«Ого... Как он вообще умудряется высекать такую махину в одиночку?»

«Жаль, что так далеко. Отсюда толком не разглядеть. Хотелось бы подойти поближе».

«Значит, скоро мы сможем любоваться ликом Его Святейшества каждый день? Но кто этот скульптор? Как у него получается работать с такой скоростью и изяществом?»

В самом центре Бастиана, перед входом в величественный королевский дворец, исполинская статуя преображалась буквально на глазах.

Ее было видно почти из любой точки города, стоило лишь немного поднять голову. Наблюдение за тем, как бесформенная глыба постепенно обретает очертания, стало для жителей Бастиана одним из главных ежедневных развлечений.

Статуя должна была запечатлеть лицо их глубоко почитаемого Папы. Еще до того, как работа была завершена, к площади уже начали стекаться верующие, чтобы вознести молитвы перед строящимся монументом. А вместе с этим по всему городу поползли слухи о загадочном скульпторе по имени Пол.

«Он точно посланник божий!»

«Вы только посмотрите на его движения! После его работы все остальные статуи в городе кажутся грубыми детскими поделками!»

«Вот это я понимаю, настоящий мастер! А те бездари, что раньше выдавали себя за скульпторов, — просто жалкие мошенники!»

«И не говори! Я купил фигурку у одного такого, так она и близко не похожа на Его Святейшество. Лицо вышло каким-то кривым!»

«Придется выбросить. Надо будет как-нибудь подловить этого Пола и попросить его вырезать что-нибудь для меня».

«Дружище, ты ведь на короткой ноге с архиепископами? Замолви и за меня словечко!»

«Хм, я подумаю».

Имя Пола с каждым днем обрастало всё новыми легендами. Оно не сходило с уст не только простых горожан, но и высшего духовенства.

«Харман, до меня дошли слухи, что ты заполучил работу этого Пола? Ну-ка, покажи. Уж больно любопытно», — попросил верховный жрец Кубан.

«Кхм, ну уж нет. Знаешь, скольких трудов мне стоило ее выпросить?» — напыжился Харман.

«Да брось, я только одним глазком взгляну!»

«Кстати...» — Харман прищурился, глядя на грудь собеседника. — «Что это за ожерелье? Раньше я его у тебя не видел. Магический артефакт? Выглядит весьма недурно».

Поймав на себе алчный взгляд архиепископа, Кубан внутренне чертыхнулся и инстинктивно прикрыл ожерелье рукой.

«Тц, глаз у тебя как у орла. Да, это артефакт, повышающий жизненный тонус. Повезло недавно приобрести».

«Ого...»

«Ну всё, я свою тайну раскрыл. Теперь твоя очередь. Показывай!»

«Ладно-ладно. Как раз ношу ее с собой. Смотри».

Харман с гордым видом извлек из-за пазухи небольшую деревянную фигурку и протянул ее Кубану.

Черты лица Хармана были переданы с пугающей точностью, фигурка казалась почти живой. Кубан невольно ахнул.

«Поразительно. Такая невероятная детализация на крошечном куске дерева... Я в жизни не видел ничего подобного. И где только гильдия откопала такого гения?»

«Хе-хе... У меня свои методы», — самодовольно усмехнулся Харман.

Когда статуя Папы будет завершена, он, Харман, человек, который привел и курировал этого гениального скульптора, несомненно, получит щедрую награду.

Возможно, это даже станет его билетом на более высокую должность.

'Этот Пол... Как бы надеть на него ошейник? Если он начнет делать фигурки для всех подряд, их ценность резко упадет'.

Харман уже лихорадочно соображал, как использовать скульптора для удовлетворения собственных амбиций.

'Придумал! Сначала под предлогом крайней важности статуи Его Святейшества я запрещу ему брать другие заказы. А когда он закончит, скажу, что статуе требуется регулярное обслуживание, и не выпущу его из города'.

