Болото проклятий пузырилось, словно где-то в его глубинах нечто пыталось вырваться наружу.

«Дитя, рождённое из моей крови. Исполни свой долг…»

— Позвольте мне молиться… Позвольте мне просто молиться… В тюрьме из чёрных лиан. — Пленённая Крусалина, словно мантру, повторяла эти слова, пытаясь отгородиться от грохотавшего в голове голоса.

Она была истощена до предела — сначала тем, что служила сосудом воли предков, а затем её продолжали терзать муки, не давая нормально спать. Грань между реальностью и бредом уже стёрлась, и её измученный разум воображал, как королевство муравьёв, живущих в этой комнате, подверглось нападению огнедышащих жуков. Но даже сейчас она твёрдо держалась за мысль, что нельзя поддаваться голосу, который к ней взывает.

С того дня битвы, когда у них отняли лес, и после того, как её заточили в эту тюрьму, голос предков продолжал нашёптывать Крусалине. Обычно получение пророчеств даже без молитв считалось огромной честью. Но Крусалина не отвечала на призывы. Ей не хотелось признавать, что она сомневается в предках, но итогом того, что она доверилась им, стала нынешняя катастрофа.

Послушание не гарантирует успеха. Даже если причина тому — нежелание эльфов сотрудничать или их слабость. Даже если великие предки не несут ответственности. Если следование пророчеству ведёт к ухудшению ситуации, значит, не следует им слепо повиноваться — так она начинала думать.

Поэтому Крусалина просто молилась. Чтобы успокоить сердце, и чтобы ей указали решение, которое всё уладит, а не бросали в безнадёжную битву.

Так она кое-как существовала, но голос, взывавший к Крусалине, внезапно усилился.

— Позвольте мне просто молиться…

«Крусалина… это произошло из-за того, что ты отказалась сражаться…»

— …Э?

В тот миг, когда тон голоса изменился, сознание Крусалины покинуло тело, устремилось сквозь землю и узрело видение далёкого места.

Там, где не было леса, а была равнина, и человеческий город на берегу реки.

Армия монстров осаждала город, и между ними и людьми, сопротивлявшимися им… солдатами Кейнисской Империи… разгорелось ожесточённое сражение.

Пока великаны и големы вели тяжеловесный бой, рядом на волках мчались эльфы…

Нет, не эльфы. Точнее, эльфы, но их кожа и волосы были окрашены в тёмные тона, а женщины были облачены в непристойные кожаные доспехи.

Заклятые враги всех эльфов, падшие во зло тёмные слуги — тёмные эльфы.

Кто же был в первых рядах этой битвы?

Лиера…!?

Лиерамирес.

Почему? Зачем? — Эти слова вихрем закружились в голове Крусалины.

«Это потому, что ты не сражаешься…»

— Потому что я… не сражаюсь… — Ошеломлённо повторила Крусалина.

Лиера!? Лиера!! Как ты могла!? Это же совершенно непростительно. Стать слугами Тёмного божества — абсолютное табу!

Этого не должно было случиться. Не может быть. Что толкнуло её на это? Нет, это неважно. Её нужно вернуть. Даже если это невозможно, её нужно остановить.

Раз само существование тёмных эльфов — уже грех, то нужно остановить её, прежде чем она совершит ещё больший грех.

— Лиера… я должна тебя остановить… я остановлю…!!

В тот миг.

С ощущением, будто она бросилась в бездну, и без того уже надломленная психика Крусалины была разъедена до самого основания.

***

— Ха-а-а-а-а-а!

Зефт и Сэкимакура атаковали «Принцессу Адских Роз» почти одновременно с двух сторон.

— «Семь магических пуль»!

Она взмахнула кровав-красным клинком, и из его лезвия вылетели семь отвратительных чёрно-красных магических пуль, которые, словно обладая собственной волей, полетели, окружая Зефта.

— Чёрт!

