Том 2 · Глава 27. Злоупотребление одноглазым — Хотя я была убита по политическим причинам, я была возрождена как самая сильная нежить (Новелла) читать онлайн

Том 2 · Глава 27. Злоупотребление одноглазым

П.П. Возможно в оригинальном названии какая-то игра слов или отсылка, но я ее не уловил, сорян.

В столовой, где дети толпились вокруг длинных столов. В полутьме, царившей из-за экономии света, Панила (Рене) ужинала жидким супом и хлебом.

И именно в этот момент:

— Панила, зайди ко мне в комнату перед сном. — Проходя мимо, директор приюта бросил эту фразу.

Панила не знала имени директора. Не знала и его происхождения. По крайней мере, когда Панила попала в приют, он уже был директором, и оставался им до сих пор.

Он был немолодым мужчиной с лысеющей головой, похожей на фрикадельку.

Возможно, потому что приют был при храме, директор всегда носил рясу. Наверное, в молодости он служил в храме. Но он не умел использовать священную магию. Впрочем, говорят, большинство священнослужителей не могут, так что в этом не нет ничего необычного.

— Да, господин директор. — Панила (Рене) ответила, словно ничего не случилось, но с помощью своей способности ощущать эмоции читала сердце директора.

Наверное, Темза в период промышленной революции была примерно такой — подумала Панила (Рене).

(П.П. Тут историческая отсылка. Темза – это река в Лондоне. Во время упомянутой революции эта река по сути превратилась в сточную канаву для отходов промышленности. Впоследствии там произошла экологическая катастрофа «Великого зловония»)

Панила (Рене) быстро проглотила еду и вздохнула.

Пустяк перед большим делом, но кто бы мог подумать, что возникнет такая досадная помеха.

Вот, добавили же мне лишних хлопот.

Панила (Рене) мысленно перепроверила заранее подготовленный план действий.

* * *

Комната директора была тем местом в бедном приюте, которое выглядело хоть немного презентабельно.

Если, конечно, так можно сказать о помещении, где стояло несколько простых предметов мебели: книжные полки, письменный стол для работы и т.д. Соседняя комната была спальней директора, там он и жил.

— Молодец, что пришла, Панила. Садись вот здесь. — Когда Панила (Рене) вошла, директор радушно её встретил.

Панила (Рене) села на предложенный стул.

— Завтра к нам пожалует виконт Макрегер. Ты знаешь о виконте?

— Да. Это тот, кто жертвует деньги, чтобы мы могли каждый день есть и жить тут.

— Верно. Хорошо всё понимаешь. — Директор с напускной важностью кивнул на образцовый ответ Панилы (Рене).

Приют получал средства от храма, но выживать только на них было трудно.

Сбор пожертвований у рыцарей, зажиточных горожан и простых людей был обычным делом повсюду.

И этот приют получал от виконта Макрегера довольно щедрые пожертвования.

Дети тоже время от времени встречались с виконтом, когда он посещал приют, и церемонно благодарили его.

Хотя ходили упорные слухи, что большая часть пожертвований оседает в кармане директора… Точнее, Трейси выяснил, что это почти наверняка так.

Конечно, Панила и остальные сироты не знали об этих тёмных делах.

— Мы должны должным образом поблагодарить виконта. И на этот раз я хочу поручить эту важную миссию тебе. Поэтому… чтобы ты не опозорилась перед виконтом, я сам тебя проинструктирую.

— Проинструктируете…?

Директор улыбался. Послышался влажный, липкий звук, словно кто-то сглотнул слюну.

Не могу поверить, что он вызвал именно меня и именно сейчас.

Даже покопавшись в памяти Панилы, Рене не обнаружила, что та хоть что-то знала о тёмной стороне приюта.

Поэтому она и думала, что её не станут выбирать мишенью, но, как назло…

О том, что происходило в этом приюте, ей рассказал осведомлённый Трейси ещё до внедрения.

И о том, почему виконт Макрегер поддерживал приют и часто навещал его.

Ценой пожертвований несомненно были тела детей.

Хорошо, что я заранее продумала, как действовать.

Перед ней стоял подонок с боевыми способностями, равными нулю.

Ну, телосложение и сила взрослого мужчины, конечно, были для детей непреодолимы, но для «Принцессы Адских Роз» он был слаб, как младенец.

Но убивать его здесь тоже нельзя.

Если директор, который должен встречать виконта, исчезнет, то виконт может сбежать.

Превращать его в ревенанта тоже не вариант. Сеть священных зверей по всему городу отслеживала присутствие нежити.

Поэтому сначала нужно было манипулировать памятью директора, внушив ему ложные воспоминания о том, что «инструктаж» Панилы уже проведён.

Однако просто так, из-за последствий манипуляций с памятью, он мог бы вызвать подозрения, так что заодно директору стоило обеспечить лёгкую простуду. Такую, чтобы не требовались посещения, но и к священнику идти не было нужды.

Все болезни, существующие в мире, — происки злых богов.

Рене, мастер проклятий, могла запросто навести болезнь на кого угодно.

Главное — чтобы он пару дней избегал встреч с людьми. Даже если он встретится с кем-то и скажет что-то странное, это спишут на жар.

Возможность того, что виконт Макрегер отменит визит… Ладно, не стоит об этом думать. Он и так презирает простолюдинов, а по отношению к приюту находится в положении жертвующего деньги. Вряд ли он отменит визит из-за того, что директор приболел.

По крайней мере, это позволит выиграть время, пока виконт Макрегер не будет убит, а Рене не отступит.

Этого достаточно.

Директор бесцеремонно приближался.

— Раздевайся, Панила.

Его рука схватила ее за плечо.

В этот момент молния пронзила тело Панилы (Рене), передавая в мозг отвратительное ощущение.

Несколько воспоминаний ожили в Рене, словно яркое повторное переживание.

Казалось, голова и сердце в её новом теле онемели и заледенели.

Руки дрожали.

Сердцебиение участилось.

Дышать стало трудно.

Что-то кололо и сжимало грудь.

Она знала это чувство.

Это…

Страх.

— Ик…! — Панила (Рене) издала сдавленный крик, похожий на икоту.

Директор крепко держал её за плечо.