На следующий день, едва я вошла в аудиторию, как меня тут же схватила Крона, явно поджидавшая. Прямо так и поволокла к столу, где мне учинили допрос с пристрастием. Подошла и Сандра. Собралось и несколько парней, с которыми я более-менее разговаривала. Чувствовала себя едва ли не популярной личностью. Уверена, если бы во дворец сходил кто-то другой, шуму было бы куда больше.

— Ну и как всё прошло? Дала ему по лицу, этому беспечному королю?

— С чего это мне бить его за беспечность?

— Зная мелочь, я уж подумала, ты опять что-нибудь устроила! В мире тревожно, а он слишком беспечен — могло и взбесить. Вполне правдоподобно!

Крона заливалась смехом. На сей раз я беспечно вела себя тихо. Собственно, я всегда старалась соблюдать мир. Просто меня, кажется, то и дело втягивали в переполох всякие сторонние обстоятельства. Например, зелёные — то есть плесень! Хотелось бы, чтобы они хоть немного жили беспечно, не впутывая людей. Или тихо-мирно взорвали бы себя где-нибудь в сторонке.

— Да нет-нет-нет. Я вдоволь полакомилась вкуснейшим вином и угощениями. Только начальник караула сверлил меня взглядом не переставая. Честное слово, так и хотелось спросить: «Я что, неразорвавшаяся бомба?»

— Хех, ну так ничего не попишешь. Стоит отвести глаза — и неизвестно, что ты выкинешь. Да и не отводя глаз, кажется, можно случайно рвануть.

— Эй! Я не взрываюсь!

Я сделала вид, что сержусь, а Крона, смеясь, принялась паясничать. Ничего не попишешь — я ткнула посильнее пальцем в толстый живот господина Португальского Пирога, что стоял неподалёку.

— Хйя-а-а-а!

— Мужчина, а до чего шумный.

— Ты что это вдруг делаешь!

— Разумеется, просто так.

Остальные парни-ученики отступили на шаг. Похоже, почуяли опасность. Как же их звали-то? Кажется, Райтон, Центрайт и Лефтол. Правый, Центральный, Левый — очень легко запомнить. Но расстановка у них сбита, и меня это нервировало, так что я насильно переставила их в правильном порядке. Такие вещи важны.

— Э-эй, ты чего?

— Слышь, перестань.

— Да что ж это такое.

Вот, выстроились точно по именам. Теперь порядок. Удовлетворённая, я глубоко кивнула и снова уселась.

— Ну? Был ли в нынешнем деянии хоть какой-то смысл?

— Вам не кажется, что в таком порядке им спокойнее?

— Я не знаю.

Сандра холодно отрезала. Мне-то спокойно, так что проблем нет.

— А, что там ещё было… Ах да. Её Высочество собирается расследовать право наследования в нашем доме.

— Право наследования? В доме Блюроуз?

— Да. Дескать, владелец Посоха Синей Розы и есть наследник. Но если так, то, представьте, главой стану я. Ничего?

— Ничего не понимаю. Похоже, занятно, расскажи поподробнее.

Крона смотрела с живейшим интересом, остальные — с недоумением. Ничего не попишешь — я вкратце объяснила им загадку Посоха Синей Розы.

Что мой покойный отец Гилмор без всяких объяснений провёл надо мной ритуал наследования. Что, когда меня загадочным образом изгоняли из дома, Посох у меня конфисковали. Что синий Посох загадочным образом перелился в фиолетовый. Что теперь к нему, наверное, никто не может притронуться. Что обязанности главы исполняла загадочная тётка Мириана, потому что братец Гриэль — дурак, не способный унаследовать Посох Синей Розы. Что ко мне время от времени подсылают загадочных убийц. И что Её Высочество, угрожая Мириане, пытается сдерживать её тем, что сделает главой меня. Добрая я — выложила всё, включая загадки, догадки и брань.

Где-то на середине лица парней-учеников сменились на выражение «если влезу глубже, точно пропаду», но я, разумеется, не дала им сбежать. Раз уж услышали — теперь они тоже причастны. Попутчиков прибавилось — ура, ура. Крона стала выглядеть ещё более воодушевлённой, Сандра — задумчивой.

— …Понятно. Мне показалось, слово «загадочный» повторялось часто, но кое-что я уяснила. Ты умна, но при этом и дура. Либо делаешь это нарочно. Если нарочно, то страшно подумать.

— Прекрати мешать похвалу с оскорблениями.

— Это почти сплошь оскорбление, так что не обращай внимания. Кроме того, если ты будешь бездумно разбалтывать такое — никаких жизней не напасёшься. Вы тоже, будьте осторожны.

— К-как можно такое болтать!

— Лучше бы я этого случайно не слышал.

— Не повезло…

Легкозапоминающаяся троица поспешно замотала головами. Но это им поделом — нечего было подслушивать. Говорят, что, делясь тайнами, можно сдружиться, так что, наверное, отныне они станут мне друзьями. Вот и славно. Господин Португальский Пирог, трясясь, зажал уши руками. Хотя уже поздно — вот уж поистине занятный человек.

