Подонок, красная свинья, Ицуки и солдаты таращились на нас с падре. Что же с ними всеми делать? Конечно, они мерзавцы, которые пытались поймать падре в ловушку, но я должен вести себя осторожно, чтобы не развязать войну. Она вернёт меня к тому, с чего я начал.

— Не грусти и не сокрушайся, падре. Ты не одинок. Даже если весь ополчится против тебя, я останусь на твоей стороне.

— К-Китамура-кун?..

Я помог падре встать на ноги и посмотрел на Подонка.

— Бредятина какая-то, — равнодушно проронил Рен и развернулся к выходу.

— Рен-сан! Как вас понимать?

— Я просто подумал, что Мотоясу по-своему тоже прав… Это перебор — наказывать Наофуми по показаниям одной девушки, пускай даже она принцесса. Тем более, после вчерашнего есть ощущение, что в замке всё спланировали заранее, а теперь идут по сценарию.

Падре разинув челюсть смотрел то на меня, то на Рена.

— Только не поймите меня превратно. Я вовсе не утверждаю, что Наофуми прав. Но в замке Героя Щита тщательно пытаются выставить слабым и мешают Мотоясу всякий раз, когда он пытается вступиться за Наофуми. Это вызывает некоторые подозрения.

— Гн…

— Хрю-ю! Хрю-хрю-хрю! — красная свинья что-то провыла, тыча пальцем в падре.

Судя по всему, она о чём-то умоляла, обращаясь к Ицуки и Рену. На лице Ицуки читался откровенный гнев в адрес падре, а Рен смотрел с безразличием.

— Я этого не делал!

— У вас в любом случае нет доказательств, чтобы наказывать Наофуми. Хотите раздуть скандал на ровном месте — дело ваше, но чур без меня. Вы попусту потратили моё время. Не вызывайте меня больше ради подобной ерунды, — проворчал Рен и на этот раз ушёл из зала. За ним проследовали его спутники.

Рен, конечно, не спешит никому доверять, но по его ответам понятно, что нутром он уже всё понял.

С одной стороны это хорошо, а с другой опасно. Рену надо быть осторожнее, иначе и к нему могут подослать убийц. Впрочем, такая опасность существовала всегда, да и потом, это же Рен… думаю, в ближайшее время на его счёт можно не волноваться.

— Хрю-хрю-хрю!

Красная свинья продолжала шуметь. Видимо, злится, что всё происходит не так, как она хотела.

Вот она и показала своё нутро. Свою омерзительную, гадкую натуру. Я не позволю, чтобы она долго оскорбляла падре своим видом.

— Стоять! Герой Щита по-прежнему подозреваемый! — вновь закричал Подонок. Может, грохнуть его уже?

— Ладно, меня ты не слушать хочешь, но неужели и слова Рена для тебя пустой звук? У тебя нет достаточно доказательств, чтобы в чём-либо обвинять падре. Угомонись… пока не испортил репутацию Мелромарка среди других стран.

— Гн…

На сей раз Подонку пришлось замолчать.

— Ну что, падре, пора отсюда уходить. Этим людям бесполезно что-либо говорить.

Я взял падре за руку и повёл его к выходу из тронного зала.

— А… Ладно.

Пока мы выходили из замка, стражники бросали на нас недовольные взгляды. Но стоило мне посмотреть на них, как они тут же отворачивались.

— Э-э… Спасибо, что спас меня, Китамура… вернее, Мотоясу-кун.

— Не стоит благодарности. Просто я верю, что ты прав, падре.

— Ага… Я и правда этого не делал. Даже не пил, просто лёг спать в своём номере.

Мы разговаривали на городской площади, падре по-прежнему стоял в домашнем. Как-то раз такое уже было.

Интересно, удалось ли мне его спасти? Всё никак не избавлюсь от мысли, что моя поддержка может, наоборот, подвергнуть его опасности.

— Мотоясу-кун?

— Я бы хотел поговорить с тобой в менее людном месте.

— А? Ладно… Куда я денусь, всё равно в одиночку не могу сражаться.