Зефт, размахивая большим мечом, нейтрализовал магические пули, отпрыгнул, уклоняясь, но один снаряд оставил на его нагруднике кровавый след. Благодаря «Освящению» доспехи обладали сопротивляемостью атакам злой энергией. Урон был невелик.

Тем временем Сэкимакура приблизился к «Принцессе Адских Роз» с другой стороны. Он обрушил на неё серию ударов огромными наручами, украшенными драконьими головами.

— Ха-а!

Три удара, быстрых как молния, были нанесены один за другим. Но «Принцесса Адских Роз» парировала их все, пресекая всю атаку на корню.

Парирование. Уклонение. Уклонение. Обход с фланга. Всё это происходило со скоростью, за которой обычный человек не смог бы уследить.

Глядя на аномально эффективные уклонения «Принцессы Адских Роз», Сэкимакура заподозрил неладное.

Слишком быстро отвечает на атаки. Неужели читает мысли? Противник — могущественный именованный монстр. Возможно и такое. Тогда сдерживающие удары и финты бессмысленны!

Решение было мгновенным. Сэкимакура несколько уменьшил количество ударов, вкладывая в каждый всю силу, делая каждый из них потенциально смертельным.

— Сэй-я-а! — Сэкимакура нанёс удар кулаком, вложив в него вес тела и всю силу.

«Принцесса Адских Роз» отбила удар мечом. Между кровавым мечом и драконьим наручем проскочила алая искра. Несмотря на маленькое тело, сила была невероятной.

— Сэй-я-а!

Но Сэкимакура, шагнув вперёд, нанёс ещё удар. «Принцесса Адских Роз», взмахнув мечом в руке, отразила удар. Сверкнули искры, и она отступила на шаг. Хотя сила у неё была чудовищная, но, из-за малого веса её тела, в обмене тяжёлыми ударами преимущество было на стороне Сэкимакуры.

— Сэй-я-а!!

Ещё удар.

Тяжёлый, как удар колокола, звук разнёсся вокруг. Каблук девушки прочертил борозду на истоптанной земле.

— Получай! — Подскочив, Зефт с занесённым большим мечом перепрыгнул через голову Сэкимакуры и обрушил удар.

Казалось, у неё не было времени уклониться.

Но в тот миг, когда Зефт опустил меч, фигура «Принцессы Адских Роз» исчезла.

— Телепортация!?

— Гу-а!

Когда Сэкимакура уже разворачивался, чтобы встретить её, он услышал крик.

Маг Клер из «Ледяного копья», зажимая кровоточащую рану, бежал к ним. Его плечо было глубоко рассечено. Вернее, казалось, что удар, который должен был разрубить его от плеча до паха, был неестественно остановлен на полпути.

Когда «Принцесса Адских Роз» попыталась его добить, на её пути встал Кайн с большим щитом.

— Не пройдёшь! — Выставив вперёд большой щит, способный укрыть всё тело, Кайн ринулся вперёд, словно желая раздавить врага.

Увидев это, «Принцесса Адских Роз» отвела назад свой алый меч, став похожей на натянутую тетиву лука, и сделала паузу, будто глубоко вздохнув.

В тот миг, когда Кайн должен был столкнуться с ней.

Щит глухо задрожал, и остриё меча пробило его насквозь.

— Дэ-э-э!? — Кайн, поражённый, отступил.

Щит танка-защитника делают максимально прочным, жертвуя весом, ценой и многим другим.

Снаряжение искателя приключений шестого ранга, должно быть, было отличным, и его не так-то легко повредить.

Впрочем, судя по всему, пробить или разрубить щит она не смогла — когда Кайн отступил, меч выскользнул из щита.

— Опасно, ещё немного — и я был бы труп.

— При атаке на полную мощь она пробивает даже магический щит. Будьте осторожнее.

Кайн, осторожно выставив щит, и «Принцесса Адских Роз» замерли, глядя друг на друга.

— «Благословение: великое исцеление»! — Альбина применила исцеляющую магию к Клеру, который подкатился к ним.

— Чёрт…

— Ты цел?

— Да, каким-то чудом. Кха… Еле успел использовать амулет. Этот меч наносит не физический урон, а магический.

