У Райдена уже давно появилась привычка воображать в голове кинжал при приближении незнакомого лица, и человек перед ним не был исключением. Наоборот, он был из тех людей, при виде которых многим хотелось тут же позвать стражу. И если бы старик не скрывался в облике юнца, наверняка бы прикончил его при первой возможности. Но он понимал, спешить, когда ситуация неизвестна, — глупо, к тому же техника вуду запечатала не только его внешность, но и большую часть силы Скверны.

– Так, так, детки заигрались в лесу? Ничего страшно, дядя с радостью подвезёт вас в город. Ну же, пойдем к повозке. – Тощий, если и хотел скрывать свою вороватую натуру, то у него не вышло.

– Ты подозрительный. Твоему отражению даже озеро не поверит. И лучше отвали от нас. – Нилл выказывал абсолютное неуважение, будто чувствовал, что сила на их стороне.

От слов дерзкого паренька глаза напыщенного незнакомца налились кровью. Он выхватил меч и попытался нанести удар по Ниллу, но прежде чем мальчик успел среагировать, Райден создал около лица неприятеля чёрно-зелёный шар огня. Взрыв снаряда уверенно остановил наступление.

– Аа-йаааа!

Вереща, тощий тип попятился, хватаясь свободной рукой за обожжённое лицо и наотмашь разрезая клинком воздух.

Пока Нилл был наготове, Райден стоял с очень разочарованным видом.

"Отвратительно."

Его силы в разы уменьшились из-за феноменально сложной техники вуду. Он рассчитывал, что от головы мерзавца останется кровавое месиво и тот не успеет осознать, что двенадцатилетний мальчишка только что применил нечто похожее на магию. Но спешка была опрометчивой — так он изначально посчитал, но, увидев у мужчины защитный покров маны цвета испражнений, вмиг поменял своё мнение. Нужно было действовать быстрее.

Райден немедля рванул вперёд. Он выхватил тонкий клинок из неумелых рук и одним движением — снизу вверх — отрезал ему левую руку, которой тот пытался рефлекторно прикрыться. Вторым движением собирался отрубить ему и голову, как вдруг услышал сзади чей-то маниакальный, высокий голос мужчины и остановился.

– Тч-тч-тч, не надо так, мальчик. Убери-ка эту опасную вещицу от шеи тупого дяденьки, хи-хи-хи.

Райден переводил взгляд в сторону голоса так, словно мог сжечь источник звука вместе с темно-красными тряпками, отдалённо напоминающими одежду. В его глазах плескалась злость — на людей, на мир, снова доказавший свою враждебность. Позади Нилла он увидел человека с безумной улыбкой и непропорционально большой головой. Волосы мужчины были густые, курчавые, будто их пересадили с барана. В горло мальчика впился зубчатый кинжал.

"Я не смог почувствовать присутствия этого человека…"

Райден не хотел признавать, но ситуация стала плачевнее. Будь человек за Ниллом менее искусным, то внуку бы хватило скорости и умений, чтобы освободиться. Но сейчас он стоял перед выбором: использовать всю силу и за пару минут собрать возле себя всех магов Вайленгарда либо сдаться.

Он бросил меч.

– Так-то лучше. Теперь положи эту игрушку на землю и отойди от этого тупого-тупого дяденьки, и-хи-хи-хи. – Неадекватность кучерявого вновь явила себя.

– Кто это тут тупой, ты, выродок! Из‑за того, что ты такой медленный, я потерял руку! – Тощий мужчина всегда винил кого‑то в своих неудачах.

Он достал бутыль с эссенцией клейкого дерева и нанёс на рану, чтобы остановить кровотечение — это было дешёвым и доступным средством.

– Ой-ой-ой, вы поглядите, кто не в духе, ты главное руки не опускай, а-ха-ха-ха! – Маниакальный мужчина заливался смехом и плоско шутил, что никак не сочеталось с его навыками.

– Паскуда припадочная… Тебе лечиться надо.

Пробормотав себе под нос, раненный мужчина закончил обрабатывать рану и подошёл к Райдену. Он скинул с него капюшон и замахнулся кулаком, но неожиданно для себя остановился. Встретив бородатого, тяжёлый взгляд и молодое лицо на секунду выбили того из реальности.

– Ты погляди-ка, да это же б-близнецы!

По непонятным причинам однорукого начало трясти и бросило в пот. Он покачал головой, чтобы отогнать эти жуткие мурашки, похожие на удар током, и вернул прежний настрой. Его отвратительная гримаса полностью выдавала гнусную натуру: прибыль важнее, чем кричащее об опасности тело и разум — всё ради денег.

Он опустил руку.