— Правильно. Ещё надо переодеть тебя в доспехи… хотя нет, обычная одежда лучше. Я-то знаю, что ты вовсе не один и не беззащитен.

Чтобы падре казался слабым и не представляющим угрозы, пусть лучше носит дешевую одежду.

— Куда пойдём?

— Ты не можешь постоянно разгуливать в домашней одежде. Пошли сейчас же тебя приоденем. Не волнуйся, я заплачу.

— Не надо, у меня есть свои деньги!

Ого? У падре в отличие от позапрошлого раза остались какие-то финансы?

Падре показал мне серебряные монеты, которые он держал со внутренней стороны Щита. Ах да… именно их он в меня бросил на самом первом витке. Помню. Снимаю шляпу перед падре и его предусмотрительностью.

— М-Мотоясу-кун? Ты чего расплакался?

— Есть кое-какие причины. Ну же, идём! Броню тебе всё-таки надо купить.

— Угу.

Мы наведались к оружейнику, где всегда закупался падре, и который открывал свой магазин рано утром. Начало разговора не слишком отличалось от позапрошлого раза. Дядя сначала насел на падре, но позже поверил, потому что знал его как человека.

— Ну так что, парень? Что хочешь носить?

— Перед этим я хотел бы поговорить с падре с глазу на глаз в глубине магазина.

— Гм? Ну, ладно…

Дядя показал нам путь в укромный уголок. Там находилась комната со стульями.

— Возвращайтесь ко мне, как закончите.

Дядя проявил учтивость и оставил нас одних.

— Чего ты хотел, Мотоясу-кун?

— Первым делом я должен объяснить тебе некоторые вещи, рассказать о методах усиления Оружия и обсудить дальнейшие планы.

— А? Ну… Ладно, — падре кивнул со слегка растерянным видом.

— Для начала я должен сказать тебе важную вещь.

— Какую? Кстати, я до сих пор не слишком-то верю тому, что ты пришёл из будущего, застряв во временной петле.

— Это чистая правда.

— Ах так?! Тогда почему ты не предупредил меня об этом обвинении?! — надавил падре, повысив голос.

Я принял его ярость как есть:

— Я… прошу прощения. На прошлом витке я предупредил тебя сразу после призыва. Сказал, что страна планирует подставить тебя и лишить всех денег… рассказал всю правду о стране… и что в другой стране, с которой Мелромарк враждует, Герою Щита поклоняются как богу.

— А? — падре застыл с отвисшей челюстью.

Ничего удивительного. Падре сейчас не знает даже о том, что Мелромарк притесняет полулюдей. И уж тем более, что полулюди считают Героя Щита своим кумиром.

— Что ж ты молчал?!

— Это ещё не конец рассказа… В первую ночь я поднял скандал… За это меня поймали в ловушку, а тебя обманом увезли на повозке.

— …

— Я едва успел догнать её, солдаты Мелромарка уже почти успели тебя убить. Всё это произошло в течение суток после призыва.

— В первый же день… Кстати, да, ты присматривал за мной с самого начала. Даже пытался передать мне своих спутниц, когда мне никого не досталось… Ты ещё тогда пытался научить меня методам усиления Оружия, чтобы я стал сильнее. И теперь я наконец-то понял, почему ты был так недоволен тем, когда та девушка вежливо обращалась к нам.

Прекрасно, падре. Он так много понял из моих слов. За исключением того, что назвал её «девушкой».

— Это свинья.

— Свинья?..

— Потому что свинья. Она ставит себя на первое место, других людей просто использует и избавляется от них, как только они перестают приносить пользу. Мерзкое, гадкое создание…

— А-а… ясно. Вот почему ты называешь всех девушек свиньями? Ладно, продолжай.

— На следующий день на тебя без конца охотились убийцы. Мы получили приглашение от посланника из Шильтвельта, страны полулюдей, в которой на тебя молятся. Поэтому большую часть времени мы ехали в том направлении.

Далее я подробно пересказал падре события предыдущего витка. Про переход через укреплённую границу, про победу над убийцами, про нападение на город, в который мы заехали. Просто удивительно, сколько всего случилось за время короткой поездки.

