Глава 128

* * *

На обратном пути домой мы были нагружены кучей игрушек.

Я прижимала к себе ворох подарков от герцога Ардоса, но беззаботной радости уже не ощущалось.

Заметив, что я снова и снова прокручиваю в голове услышанную в лавке новость о смерти ребенка, герцог заговорил первым:

— Около десяти лет назад мой внук ушел из жизни совсем малышом. Вместе со своей матерью.

— Ах…

— Он был моим первым внуком и единственным сыном Теодора.

Внимательно глядя на платочек, повязанный у меня на запястье, он тихо произнес:

— Поэтому я ждал все это время. Даже когда этот паршивец вел себя как безумец. Ждал, что он вернется и снова станет тем Теодором, которого я знал.

— …

— Даже когда он внезапно поклялся в верности супруге императора и не раз заносил меч над нашей семьей, я закрывал на это глаза. Думал: он болен душой, пусть его. Но, Коко…

— А-а?

— Если Теодор окончательно станет мечом супруги императора и попытается пронзить нашу семью, я тоже отступать не намерен.

Его голос звучал так, словно он пытался убедить самого себя.

И в нем странным образом сквозила печаль.

От этого у меня почему-то защемило сердце.

— Тот платочек у тебя на запястье…

— Угу.

— Им пользовался мой покойный внук. Я сам ему его купил…

— …

— Но все равно, Коко, не позволяй Теодору одурачить себя.

Похоже, нагонять тоску ему не хотелось.

Закончив фразу, он тут же крякнул «оп!» и посадил меня к себе на плечи.

Сидя у него на шее, я слушала рассказы о том, каким амбициозным человеком был Теодор.

О том, как в попытках соперничать за статус наследника он довел Хлою до слез.

О том, что в отличие от Руса, у него отлично котелок варил для всяких «политических интриг», поэтому даже такую, как Коко, он легко сможет заговорить.

— Сейчас-то он, конечно, ни на что не годен. Так что ни в коем случае не поддавайся на его уловки.

Напоследок герцог добавил эту скрытую колкость, но в его предыдущих словах явно слышалась нескрываемая гордость.

И поэтому…

«Почему же Теодор ушел к супруге императора?»

Чем больше я думала о Теодоре, тем сильнее казалось, что пазл не складывается, отчего на душе становилось все более странно.

* * *

Теодор Ардос, кто же ты на самом деле?

И почему, черт возьми, ты примкнул к супруге императора?!

Моя маленькая голова шла кругом.

В тот вечер, пока не вернулась сестра Хлоя и не устроила переполох, я ничего не ела.

— Наша Коко, говорят, даже от батата отказалась?

— А? Я не говорила, что не буду батат.

Если бы я знала, что на обед давали батат, я бы поела!

От обиды затопала ножками. Тогда сестра крепко обняла меня и спросила:

— Щеночек мой, почему ты голодаешь? Тебя что-то тревожит?

— Сестле-енка…

Когда сестра сказала это, мое сердце мягко растаяло.

— Знаешь, Тео…

— …дора лучше даже не вспоминать, он бяка! Так что не обращай на него внимания.

— Угум…

Сестра говорила это, но выражение лица у нее было точно такое же, как у герцога.

— Сестра, у тебя уголки губ опустились.

— Вовсе нет, я улыбаюсь.

Вранье.

Я знаю: стоит произнести хотя бы первый слог его имени, и чувства сестры начинают метаться, словно звуки расстроенной скрипки.

«Несмотря на то, что они не виделись целых десять лет, Теодор все еще очень много для нее значит».

Я вдруг оглядела комнату сестры.

— Сестра, тот портрет на столе…

— М?

— Там внизу написано имя Теодор.

— Ах, я так его и не выбросила. Это нарисовал старший брат… то есть, Теодор. Я даже забыла, что он мне его рисовал. Вылетело из головы.

— Угу.

— Придется выбросить, что уж там.

В этом доме имя Теодора — абсолютное табу.

Но если присмотреться, становится ясно: он глубоко вплетен в жизнь всей семьи.

В тот момент, когда я это осознала, я приняла решение.

«Нужно копнуть под Теодора Ардоса».

Я ни за что не пойду к супруге императора.

Я не настолько глупый щенок, чтобы поддаться его уговорам, пойти к ней и позволить отнять у себя силу.

Но…

«Как минимум я должна выяснить, с чего вдруг Теодор предал семью и присягнул на верность этой женщине».

Так мне подсказывала моя острая щенячья интуиция.

В этот самый момент сестра в замешательстве склонила голову набок и потрогала мои уши.

— Наша Коко… твои ушки то и дело пытаются обрасти щенячьей шерстью и становятся обратно нормальными.

«Быть не может. Я ведь даже жизненную силу не использовала. С чего бы им…»

Точного ответа я пока не знала, а значит, выход оставался только один.

«На случай, если вдруг превращусь в щенка, мне точно нужен помощник!»

Помощник, который будет абсолютно предан мне, как храбрый щеночек, и станет моими руками и ногами!

* * *

«Все-таки скукотища».

Быть помощником Коко куда веселее.

Каллиго со скучающим видом смотрел на юных господ из других семей, которые нерешительно мялись перед ним.

Должно быть, до них дошли слухи, что здоровье Каллиго пошло на поправку и что он находится в столице.