— Выходит, мелочь станет когда-то госпожой главой? Это было бы весело. Для начала угости меня дорогим вином — по одному бокалу. А, говоря «по одному», я имела в виду «в каждую руку».

— Да нет, не стать мне, наверное. Приёмная мать не позволит. Да и братья, с которыми я даже не встречалась, точно не признают.

— Но ведь ключевой Посох принадлежит мелочи, верно?

— Это так, но, наверное, они состряпают подделку Посоха и скроют правду. Если соберутся дома Семи Посохов, подделку раскроют в один миг. Для аристократов, дорожащих лицом, это станет невыносимым унижением. Особенно если подделкой окажется Посох Розы — символ Семи Посохов. Кхе-кхе, нет ничего восхитительнее.

У Сандры было жутко злое лицо. Скрестив руки с злобной ухмылкой, она выглядела очень довольной.

— Становиться главой — невесело, по-моему, куда лучше стрелять из пушек и ружей. Даже став аристократом, хлопот не оберёшься.

— Но ведь можно будет роскошествовать сколько влезет?

— Роскошествовать можно и не будучи аристократом.

— Вот как. Да, убедила. В этом вся мелочь.

Я удостоилась одобрения Кроны. На самом деле, если я стану аристократкой, я, скорее всего, отдалюсь от Кроны и Сандры, а мне это не хотелось. Правда, неизвестно, стану ли. Особенно Сандра — у неё аллергия на аристократов, так что, похоже, она сразу порвёт со мной.

— …Этот взгляд словно говорит: «Если я стану аристократом, ты же будешь видеть во мне врага». Заявляю прямо: я презираю аристократов не за то, что они аристократы. Я презираю их за то, что они думают только о себе, подобно паразитам угнездились в сердце страны и пожирают налоги горожан. Ты такой не станешь, да и не сможешь. Потому что ты, в отличие от других аристократов, — дура от горожан.

— Ужасно.

Что значит «дура от горожан»? Наверняка новое выражение.

— Это я сейчас похвалила.

— Ничуть не чувствую, чтобы меня хвалили.

— Ну, это пока оставим. В отношениях между Её Высочеством и Семью Посохами будет ещё больше трений. Чтобы вмешиваться даже во внутреннее дело рода — право наследования — для этих типов с бесполезно раздутым самолюбием это непереносимо. Тогда мне стала яснее и подоплёка неспокойствия в парламенте.

— Правда?

— Да. По моим сведениям, в Верхней палате сейчас идут дебаты о войне. Ведутся ли они осмысленно — не знаю.

Откуда у Сандры вообще источники информации? Она уже прям как какой-нибудь депутат.

— Погоди-погоди. Разве война — не через два года минимум? Что за спешка?

Крона скривилась. Если бои начнутся до её выпуска, она не сможет участвовать. Наверное, ей это не по душе. Парни-ученики выглядели отчасти успокоенными, но в то же время растерянными. Идеальный вариант — чтобы война началась и кончилась до их выпуска. Но, может, у них есть и крупица желания применить на деле то, чему учились и чему тренировались. Если повезёт, продвижение по службе — не мечта. Потому-то мужские сердца так сложны.

Мне всё равно. Лучше бы войны не было, но если я стану солдатом — это работа, надо делать её как следует. Людей обычно убивать нельзя, но на войне — можно. Чувствую в этом какую-то неправильность, но раз все так говорят — значит, точно. И святой отец, слышащий голос Бога, говорил, и умные учителя говорили. Само собой, и король говорил, и королева говорила. Но то же самое и у противника, так что надо быть осторожнее.

— Говорят, обстановка такова, что не то что поспешно — вот-вот объявят войну.

— Им легко: идут-то не сами.

Крона бросила это с отвращением, а Сандра продолжила:

— Обычно в Верхней палате главенствует борьба за интересы Семи Посохов, но сейчас она увлечена травлей умеренных. Война — прекрасный повод, чтобы бить по надоевшим в последнее время умеренным. Умеренные, изображающие защитников горожан, несомненно выступят против войны. Но проблема в том, что за ними стоит Королева Марианна. Она родом из соседней Касабланки — её легко клеймить: дескать, её слабая позиция вызвана тем, что она не намерена защищать нашу Розерию. А в конце — задавят числом и припечатают умеренных: мол, ни на что не способны.

— Хм-м. Вот, значит, как.

— В серьёзных вопросах Нижняя палата может лишь заглядывать в рот Верхней. В Гражданской палате есть люди с боевым духом, но из-за ограничений превосходства они не могут перечить решениям Верхней. Иными словами, война — дело решённое.

На этом политический урок госпожи Сандры закончился. Парни-ученики с постными лицами. Крона с насмешливой ухмылкой спросила Сандру:

— И как же, по прикидкам мудрой наставницы Сандры, всё будет развиваться?

