— Командир второго рыцарского ордена, Бартиль Лагербек. Стратег, командир рыцарей, что был опорой в тени у героя и защитника королевства, Лоренса Рейнхарда. Надежда Сиэль-Терры, выживший в битве за столицу, даже лишившись обеих рук... а рядом с ним...

Девушка с длинными медовыми волосами и фарфоровой кожей.

...В обличье которой находился мужчина.

Сжав обаятельные глаза цвета заката в разочаровании, Трейси преувеличенно тяжело вздохнул.

— И вот он перешёл на службу к принцессе...

— Эй-эй, называй меня лучше деловым партнёром. Да и вообще, я сам не понимаю, как так получилось. Трейси — это же искатель приключений, о котором даже я слышал. Не думал, что Рене-тян схватит тебя и сделает марионеткой.

— И возразить-то нечего...

Бартиль смочил губы чаем из металлической кружки, которую держал механическим протезом-артефактом, похожим на стальной скелет.

Комната с простой мебелью, похожая на небольшую квартиру перед заселением. Это была комната в гостинице среднего класса в черте Терра-Кайне, выделенная Бартилю.

Сидящий напротив него Трейси был одет в обтягивающую экипировку, типичную для вора. Он пробрался сюда под покровом ночи, чтобы не спровоцировать подозрений, что Бартиль вышел с кем-то на контакт.

Трейси пришёл по указанию Рене, чтобы предложить Бартилю сотрудничество.

Его подчинённых здесь не было.

О решении Бартиля знали лишь он сам и окружение Рене.

— Причина, по которой ты в этом городе, всё та же? Принц Гислан?

— Именно. Хотя мне самому рассказали об этом уже по прибытии. По долгу службы я вынужден сопровождать единственного кандидата в наследники престола.

— Логично. Охрана королевской семьи — тоже работа королевских рыцарей.

— ...И что же. Принцесса жаждет головы его высочества?

— К великому сожалению, именно так. И, конечно, голову маркиза.

— Само собой — пробормотал про себя Бартиль.

Как только Гилберт умер, они тут же, не научившись на ошибках, пытаются поставить нового короля и снова сблизиться с Ноа-Курио.

В глазах Рене, это, очевидно, выглядело непростительным.

Однако и просто так сдать Гислана он не мог.

— Я готов сотрудничать только если решу, что это поможет уменьшить число жертв. Был бы рад, если бы ты принёс приманку, на которую я клюну.

— М-м, думаю, если бы маркиза и принца убили без лишнего шума, то она воздержалась бы от резни горожан.

— Это было бы предметом переговоров только до прибытия армии Ноа-Курио. Я всё же придерживаюсь позиции, что лучше уменьшить жертвы среди народа. Если Рене-тян проиграет, то и ладно.

— Ослепительно... как же ослепителен блеск свободы... — Трейси уныло опустил голову, и его собранные в хвост волосы безвольно повисли. — Но я не могу халатно относиться к обязанностям, так что тоже скажу кое-что. Принцесса готовит меры против священных зверей. И армия Ноа-Курио... э-э-э, кстати, первый этап операции уже идёт, ты в курсе?

Трейси поднял указательный палец с серьёзным видом.

Когда такой беспечная на вид и эмоциональная девушка (хоть она на самом деле не девушка) делает такой жест, контраст будто мгновенно меняет атмосферу вокруг.

Услышав это, Бартиль тут же вспомнил об одном инциденте.

— ...А-а. Всё это казалось мне неестественным, и значит я был прав. Действительно, это очень похоже на стиль Рене-тян.

— Кстати! То, что рыцарь просто защищался — не ложь!

Рыцарь по имени Юин устроил стычку с солдатом Ноа-Курио, убил его и был казнён.

Бартиль остался совершенно в стороне от этого дела, но от непривычно быстрой казни до слухов о том, что солдат Ноа-Курио был сам виноват, поползших сразу после, дурно пахло какими-то заговорами.

Бартиль подавил ругательство.

Если верить Трейси, то в первую очередь виноваты солдаты Ноа-Курио, устроившие потасовку, и маркиз, который всё это скрыл.

А то, что Рене, увидев в этом возможность, тут же нанесла удар, заставляет лишь поражаться её хитрости и беспощадности.