— А дальше? Что было после того, как я прибыл в Шильтвельт? Попытался отомстить Мелромарку?

— Нет, ты не делал ничего подобного. К тому времени ты уже обзавёлся людьми, которые тебе доверяют, так что махнул рукой на это дело.

— Надо же… Хотя я и сейчас почти готов на всё забить… Вернее, я больше не хочу видеть этих людей.

— Во время первого возврата в прошлое я пытался защищать тебя именно так. Я доверил тебя посланнику из Шильтвельта, думая, что так ты будешь счастлив…

Я объяснил тот случай, когда падре предположительно убили на государственной границе. Поскольку я уже рассказывал о пути в Шильтвельт на другом витке, мне не пришлось убеждать его, что я говорю правду.

— Да, так ещё понятнее. Раз уж нас поставили в такие неприятные условия, то… как ты говоришь, на прошлом витке мы взяли границу штурмом и сбежали в Шильтвельт?

— Именно так.

— Тогда почему ты на этот раз так долго ничего не рассказывал… и вместо этого говорил всякий бред?

— В каком смысле, бред?

— Про то что моя будущая жена не то мужик, не то птица, и что моя дочь будет птицей.

— Это… так и было до начала временной петли.

— Как это понимать?

Я низко поклонился, хоть и понимал, что никакими действиями не смогу заслужить настоящее прощение.

— Мотоясу-кун?

— Падре, когда в тот раз тебя обвинили в этом преступлении, обвинения красной свиньи поддерживал не Ицуки, а я.

— А?..

— После этого тебя выбросили на улицу без денег и друзей. Ты старался изо всех сил, чтобы доказать свою невиновность и в конце концов смог поставить на своё место Подонка и уничтожить государственную религию этой страны.

— Ничего себе, как ты перескочил с темы на тему! Я ведь про это совсем не спрашивал!

— После этого ты пытался вылечить душевную рану, переспав с парнем, но ему удалось сбежать.

— Так, а что насчёт дочери?

— Это Филориал, которого ты купил у монстроторговца и вырастил. Её зовут Фиро-тан.

После моих слов падре сполз на землю.

— Так она мне не родная?! И если это монстр, то она мне питомец, а не дочь! А ты рассказал так, что тебя никто правильно не понял!

Падре бросил на меня удручённый взгляд.

Питомец? Фиро-тан — питомец?.. Я представил себе её в шипастом ошейнике, исподлобья смотрящую на меня. Аж мурашки по коже!

— Ладно, разобрались… Так, теперь… Нет, стоп. Мотоясу-кун, если ты путешествуешь во времени, то запомни одну вещь.

— Какую именно?

— Я на момент призыва нормальный, адекватный человек, поэтому не надо мне говорить о таких вещах. Я хотел тебе верить, но ты просто заставляешь подозревать тебя. Тут уже вступает в дело психология: от таких слов хочется идти в отказ, даже если они — чистая правда.

— Хорошо, я понял.

Судя по всему, падре не доверял мне, потому что никак не мог выкинуть из головы мои слова о том, что он попытается переспать с мужчиной.

А меня пол вообще не волнует. Главное, чтобы это был Филориал.

— Ты бы лучше назвал её приёмной дочерью. Объяснил, мол, ты воспитал девушку, в которую я влюбился. Так бы я более-менее понял, что к чему.

Падре высказал свои замечания. Понятно, значит его не смущает наличие дочери, если они приёмная. Но я не согласен называть Фиро-тан питомцем.

Я в очередной раз выжег слова падре у себя в голове.

— Ну? Расскажешь уже, почему позволил этой стране подставить меня?

— Я сделал это по совету падре из прошлого витка. Он сказал, что я должен пользоваться имеющимися знаниями о будущем.

— Гм… С чего бы он стал тебе такое советовать?

— Дело в том, что если ты уедешь в Шильтвельт, то страны начнут воевать друг с другом, и тогда им станет не до волн.

— А? Но ты же сам сказал, что я после переезда не собирался никому мстить.

