Глава 125

Сгнившее нутро Гиллена Амадеуса.

Именно там я подобрала эту запонку.

С тех пор произошло столько всего, что я напрочь о ней забыла!

А ведь символ на той запонке был в точности как у герцогского дома Ардос.

— Но… эту запонку я вроде бы оставила у мыши?..

Тихонько пробормотав это себе под нос, я моргнула.

Даже сестра толком не расслышала моих слов и переспросила:

— А? Коко, что ты сказала?

В этот самый миг по полу галереи, звякнув, подкатилась круглая запонка.

— Ах ты, глупый щенок! Я, великий Император Мышей, буду следить за каждым твоим шагом и заботиться о тебе!

…Глядя вслед мыши, которая, мелькнув длинным хвостом, стрелой умчалась прочь по коридору, я едва не расплакалась от умиления.

«Точно! Когда мышь приходила меня навестить, она ведь именно это сказала!»

Так вот что это значило! Глупая мышь!

Я хотела сказать спасибо, но, похоже, даже Император Мышей все равно оставался мышью. Чтобы не попасться на глаза людям поблизости, он умчался так быстро, что я успела заметить лишь хвост.

Я подняла принесенную мышью запонку.

Говорили, что члены главной ветви каждого рода получают особый личный символ.

— Коко, это…

— А?

— Не знаю, где ты это взяла, но это бяка.

— Бяка?

Взгляд сестры посуровел.

— Это вещь одного мерзкого человека. Надо же — запонка валяется прямо перед его портретом. Здесь что, не убираются?

— Ох… к-кто же он такой?..

— Хозяин этой запонки — мусор, который примазался к императрице ради власти. Жалкий и глупый человек.

— …Теодор Ардос. Разве он не ваш старший брат? — с недоумением спросил великий герцог Ривера, покосившись на запонку.

— Мы разорвали отношения десять лет назад. А-а, отдай эту гадость мне, малышка. Я сама выброшу ее в мусорное ведро.

— Низя!..

Я инстинктивно сжала запонку в кулачке.

Но рука сестры оказалась быстрее.

— Ладно. Тогда я ее не выброшу, а просто подержу у себя. Это бяка, бяка.

В итоге запонка, которую с таким трудом принес Император Мышей, была конфискована сестрой!..

Так наша встреча в галерее портретов завершилась, оставив после себя неприятный осадок.

* * *

Тем временем, после скромной церемонии помолвки.

Герцог Ардос в качестве последней дани уважения заглянул во флигель к герцогине Лукреции.

Находившаяся под домашним арестом Лукреция улыбалась, словно только этого и ждала.

— Давно не виделись. Вы, должно быть, пришли обсудить помолвку Хлои.

— Вы догадливы.

— Даже находясь под домашним арестом, я прекрасно осведомлена о том, что происходит снаружи.

— Я тоже наслышан о ваших делах.

В воздухе повисло напряжение, когда их взгляды скрестились.

После короткого молчания герцог Ардос заговорил первым:

— Например, о том, что вы водили тесную дружбу с покойной Далией. Его величество пристально за вами наблюдает.

Лукреция ничуть не смутилась от столь прямолинейных слов, сохранив на лице все ту же безупречную улыбку.

— Но без улик, на одних лишь подозрениях, вы не сможете избавиться от меня и моей дочери.

— …

— Ведь этот брак устроила сама ее величество императрица.

— Как утомительно. Снова за старое?

— Вы, ваша светлость, похоже, постоянно об этом забываете. Объяснить понятливей? Мы с ее величеством держим Теодора Ардоса на поводке, а значит, развод невозможен.

— …

— Разве не так? В конце концов, разве не из-за Теодора мы поженились, герцог?

Императрица уже больше десяти лет держала Теодора при себе в качестве рыцаря. Сам Теодор, казалось, был готов отдать за нее жизнь.

— Как же быть? Мой рыцарь заявляет, что готов умереть за меня по первому же приказу.

— …

— Так что, герцог Ардос, если не хотите лишиться старшего сына, вам придется подчиниться моей воле.

Он вспомнил, как его сын, прежде ко всему равнодушный, обнажил меч — с такой решимостью, будто готов был пронзить себе живот.

«Я подозревал, что Теодору могли промыть мозги, но…»

Причина была неизвестна, но одно было ясно: к императрице он ушел по собственной воле.

Старший сын, некогда самый перспективный наследник герцогства Ардос, по сути, оказался в заложниках.

Именно поэтому, несмотря на все подозрительные обстоятельства и мерзкие выходки, Лукрецию нельзя было вышвырнуть из особняка.

Лукреция окинула герцога Ардоса полным злобы взглядом.

«Ужасный человек. Мою дочь, приемную, он откровенно ущемлял, зато на родную кровь изливал всю свою любовь. Его показное безразличие омерзительно до крайности».

Герцог Ардос ответил ей ледяным взглядом.

— Все пойдет не так, как вы хотите. Я пришел, потому что настало время принять решение.

— О чем вы?