— И ещё. Сейчас, наверное, уже начал действовать некий таинственный торговец. Таинственный торговец, скупающий продовольствие и фураж по двойной-тройной рыночной цене.

— О-о-ох...

Чтобы содержать большую армию Ноа-Курио, необходимо закупать нужные припасы на месте. Но если продовольствие скупят, им останется только ждать новых поставок или отступить.

Кстати, во дворце, захваченном армией нежити, должно было остаться изрядное количество золотых монет и драгоценностей, которые и пойдут на скупку продовольствия прямо под носом у армии Ноа-Курио.

Любая армия нуждается в снабжении для продолжения деятельности.

Крупномасштабные перевозки из родной страны по морю или рекам и обозы, доставляющие грузы по суше. Для великих держав также возможна мобильная воздушная доставка с использованием магии хранения и летающей кавалерии.

Но перевозка тяжёлых грузов требует невероятных затрат человеческих ресурсов и денег. Поэтому обычно стараются закупать всё на месте.

Относительно легко закупить на месте воду, продовольствие и фураж для лошадей. Их покупают на рынках и в деревнях или же отбирают силой.

Это абсолютно необходимо для любой армии, кроме, конечно же, тех что целиком состоят из нежити, но потребление огромно, и перевозить это на большие расстояния — невероятно затратно по ресурсам.

Армия Ноа-Курио тоже, наверное, закупается внутри Сиэль-Терры, но...

— Думаю, общее мнение горожан таково: раз принцесса здесь, то нельзя позволить армии Ноа-Курио вернуться домой. Поэтому, возможно, они пойдут на некоторые жертвы и помогут. Но-о-о, если здесь у армии Ноа-Курио возникнут подозрения...

— Захочется придержать денег хоть для себя, на будущее.

Мерзко то, что они исправно платят. Если бы Рене-тян устроила тактику выжженной земли, оставшийся народ ещё сильнее потянулся бы к Ноа-Курио, но если обойтись без крайностей, то этого не случится.

Ха-ха-ха, когда скупка закончится и снабжение станет невозможным, тогда уже добивать налётом на продовольственные склады?

— Соболезную. Тяжело, когда живой армии нужна еда.

— Чёрт побери! Я уже ненавижу вражеские армии, которым не нужно продовольствие! — Бартиль почти в отчаянии стукнул пустой чайной чашкой о стол. — Но Ноа-Курио наш сосед, так что продовольствие, наверное, можно в какой-то мере доставлять и из своей страны... хотя, как знать.

Если сама Рене-тян возьмётся за разрушение путей снабжения, то ничего не поделаешь. Она может действовать одна, быстро передвигаясь, и охрана обозов не успеет за ней. Если бы можно было так запросто выставлять конвои, способные сражаться с ней без баз, то и проблем бы не было.

Хотя Ноа-Курио же может доставить через воздушную кавалерию с магией хранения... Нет, так количество зомби только прибавится! — Бартиль покачал головой.

Бой в небе над столицей всё ещё ярко стоял в памяти. Если неосторожно выпустить летунов, это лишь увеличит армию летающей нежити у Рене.

Бартиль пытался придумать какой-нибудь оптимистичный вариант, но чем больше он думал, тем хуже становилось.

— Скорее, у меня есть ощущение, что армия Ноа-Курио выступила особо не готовясь, по принципу «соседи же, как-нибудь справимся». Конечно, это еще и был их шанс завладеть рудой грассельм, так что понятно, почему они идут на такой риск...Чёрт возьми, война зимой и без того безумие. А если снабжение прервётся или что-то ещё произойдёт, и боевой дух ещё хоть немного упадёт, будет плохо. Эх, хорошо-то как! Скелетам не нужно греться, их можно гнать сквозь снега бесконечно, и они никогда не жалуются, а металлическое снаряжение не вызывает обморожения!

Глядя на Бартиля, рвущего на себе волосы, Трейси тоже выразил своё сочувствие.

— Насчёт боевого духа... Думаю, армия Ноа-Курио пришла скорее на истребление монстров, чем на войну. Атмосфера и напряжение не такие, как будто они противостоят армии. Откровенно говоря, они ведь недооценивают принцессу?