— Да, но…

Я объяснил падре трудности, с которым мы столкнулись на предыдущем витке. Рассказал про Такта, про выдававшую себя за Героя Когтей лисицу и про войну между Шильтвельтом, Шилдфриденом и Мелромарком.

Наконец, я объяснил, что виток закончился из-за убийства Ицуки.

— Такая огромная война… просто из-за того, что я переберусь в Шильтвельт?.. — падре потерял дар речи от масштабов катастрофы.

— Что скажешь, поедем? Если хочешь, то я не против. Сделаю всё, чтобы трагедия не повторилась.

На этот раз я не дам сбежать ни одному приспешнику Такта. В этом случае войны быть не должно. Это тоже способ использования знаний, полученных во временной петле.

— Конечно, благодаря тому, что ты знаешь всё наперёд, на этот раз события могут развиваться благоприятнее, но… — падре помрачнел, несмотря на мои заверения. — Нет, Мотоясу-кун… всё-таки ты прав. Если мне достаточно просто потерпеть три месяца, чтобы избежать таких трудностей, то разумнее остаться здесь. Нечего лишний раз дразнить судьбу… Меня всё-таки призвали в этот мир не для того, чтобы развязывать войны.

— Как скажешь.

— Выбрать бездействие ради избегания войны. Теперь и у меня есть чувство, что я прибыл из будущего, зная всё наперёд.

— Твоё решение — закон. Ради тебя я сделаю что угодно.

— Да? Получается, ты останешься со мной в Мелромарке, пытаясь избежать нового витка петли?

— Совершенно верно.

Падре наконец-то уселся на стул и протянул ноги.

— Выходит, через три месяца король и Майн получат по заслугам?.. Придётся ждать и предвкушать.

— Да. В будущем меня попросили не решать проблемы грубой силой.

— Ладно. Надеюсь, я смогу стать чуточку сильнее за это время.

— По возможности постарайся становиться сильнее, не привлекая внимания. Методам я тебя научу.

— Угу, спасибо за помощь.

Вдруг из моего кармана послышался хруст. Я достал из него яйца. Кажется, Юки-тян и Коу как раз готовы вылупиться.

— Мотоясу-кун, неужели ты потратил своё пособие на яйца Филориалов?

— Именно так.

Наконец, Юки-тян и Коу пробили скорлупу и высунули головы наружу.

— Пи!

— Ой, какие милые…

Выбравшись из яиц, оба птенца сели мне на руку. Падре изучал их взглядом.

— Это вот из них вырастают те звери, которые тянут повозки в городе?..

Он смотрит на них с нескрываемым удивлением. Ничего не поделаешь, он пока ничего не знает о Филориалах.

Филориалы — это чудесные, волшебные создания. Вот почему я никогда не прекращу их собирать.

— Решил уже, как их назовёшь?

— Конечно. Имена им уже придумал падре из будущего.

— Правда? И какие же?

— Попробуй догадаться сам. Только сразу скажу, это не Сиро-тян[1], не Кииро[2] и не Хиё[3]. Белая девочка, жёлтый мальчик.

— Мм… — задумался падре, глядя на весело прыгающих Юки-тян и Коу.

— Эта такая белоснежная, что её хочется назвать Юки-тян, а этот такой жёлтый, что если не Кииро, то Коу.

— Блестяще, падре, ты отгадал.

— Правда? Хорошо, потому что пришлось поломать голову. Неужели временная петля проявляется даже в этом?..

— Пи!

Юки-тян и Коу продолжали скакать.

— Так… А теперь надо зарегистрировать на тебя девочку, которая в будущем будет твоим телохранителем.

Я показал падре пока ещё не проклюнувшееся яйцо Сакуры-тян.

— Это Сакура-тян. Она пока без печати монстра.

— Ты хочешь дать её мне?

— Она очень привязалась к тебе, так что я подумывал о том, что лучше сделать тебя её владельцем. Вы будете вместе становиться сильнее.

— С-спасибо… — падре взял яйцо.

— Знаешь, как регистрировать монстров?

— Просто подкрасить знак на яйце кровью?

— Верно. Затем засунь яйцо в инкубатор, и через день из него вылупится Сакура-тян.

