Три дня после этого мужчина не виделся с Эрной.

На следующее утро после того, как они провели время вместе, Калион сделал ей массаж всего тела, убедившись, что каждая мышца расслаблена и эластична. Конечно, жена бросила ему в лицо подушку, когда уходила, и не упустила возможности назвать его хладнокровным засранцем, прежде чем закрыть дверь. Она не могла остаться, нужно было готовиться к встрече с делегацией Хабанда, которая скоро должна была прибыть. Часть соглашения между Эрной и Калионом заключалась в том, что они не могут встречаться, если у них есть дела. Поэтому рыцарю ничего не оставалось, как смириться с отсутствием жены.

Даже зная, что Эрна не придёт, мужчина всё равно, словно верующий, что приходит за спасением в храм, приходил в спальню в 10 вечера. Хотя его поведение было уже привычным, ему также было удобнее работать за столом в спальне. Но время шло, а компанию ему составляли лишь потрескивающие в очаге дрова, и Калион всё чаще поглядывал на пустую кровать.

“Мне действительно следует поискать другого священника”, - подумал он.

Мужчина не хотел снова просить Ванессу: ему было бы не по себе. Он чувствовал, что в этом смысле лучше использовать личные связи. Рыцарь вспомнил, как впервые прибыл в Гессенгард. Ему не к кому было обратиться, некому было помочь... Но теперь он создал и развил рыцарский орден настолько, что у него было много людей, которых он мог назвать своими. Калион бросил взгляд на кровать и документ, который должен был прочесть. Покачал головой и поднял к глазам новый документ.

- Это …, - пробормотал он.

Как и говорил Седрик, документ содержал список всех рыцарей, которые будут охранять делегата Хабанда. Там же был приведен стандарт, по которому Седрик выбирал рыцарей. Он гласил следующее:

Я не хочу, чтобы делегаты Хабанда смотрели на меня свысока, поэтому я выбрал самых красивых и сильных рыцарей, которые у нас есть. Все они хорошо подготовлены и обладают достаточными навыками, чтобы без проблем защитить эрцгерцога Эрну.

Калион с усилием прикрыл и открыл глаза, затем перечитал то, что написал Седрик. Долгое время он не мог оторвать взгляд от документа.

---

Эрна тяжело вздохнула, затем быстро прикрыла рот рукой. Уже не в первый раз за эту поездку она подумала, что следовало бы взять лошадь. Единственной причиной, по которой эрцгерцогиня вообще села в карету, была формальность. Но это только раззадоривало её. Она постоянно напоминала девушке о старых временах. Единственным спасением в тот момент было то, что в карете она одна.

"Всё хорошо, всё хорошо", - повторяла она про себя.

За последние несколько дней это стало для неё как мантра. Маркиз

Канаван был бессилен в Гессенгарде. Она и Калион были здесь

властью, а маркиз мог только приехать, осмотреться и уехать.

“Он не сможет проделать здесь ни одного из своих трюков", - напомнила она себе.

Эрна знала, что инцидент, произошедший в ту первую, позорную ночь, произошел по его приказу. Вскоре после прибытия маркиза Канавана в Гессенгард разразилась эпидемия. Он быстро собрал вещи и уехал, оставив после себя горстку служанок. Брошенные и одинокие, служанки провели собрание, чтобы понять, что им делать дальше.

- Маркиз Канаван оставил нас здесь, в Гессенгарде, чтобы спастись самому... В каком ужасном положении мы сейчас находимся. Мы плохо обращались с принцессой Эрной из-за маркиза. Он должен был стать регентом для неё, настоящим авторитетом в этом месте... Но теперь... Судя по тому, как принцесса смотрит на нас, горожане никогда не подпустят нас к ней близко.

- Если бы знала, что все так обернётся, я бы лучше относилась к принцессе...

Эрна подслушала их разговор и догадалась, что ужасное событие в первую ночь произошло по вине маркиза Канавана.

“Неужели всё произошло из-за него?”

Эта мысль так сильно взволновала Эрну, что девушка снова принялась грызть ногти. Ей с трудом верилось, что она увидит его.

- Мы прибыли! Я вижу там делегацию! - крикнул один из рыцарей.

Горожане замедлили шаг и сошли с дороги, услышав его голос. Возница притормозил лошадей, и Эрна высунула голову из окна, чтобы посмотреть, что происходит. И конечно, увидела внушительную толпу людей, собравшихся вместе. Впервые за долгое время она видела, что они одеты в одежду с символом Хабанда. Лицо эрцгерцогини побледнело. Она должна была поговорить с ними

сейчас. Должна была поговорить с людьми, которые смеялись над ней и оскорбляли её, как будто ничего не произошло. Эрна должна была говорить с ними как эрцгерцогиня Гессенгарда. Она думала, что 10-ти лет, которые готовилась к этому, будет достаточно. Считала, что сможет. Но теперь, когда момент настал, девушка почувствовала, что её дыхание становится поверхностным, и непреодолимое желание бежать овладело ею. Когда карета остановилась, Эрна прикусила губу, пытаясь успокоиться. Время пришло, её придётся говорить с ними.

- Мэм? - позвала Орпе, выйдя из кареты.

Ей показалось странным, что Эрна ещё не вышла. Этот голос, казалось, вывел её из состояния неуклонно нарастающей паники. эрцгерцогиня схватилась за ручку кареты и глубоко вздохнула.

“Всего лишь открой дверь и выходи. Это так просто.”

Эрна попыталась открыть дверь, но рука отказалась подчиняться её желанию. Девушка замерла. Ей придётся поговорить с этими людьми наедине. Звук бешеных ударов копыт, сопровождаемый удивленными возгласами людей, свидетельствующим о том, что лошадь и всадник быстро приближаются. Эрцгерцогиня даже не успела поинтересоваться, что происходит снаружи. Дверь кареты внезапно распахнулась, и она, как дура, вытянула перед собой руки. Девушка услышала, как мужчина прищёлкнул языком, а затем в поле её зрения появилась вытянутая рука.

- Позвольте мне помочь вам.

Эрна потеряла дар речи, уставившись на открытую ладонь Калиона.