— То есть... ты хочешь сказать, что нынешняя армия Ноа-Курио едва держится за счёт беспечности?

Трейси выглядел полным уверенности. Приходилось лишь поражаться, когда и как он успел это всё разузнать.

— Войну зимой не ведут, но истреблением монстров занимаются круглый год, верно? Вот об этом я и говорю. Думаю, беспечность подогревает и то, что принцесса почти не сражалась, когда они пришли, а просто отступила. Когда каждый солдат осознает: «Это война», нет гарантии, что армия не развалится. Ведь никто не хочет воевать зимой.

Бартиль подумал, что это вполне возможно.

Он на собственном опыте знал, что нежить, напавшая на столицу, была не просто бездумной ордой, хаотичной бушующей силой, а настоящей организованной армией, грамотно осаждавшей город и взявшей столицу с помощью стратегии.

И Бартиль сообщил армии Ноа-Курио о ходе битвы за столицу.

Но высшее командование армии Ноа-Курио, наверное, не стало особо распространяться среди солдат об угрозе «Принцессы Адских Роз». Возможно, точное понимание ситуации есть только у высшего командования. Хотя, возможно, даже оно лишь отмахнулось от его слов...

Армия, потерявшая боевой дух, с лёгкостью теряет управление и разваливается.

Ещё даже не проиграв в сражении, армия Ноа-Курио может прийти в полный беспорядок, просто столкнувшись с сопротивлением Рене…

— Если армия Ноа-Курио отступит или, хотя бы временно, станет небоеспособной, принцесса за это время всё уладит.

— ...Я достаточно понял, насколько всё серьёзно. Проблема в том, что будет дальше.

Уже из этого разговора Бартиль практически отказался от идеи восстановления Сиэль-Терры с опорой на Гислана и Ноа-Курио.

Но что же тогда делать?

— Если не восстановить государство, люди будут медленно умирать. У маркиза Эдфельдта, конечно, есть стремление к власти, но если бы всё пошло хорошо, в итоге это привело бы к защите народа.

Его искусные действия, сумевшие за этот короткий срок собрать разобщённых дворян, договориться с Ноа-Курио и даже вытащить принца были незаменимы для восстановления королевства.

— Понимаю. Мне тоже не по себе, я с маркизом довольно давно знаком. Маркиз не задумывается о горестях простого люда, но он любит народ как «числа на бумаге» и процветает в своих владениях, следуя безжалостному, но эффективному принципу «убить одного, чтобы спасти многих». Вот если бы он только не начал войну с принцессой...

— Именно, любое неверное движение разозлит принцессу. Итак, как мне, не разозлив Рене-тян, красиво спасти народ?

Цель Бартиля — спасти государство и народ.

Если каждый раз, пытаясь восстановить страну, он будет лишь наблюдать, как Рене всё крушит, а народ гибнет...

То нет причин иметь с ней дело. Как бы безнадёжно это ни было, Бартиль должен сражаться.

Трейси скрестил руки и изогнулся, словно физически выжимая из себя идеи.

— М-м-м... В общем, принцесса, кажется, не может простить, что те, кто загнал её на гильотину, могут получить награду. И то, что старая фракция Гилберта обретёт власть, и то, что другие великие державы, поддержавшие переворот, получат рудники грассельма. Поэтому, в конечном счёте, думаю, те, кому удастся бежать, будут в безопасности. Что-то вроде: «Все граждане сбежали с территории Сиэль-Терры, и она стала страной смерти!». Лучше всего бежать в небольшие государства или федерации, не связанные с Сиэль-Террой. В великие державы — опасно.

— Думаешь, Рене-тян со временем уничтожит великие державы?

— Думаю, есть вероятность. Но не могу вдаваться в подробности.

— ...Понятно. Значит, есть нечто, что заставляет тебя держать рот закрытым на определённые темы.

— Мяу. — Трейси высунул язык.

Хоть он и связан магическим предметом подчинения, ограничивающим его слова и действия, судя по всему, у него, как у того, чьей задачей был сбор информации, оставались довольно широкие полномочия.

Вероятно, это было предел «намёка», разрешённого Трейси.

Предупреждение и предоставление информации.

— Тогда, возможно, если Сиэль-Терра целиком станет частью Федерации, её это устроит?

