Май\июнь 1977-го.

Вернувшись домой, я схватил колу, пачку чипсов и направился в свою комнату. Не думаю, что смог бы сдержать эмоции с родителями, Джеффом или Стефани – мне просто нужно было побыть одному. Вряд ли это кому-то показалось бы странным, я часто уединялся в комнате, чтобы почитать. А теперь там был и телевизор, полученный на День Рождения. Я включил спортивный канал, где шёл повтор игры «Джиллиганс Айленд» и «Грин Акрс», и оставил фоном на время чтения. В понедельник предстояли финальные экзамены, и мне нужно было очистить ум.

В воскресенье мы пошли в церковь. Почти у входа я увидел Дженни и сказал:

- Здравствуйте, миссис МакГрат.

Улыбнувшись, она ответила:

- Привет, Стиви! – и направилась к своей скамье.

Мама сказала:

- Миссис МакГрат вчера звонила, чтобы сказать, как отлично ты поработал и как она благодарна за всё, что ты сделал. Я сказала ей, что ты можешь и дальше работать летом, но она думает, что помощь ей больше не понадобится.

- Хорошо, мама.

Я был решительно настроен не показывать вообще ничего. Просто сел и смотрел на сидения впереди. Дженни находилась рядом с парнем своего возраста; я гадал, что бы это значило. Не помню, о чём была проповедь, потому что мои мысли были заполнены всякими непристойными вещами. Слова будто текли мимо меня, не проникая в моё сознание.

После проповеди я увидел, как Дженни явно флиртует с парнем, сидевшим возле неё. Я стиснул зубы и, зная, что это должно произойти, просто сел в машину. Впереди был ещё один день попыток очистить мысли и привести их порядок.

Пройдя к себе в комнату, я включил радио и вытащил учебник истории, чтобы подготовиться к экзамену. Сначала приходилось непросто, но история была моим любимым предметом, потому-то я с неё и начал. Я поблуждал в периоде после Гражданской Войны, просмотрел Президентские выборы, политику по отношению к индейцам и пробежался по Испано-Американской войне.

К понедельнику я успокоился, привёл эмоции в порядок, и я знал, что экзамены пройдут хорошо. В обед ко мне подсели Бриджит, Ларри, Сьюзен (моя подруга из седьмого класса) и Денни Баер, её новый парень. Мы мило поболтали, так как все учились прилежно и не имели особых причин переживать перед экзаменами.

Сьюзен было тяжелее всего – она была в концертной группе и должна была на экзамене сыграть сольную пьесу. Мы поговорили про вечеринку, которая должна была пройти в пятницу вечером в доме Крисси Джонс. Семья Крис жила в старом, отремонтированном фермерском доме, а в их сарае смогли бы разместиться все восьмиклассники школы, приди они туда.

Пообедав, мы разделились и направились на экзамены. С утра я уже сдал английский (ничего не зубря – благодаря миссис Олиджи, я был асом). Мистер Диксон раздал листки. Как я понял, десять тестов «выберите из», десять «верно\неверно», десять «заполните пробел» и два эссе – пара пустяков.

Я закончил примерно за половину отведённого времени, и спокойно успевал всё проверить. Один ответ я изменил, сообразив, что там был тонкий подвох. Типичный мистер Диксон. Пришлось перечитать все ответы, чтобы убедиться, что ошибка нигде не повторилась. Не-а. Я знал, что, пока мистеру Диксону нравятся мои эссе, высшая отметка мне обеспечена, да я и так успешно справился.

Не думаю, что эссе были бы проблемой – моей темой в Ноябре был Джимми Картер. Я назвал эссе «Большие надежды» и написал, что, не смотря на множество обещаний, в роли президента его ждёт неудача. За это меня ожидала высшая оценка с плюсом и искренняя похвала мистера Диксона. Я до сих пор храню копию той работы; жаль лишь, что страна не поняла то, что понял я. У меня было хорошее настроение... но я также знал, что это продлится недолго. Завтра меня ждал испанский и мой злейший враг, миссис Томпсон.

Миссис Томпсон, также известная как «Мисс Пигги» (из-за сходства со знаменитым персонажем Маппетов), казалось, ненавидит всех и вся, а мальчиков из своей школы – особенно. У неё висела табличка с надписью: «Правило 1: учитель всегда прав. Правило 2: если тебе кажется, что учитель неправ, см. правило 1». И она действительно так считала.

В седьмом классе у нас был лучший учитель испанского. В восьмом – худший. Я боялся остаться у неё ещё на один год, но пока не был готов заговорить по-испански. В конце концов, я начинал учить его во втором классе, когда мы жили в Южной Калифорнии. Это было в шестидесятых, до волны массовых эмиграций, но даже тогда в Лос-Анжелесе и округе жило приличное количество мексиканцев.

Дома, вечером, я собирался засесть за книги. Запомнить глагольные спряжения, освежить в памяти словарный запас, пройти пару тестов из книги по испанскому, купленной самостоятельно, и просмотреть все домашние задания. Вряд ли этого было бы достаточно, но мне бы хотя бы набрать на «хорошо». Я делал так в первых трёх кварталах, хотя оценка и выходила еле-еле. Но приходилось идти на это.

И дело было не в том, что я не знал материала, или не сделал домашнюю работу, или провалил тест. Нет. Миссис Томпсон, выставляя оценки, лишь на четверть руководствовалась классными занятиями или нашими языковыми навыками. Не было ни малейших сомнений в том, что она вытягивала девочек и «топила» мальчиков. Мои оценки за контрольные были достаточно низкими, чтобы она поставила мне «Удовлетворительно», если только я не наберу на экзамене 93 балла. Я был полон решимости, но это было непросто. Она всегда делала тесты сложными и ей удавалось вставить хотя бы одну вещь, которую я недостаточно выучил. Не в этот раз, решил я.