– Будь моя воля, я бы заставил вас порубить друг друга прямо сейчас, но вот незадача… Такие близнецы, как вы, принесут мне огромные деньги. Мало того, один из вас ещё и маг! Охренеть! Маг в столь юном возрасте! Маг! Справедливый Ландао — ребёнок‑маг! Аха-ха-ха!

Райден понимал, чего этот тощий бандит разразился восторженными возгласами, ведь понимал, что благополучный процент становления магом где-то десять процентов. И был очень доволен такому подарку судьбы — на чёрном рынке за такой товар дали бы состояние.

Бородатый уже не обращал внимания на свою отрубленную руку, представляя, что его ждёт безбедная жизнь до конца дней.

– Сегодня удача на мой стороне! – он отошёл на несколько шагов и жадно пробубнил с мерзкой улыбкой впридачу.

– Кто-то слишком много болтает. Хи-хи-хи. Жаль, что тебе отрезали не язык. Хи-хи-хи. Язык без костей, получит?.. Их-ихи-хи-ха-ха-а!

Безумец резко перестал смеяться и вдруг поцарапал шею Нилла клинком. Мальчик спустя несколько секунд закатил глаза и упал на землю без сознания.

"Парализующий яд." – мрачно подметил Райден, сдерживая выброс силы, сравнимой с катаклизмом.

Будучи здравомыслящим человеком, он не хотел портить начало их новой жизни, поэтому ему пришлось подавить жажду убийства. Однако он ни на секунду не отвлекался, был сосредоточен и собран, как хищник. Да, именно хищник.

Малейшая заминка курчавого, которую Райден остро ощутил, сподвигла его создать огненный взрывающийся шар, но уже с пониманием, что это будет лишь дезориентация. Сфера рванула между Ниллом и безумцем, и это заставило его отпрыгнуть. Кучерявый хоть и был идиотом с виду, но рефлексы имел шустрые.

Пользуясь моментом, Райден следом бросил несколько камней, усиленных Скверной в однорукого. Два действия были почти одновременными, что помогло ему успеть подхватить Нилла и создав ещё по три взрыва на каждого. После всех действий он с внуком на руках бросился в стратегический побег, подняв дым и пыль.

Максимально выгодным фактором для него было присутствие рядом чащи с густыми зарослями, куда он побежал.

Однорукий потёр козлиную бородку и злостно улыбнулся. Быстрые, выверенные действия со знанием дела и скорость принятия решений наводили его на туманное прошлое Райдена.

Было заметно, что мальчик уже знал, как на практике использовать не только свои способности, но и окружение. Такие навыки реагирования приходят только с опытом, и никакая подготовка не сможет их дать. И однорукий это понимал, так как сам когда‑то служил в церкви.

"Интересно…"

Используя чащу как ограниченную видимость, Райден стремительно удалялся от города и смотрел на своё поцарапанное плечо.

"Успел? Похоже, моя скорость в этом теле никуда не годится. Нужно убрать яд."

Пока он не был в поле зрения и расстояние с Вайленгардом увеличилось, он сосредоточился и выдавил отраву обратно через рану с помощью Скверны. Она светилась в месте пореза чёрно-зелёной дымкой, испаряясь в воздухе.

"В этой форме пользоваться Скверной всё равно что кушать рис по одному зерну с закрытыми глазами, используя нить."

Без практики в молодом теле Райден не замечал сильной нагрузки, и когда попытался провернуть то же самое с внуком, его голова закружилась.

"Только не это…"

Сделав ещё пару шагов, он упал на землю без сил, свалившись сверху на внука, которого нёс на руках. В падении он пытался развеять вуду, но не вышло: он быстро вспыхнул несколько раз Скверной, но перевоплотиться не вышло. И перед тем как потерять сознание, он осознал, что его лимит — одно превращение в день.

Несколько минут спустя кучерявый безумец и однорукий нашли детей, лежавших друг на друге без сознания.

– У‑ху‑ху‑хух, интересненько как! Гляди, гляди! Он так долго продержался. Как это у него так получилось? Хмммм. – Безумец бился в раздумьях, тыкая пальцем в щёку Райдена, сидя рядом на корточках.

– Идиот, он же маг.

– Хммм. – Безумец прикидывал, насколько возможно, что такой юнец действительно был магом.

Он никак не мог понять, в чём же дело, всё озадаченно смотря на свой зубчатый клинок, будто сомневаясь в своих способностях.