Отпустить такого мастера после одного заказа было бы непростительной глупостью. Как было бы прекрасно навсегда привязать его к королевству, найти какую-нибудь слабость и заставить служить только себе!

'Хе-хе... А если слабости нет, мы ее просто выдумаем'.

---

Работа над статуей шла полным ходом, а вместе с ней стремительно рос и мой уровень мастерства.

В тех местах, где требовалась ювелирная точность, я призывал Джемму и следовал ее советам. Это невероятно помогало.

'Тело почти готово'.

Осталось лишь высечь лицо Папы и пройтись по мелким деталям, чтобы довести всё до идеала.

И самое главное — завтра понтифик лично соизволит явиться на площадь.

'Папа... Аж мурашки по коже'.

Предстоящая встреча с человеком, которого мне предстоит убить, заставляла сердце биться чуть быстрее.

Топ... Топ...

Закончив работу на сегодня, я неспешно шагал по ночным улицам Бастиана. Внезапно позади послышались тихие, крадущиеся шаги.

Время позднее. Огни в домах уже погасли, и улицы погрузились во тьму. Тот, кто решил проследить за мной в такой час, вряд ли замышляет что-то доброе.

'Слишком топорно... Кто его послал?'

Конечно, я постоянно поддерживал чувства обостренными, но для слежки за Мастером Меча навыки маскировки этого горе-шпиона были просто смехотворными.

А значит, преследователь охотится не за Реном Аргеном, а за скульптором Полом.

Неужели это как-то связано с завтрашним визитом Папы?

'Что же с ним делать...'

Я мог бы схватить его и выбить имя заказчика, а мог бы просто стряхнуть с хвоста — для меня это не составило бы труда.

'Для начала сделаю вид, что ничего не замечаю'.

Топ.

Внезапно аура преследователя исчезла. Шаги стихли, и на улицу опустилась гнетущая тишина.

А в следующее мгновение из темноты вынырнул красноколосый мужчина, волоча под мышкой обмякшее тело моего преследователя.

«Эй», — бросил он.

«...»

Я молча уставился на него. Этим незваным гостем оказался Флейк — тот самый безумный маг, которого я оставил на руинах базы «Черной звезды».

'Из-за маски лисы он не должен был узнать во мне Рена Аргена'.

Но то, как уверенно он преградил мне путь, и этот пронзительный взгляд...

'Похоже, он всё-таки догадался'.

Пока я прикидывал варианты, Флейк задал вопрос, подтвердивший мои подозрения:

«Это ведь был ты?»

«...О чем ты?»

«Это ты стащил Цветок Планты с базы этих чернокнижников».

Как я и думал, он меня раскусил. Но Цветок Планты? Так вот как называется тот синий цветок.

«Понятия не имею, что за Цветок Планты. И вообще, с чего ты взял, что я — это я?» — спросил я, не снимая маски, но больше не пытаясь изменить голос.

«Да брось. Только слепой идиот не узнал бы в тебе того, кто притащил ту странную статую на твое кладбище».

«Справедливо».

Действительно, у Флейка было достаточно зацепок, чтобы сложить два и два. Именно поэтому я и не стал особо заморачиваться с конспирацией, общаясь с ним.

«А еще я слышал, что те торгаши, за которых ты так рьяно впрягался, привезли сюда какого-то гениального скульптора. Кто еще это мог быть, кроме тебя? Кхе-хе», — хрипло рассмеялся Флейк.

Затем он небрежно швырнул тело пойманного шпиона на землю.

«Ты убил его?»

«Нет. Мне лишние проблемы ни к чему. Но давай вернемся к нашим делам. Ты ведь взял его, да? Цветок исчез из пустыни».

Флейк сверлил меня подозрительным взглядом, не скрывая своего раздражения.

Цветок я уже давно передал Акро на хранение. Тот факт, что Флейк так уверенно заявляет о его пропаже, доказывает: у него есть какой-то способ отслеживать этот артефакт на огромном расстоянии.

