— Мне бы хотелось узнать, какова цель вашего визита.

— Касательно вчерашнего вечера, четырех дней назад и даже пятнадцати…

— Сейчас идет сезон дождей. Мне не хотелось причинять вам неудобства.

То были слова почтения, оставшиеся без внимания, потому что Инесса имела привычку игнорировать его попытки связаться с ней.

Впервые Инесса игнорировала его такое продолжительное время. Оно и понятно. Чья будущая невеста не разозлится после произошедшего? Она впервые застала своего жениха во время игрищ с обнаженной леди.

Касел скривил рот.

— Я знаю, о чем ты подумала в тот день.

Касел тут же отбросил вежливость. Когда они были шестилетними детьми, между ними не было формальностей. Конечно, в итоге между ними не было ни дружбы, ни веселья.

Все потому, что Инесса ненавидела игры, дружбу и уж тем более ненавидела его.

Но не стоило забывать, что она сама выбрала Касела, а не его троюродного брата — наследного принца, заточив его в своей скучной жизни. Касел вновь попытался вспомнить прошлое.

Верно, ему пришлось размышлять о том, как прожить оставшуюся жизнь по-монашески. Он изначально не хотел жениться. Пришлось спрятать глубже раздражающее назойливое чувство вины, но вся эта ситуация…

— Не понимаю, о чем Вы говорите, сэр Эскалант.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я сейчас пытаюсь сказать.

— Отнюдь нет, — вновь прервал его кроткий голос Инессы.

Будь она по-настоящему кроткой, то не стала бы перебивать других. Он не мог поверить, что Инесса вообще вела себя покорно. Чепуха какая-то, в данной ситуации это было совсем не смешно

— Инесса.

— Эта история все равно мало приятна для нас обоих. Обязательно ли мне ее выслушивать?

Но Инессе Балезтене нравился Касел.

Из всех она выбрала именно его, потому что он ей нравился. Она отвергла императорскую волю, обещанный ей при рождении статус императрицы и отказалась от попыток все вернуть, потому что ей нравился Касел.

Она ждала его, потому что любила. Семнадцать лет назад и сейчас. Всегда. И везде.

И для Касела это всегда было проблемой.

Сам факт того, что Инесса Балезтена выражала к нему симпатию, в то время как она ему совершенно не нравилась.

Возможно не при виде строгого платья или же безэмоционального лица у него к горлу подступал комок. Осознание того, как сильно от нее зависела его жизнь, было не единственной причиной.

Касел не мог ничего дать ей в ответ. Да даже хотя бы ввести в заблуждение, чтобы избежать оскорбления ее чувств. Неразрешенное чувство стыда....

И невыносимо-мучительная вина.

— Я могу все объяснить.

Конечно, такое оправдание даже близко не годилось для настоящего объяснения. Инесса воздвигла нерушимые стены в своем мире, и, в несмотря на ее твердую позицию, у нее было много наивных черт. Ей не нужно знать все. Они скоро сыграют свадьбу, поэтому ей полезно чего-то не знать.

Касел не считал, что она действительно была в курсе всего, но даже если и так…

— Я своими глазами все видела, мне этого достаточно. Ваши объяснения мне не важны.

Касел даже не успел изложить складное оправдание. Инесса пожала плечами. В ответ он с улыбкой спросил:

— …Тебе с трудом дается это произнести?

— Сэр Эскалант.

— Я это заслужил, достаточно. Рассердись на меня, Инесса.

— Я совершенно не сержусь.

В ее голосе зазвучал смех. На лице заиграла улыбка, которую ему даже единожды за год не удавалось лицезреть.

— Ты злишься, — выдал Касел, словно пребывая в шоке.

— Ничуть.

— И не виделась со мной целый месяц.

— Начался сезон дождей. Не хотела, чтобы Вы промокли.

В голосе можно было расслышать искренность.

— Да и этот разговор утомителен, сэр Эскаланте. Обычно мы так не разговариваем.

— …

— Вы все равно тесно связались далеко ни с парой-тройкой женщин.

— …

— ...Неужели Вы действительно считали, что я ничего не знаю?

Голос напомнил Каселу о прошлом. Плохие друзья из детства, между ними был примерно такой уровень близости.

Впрочем, она была умной женщиной. Касел прищурился.

— ...Но ты не сердишься?

— В этом нет причины. С кем бы Вы ни решились тесно связаться, это Ваше дело.

— Я твой жених, Инесса. У нас скоро свадьба.

Касел осознал, что ответил сгоряча, словно ситуация на самом деле была противоположной, он нервно поднял руку ко лбу, зачесывая челку назад. Точно он сам рассердился.

Вместо того чтобы отметить его противоречивое поведение, Инесса тихо заговорила:

— Твоя свобода пока никуда не исчезла. Мы еще не женаты.

— …

— Делайте что хотите. Даже не беспокойтесь обо мне. Мне не нужны объяснения.

— ...Потому что ты так снисходительна к своему гуляющему мужчине? — с сарказмом спросил Касел.— Это даже не смешно. Инесса, что за…

— Да, Вы правы, это не снисходительность.

Вместо того чтобы покачать головой, Инесса подняла на него светло-зеленые глаза. Поток влажного ветра из окна нежно играл с ее темными прядями. Нарушая тишину, Инесса снова заговорила.

— Вот насколько ты мне не интересен, Эскалант.

Лето. Двадцать три года.

Она сама все сказала. Самое важное: все вплоть до настоящего момента было лишь его заблуждением.