Глава 127

* * *

Поскольку старшая сестра ненадолго вышла, за столом нас осталось только трое: Рус, герцог Ардос и я.

— Коко, что это у тебя в руке?

— Теодор дал… Но это же детский платочек? Зачем взрослому детский платочек?

Даже уплетая за завтраком мороженое из батата, я думала только о Теодоре.

Ответ Руса на мой вопрос был прост и ясен:

— Эх, неблагодарный паршивец. Видимо, пока возился с императорской супругой и маленьким принцем, прокачал только навык обращения с детьми.

— Да?

Я склонила голову набок, и взгляд Руса вдруг стал подозрительным.

— Эй-эй. Что это значит? Коко, отвечай честно. Ты повелась на Теодора? Всего из-за какого-то платочка?

— Да нет же…

Вопрос не давал мне покоя, и я продолжала теребить платок.

Тогда Рус тихо прошептал:

— Коко, выбирай. Добрый и милый старший братец или тот подлый предатель?

— М-м…

Стоило мне задуматься, как Рус изобразил глубочайшее потрясение.

Я поспешно ответила:

— Конечно, мне больше нравится Рус!

— Даэе больше, чем вон тот батя, который сидит там как мебель?

— Обязательно выбирать между герцогом и Русом? Мне оба нравятся.

Пока я сидела с задумчивым видом, лицо герцога Ардоса уже недовольно скривилось.

— Коко.

— Да?

— Так не пойдет, мелкая.

— …Почему?

Выглядел он очень надутым.

«Я ведь еще ничего не сказала. Почему он так?»

Я вообще-то собиралась сказать: «Мне нравится и Рус, и герцог, но больше всех я люблю свою сестлу!»

— Что именно не пойдет?

Пока я пыталась понять, что он имеет в виду, герцог Ардос взял меня за руку.

— Ох!

— Эта мелочь еще и колеблется с ответом. Сегодня ты пойдешь со мной в одно место.

У него было очень страшное и свирепое лицо!..

Настолько грозное, что я даже забыла о Теодоре, о котором ломала голову.

Увидев его таким, я растерялась и, как маленький щенок, невольно показала зубки.

— К-куда?..

Герцог Ардос с непонятным выражением лица погладил подбородок.

— Место, куда мы сейчас пойдем… Там нельзя называть меня герцогом.

— Р-разве бывают такие места?

Я округлила глаза, а герцог Ардос усмехнулся, взял меня за руку и велел скорее вставать.

Рус тут же заворчал:

— О-отец! Какие бы дешевые трюки вы ни использовали, Коко все равно будет любить меня больше!

* * *

— У-ух ты-ы!.. Просто супер!

Место, куда герцог Ардос привел меня, крепко держа за руку, оказалось…

— Лавка мастера, который продает самые качественные игрушки в столице. Как тебе?

<Золотая лавка игрушек Уилли!>

Я широко раскрыла глаза от удивления и посмотрела на герцога Ардоса.

— Там есть мячики, косточки и пищалки?

— Конечно!

Я уже поставила ногу на порог, чтобы поскорее войти внутрь, как вдруг…

— Но вот что, Коко. Люди в этой лавке не знают, что я герцог.

— Но ваше лицо ведь было в газетах. Почему не знают?

— …Умная мелочь. Смотри внимательно.

Я уставилась на герцога Ардоса, который мастерски приклеил себе под нос усы.

Его величественный облик исчез без следа.

Передо мной остался лишь красивый мужчина средних лет с усами и немного чудаковатым выражением лица.

Более того, когда он снял верх мундира, осталась только белая рубашка. Если не присматриваться, никто бы и не понял, что она сшита из дорогой ткани.

— Иногда хочется быть не герцогом, а обычным мужчиной. Ну что ж, пойдем внутрь. Кхм. Я давно хотел прийти сюда вместе с тобой.

Я уже было рванулась в лавку игрушек…

— Оп-ля.

Как мое мягкое тельце снова повисло в воздухе!

— Так, Коко. Есть еще кое-что, что тебе нужно запомнить. Чтобы войти в лавку игрушек, надо потренироваться.

— …Потренироваться в чем?

— Когда войдем внутрь, ты должна называть меня папой.

Изнывая от великолепного зрелища за витриной, я заболтала ножками и ответила:

— Угу, угу! Обязательно!

