— Что происходит… Нежить отступает?

Пробормотал один из рыцарей, отчаянно сражавшихся на стене, и заметив что-то неладное

Окружающая нежить всё ещё бушевала, но нежить у подножия стены убирала лестницы и отходила.

Атака на городские ворота также прекратилась, и они уходили, унося с собой таран.

На мгновение ему показалось, что они победили, но он сразу же отбросил эту мысль.

Такой могущественный враг, сокрушивший даже защитный барьер, не может сдаться так просто.

Как бы в подтверждение его догадок, прямо над ним промчалась огромная тень.

Не было времени следить за боем в небе над столицей, но по тому, что воздушная кавалерия нежити улетала в большем числе, чем прилетела, было яснее ясного, что произошло.

— Чёрт… что же теперь будет…

***

«Доклад о ситуации на фронте. Цели начальной фазы боя в основном достигнуты.

В сражении за городскую стену, как вы видели, было убито изрядное число рыцарей.

Кроме того, проникшие за стену отряды развернули уличные бои. Там тоже убито несколько искателей приключений и рыцарей.

Солдаты, оставшиеся на стене и в городе, будут сражаться до полного уничтожения, остальные отступают».

«Понятно. Превосходный результат».

Рене, верхом на виверне, по знаку связи принимала доклад от Аластора.

Вот уже показались штаб, её паланкин и разбитый рядом командный шатёр. Рене заставила виверну сбавить скорость, чтобы приземлиться.

Подлетев к земле, она спрыгнула и сразу же вбежала в шатёр.

Аластор, в том же положении, в каком она его оставила, сидел за столом, уставившись в карту.

— Рад видеть вас в добром здравии.

— Даже воздушная кавалерия Сиэль-Терры стала сажать к себе жрецов. Лобовая атака станет, пожалуй, тяжёлой.

— Вероятно. Тогда нам следует обдумать новый подход… Впрочем, если последующие операции пройдут успешно, воздушное превосходство станет для нас менее важным. В уличных боях вражеской кавалерии будет трудно действовать.

— Да-да, а как там с этим?

На вопрос Рене, Аластор сделал многозначительное лицо и самодовольно ухмыльнулся.

— Как и приказано, мы не убили ни одного человека из второго рыцарского ордена. Кроме того, в бою на стене нам удалось захватить в плен и похитить одного лучника, принадлежащего к второму ордену.

— Молодец. Тогда осталось…

Рене не успела договорить, как один из разложенных на столе знаков связи зашумел.

— Каков результат?

На вопрос Аластора с той стороны донёсся приглушённый голос.

«… Группе убийц удалось проникнуть в Храм. Однако вражеские силы превзошли все наши ожидания и мы вступили в тяжелый бой. Нами убито четверо жрецов, но все скелеты-убийцы, отправленные госпожой, утеряны. Похоже, в городе собрались жрецы-искатели приключений. Присутствовала и группа, похожая на их охрану…»

По знаку связи докладывал гуль-разведчик, командовавший группой проникновения и убийств, состоявшей из скелетов-убийц (созданных из тел воров-искателей приключений и членов отряда убийц Ночной Питона).

Целью было проникнуть в Храм в тылу и устранить жрецов, занимающихся лечением и ≪Благословением Очищения≫. Жрецы Храма, даже если и владеют священной магией, часто не являются боевыми специалистами, поэтому, если удастся, можно было бы одним ударом лишить врага исцеления.

Но, похоже, дело пошло не очень хорошо.

— Там были искатели приключений?

«Да. Похоже, те, кто руководил ритуальной магией, тоже были искателями приключений».

— Понятно — подумала Рене.

Хотя всех их называют искателями приключений, их происхождение различно. Например, если среди них оказался кто-то с удачным опытом участия в оборонительных боях против нашествия нежити на город, то неудивительно, что он мог дать Храму разные советы.

Но реакция Аластора была неожиданно бурной.

Искатели приключений?! Неужели эти дикие, грязные полевые мыши могут обладать такими познаниями?!

Он говорил таким тоном, будто сомневался в правдивости слов докладывающего гуля. Он напоминал герцога при жизни, в те дни, когда был в замешательстве от нападения Рене.