— У меня есть семья помимо Теодора. Мадам, неужели вы думаете, что я не решусь отречься от Теодора Ардоса?

Его холодный взгляд скользнул по Лукреции.

— Мое терпение на исходе, поэтому я намерен вытащить занозу, что так сильно мешает.

— Ха. Неужели вы, герцог, действительно на такое способны?

На ее высокомерный вид, так и кричавший «вы не посмеете», герцог Ардос ответил с бесстрастным лицом:

— Это мы еще посмотрим.

* * *

Семейный завтрак, которого, казалось, не было целую вечность!

Я подняла голову и с озадаченным видом огляделась.

Вокруг моего детского стульчика охрана была по-особому усилена.

Стол был настолько завален всевозможными защитными артефактами, что из-за них было трудно даже поесть.

«Сомнений нет. Это самая настоящая гиперопека!..»

Но Рус, сестра и герцог Ардос, похоже, считали это в порядке вещей.

— Коко, скажи а-а.

— Коко, давай выпьем витамины.

— Коко, это морковный суп, он сейчас очень популярен…

Коко, Коко, Коко!

Мое имя звучало так часто, что аж уши заболели.

Уплетая суп, которым кормила меня сестра, я думала.

«Сейчас еда — не главное!»

Сосредоточься, Коко!

Нельзя забывать о главном — о владельце запонки, Теодоре Ардосе!

Говорят, после того как этот мужчина ушел, заявив, что станет рыцарем императрицы, его имя в этом доме стало под запретом.

Неудивительно, что я, прожив в этой семье щенком всего пять лет, слышала имя Теодор впервые.

Теодор Ардос — человек с двойственным положением: рыцарь императрицы и член семьи моей сестры.

Вконец запутавшись, я тяжело вздохнула и пробормотала:

— Теодор.

— Теодор, паршивец этакий…

…И замерла.

— …А?

— Э?

Герцог Ардос, мне ведь не показалось, что вы тяжело вздохнули и произнесли «Теодор» прямо одновременно со мной?

Судя по всему, это не было ошибкой — наши с герцогом взгляды встретились.

— Знаете…

— М-м?

— В нашей семье… пять человек?

— А? Это если считать великого герцога Риверу?

На слова Руса я активно замотала головой.

— Есть же еще старший сын, Теодор Ардос!

— Но Теодор…

— А, старший брат… нет, даже братом его не назовешь. Этот неблагодарный мерзавец уже десять лет носа в доме не показывает.

За столом воцарилась тишина.

Как раз в этот момент кто-то очень вовремя постучал в двери столовой.

— Войдите.

— В-ваша светлость герцог.

— Что случилось? Я же строго-настрого запретил беспокоить нас во время семейного завтрака.

— Дело в том… господин Теодор Ардос прибыл в особняк впервые за долгое время, принеся с собой указ ее высочества императрицы.

Все удивленно переглянулись, но я сохраняла спокойствие.

Я видела это в будущем.

Императрица начала присматриваться к моим успехам.

К счастью, благодаря тому, что я немного изменила будущее, ее интерес ко мне проявился чуть позже, но…

«В любом случае Теодор заявился сюда впервые за долгое время именно из-за императрицы, которая мной заинтересовалась».

Лукреция под домашним арестом, Гиллен в тюрьме, Далия мертва.

Значит, единственный способ для императрицы подобраться ко мне — через кровного родственника, Теодора Ардоса.

«Ох, какая же я умная!»

Наверное, это потому, что сестра рядом!

Пока я усердно нахваливала себя, герцог Ардос ледяным тоном рявкнул:

— Какой еще прибыл?! Немедленно заприте ворота!

— Ч-что?

— Коко, если увидишь этого мерзавца… нет, этого неблагодарного сына, укуси его за нос. Хотя нет, ты его не увидишь. Я прикажу вышвырнуть его.

— Ум-м?..

Я растерянно захлопала глазами, а герцог Ардос мягко произнес:

— Он отвернулся от отца, наплевал на семью и, помешавшись на власти, прилип к императрице.

— Отец жутко злится. Но он ведь прав.

Рус с силой почесал лоб и пробормотал.

— У меня галлюцинации? Кажется, я вижу неблагодарного ублюдка, который ради карьеры бросил семью.

В этот момент в помещение вошел Теодор.

Мужчина с красноватыми волосами и фиолетовыми глазами носил очки в полуоправе, что совсем не вязалось с образом рыцаря.

Внешне он здорово походил на Руса, но лицо казалось куда более интеллигентным.

Однако Рус и герцог смотрели на него как на заклятого врага.

Несмотря на это, Теодор выглядел весьма расслабленным.

— Не сказал бы. Начальник стражи, например, меня горячо приветствовал. Сказал: «Давно не виделись».

…Ах да. Теодор ведь просто ушел из семьи по своей воле.

Если он явится, заявляя свои права старшего сына, никто, кроме герцога Ардоса, не сможет закрыть перед ним двери.

Я смотрела на Теодора, разинув рот.