В поздний час возле гостевого дома, где остановилась Аделаида, было тихо. Кроме патрулирующих рыцарей и слуг, изредка проходящих мимо по своим делам, вокруг никого не было.

Из-за противостояния с Эфиром Великий замок не мог обеспечивать гостей развлечениями.

Спустя долгое время после того, как солнце село и на небо опустилась тьма, из гостевого дома вышло несколько сопровождающих. Вероятно, они собирались в дорогу и сели в обычную карету в скромных одеяниях.

Посланники Хабанда могли перемещаться почти по всей территории Великого замка, за исключением главного здания.

После досмотра карета отправилась в путь. Как и в большинстве мест, в Великом замке тщательный досмотр тех, кто уезжает, необязателен. Кроме того, все люди в карете предъявили свои удостоверения делегации Хабанда.

Стражникам у ворот пришлось поклониться.

Стражники оглядели людей в карете. Четыре женщины. Было ясно, что это служанки, которые ухаживали за принцессой Аделаидой из Хабанда.

Проверив их удостоверения личности и количество людей в карете, стражники указали время отправления.

Когда карета выехала за ворота, женщина, сидевшая в самом дальнем углу, заговорила.

– Этот макияж очень раздражает.

– Мне очень жаль, но, пожалуйста, будьте терпеливы.

Раздосадованную женщину звали Аделаида. Она посмотрела на лицо, отразившееся в окне. Увидела очень странную женщину. Широкий, выступающий лоб, густые, русые брови и опущенные вниз глаза, нелепо выступающие скулы и плохо накрашенные губы.

От прежней внешности Аделаиды не осталось и следа.

Когда она спросила, какими талантами обладали служанки, нанятые королём, то, должно быть назвали нечто подобное, но она не придала значения. Это было удивительно. Но в то же время раздражало. Как будто её собственное сильнейшее оружие исчезло.

“Я ничего не могу поделать.”

Из-за напряжения и усталости принцесса Аделаида сегодня рано легла спать в гостевом доме. Так бы она не вышла в своей карете с чужим удостоверением личности.

Они долго ехали, пока не свернули в тёмный переулок. Карета, тихо ехавшая по узкой дороге, остановилась перед старым зданием.

Аделаида вышла последней, следуя за своими служанками.

Где это они были в столице, что вокруг никто не подавал признаков жизни? Аделаида посмотрела на здание перед собой. Она бы немного обрадовалась, если бы там был хоть какой-то проблеск света, но его не было. Более того, на деревянной двери росли сорняки и плесень. Судя по всему, это был бесхозный дом.

Дверь открылась, словно ждала, когда дамы тихо войдут. В темноте кто-то стоял с маленькой лампой.

- Добро пожаловать, я ждал вас.

Человек с лампой вёл Аделаиду и её служанок. Когда они спустились по лестнице, ведущей в подвал, через скрипучий коридор показалась толстая железная дверь, не вписывающаяся в облик дома.

Когда проводник поднял руку, железная дверь открылась, и перед ними вновь предстал длинный коридор. В отличие от тёмного пустого коридора, по которому они шли раньше, коридор за железной дверью был ярко освещён.

“Всё это находится под землей, поэтому сверху выглядит как пустой дом.”

Аделаида направилась внутрь, думая, что настоящий облик здания тщательно скрыт. Они долго шли по коридору, и когда дошли до двери в дальнем конце, та снова открылась изнутри.

- Добро пожаловать, спасибо, что пришли.

- Я рада видеть вас снова.

Аделаида грациозно улыбнулась Ванессе, которая поклонилась ей.

Ванесса Шульц. Хотя она и была главой Совета, ей было запрещено входить в Великий замок. Даже после вторжения армии Эфира она всё равно не могла попасть в замок. Запрет Эрна так и не сняла.

Обычно в такой ситуации Совет пытается заменить председателя, но Ванесса по-прежнему занимает пост, и ни у кого из членов Совета не возникло никаких претензий. Она действительно была человеком, отвечающим за приведение в исполнение всех дел в Гессенгарде.

Когда Ванесса и Аделаида впервые встретились, Ванесса была вежлива, но держалась на расстоянии. Принцессе Хабанда не нравилось её отношение. Хотя она была вежлива, но не унижалась, как все остальные.

Однако Ванесса попросила о встрече.

Чтобы встретиться с ней лично, Аделаиде пришлось покинуть Великий замок. Для этого ей пришлось наложить на себя этот нелепый грим.

- Мне нужно обсудить кое-что важное наедине. – сказала Ванесса.

Аделаида закусила губу, глядя на своих служанок. Она решила подчиниться, решив, что если Ванесса и собиралась что-то с ней сделать, то всё равно уже сделала бы это. Она проделала этот путь, хотя и чувствовала себя напуганной, и не хотела, чтобы её высмеивали.

Когда все удалились, Ванесса предложила Аделаиде присесть и налила ей чаю.

– Я хочу услышать, почему вы попросили меня встретиться с вами отдельно, – заговорила Аделаида.

Она не хотела ходить вокруг да около.

Поскольку Гессенгард и Эфир общались с помощью магии, Аделаида могла легко услышать, чего требует Эфир. Они намеревались сделать Гессенгард союзником Эфира.

Аделаида вспомнила Калиона. За последние несколько недель она провела с ним немало времени. Похоже, в нём видели новую угрозу для королевства Эфир. Поэтому они хотели, чтобы Рубен занял место эрцгерцога.

Аделаида не могла этого допустить. Менять нужно представителя Хабанда, а не представителя Эфира. Её должны короновать как эрцгерцогиню от имени Эрны.

Она не могла легко осуществить свой план только потому, что хотела этого, и ничего не могла с этим поделать. Но Аделаида не ожидала, что Ванесса свяжется с ней вот так.

Когда принцесса Хабанда настоятельно попросила, Ванесса кивнула, как будто поняла.

– Наш Совет не может терпеть грубость Эфира, вторгшегося в Гессенгард. Кроме того, эрцгерцогиня Эрна, которая намеренно игнорирует эту ситуацию, больше не должна занимать свой пост.

– И что? – нетерпеливо спросила Аделаида, словно не в силах больше ждать последующих объяснений.

– Принцесса Аделаида, вы возглавите Гессенгард вместе с эрцгерцогом Калионом?

На этих словах Ванессы Аделаида поднесла ко рту чашку с чаем.

Наконец-то она получила то, что хотела.

* * *

– Что ж посмотрим. Прошу простить меня за то, что я принимаю вас здесь, поскольку вокруг обычно много любопытных глаз и ушей.

– Не берите в голову.

Аделаида выглядела вполне довольной, выходя из комнаты.

Оставшись одна, Ванесса сначала замерла в опустевшей комнате, а потом подошла к столу. Она грубо открыла ящик стола и порылась внутри. Достала свернутый пергамент. Внутри лежала самокрутка* которую она решила закуривать только тогда, когда происходило что-то крайне волнующее.

П/П: самокрутка* – сигарета или папироса, изготавливаемая самим курильщиком из нарезанного табака или махорки и бумаги, с фильтром или без него.

– Чёрт побери!

Ванесса зашипела под нос, а затем зажала сигарету между губами и прикурила. Она посмотрела на дверь, за которой скрылась Аделаида, и пробормотала: 

– Несмотря на то, что это всего лишь необходимая ложь, я чувствую себя собакой.