— Хорошо, тогда пойдем. Я ведь тебе нравлюсь больше Руса?

— Да! Нравитесь!

— Как ты сказала?

— Нравитесь! Папа!

Я ответила с совершенно зачарованным лицом, и герцог Ардос выглядел крайне довольным.

«Мне показалось, что он достал из-за пазухи видеосферу? Или нет?»

Но какая разница, запись там или что — мой взгляд был намертво прикован к игрушкам!

И вот, как только мы переступили порог лавки, я широко раскрыла глаза.

А потом…

— Ух ты! Игрушечные мячики!

Я увидела настоящий рай.

Там были и мягкие игрушки, которые так удобно рвать, и мячики, которые так приятно приносить, если их бросить, и квадратные игрушки, которые так весело мучить, потому что они забавно пищат!

— Просто супер! Обожаю!

— Эге. Коко, кто у нас самый лучший?

— Золотой игрушечный мячик и плюшевая косточка!

— Кхм. Кажется, мое инкогнито могут раскрыть. Может, уйдем?

Я покосилась на продавца, который быстро шагал в нашу сторону, и громко воскликнула:

— …Папа тоже самый лучший!

Герцог Ардос выглядел так, будто был безумно счастлив оттого, что я назвала его папой.

— Правда же?

— Да! Купите мне игрушку! Я буду рвать ее зубами и играть!

Герцог Ардос. Папа моей сестры.

Нет, уголки губ папы медленно поползли вверх.

Это была самая счастливая улыбка из всех, что я у него видела.

— …Ладно, продолжай в том же духе. Папа купит тебе все.

Я закивала с невероятным усердием.

— Да-а.

Герцог Ардос кивнул с очень довольным видом.

Как раз в этот момент…

— А? Господин?

Продавец, подошедший ближе, чтобы показать нам лавку, с недоумением склонил голову.

При этом на его лице читалась легкая ностальгия.

— Похоже, этот продавец меня узнал. Тогда это была «Лавка игрушек Уилтона». Я часто сюда заходил. Лет десять назад.

…Десять лет назад?

Я удивленно склонила голову набок.

«Разве в то время герцогу Ардосу нужно было покупать игрушки?»

Учитывая возраст сестры и Руса, вряд ли они играли в такие игрушки десять лет назад…

Но он, кажется, не собирался развеивать мои сомнения.

Тем временем подошедший продавец широко заулыбался и заговорил:

— Ого, да это же наш покупатель с роскошными усами! Почти десять лет вас не видел. А это…

— Это моя поздняя дочь.

— О! Значит, ваша младшая дочурка?

Я бодро отозвалась, словно автоответчик:

— Папа!

Герцог Ардос жадно усмехнулся.

Продавец же, будто не придавая этому особого значения, завел непринужденный разговор:

— Кстати, у меня накопилось много вещей, которые я собирался отдать вам, если вы снова придете.

— Разве?

— Вы ведь тогда, десять лет назад, внесли щедрую предоплату за целую кучу игрушек для внука, но сами товары так и не забрали. Вы так долго не появлялись, что я уже весь извелся.

Это само по себе было удивительно, но самое поразительное крылось в другом.

«У герцога был внук? То есть… у моей сестры был племянник? Может, продавец что-то перепутал?»

Округлив глаза, я по очереди переводила взгляд то на герцога Ардоса, то на продавца.

Но, к моему удивлению, герцог ничего не ответил.

Словно отвечая вместо него, продавец оживленно продолжил:

— А, должно быть, за это время у вас прибавилось внуков? Я говорю о том малыше с серебристыми волосами и фиолетовыми глазами. Об ангельском мальчике, который был точь-в-точь похож на вашего старшего сына.

Я уже собиралась чинно заявить, что он обознался, и что у герцога Ардоса — нет, у папы — никаких внуков нет.

Но вот странность.

Лицо герцога Ардоса, смотревшего на продавца, исказилось от боли.

— Значит, вы помните того малыша.

— Да. У меня довольно хорошая память. Честно говоря, вы тогда говорили, что это первый ребенок вашего старшего сына и что вы в нем души не чаете. А потом так и не забрали игрушки, вот я удивлялся.

— Вот как.

— Да. А внук с вами не пришел?

Лицо хранившего молчание герцога Ардоса резко потемнело.

— …Мальчик умер. Причем лет десять назад.