Семьи отрядили их одного за другим, и каждый заявлялся с каким-нибудь подарком.

— Я Мел из рода Ирго. Принес редчайший женьшень.

— Угу.

— Наш род Мали, из поколения в поколение выпускающий ректоров Академии, хотел бы предложить всестороннее содействие в обучении господина Каллиго.

— Ясно.

Каллиго было совершенно все равно, нервничают ли юные господа от мысли, что им никак не удастся развеять его скуку.

Кое-как отмахиваясь от их слов, Каллиго думал только о Коко.

«Но мне же сказали, что сейчас с Коко увидеться не получится».

После той встречи в галерее великий герцог Ривера строго предупредил Каллиго:

— Какое-то время тебе придется посидеть в столичной резиденции Ривера.

— Почему?

— Говорят, в ту семью вернулся старший сын, и обстановка там сейчас неспокойная.

«Так хочется увидеть Коко…»

Именно об этом он думал, безучастно глядя в пустоту.

Как вдруг на чаепитие юных господ завалился грозный тигр Амиус.

[Джеки сказал, что Ко-ко зо… вет.]

Каллиго усмехнулся.

Почему-то сегодня ему казалось, что он способен перевести каждое слово Амиуса.

…Какие бы там ни были у взрослых свои сложные обстоятельства, он твердо решил: нужно идти к Коко.

«Просто предупрежу брата, и делов-то».

С этой мыслью он посмотрел на сидящих перед ним мальчишек и приветливо произнес:

— Прошу прощения, но я пойду. Появились срочные дела.

— Т-тигр… Ох…

Каллиго ласково улыбнулся мальчику, который при виде Амиуса слегка подмочил штаны:

— Доберитесь до дома в целости.

* * *

Каллиго прямиком направился в особняк герцога Ардоса, предварительно оставив великому герцогу Ривера короткую записку с объяснением своего ухода.

Добравшись, он выслушал от Коко все, что с ней произошло за это время.

— Значит, теперь мы будем выводить этого Теодора на чистую воду?

— Ага.

— Мы прямо как юные сыщики из детских книжек.

Тихо пробормотав это, Каллиго тут же осекся и прикрыл рот рукой.

Ему уже целых десять лет, а он несет какую-то чушь про детские сказки и юных сыщиков.

Но Коко лишь энергично закивала:

— Точно! А еще у нас есть друзья — звери-сыщики!

После этого Коко повела его знакомиться с целой оравой своих пушистых друзей.

При упоминании Теодора все они лишь цокали языками.

Говорили, что тип он на редкость въедливый и жуткий.

Известно, что вот уже десять лет он железно и бессменно охраняет императорскую супругу. Животные добавили, что он курсирует исключительно между императорским дворцом и своим домом, так что, сколько его ни тряси, ничего интересного не вывалится.

«Никакой от этого пользы», — тяжело вздохнув, подумала Коко.

Эту информацию она уже знала.

«Эх, вот был бы сейчас рядом лучший информатор, Чик-Чирик…»

Но Чик-Чирик улетел, рассерженно заявив, что должен спасти Коко.

И с тех пор бесследно пропал.

Так что теперь им приходилось добывать информацию своими силами.

Коко и Каллиго бродили по окрестностям, расспрашивая животных и сидя в засаде возле флигеля, где остановился Теодор. И вот, когда они все как следует осмотрели…

— Коко, Коко!

Как раз когда они проходили мимо конюшни.

Оттуда пулей вылетел породистый скакун Гром. С растрепанной гривой он взволнованно выпалил:р

— Коко! Там какой-то хмырь вот-вот вцепится нашему Русу в глотку. Выручай!

— Ч-что? К-кому? Этот дурак ус опять что-то натворил?

— Не знаю, его вроде Теодор зовут!

Глаза Коко округлились.

— Каллиго, у нас происшествие!

— Тогда…

Но Коко, посмотрев сначала на Грома, а затем на Каллиго, решительно скомандовала:

— Выдвигаемся!

…Двое юных сыщиков вскочили на Грома и во весь опор помчались к главным воротам поместья, где уже назревала драка.

Там они увидели Теодора и Руса. Мужчины стояли друг напротив друга и сверлили соперника взглядом.

Они ругались на повышенных тонах, совершенно не заботясь о том, что их может услышать весь дом.

* * *

— Скажи уже, брат. С чего ты вдруг заделался цепным псом супруги императора?

— Ты все такой же невоспитанный. Говори уважительно: ее высочество супруга императора.

— Да плевать. Отвечай. Зачем приперся к нам и мутишь воду?

— Не твое дело. Я скоро уезжаю.

— Брат, что с тобой не так? Совсем с катушек слетел после смерти жены и ребенка?

Теодор всегда держался изящно и почти не выдавал эмоций.

Но сейчас он со злостью сорвал очки и потер лицо руками.

— …Заткнись. Не смей даже упоминать о них.

«Вроде взрослые люди, а ругаются как дети», — только успела подумать я.

— А что такое? Ты ведь сам бредил, что отец убил невестку. Неужели до сих пор веришь в этот бред?

Мы с Каллиго, собиравшиеся разыграть операцию «случайные прохожие», разом затаили дыхание.

Ч-что?

Это еще что за мыльная опера?..