Спустя несколько минут подошли двое подручных и взяли близнецов под руки, и отнесли к повозке недалеко от дороги. Это была клетка, накрытая плотным тентом. Тощий открыл её, чтобы его товарищи погрузили мальчиков внутрь, и внутри в темноте находилось шесть маленьких детей возрастом от шести до четырнадцати лет. На всех были застёгнуты ржавые кандалы, и рваная одежда. Их тела не имели ссадин или ран, лишь несколько небольших синяков. Дети не улыбались, а тряслись и вжимались в решётку. Ребята постарше с неопределённым желанием закрывали собой тех, что помладше, но все вели себя тихо, осторожно поглядывая в сторону открывшейся двери.

– Вот этим ублюдкам нацепите кандалы с блокировкой маны, да пошевеливайтесь, мы и так задержались!

Сообщники переглянулись, но вопросов не задали.

Дети, услышав про специальные кандалы, с интересом, пусть и не без страха, смотрели на неподвижные тела близнецов, лежавших на деревянном полу повозки. Юноши в их глазах были чем‑то непостижимым и загадочным. Ведь даже такие, как они, понимали, что магия в этом мире — это нечто удивительное, поэтому в их сердцах промелькнула искра надежды, которая быстро потухла. Они не хотели испытывать это чувство, предпочитая быть готовыми только к худшему. Боль и разочарование от ложной надежды было сильнее физической боли, настолько, что не хотелось жить.

Однорукий уселся в такую же повозку, и они тронулись.

"Ха! Мальчики‑близнецы с незарегистрированной магией. Да мне за это целое состояние отвалят! Я даже смогу заказать себе магический протез. Жду не дождусь." – Он жадно улыбался, продолжая фантазировать о богатстве.

***

Роскошное поместье виконта Азевайна.

Стоя перед большим ростовым зеркалом, обрамлённым узорчатыми вставками золота, Леонард Азевайн прихорашивался и тихо напевал. У него была типичная внешность мужчины, за которым охотились все распутные дамы, уже успевшие сколотить собственное состояние. Чёткие скулы, уверенный подбородок и спокойный карий взгляд нередко играли с ним злую шутку. Особенно раздражало его, когда кто‑то трогал его светлые волосы при всех.

– Я погляжу, господин в прекрасном расположении духа. – Дворецкий не мог проигнорировать, зная о вялом состоянии Леонарда в последнее время.

– Ты весьма наблюдательный, Адам. Сегодня ведь особенный день. Я бы даже сказал, волнительный и пропитанный непозволительной интригой. Хандрить уж точно никакого желания.

Леонард ценил Адама прежде всего за его опыт дворецкого, хотя нанял его по совсем другим причинам. Его мягкие черты, простодушная, но профессиональная улыбка и округлые глаза‑бусины, в которых таилась странная угроза, неизменно отвлекали на себя внимание — то самое, от которого Леонард предпочитал держаться в стороне.

– Господин, если совет узнает…

– Адам, — Леонард перебил его, — не порти мне настроение.

Виконт понимал беспокойство дворецкого насчёт Вайленгардского совета магов, в составе которого он сам состоял, но был готов к последствиям — и лишние нравоучения считал излишними.

– Адам, ты мой лучший дворецкий и надёжный товарищ. Ты знаешь обо всех моих делах, но прошу, избавь меня от нотаций. Лучше подготовь платиновые монеты, я собираюсь выиграть сегодня главный лот. И, пожалуйста, сделай это лично, чтобы не пришлось потом избавляться от прислуги. Всё же я к ним привык.

Последние слова господина повергли в шок бывалого дворецкого, и он не скрывал свои чувства. Леонард повернулся и успокоил Адама, для которого его вверенные подчинённые были как семья.

– Я пошутил, незачем так напрягаться, Адам. Справедливый Ландо, ты бы себя видел.

– Рад, что у Вас есть настроение шутить, и всё же стоит в этом попрактиковаться.

Пусть между ними и сохранялись отношения господина и слуги, это не мешало ему время от времени отпускать колкости — едкие, но не переходящие границ дозволенного.

– Эй! Это ранит, знаешь ли, – виконт стер с лица улыбку. – Тем не менее, можешь приступать к приготовлению. – Он повернулся к зеркалу и, наводя должный вид, добавил: – Я буду через пару минут.

Адаму оставалось только поклониться и уйти, но в последний момент Леонард окликнул его, серьёзно взглянув через зеркало.

– Адам… Напомни-ка мне, что будет, если церковь узнает, что у них под носом творится нечто подобное?

Дворецкий, обычно сдержанный, сделал паузу и ответил так, чтобы никто не мог подслушать:

– Лишение титула. Исправительные работы. Ссылка в зону боевых действий. Принудительное искупление… или незамедлительная казнь.

– Раз ты это понимаешь, Адам, прошу — сделай так, чтобы всё прошло как надо.

– Можете на меня положиться.