'Но, видимо, этот радар работает не всегда'.

Ведь он почуял цветок еще до того, как мы вошли в башню.

«Я уже сказал, что не знаю, о чем ты. И разве не логично, что после такого взрыва там вообще ничего не осталось?»

«...»

«Судя по твоему лицу, ты уверен, что он уцелел. Значит, у тебя был способ отследить его еще до того, как мы вломились в башню».

«Заткнись», — огрызнулся Флейк.

«Да что это вообще за цветок такой, что ты так за ним гоняешься?»

«Не твое дело. Я помог тебе зачистить базу “Черной звезды”, теперь твоя очередь отрабатывать должок».

Ишь как ловко перевел тему.

Его поведение кардинально изменилось с нашей первой встречи. Куда-то подевались вся его спесь и желание решить всё грубой силой.

Увидев, как я расправился с Гельманом — монстром уровня Мастера, — он понял, что в прямом столкновении у него нет ни единого шанса.

Ведь пределом самого Флейка было едва-едва сдерживать Гельмана до того, как тот принял звериную форму.

«Ладно. И что от меня требуется?»

«Отвлеки на себя внимание Папы или кого-нибудь из кардиналов. Этого будет достаточно».

«...Ты несешь какой-то бред с таким невозмутимым видом, что аж тошно. Я ухожу. Разговор окончен».

Я без колебаний развернулся и зашагал прочь.

«Решил нарушить уговор?» — прошипел Флейк мне в спину.

«Уговор?»

Я резко остановился. Развернувшись, я медленно пошел прямо на него, одновременно высвобождая ауру молнии.

Теперь мне не нужно было даже доставать меч, чтобы создать Боевую ауру.

Я — Мастер Меча. И раз уж я ступил на эту вершину, пора было показать этому выскочке, какая пропасть лежит между нами.

Треск... ТРЕ-Е-ЕСК!!

Удушающее давление обрушилось на ночную улицу. Моя воля, подкрепленная бесчисленными победами, подчинила себе само пространство, заставляя воздух вибрировать от напряжения.

«Мне повторить еще раз?»

Став Мастером, я осознал одну простую истину: мне больше не нужен клинок. Всё вокруг может стать моим мечом.

Синие искры, сорвавшиеся с моего тела, хищно зазмеились по земле, готовые в любой момент разорвать мага на куски.

«Ты же сам говорил: “Кто сильнее, тот и прав”».

Я просто процитировал его собственные слова, сказанные при нашей первой встрече. И теперь я воплощал их в жизнь.

«Так что, если тебе действительно нужна помощь — говори прямо. Чего ты хочешь и зачем ты здесь».

Лицо Флейка окаменело. Под давлением ауры Мастера маг 4-го круга выглядел так же жалко, как гоблин перед разъяренным огром.

«Я собираюсь украсть священную реликвию Церкви», — выдавил он.

«...Что?»

Я не ожидал, что он так легко раскроет карты. Но еще больше меня ошеломила сама суть его плана.

«Зачем?»

«...Этого я сказать не могу».

Флейк упрямо стиснул зубы. Его взгляд был абсолютно серьезен — он скорее умрет, чем выдаст эту тайну.

Он из тех, кто поклоняется силе. Весь его фанатизм и безумие вращаются вокруг одной цели — стать сильнее. А значит, кража реликвии напрямую связана с этим.

'Если всё его безумие направлено на обретение мощи, то и попытка украсть “Голубой Глаз” у Карины тоже была частью этого плана'.

[Искусство Пяти Сфер]. Из всех элементов Флейк предпочитает магию крови и молнии.

С кровью всё понятно, он всегда был в ней силен. Но его магия молний стала в несколько раз мощнее по сравнению с тем, что он показывал в Абитрари.

'Если предположить, что существуют артефакты, способные многократно усиливать определённые элементы Искусства Пяти Сфер... тогда всё сходится'.

