То, что маркиз Эдфельдт сосредоточил военные силы в Терра-Кайне, означало, что все остальные города в его владениях оказались практически беззащитными.

Хотя, даже если бы он распылил силы, их всё равно разбили бы поодиночке, так что сосредоточить войска в Терра-Кайне, молясь, чтобы Рене не напала на другие города, не было ошибкой. К тому же, Рене к этому моменту уже захватила несколько столиц владений, и в каждом случае она применяла тактику внезапного удара по столице, игнорируя другие города, так что, возможно, он думал, что и на этот раз будет так же.

Но эта стратегия была предназначена исключительно для эффективного убийства дворян путём внезапных нападений.

Раз в столице уже собрались значительные силы, Рене, со своей стороны, тоже не преминет предпринять соответствующие приготовления.

Рене методично, словно на конвейере, уничтожала города в окрестностях столицы, чья система обороны стала дырявой после созыва войск. Точно так же она уничтожала и разбросанные деревни, формируя множество отрядов численностью в несколько десятков воинов-нежити и выжигая всё под корень.

Ценности, продовольствие, оружие — всё забиралось подчистую, а то, что унести не могли, уничтожалось.

Однако мирных жителей не убивали.

Дома сносились один за другим, городские стены тщательно разрушались, в колодцы сбрасывали навоз или топили зомби, на поля сыпали яд. И даже так людей убивали по минимуму.

Естественно, люди, лишённые средств к существованию и ставшие беженцами, хлынули в Терра-Кайне.

Нахлынуло столько народа, что один город не мог вместить всех, и перед городскими воротами выстроилась длинная очередь людей, ждущих досмотра.

Более зажиточные сразу же бросились снимать жильё, но, несмотря на взвинчивание цен, всё быстро заполнилось, и некоторые попытались заплатить горожанам за предоставление крова. У кого не было денег, предлагали свою рабочую силу, а некоторые были готовы предложить и свои тела.

Такие места, как храмы или общественные здания, где можно было переночевать, уже были заполнены беженцами из королевской столицы. Хотя Терра-Кайне относительно близок к королевской столице, до сих пор удавалось размещать всех, поскольку большинство беженцев направлялось на запад.

Но когда хлынул поток беженцев со всех окрестных земель, этот баланс рухнул. К несчастью, сейчас зима. Для самоубийц — самое подходящее время спать на улице. Но даже так всех разместить не удавалось.

В качестве крайней меры маркиз Эдфельдт приказал собрать по всему городу палатки и расставить их внутри оставленного армией Ноа-Курио временного лагеря, пытаясь разместить там беженцев. Но и этого оказалось недостаточно. Некоторые, спавшие под навесами домов, заболевали.

Средством обогрева служили лишь костры, а скопление людей в одном месте неизбежно порождало конфликты.

Еды для беженцев тоже не хватало. После того как армия Ноа-Курио и «Принцесса Адских Роз» скупили всё подчистую, запасы продовольствия на рынке истощились. Не было денег, а если деньги и были — нечего было купить, и люди стали прибегать к воровству.

Усугубляло ситуацию и то, что гуманитарная помощь от храмов, изначально направлявшаяся на запад, где было больше беженцев, теперь сосредоточилась там.

Попав в тяжёлое положение, люди ищут, кого винить.

Почему это должно было случиться с ними? Прямая причина, само собой, — «Принцесса Адских Роз».

Но.

Сюзерен, собравший рыцарей в своём логове из любви к собственной шкуре и оставивший другие города без защиты. Разве можно сказать, что он не несёт ответственности? Ведь народ платит налоги в обмен на то, что дворяне объединяют и защищают его.

А армия Ноа-Курио, которую с помпой призвал маркиз Эдфельдт, трусливо сбежала, поддавшись панике. Недоверие к армии Ноа-Курио превратилось и в недоверие к разрекламировавшему её маркизу Эдфельдту.

Люди с пустыми желудками, дрожали от холода, и смотрели с подозрением на маркиза (и заодно на армию Ноа-Курио)

Что произойдёт, если такое скопище соберётся сверх вместимости города?

* * *

Отступление армии Ноа-Курио совпало по времени с одновременными нападениями на несколько городов и их захватом.

И даже на следующее утро поток беженцев в Терра-Кайне не прекращался.

— Господин маркиз. Позволю себе заметить, что если «Принцесса Адских Роз» нападёт, невозможно предсказать, что натворят вышедшие из-под контроля горожане. Таково моё искреннее впечатление после обхода города. Паника неизбежна, но к чему она приведёт — трудно сказать.

— М-м, уф…

Крупный мужчина преклонных лет, глубоко сидевший в кресле кабинета, — маркиз Эдфельдт, то есть Маркус, — в задумчивости прижал ладонь к лицу, выглядящему словно грубо обтёсанный камень, а затем провёл по коротко стриженным тёмно-каштановым волосам.

