой? Вы же говорили, что вам стыдно перед сеньором и будете стараться изо всех сил. У вас ведь и времени много!

— Говорят, что лениться беременным - естественно.

— Но вы ведь сегодня собираетесь на Вида Нуэву?! Ну правда!

Хуана, которая словно поменялась местами с Луциано, начала спорить со своей хозяйкой. Луциано ушел, смеясь над надутым лицом сестры, увидев через закрывающуюся дверь.

「 Хуана сегодня много ворчит. Ну прямо тюремный надзиратель! Это письмо обрезано только из-за Хуаны.

Сегодня я решила поехать на Вида Нуэва. Вероятно, это будет моя последняя прогулка перед рождением детей. К тому времени постельный режим будет строго обязателен, поэтому, возможно, я ничего не смогу сделать. Но кто знает, ведь однажды, если живот увеличится, как гора Убе, а ты всё не придешь, мне придется притвориться бедной беременной женщиной, ожидающей тебя. Как же тяжело ждать.

Я буду осторожна. Желаю чтобы тебе было спокойно также, как и мне.

Из Мендозы, из твоего дома.

Твоя Инес. 」

Однако слова обычной повседневной жизни могут в конечном итоге превратиться в обещания, которые трудно сдержать.

Шесть часов спустя.

Инес оказалась в самом дальнем месте от своего покоя и мира.