По крайней мере, если эта страна станет принадлежать Федерации, другие великие державы не смогут вмешиваться.

— Всё равно, что ни делай, выходит, что нужна Федерация...

Федерация Джилеш-Хатар.

Государство, не чуждое Сиэль-Терра.

Рене, кажется, не особенно близка с Федерацией, но, в отличие от других великих держав, поддержавших переворот, Федерация для Рене не имела значения

Между «ненавижу» и «не имеет значения» огромная разница.

— Думаю, Федерация выходит на контакт с дворянами анти-переворотной фракции.

— Конечно, вышла. Между нами, внутри Федерации даже есть «проект владений Сиэль-Терра».

— В смысле — даровать титул герцога временному правителю отсюда, чтобы поглотить, начиная с соседнего Королевства Лакрима на восточной окраине Федерации?

— Точно. Мы ведь утратили государственные функции, так что речь о том, чтобы их восполнило правительство Лакримы. Только вот тогда одна лишь Лакрима получит всю выгоду от владений Сиэль-Терры и будет слизывать все сливки, верно? Говорят, внутри Федерации на это указывают как на несправедливое распределение земель, так что реализация маловероятна.

— Логично.

— Всё же, думаю, чтобы избежать войны с Рене-тян, остаётся лишь как-то стать вассалом Федерации, сохраняя видимость государства. Для этого нужно восстановление правительства и король, который всех устроит.

Хоть подслушивать вроде бы и не должны были, Бартиль всё же слегка понизил голос.

Потому что с его позиции нельзя было произносить такие слова вслух.

— ...На самом деле, думаю, есть шанс, что нынешние действия будут жестоко сорваны. Если после этого, пока старая фракция Гилберта будет обездвижена, дворяне оппозиции объединятся, возведут на престол склонного к Федерации наследника и, даже используя грубые методы, смогут объединить страну...

— Тогда восстановление правительства можно будет делать неспешно, главное — протолкнуть заключение договора с Федерацией, а та сможет уже открыто вмешиваться.

— В принципе, я считаю, что действовать в этом направлении — правильно. Было бы удобно, если бы Рене-тян это проигнорировала.

— Понял, спрошу у неё, как будет возможность.

Бартилю было странно слышать, как Трейси легко берётся за это.

Возможно ли спросить мнение могущественного монстра, который прямо сейчас пытается уничтожить государство.

Что ж, конечно... Но всё равно не могу воспринимать её как монстра.

— Думаю, насчёт конкретных действий свяжемся позже.

— Но, хоть ты и потрудился связаться, боюсь, сейчас я мало что могу, кроме как создать брешь в собственной охране.

— О, правда?

Бартиль кивнул, испытывая некоторую горечь.

— Откровенно говоря, нам не доверяют... или, скорее, маркиз Эдфельдт, наверное, считает, что мы не стоим его внимания.

Нас, выживших из разрушенного королевского ордена, используют лишь для придания веса принцу. Маркиз относится к нам с позиции «просто делайте, что сказано», и военные секреты до нас не доходят. Я ведь и в перевороте не принимал активного участия, так что к нам всё ещё настороженно относятся. Важно лишь то, что выжившие из королевского ордена находятся рядом с Гисланом. Большего нам не позволят, да изначально от нас ничего и не ждут.

— Ну и ладно. Как этим распорядиться, уже будет решать принцесса. — Трейси, казалось, не придал этому особого значения.

В конце концов, Трейси лишь подчиняется. Если он сам выживет, то ему будет всё равно, даже если Рене проиграет.

— Ну всё, я, пожалуй, пойду.

— Возвращаешься к Рене-тян? Как бы это сказать... Держись, хоть это и тяжело. Хотя «держись» — странное слово в твоей ситуации.

— Угу... Помолись за то, чтобы мир не был разрушен, и за меня...

— Ха-ха, мир-то...

Высунувшись из окна, Трейси бросился в ночную тьму.

Словно маша на прощание рукой, его медовые волосы взметнулись в воздухе.

Проводив его взглядом и переведя дух, Бартиль почувствовал, как в груди разливается холод.

— Неужели... миру действительно грозит опасность? — Бартиль громко сглотнул в повисшей тишине.