– Эрна, тебе пора вставать.

– Я хочу... Ещё поспать...

Хотя солнце стояло уже высоко в небе, Эрна даже не пошевелилась. Калион придвинул стул к кровати и наблюдал, как его жена, ворча, кутается в одеяла. Внезапно из-под простыней донесся слабый смешок.

– Мистер Мариус...

Калион стиснул зубы при упоминании о Мариусе. Ублюдок Мариус. За последние несколько дней Калион слышал его имя чаще, чем мог сосчитать. Неделю назад Эрна пошла посмотреть спектакль и вернулась домой только в полночь. Калион терпеливо ждал её и тепло приветствовал, когда она пришла. Ему не терпелось уложить её спать в своих объятиях той ночью. Но когда он застенчиво потянулся к ней, делая вид, что помогает переодеться, она внезапно схватила его за руку и сказала: 

– Калион, Мариус-ним самый лучший.

– Что ты имеешь в виду? – Калион смутился.

– Это трудно описать, – пробормотала она. – Такое ощущение, что персонажи романа просто сошли со страниц. Нет, возможно, они всегда были живыми, с самого начала.… В любом случае, это было потрясающе! Когда я вспоминаю последнюю сцену, мне снова хочется плакать. Я должна перечитать книгу ещё раз, прежде чем лягу спать.

Эрна высвободилась из объятий Калиона и направилась в ванную. После того, как она умылась и переоделась в ночную рубашку, сразу же плюхнулась на диван с книгой в руках. Калион наблюдал, как она исчезает за страницами, визжа, краснея и дрыгая ногами от возбуждения. Должно быть, пьеса была по-настоящему захватывающей, раз жена так увлеклась спектаклем. Нет смысла ревновать к мужчине, которого даже не существует, подумал он. Он не отрывал взгляда от Эрны, которая продолжала повторять имя Мариус, убеждая себя в этом. Однако на следующий день Эрна отправилась на какую-то встречу с Орпе. На следующий день она снова уехала, и ещё через день после этого. 

Сегодня был первый день новой недели. Орпе, которая в обычной ситуации попытался бы избавить Эрну от её навязчивой идеи, теперь стал ещё большей поклонницей Мариуса, чем сама Эрна. Она даже сказала, что зарезервировала место в первом ряду на сегодняшнее представление, и прошлой ночью не сомкнула глаз, не в силах сдержать волнение.

Калион глубоко вздохнул, закончив завязывать волосы Эрны, которая всё ещё сидела с плотно закрытыми глазами. Ему казалось неправильным оставаться дома, в то время как его жена была так предана другому мужчине. Однако, видя, как лицо жены сияет от волнения, он не мог вынести того, что лишил бы её счастья и свободы исследовать что-то новое теперь, когда она больше не была обременена обязанностями Гессенгарда. Умом он понимал это, но сердцем не мог принять.

Только ближе к вечеру Эрна наконец встала с постели, умылась и впервые поела. Затем она снова позвала Орпе и собралась уходить. Калион, который внимательно наблюдал за ней, внезапно спросил: 

– Можно мне тоже пойти?

– О чём ты говоришь? – спросила Эрна.

– Мне было любопытно, отчего тебе так весело, – ответил он. 

– Я подумал, что мог бы взглянуть на пьесу хоть одним глазком.

Эрна посмотрела на него так, словно он нёс чепуху, затем покачала головой. 

– Нет, – сказала она, – у тебя нет билета.

– Я могу пойти по билету Орпе.

Орпе, которая слушал их разговор, громко крикнула: 

– Я никогда не говорила, что отдам его вам!

– Да? Что ж, я должен сказать тебе сейчас. Отдавай.

Калион попытался взять билет из рук Орпе, но та крепко сжала его с решительным выражением лица.

– Я буду протестовать против несправедливого угнетения, – заявила она.

– Вы устраиваете бунт?

– Думаете, я не смогу этого сделать? О, нет! Верните мне мой билет!

Девушка долго боролась, но в конце концов Эрна покинула замок вместе с Орпе, и Калион снова остался один. Мужчина сел на диван в спальне супругов, угрюмый, как щенок, потерявший хозяина. До каких пор она будет продолжать встречаться с этим ублюдком Мариусом? Почему она ходит на один и тот же спектакль семь дней в неделю, Калион так и не понял. Когда он спросил её об этом, Эрна только издала невнятный звук.

“Я собирался пойти повеселиться с тобой”, – мрачно подумал он. 

Смотрительница его виллы в Озёрном крае писала ему и спрашивала, когда он приедет. Калион тоже хотел знать. Когда, чёрт возьми, они смогут уехать?

Но Эрна ему нравилась такой.