Увидев это, Рене понизила свою оценку Аластора.

Ах… вот оно что. Значит он из таких людей? Умный, но слаб перед нестандартными противниками, и в принципе смотрит свысока на искателей приключений и простолюдинов…

Всё-таки, возможно, он не очень-то хорош.

Поднятый ревенант обычно полностью наследует память и личность, которые были у него при жизни. Тот, кто здесь находился, имел личность, полностью идентичную Аластору при жизни, за тем исключением, что был абсолютно предан своей госпоже Рене. Он унаследовал не только ум, но и глупость прежней жизни.

— Есть признаки подготовки к следующему ритуалу?

«Думаю, что да, но, похоже, во время предыдущего ритуала были израсходованы все скудные запасы катализаторов. Похоже, они собирали их по всему городу и у искателей приключений, и собрать столько же снова будет сложно».

При использовании ритуальной магии катализаторы для усиления магии различаются в зависимости от её типа. И проводить ритуалы со священной магией — это в основном удел Храма. Мест, где специально накапливают катализаторы для священных ритуалов, было довольно мало.

В ордене тоже есть свои священные маги, но их главная роль — это, скорее, санитары на передовой, и, похоже, у ордена нет ни знаний, ни подготовки для ритуальной магии.

«Я, пожалуй, тоже буду убит во время засады. Поэтому проведу последнюю атаку на Храм…»

— Ты хорошо справился. Моё сердце будет с тобой до конца.

Рене сказала то, чего на самом деле не думала.

«Я не заслуживаю такой чести».

И связь прервалась. Навсегда.

— Ну что ж. Тогда и мне пора за свою работу.

— Пленника держат в другом шатре. Я посчитал, что мне лучше не показываться, поэтому пока ему ничего не объясняли.

— Поняла… Хотя сначала, наверное, лучше переодеться. Я немного испачкалась в бою.

*** *** ***

Хамфри уже раз сто подумал, что сейчас он, наверное, самый неудачливый человек в мире.

Хамфри — лучник, служащий во втором рыцарском ордене королевства Сиэль-Терра. Он простолюдин, получивший дворянский титул за заслуги, когда был принят в королевский орден. У него нет земель, он живёт на жалование от государства. Отец двоих детей — сына и дочери, женился четыре года назад на дочери владельца магазина.

Сражаясь на городской стене, он был захвачен взобравшимся скелетом и унесён прочь.

Было невероятно страшно, когда его понесли через поле боя в потоке бесшумно бегущей нежити, плывя против течения.

А теперь Хамфри сидит в шатре в самом логове нежити, привязанный к стулу.

В шатре в землю был вбит толстый кол, и Хамфри вместе со стулом был привязан к нему.

Он попробовал вырваться, но не сдвинулся ни на йоту.

В довершение всего у него во рту был кляп — наверное, чтобы он не прикусил язык и не умер.

Он не понимал, что происходит.

Кажется, его смерть была нежелательна, но тогда он не мог представить, что нежить может сделать с живым человеком.

В узком шатре больше никого не было и ничего не стояло, и от этого было ещё страшнее.

Он думал только о том, что вот-вот кто-то ужасный раздвинёт полог у входа и войдёт внутрь.

Но когда в шатёр вошла эта девушка, Хамфри остолбенел не только от страха.

На ней было белое платье. Прямые серебристые волосы, ниспадающие до спины, сияли, а серебряные глаза были завораживающе прекрасны.

При всём детски-невинном лице в её манерах чувствовалась некая утончённость.

Вся она была бело-серебристой, включая фарфорово-белую кожу… за исключением одного — вышитой на юбке платья розы, будто нарисованной кистью, окунутой в свежую кровь.

Её благородство и красота поразили Хамфри, как удар молнии.

— Благородная девушка с серебряными волосами и глазами… Неужели это она?!

Тот, с кем они сейчас сражались.

Нежить, дочь прежнего короля — «Принцесса Адских Роз». Рене «Подобная Розе» Лувиа Сиэль-Терра.