Бартиль обошёл город, наблюдая за беженцами. И свои впечатления о текущей ситуации он и выложил в докладе маркизу.

Атмосфера в городе была какой-то тревожной, казалось, даже чувствовался запах ржавого железа.

Но поскольку ситуацию нельзя было исправить ни ухищрениями, ни усилиями, беженцам ещё какое-то время придётся терпеть неудобства. То есть в таком положении предстоит встретить «Принцессу Адских Роз».

— Похоже, войско «Принцессы Адских Роз» сейчас стоит лагерем в руинах Уарко-Марте.

— Быстро же дошли слухи… Я тоже об этом слышал.

— Если учесть скорость её продвижения от уничтожения Весары до нападения на королевскую столицу, враг может появиться здесь в любой момент… На самом деле, просто армия, которой не нужны ни отдых, ни пища, и где всегда царит полное единомыслие, — это настоящий кошмар. Она движется, как дополнительная конечность своего командира, не зная усталости.

Скорость продвижения армии нежити Бартиль испытал на себе, и Маркус это тоже понимал. Обычной армии потребовались бы дни на преодоление пути, который они прошли за один день, и нападение на королевскую столицу было ещё свежо в памяти.

Уарко-Марте и так находится недалеко от Терра-Кайне, так что сейчас им словно приставили нож к горлу.

— Намеренно не убивать людей, а гнать их сюда, в Терра-Кайне… И стоять лагерем в месте, откуда можно нанести удар в любой момент, продолжая выжидать. Словно ждёт, пока вино созреет… пока этот город не созреет. Из уцелевших городов поступают просьбы о помощи, но если отправить войска туда, это сыграет врагу на руку. — Маркус с досадой скрипнул коренными зубами.

Бартиль промолчал.

Намеренно собирать людей, чтобы вызвать хаос… Это действительно похоже на почерк Рене. Беженцы постепенно прибывают, недовольство накапливается. А продовольствие истощается. Даже если армия нежити будет просто выжидать, Терра-Кайне постепенно погрузится в состояние удушья.

Но только Бартиль знал, что у Рене, наполнившей Терра-Кайне людьми, была ещё более губительная цель.

Ей даже не нужно было ждать. Скорее всего, она начнёт действовать прямо сейчас. Потому что достаточно того, что здесь есть люди.

Сейчас Терра-Кайне подобен пруду, где вода помутнела от поднявшегося со дна песка. План Рене сработает, если воспользоваться этой неразберихой.

— В любом случае, нет сомнений, что «Принцесса Адских Роз» нападёт в ближайшее время. Как вы намерены действовать? — Бартиль задал этот вопрос, чтобы испытать Маркуса.

Чем меньше погибших, тем лучше. Он хотел спасти как можно больше людей. То, как должен поступить Бартиль для этого, зависело от Маркуса. Насколько его использовать. И где бросить.

Изначально, похоже, Маркус замышлял тайно бежать вместе с Гисланом под защиту армии Ноа-Курио.

До сих пор Рене точечно нацеливалась на дворян, и, наоборот, казалось маловероятным, что она станет специально нападать на Терра-Кайне, где не будет ни Маркуса, ни Гислана. Видимо, он рассчитывал, что, нарочито афишируя своё местоположение под крылом армии Ноа-Курио, он отвлечёт внимание Рене от своих владений и к тому же сделает себя и Гислана недосягаемыми. Кажется, он также рассматривал вариант отступить вместе с армией Ноа-Курио и вернуться со второй, полностью подготовленной союзной армией.

Однако из-за внезапной смерти генерала Патрика армия Ноа-Курио раскололась. В такой ситуации сопровождение отступающей армии не обеспечивало бы защиты.

— Внезапная смерть… Внезапная смерть, а? Чёрт, что там случилось? Пока я ничего не успел понять, армия Ноа-Курио уже убралась.

Бартиль не знал подробностей о том, что произошло в армии Ноа-Курио. Известно было лишь, что случилось нечто странное — Патрик внезапно умер. Маркус толком не делился информацией, а возможности самому что-то выяснить пока не было.

Он только что оставил сообщение установленным способом, чтобы связаться с агентом Федерации Джилеш-Хатар, Шелли, но нет гарантии, что она что-то знает.

Так или иначе, было ясно, что Маркусу теперь не оставалось ничего иного, как встретить «Принцессу Адских Роз», полагаясь на свой замок и своих рыцарей.

— Если предположить, что «Принцесса Адских Роз» нападёт, как вы поступите?

— Насчёт этого… Я хотел бы, чтобы второй орден выступил в качестве основного партизанского отряда.

— То есть сражаться при поддержке священных верей, верно?

Бартиль также слышал о планах использовать оставленных армией Ноа-Курио священных зверей.

— Действительно, против «Принцессы Адских Роз» одного лишь численного превосходства недостаточно. Существуют фигуры, которых не одолеть простым числом, включая её саму как полководца. Нужно подготовить отборные, элитные части и сделать их ключевыми в операции.