[Искусство Пяти Сфер]

Магическая техника, объединяющая элементы Огня, Воды, Молнии, Ветра и Крови.

Истинная мощь пробудится лишь тогда, когда все элементы сольются воедино.

Сначала «Голубой Глаз», затем Цветок Планты, а теперь еще и священная реликвия Церкви.

'“Истинная мощь пробудится лишь тогда, когда все элементы сольются воедино”... Это значит, что его нынешняя сила — это лишь малая часть его истинного потенциала'.

Даже сейчас его магия ужасает. Страшно представить, в какого монстра он превратится, если соберет весь комплект.

'Если это так, то я обязан помешать этому безумцу собрать все артефакты'.

Уровень угрозы резко возрос. Флейк, не знающий о существовании Системы, даже не подозревал, насколько глубоко я уже проанализировал его мотивы.

«Ладно. Уговор есть уговор».

Я не собирался отдавать ему реликвию. Но почему бы не использовать его как пешку в моем плане по устранению Папы?

«Я не требую подробностей. Просто скажи, как называется эта реликвия?»

«Копье Рамана».

'Копье Рамана...'

Мои догадки подтвердились окончательно.

«Хорошо. Приходи послезавтра ночью. И до тех пор не смей высовываться».

«У тебя есть план?»

«Да. Я расскажу тебе, как именно мы отвлечём их внимание».

---

На следующее утро работа закипела с новыми силами.

Сегодня на площади собралось необычно много жрецов. Кардиналы и высшее духовенство толпились вокруг, наблюдая за каждым моим движением.

Не обращая внимания на десятки сверлящих меня взглядов, я методично, с ледяным спокойствием орудовал резцом.

«Его Святейшество Папа прибыл!»

При звуке этого голоса жрецы мгновенно расступились, образовав широкий живой коридор.

Из дверей дворца величавой походкой вышел тучный мужчина в ослепительно роскошных одеждах.

'Так это и есть Прокопиус Дукас?'

Папа был облачен в мантию, расшитую сложными золотыми узорами. Аккуратно уложенные золотистые волосы, мягкий, лучистый взгляд... Глядя на него, было невозможно поверить, что этот человек стоит за самыми грязными и кровавыми преступлениями в королевстве.

«Так это ты тот самый скульптор Пол?» — обратился ко мне Дукас. Его голос был глубоким, бархатистым и успокаивающим.

«Приветствую Его Святейшество. Да, я скульптор Пол», — поклонился я.

«Ты проделал огромную работу. Благодарю тебя за твой труд ради меня и всей Церкви».

Благообразное лицо, плавные, исполненные достоинства жесты. Даже зная всю правду о нем, на секунду я усомнился в собственных воспоминаниях — настолько безупречной была его игра.

«Ваше Святейшество, позвольте мне сказать слово», — вперед вышла рыжеволосая женщина-кардинал.

«А, кардинал Оцилия. Конечно, говори, дитя мое», — благосклонно кивнул Папа.

«Каким бы гениальным ни был этот скульптор, стоять перед Вашим Святейшеством в маске — это вопиющее неуважение».

«Кардинал Оцилия права, Ваше Святейшество!»

«Это неслыханная дерзость!»

Остальные жрецы тут же подхватили ее слова. Одни действительно считали это оскорблением, другие просто поддакивали Оцилии, но факт оставался фактом: все они жаждали увидеть лицо таинственного скульптора.

«Хм... Лично я не вижу в этом ничего страшного, но раз уж вы все так настаиваете...»

Дукас перевел на меня взгляд и мягко улыбнулся. Он не отдал прямого приказа, но это было негласное требование подчиниться.

Мои глаза под маской слегка сузились. Ситуация выходила из-под контроля. Харман уверял меня, что маску снимать не придется.

«Чего застыл? Снимай живо!» — раздраженно рявкнула Оцилия.

«Как прикажете».

Понимая, что выбора нет, я медленно потянулся к лицу и стянул маску лисы.