— О как… Ну, раз я сейчас не могу найти других спутников, то и такая союзница пригодится.

Падре одолжил у дяди острый инструмент, кольнул себе палец и разобрался с регистрацией.

— Ладно, что дальше?

— Хороший вопрос… В самом первом мире падре после этого…

Я задумался. Вот ведь странно: я совершенно не могу вспомнить, чем занимался падре. Понятно, что он примерно в это время купил сестру и поднимал себе уровень, но было ли что-то ещё?

— Мотоясу-кун?

Вспоминается, что он занимался разъездной торговлей вместе с рабами. Торговал… вроде бы всякими лекарствами.

— До начала временной петли падре зарабатывал разъездной торговлей.

— Вот как? Путешествовал по разным местам и что-то продавал?

— Правильно. Я точно помню, что он и Фиро-тан торговали с городами и деревнями. Когда мне и свиньям удавалось их догнать, я часто получал пинка.

Вот это я хорошо помню. Каждый раз, когда Фиро-тан видела меня, она от души подкидывала меня лапой. Эта боль — доказательство уз, которые нас связывают.

— Что-то у тебя вид мечтательный. Мы точно не занимались ничем странным? И с какой стати тебя пинали?

— Это проявление кары Фиро-тан и её любви…

— Алло, Мотоясу-кун? Вернись к нам.

— Пи!

— Бесполезно… Он утонул в воспоминаниях.

Фиро-тан… Куда же ты подевалась? Я схвачу судьбу за узды и разыщу тебя.

— Торговля… не представляю, чем я могу здесь торговать, тем более, что я не могу сражаться в одиночку и остался без субсидии. Как же я это сделал без начального капитала?

Похоже, падре погрузился в раздумья.

— Вроде бы ты мешал лекарства и продавал их!

— Ого! Вот так внезапное возвращение! Не пугай так.

Падре смотрел на меня испуганным взглядом. Птенцы сидели у него на плечах.

— Мешал лекарства? Я освоил аптекарское дело?

— Насчёт этого я уверен полностью. В первом мире падре создавал свои лекарства и зарабатывал их продажей.

— Я помню, что в игре было аптекарское дело, но… неужели это так просто?

— В Оружие заложены навыки-профессии, с помощью которых можно создавать предметы. Но я помню, что кое-какие лекарства ты мешал своими руками.

Падре, если так подумать, был мастером на все руки. Все обожали еду, которую он готовит, да и создание лекарств он освоил без особого труда.

— Гм… Ладно. Если у Щита есть такие навыки, то я попробую их использовать, но что касается лекарств, то я даже не знаю, какие тут бывают ингредиенты. Надо будет зайти в аптеку и посмотреть. И, кстати, я даже не знаю, какой Щит открывает создание лекарств.

Ах да, в отличие от меня у падре на каждом витке полностью сбрасывается Оружие. Получается, ему сейчас надо охотиться на монстров, чтобы открыть навык аптекарского дела.

Я открыл меню Оружия и поискал Копьё, которое открывает создание лекарств… Ага, нашлось. И я даже помню, где его получил.

— Надо закупить снаряжение… освоить навыки-профессии и заняться разъездной торговлей… Ага. Вот и определились с целями на ближайшее время.

— Ты забыл, что надо ещё найти девочку-продавщицу для твоих лекарств.

— А, и правда. Если я буду продавать лекарства от лица Героя Щита, врага государственной религии, то у меня будут требовать скидки за риск или вообще не станут ничего брать. Но Мотоясу-кун…

— Что такое?

Падре смерил меня подозрительным взглядом. Что я на этот раз сказал не то?

— Твоё предложение вызывает вопросы. Где мы возьмём продавщицу? Я не хочу, чтобы меня снова кто-то предал… Нанимать кого-то из Шильтвельта опасно… а если какую-то безымянную авантюристку, то она наверняка будет меня обкрадывать. Гмм…

— В таких случаях удобнее всего использовать рабыню!

Примечания переводчика:

1. Буквально «белая».

2. Буквально «жёлтый».

3. Буквально «птенчик».