Наконец, закончив, в половине первого ночи я закрыл книги. Вставать нужно было в 6:30, я ещё успевал поспасть. По счастью, экзамен по испанскому был единственным в этот день. Ну, ещё «тест» по физкультуре, но его я бы сдал даже спящим и насквозь больным. Приседания, отжимания и бег, и только два варианта – «сдал» и «не сдал», а минимум был невелик. Раз плюнуть. К тому же, можно посмотреть на симпатичных одноклассниц в шортах и футболках. Бонус!

Вторничное утро было дождливым и прохладным, и я с зонтом поплёлся к автобусной остановке. Не лучшее начало дня. В автобусе я сел возле Ким Смит. Она жила по соседству и была пацанкой из пацанок. Мы поболтали о «Рэдс», надеясь, что они вернутся в том же составе. Когда твоя команда - один за другим - выигрывает Мировую серию, разбивает в пух и прах Бостон и на закуску побеждает «Янки», ты возлагаешь на неё большие надежды. Ушедший в межсезонье Тони Перез этому не способствовал, но у них всё ещё были хорошие шансы.

Пока мы добирались, дождик почти улёгся, и я не стал раскрывать зонтик, чтобы дойти от автобуса до школы. Закинув вещи в шкафчик, я пошёл в классную комнату. После обычного начала дня раздался звонок и я пошёл через полздания в кабинет миссис Томпсон. Первое место в ряду возле окна (она сажала учеников в алфавитном порядке, а Тим был в другом классе). Я сел, выложил на стол два карандаша и ластик, убедился, что у меня нет ничего лишнего, и стал ждать.

Она вошла в своей привычной самоуверенной манере и раздала экзаменационные листки. Взяв один, я передал стопку Денни Баеру, который сидел за мной. Листок текстом вниз, конечно же. Ох. Когда все получили листки, она сказала «Начинайте» и села за свой стол – следить за нами, как ястреб следит за мышью. Я перевернул листок и начал читать.

У меня была привычка, которая сильно помогла мне в школе (по крайней мере, когда я ей следовал). Прочесть всё (все три листа) прежде, чем ставить свою подпись. С каждым вопросом я становился всё более и более радостным – не было ничего такого, чего бы я не знал. Я добрался до второй половины последней страницы, места, где она обычно размещала свои «сюрпризы», и усмехнулся. Я всё угадал.

Я убедился, что запомнил ВСЕ глаголы-исключения, которые мы проходили в классе или использовали в домашних заданиях. Вернувшись на первую страницу, я начал проходить тест. Когда я закончил, ещё оставалось время всё проверить; я нашёл пару орфографических ошибок и одно пропущенное ударение. Я исправил их и, когда она собрала листы, знал, что теперь у меня есть «Отлично» за экзамен и «Хорошо» за четверть. Ничто не могло этого изменить – она ещё в прошлую пятницу передала наши оценки директору.

В обед банда встретилась; мы с Денни поговорили про экзамен испанского. Он был слегка расстроен, так как не знал ответа на пару вопросов, но всё равно сдал. В Старшей школе он решил забросить испанский и пойти на немецкий. Я ответил, что это, может, неплохой план, но мне придётся ещё год потерпеть миссис Томпсон, так как я хочу закончить курс испанской литературы для юниоров и сениоров, предлагаемый тем, у кого за плечами минимум три года испанского. Все прочие, кажется, считали, что экзамен прошёл хорошо, а Сьюзан с облегчением узнала, что хорошо сдала свою пьесу (а возможно, и на «Отлично»). Я не сомневался в ней – мне как-то довелось немного услышать, как она играет, и она была хороша в этом.

Экзамен по физкультуре прошёл так, как и ожидалось. Разгадав все ловушки миссис Томпсон, я чувствовал себя полным энергии, и приложил к экзамену все силы, хоть и не выспался ночью. Семь кругов я пробежал за 12 минут. Три четверти мили. Я обогнал всех, кроме двух ребят, которые бегали на дальние дистанции – они пробежали восемь кругов за ещё меньшее время. На дальние дистанции я всегда бегаю хорошо. Не просите меня бежать спринт, я буду ещё в самом начале, когда первый бегун уже порвёт ленточку, но дальние дистанции для меня легки. И, как я и думал, основной бонус в виде молодых грудей и симпатичных попок в коротких шортах, прыгающих вокруг трека, мне не повредил.

Среда была последним школьным днём. Поскольку учебный зал был один, все шесть экзаменов были раскиданы с понедельника по среду. Мне нравилось то, что в школе не было никого, кто не сдавал бы экзамен. Первым экзаменом в среду была алгебра. Я промчался по тесту, дважды проверил ответы и вытащил книгу, чтобы почитать остаток времени. Мистер Неймайер крут в этом отношении. В обед было всё то же самое, только Денни не грустил, решив забыть миссис Томпсон раз и навсегда. Мне следовало бы сделать то же самое.

Ларри казался немного замкнутым, и я спросил его, что случилось.

- Ничего особенного. Просто я кое-что пытаюсь понять.

Мы не слишком много виделись в последний месяц – чаще всего мы встречались в субботу, а я пропустил три подряд (и о двух из них даже не мог ему рассказать). Я не было уверен, что сказать, и потому сменил тему.

- Эй, не вешай нос! На следующей неделе – школьный турнир по шахматам.

Он улыбнулся.

- Ага, это должно быть весело.