— Здравствуйте, господин рыцарь. Вы служите лже-королю и потому неверны, но сейчас, как пленнику, я окажу вам уважение как командующему армией. Меня зовут Рене «Подобная Розе» Лувиа Сиэль-Терра.

Рене взяла подол платья и слегка присела в реверансе.

Это было элегантно, но в то же время с налётом детской неуклюжести.

— Простите за такие грубые действия. Но мне очень нужно было поговорить с кем-нибудь из второго ордена.

В голове Хамфри вихрем закружилось множество вопросов. Казалось, из ушей вот-вот посыплются знаки «?».

— Как бы ни закончился наш разговор, у меня нет намерения причинять вам вред. Я отправлю вас обратно в город своим магическим перемещением. Поэтому, пожалуйста, успокойтесь и выслушайте меня. Сейчас я освобожу вас.

Едва Рене сказала «освобожу», как Хамфри почувствовал облегчение.

Неизвестно как, но верёвки, связывавшие его, и кляп были перерезаны у него за спиной и упали на землю.

— П-почему… вы не скелет?..

Едва кляп был снят, из вихря вопросов в голове первым вырвался именно этот.

Произнеся это, Хамфри тут же пожалел, пеняя на свою глупость. Это был совершенно неважный вопрос. Сказав такую грубость, он мог обидеть Рене и быть убитым на месте.

Однако Рене, выглядевшая слегка ошеломлённой, тут же рассмеялась, прикрыв рот изящным жестом.

Её смех казался искренним и весёлым, и, глядя только на неё, невозможно было представить себе, что она является настоящим чудовищем. Она выглядела лишь, как просто хорошо воспитанная девочка.

— Хи-хи-хи. Это было просто, чтобы напугать. Для разговора такой облик не очень подходит, поэтому сейчас у меня другой вид.

Затем, приняв слегка напряжённый, серьёзный вид, она заговорила.

— Разговор касается вот чего: я хочу, чтобы вы помогли мне связаться с командиром второго ордена, чтобы закончить войну с как можно меньшими жертвами».

Встретив её искренний взгляд, Хамфри затаил дыхание.

Командир второго ордена, Бартиль Лагербек.

Он не был таким ярким и харизматичным героем, как Лоуренс, но был надёжным воином и пользовался большим доверием народа. Как и большинство рыцарей, Хамфри тоже уважал Бартиля.

И вот этому самому Бартилю… предлагалось нечто, граничащее с предательством

— Вы… знакомы с командиром?..

— Нет. Но если он не поддерживал переворот, то, возможно, прислушается к моим словам.

Тон Рене был полон горечи, словно Бартиль был её последней надеждой.

Когда младший принц Гилберт II поднял знамя переворота, первый орден под руководством Лоуренса поддержал его, и когда второй орден молчаливо согласился с этим, исход был предрешён.

Но Хамфри знал: командир молчаливо принял переворот вовсе не потому, что был лоялен новому королю…

Бартиль рассудил, что если второй орден встанет на сторону короля и сразится с первым, то, после того как обе стороны полностью истощат друг друга, второй орден проиграет. Тогда Сиэль-Терра будет разорена, и даже после уничтожения ордена, Федерация, стоящая за королём и вторым орденом, и Четыре Великих Королевства, стоящие за принцем и первым орденом, могут начать борьбу на территории Сиэль-Терры.

Считая действия принца и первого ордена глупыми, Бартиль сделал горький выбор и решил молча принять переворот.

— Я тоже не хочу в отместку превращать столицу в пепелище и убивать множество людей, поэтому мне нужна помощь командира второго ордена.

Хамфри не мог не удивиться.

Принцесса, воскресшая нежитью из-за обиды. Захватчица, ведущая на столицу армию в 4000 нежити, говорит, что не хочет убивать невинных горожан, если это возможно.

Судя по тому, как искренне она говорила, это, по крайней мере, не казалось ложью.

— Поэтому я хочу, чтобы вы связали меня с ним. Вы сможете помочь мне?

— … Это зависит от того, что вы хотите, чтобы командир и второй орден сделали.

Глядя на осторожного, предельно осмотрительного Хамфри, Рене улыбнулась.

Это была мягкая, сияющая, как серебряная луна, улыбка.