Клер, сверкнув очками, поднял почерневшую, дымящуюся золотую пластинку, висевшую на шее — универсальный защитный предмет, блокирующий любую магию.

В момент удара он распознал природу атаки и защитился оптимальным способом — этот парень, несмотря на свой хрупкий вид, был первоклассным искателем приключений, обладающим недюжинной смелостью.

— Я, конечно, знал, что она сильна, но чтобы настолько…

— Ага. Но если мы её одолеем… — Зефт со скрежетом стиснул зубы от ненависти. — Ченси… освободится!

***

«Доложи обстановку.» — Продолжая сражаться со спецбойцами, Рене мысленно спросила Аластора.

Нежить, созданная и контролируемая Рене, имеет одностороннюю ментальную связь с ней и действует согласно её воле. Используя это, можно было передавать короткие сообщения или делиться информацией.

«Везде всё в порядке. Контрмеры против планов врага действуют успешно.» — В голове Рене раздался голос Аластора.

Это было не её способностью, а результатом того, что ожидавший в тылу лич связал её с Аластором магией телепатии.

До начала боя они почти полностью выяснили расстановку вражеских сил и примерно предсказали их действия. И приготовили контрмеры, которые, судя по всему, срабатывали.

«Подкрепление ещё сдерживают?»

«Вражеским силам будет трудно добраться. Ваш питомец беснуется, не давая им и шанса подобраться ближе.»

С юга поднимался чёрный дым, похожий на сигнальный.

Этот пёс-гигант с его способностью к огненным атакам лучше всего сражался против толп, а не против элитных бойцов. Поэтому Рене и отправила своего ездового зверя действовать отдельно.

«Если будут свободные силы, не сможешь ли отправить ко мне спецбойцов, которые готовятся встретить подкрепление с юга? Я сейчас сражаюсь с группой, похожей на вражеский козырь, и они довольно сильны. Сейчас жду, пока они выдохнутся.»

«Как прикажете, принцесса.»

«Извини, я отключаюсь. У меня звонок по экстренной связи.»

Пока они обменивались информацией со скоростью мысли, связной талисман, зажатый у неё между ног, загорелся бледно-голубым пламенем и закричал голосом Эверис. — «Синяя армия, развёрнутая у леса, вбила в магические жилы формулу переосвящения. Это было бы ещё полбеды, но теперь из-за этого наблюдается аномальная энергетическая реакция.»

Спецбойцы, услышавшие этот голос, удивлённо переглянулись.

— …А это что? — Рене почувствовала с юга волну необычной силы.

Быстро. Быстрее, чем бег, чем езда, чем полёт, что-то стремительно приближалось, скользя по земле.

Нет, не скользило по земле — оно двигалось под землёй.

Голоса удивления и замешательства и от союзников и от врагов, сначала доносились издалека, затем всё ближе, накатывая, словно волны.

Земля разверзалась.

Длинная, почти прямая трещина приближалась быстрее лошади.

Что-то двигалось под землёй, разрывая её и выбрасывая из разломов лучи света.

— Светящийся крот?… Нет, конечно.

Рене, которая во время боя развернула восприятие эмоций, ощутила прикосновение чего-то холодного, бездушного и ужасного и поспешно отключила свою способность.

Это…!

Она узнала это.

Ощущение того, в ком поселилась божественная воля.

Светящаяся трещина остановилась неподалёку от Рене и взорвалась фонтаном света, словно гейзер. Вернее, земля просто взорвалась.

— Уа-а-а!?

Несколько человек были захвачены взрывом и отброшены вместе с землёй.

А в столбе восходящего света кто-то был.

В простом жреческом одеянии, словно сотканном из света. Даже украшения из золота и самоцветов, казавшиеся полигонами до наложения текстур, были ослепительно-белыми и безликими.

Это имело облик человека, но не было человеком.

Ослепительно сияющая фигура Крусалины, с застывшим, словно театральная маска, выражением гнева на лице, взирая на Рене с высоты.