— Изначально это была задача «Решительного Дроэта». Где же они, чёрт возьми, прохлаждаются… извините. Прошу забыть эти слова. — Пробормотал Маркус с таким лицом, словно он только что съел полный курс блюд из сорняков.

«Решительный Дроэт», хоть и известный проблемным поведением, несомненно, был второй по силе группой в стране, и то, что они исчезли — то ли сбежали, то ли им надоело — было серьёзным ударом для Маркуса.

Даже если через Эрминио удастся договориться со Священным королевством Диретта, оно не сосед, как королевство Ноа-Курио, так что Диретте потребуется время, чтобы прийти на помощь.

Придётся справляться имеющимися силами.

— И рыцари, и крестьяне-ополченцы, все воины заурядной силы должны в групповом бою любой ценой выигрывать время. А с сильными противниками, которых им не одолеть, будут разбираться элитные партизанские отряды со священными зверями.

Понимаю, что это сурово, но другого выхода уже нет…

— И вы доверяете это мне…Я приложу все усилия. Кайя и другие оставшиеся под моим началом бойцы — все храбрецы, способные сражаться против тысячи врагов. Да и я сам, хоть и остался с одной лишь механической рукой, не отстану от воинов-нежити.

— Благодарю вас. Прошу, защитите его высочество.

Взрослые такие хитрые — с горькой усмешкой подумал про себя Бартиль.

Упомянув здесь его высочество Гислана, Маркус принуждал Бартиля как уцелевшего члена королевского рыцарского ордена сражаться за него. В этом чувствовался расчёт.

Но это всё было лишь для видимости. Бартиль уже давно списал со счетов и Маркуса, и Гислана.

Они не смогут победить Рене.

Сам Маркус, как заинтересованная сторона, возможно, и вынужден сражаться, но незачем втягивать в это народ.

— Хотелось бы ещё собрать побольше искателей приключений. Я обращался к ним, но пока что собрались лишь такие, что ничуть не лучше простых солдат. Может, удастся попросить о помощи графа Кили, который как раз в городе…

— А как насчёт бывшего командира второго ордена, сэра Ареотти? Пусть он и отошёл от дел, его навыки не сравнить с какими-нибудь местными искателями. — Бартиль задал этот вопрос, уже зная ответ.

Альфио. Бывший командир второго ордена, открывший в этом городе школу фехтования. Чудак, который ради постижения пути меча взвалил управление домом на своего младшего брата. В свои лучшие годы его мастерство, вероятно, приближалось к уровню Лоренса.

Маркус слегка раздражённо ответил:

— Говорят, он отправился на запад, узнав о выдвижении кандидатуры в наследные принцы маркизом Бергером.

Альфио уже отправился в путь во владения маркиза Бергера, чтобы поддержать другого кандидата в наследные принцы.

Внезапные действия Альфио, всегда сторонившегося политики, вероятно, стали для Маркуса неожиданностью. Конечно, за поступком Альфио стояли происки Федерации Джилеш-Хатар и не кто иной, как поддержавший его Бартиль.

— Скоро и мне нужно будет отправиться туда. Но перед этим… закончить дело, оставшееся в этом городе.

— Тогда, чтобы организовать оборону, мне бы хотелось оценить нынешние силы. Можно?

— …Да. — Выглядевший не очень готовым к этому, Маркус нехотя кивнул.

Маркус не особо доверял Бартилю, до сих пор толком не делился информацией и последовательно держался позиции, что тому следует просто слепо выполнять приказы. Но, видимо, теперь, когда дело дошло до этого, он счёл, что молчать уже нельзя. Ибо больше положиться не на кого.

Однако в тот момент, когда Маркус собрался заговорить, его лицо озарил слабый голубой свет.

Замигал знак связи на столе, предназначенный для экстренной связи. На полях карточки была пометка «Начальник стражи».

Лицо Маркуса мгновенно побелело. В королевском рыцарском ордене знаками связи пользовались постоянно, но Маркус распорядился использовать его только во время боя или при по-настоящему срочных сообщениях. То есть это означало, что произошло нечто, о чём нужно немедленно доложить Маркусу.

Коснувшись пальцем знака связи, Маркус активировал его.

— Господин маркиз!

— Что такое?! Нежить появилась?! Или бунт начался?!

— Н-нет, не то, не то! — Голос начальника стражи, доносившийся из знака связи, был полон тревожного нетерпения, словно он торопился произнести следующие слова, и они застревали у него в горле.

Но в его голосе сквозила не неприятная, а скорее напряжённая срочность и не скрываемое возбуждение.

— «Ледяное копьё»! Сильнейшая группа искателей приключений Сиэль-Терры откликнулась на призыв!

— Что?!

— О-о-ой. И как же ты выкрутишься, Рене? С этим-то уже так просто не справиться, да? — Бартиль тихо подавил ехидную усмешку.