— Хм. Может, немного сама подумаешь?

— Да ладно, скажи. Раз уж до этого договорились. Заодно уж.

— …Например, сначала потребуют от Плумении контрибуцию за недавний пограничный конфликт. Противная сторона точно откажется. Это послужит предлогом к войне. Какого масштаба — мне неизвестно. Я и понимать-то не хочу, о чём они думают.

— Вот так, мелочь. Война начнётся из-за фракционной грызни — для тех, кому умирать на передовой, просто беда.

— Поистине напрасная смерть.

— …Может, и мне махнуть на Новый Свет?

— Там уже все лакомые куски расхватаны.

Парни на миг возмечтали о Соединённых Штатах Аркадины на Новом Свете, но там уже живут люди. А Великое Королевство Лирия, бывшая метрополия, было оттуда начисто выброшено. Свободного места, наверное, нет. Я недавно немного учила это — такие вещи теперь общеизвестны.

— Какой же будет конечная цель этой войны? Уничтожить Плумению — этого ведь за один день не добиться?

— Невозможно. Когда обе стороны достаточно измотают друг друга, опять пойдут на мировую. Периодически воюя, аристократы демонстрируют ценность своего существования, а армия доказывает, что не даром ест свой хлеб. Если удастся получить новые земли — увеличится и подвластная территория. Прикормленные купцы сказочно обогатятся на продаже оружия, продовольствия и материалов. Король и королева не хотят войны потому, что не желают, чтобы аристократы получили ещё больше власти. Ради этого и создавалась государственная армия, но если королевская власть ограничена парламентом — ничего не попишешь.

— Ну и ну. Слушать — так они словно в войнушку играют. Хотя на самом деле умирают.

— Смотри, чтобы тебя не убили так просто. И тебя, Крона. Будущая героиня.

— До чего же занудный ты человек, заучка.

Всё как обычно: начинается война, горожане исправно умирают, при подходящих успехах — мировая. Так, по кругу, аристократы возвышали свой авторитет и наживались. Но может ли это длиться вечно? Не забывают ли они, что тех, кого они притесняют и обирают, — подавляющее большинство? Что случится, если те поумнеют, получат оружие и дождутся своего часа? Мне очень интересно. Кажется, к тому же подходящее гуманное устройство для казни уже готовится к серийному производству. Что станется с этой столицей, с этой страной — поистине интересно. Мне так и хотелось захлопать в ладоши, но я сдерживалась.

— Опять у мелочи злое лицо! Это привлекательно, но прекрати — а то мне невольно захочется сделать тебя своей!

— У меня нет извращённых наклонностей. Серьёзно, прости.

— Ну, у меня тоже не так чтобы сильно! Я просто не отвергаю никого, кто приходит, — что мужчин, что женщин. Кроме способностей, я не делаю различий. Другое дело — сходятся ли мысли. Совместимость важна!

Крона обхватила меня. Тяжёлая, большая, душит. Я отпихнула её.

— А-а-а, отойди. Ты большая — з-задавишь.

— Ахахаха. Смотри, депутат Сандра так страшно глядит, что я уж решила: пока не поздно, надо заявить права собственности. Эй, знаешь что? Она втайне хочет сделать тебя своей подручной. А мелочь я не отдам, нетушки.

— Чем делать её твоей подчинённой, я лучше оставлю её при себе. Я уже вполне поняла, что от неё много пользы. А ты лучше пригрей вон тех парней.

— Э-э. Этих я отдаю депутату Сандре.

— Мне они не нужны.

— Тогда и мне, наверное, не нужны.

Тут же отрезала Крона.

— Эй, Крона! Это уж слишком!

— Я ж тебя обедом на днях угостил! Что значит «не нужны»?!

— И вообще, разве ты не толкала речь перед всем артиллерийским курсом: «Давайте вместе добьёмся славы»?!

— Ахахаха! То было то, а это — это! Воодушевление — важная штука.

Всё опять смешалось в кучу. Похоже, пора вмешаться и подстраховать.

— Ничего не попишешь. Тогда господин Португальский Пирог будет у меня секретарём и по совместительству поваром.

— Какой ещё секретарь! И откуда… откуда ты знаешь, что я люблю готовить?!

Господин Португальский Пирог начал трястись. А я знала, что он подал госпоже Нико на конкурс консервы. Иными словами, он обожал готовить. Слегка полноват — наверное, потому что без конца дегустировал. Хотя тренировки суровые, а он совсем не худел. Может, он из довольно зажиточной семьи. Купеческой? Мне не очень интересно.

— Причину не скажу. Это, так сказать, военная тайна.

— Какая ещё военная тайна! И моё имя — Портокекс, а не…

— Не могу запомнить, уж прости.

— Так ты и не пытаешься! Тебе просто нет дела! Запомни: я не пирог! И не загадочный Португаль! Я — Портокекс!

Как я и сказала, всё смешалось в кучу.