— О-о! Наш герой вернулся! Стреляйте из пушек, играйте музыку!

Получив известие заранее, барон лично вышел ждать меня к городским воротам. Позади него полукругом выстроились вассалы.

На мгновение встретившись со мной взглядом, Сегерик с довольным лицом кивнул, а стоявший неподалёку Эйлгар выглядел так, будто его сюда притащили силой.

Горожане, заполнившие обе стороны дороги, приветственно кричали, размахивали полотнищами с вышитым беркутом — гербом моего рода — и осыпали нас лепестками.

— Человек, открывший крепостные ворота тремя камнями!

— Трижды сражавшийся — трижды победивший!

— Непобедимый рыцарь!

Мы проигрывали войну.

Важнейший опорный пункт был захвачен, и дело уже дошло до переговоров на настолько невыгодных условиях, что те мало чем отличались от капитуляции.

А затем появился я, не получивший от барона никаких ресурсов, и вернул всё к довоенному положению.

Более того, я разорил вражеские земли и тем самым восстановил растоптанную гордость барона.

Наверняка именно поэтому он устроил настолько пышную церемонию возвращения.

Впрочем, учитывая его скупость, вряд ли всё это делалось исключительно ради меня.

Мне вдруг вспомнились политики из прошлой жизни, которые при любом крупном событии старались хоть как-нибудь попасть в кадр.

Я коротко выказал почтение и произнёс:

— Какой же я герой? Мне трудно принять такие слова. Если бы вы не дали разрешения, господин барон, эта война даже не началась бы. Именно ваше смелое решение принесло нам победу. Настоящий герой — вы.

Когда я передал ему все заслуги, в бесстрастных глазах на широко улыбающемся лице мелькнул необычный блеск.

— Ха-ха! А наш герой ещё и скромен!

Похоже, барону очень понравилось, что я без всяких просьб понял его желание и сказал именно то, что он хотел услышать.

Иначе зачем бы ему брать меня за руку и поднимать её вверх?

— Ура-а-а!!!

Пока вассалы и горожане громко ликовали, барон встал во главе возвращавшихся солдат, будто сам был победоносным полководцем.

Не дал мне ни капли поддержки, зато славу победы делить явился первым.

Настоящий грабитель.

И всё же я с улыбкой последовал за ним.

В конце концов, это была прекрасная возможность показать всем, что я открыто пользуюсь расположением барона.

Правда, одному человеку происходящее совершенно не нравилось.

— Господин барон! Он не герой! Он бесстыдный предатель!

Связанный верёвкой Болтон бросился к барону.

Кричал он настолько громко, что ликование на мгновение оборвалось.

Вместо него на нас устремились недоумённые взгляды.

Бровь барона дёрнулась: кто-то испортил тщательно подготовленную для него сцену.

Стражники поспешили остановить Болтона, но барон жестом велел им отойти.

Он быстро взял себя в руки и повернулся к нему.

Только глаза при этом не улыбались.

— Разве это не Болтон Брюэн? Война здорово тебя потрепала, я едва узнал! Но и тебе ничто не мешает называться героем! Ну же, подробности обсудим в замке после того, как ты как следует отдохнёшь.

— Сейчас! Об этом нужно поговорить прямо сейчас! Как можно устраивать торжественное возвращение предателю?!

Болтон даже не понимал, что портит сцену, которую барон так старательно подготовил для себя.

Сейчас его волновало лишь одно — оклеветать меня и выбраться из собственного положения.

Удивительно бестактный человек.

Возможно, таким его сделало положение наследника влиятельного рода.

— Прошу простить его.

Я не упустил очередное движение бровей барона и вмешался.

Его взгляд, обращённый ко мне, сразу стал заметно благосклоннее.

— Обычно он не такой. Похоже, после того, что произошло с ним на войне, ему сейчас очень тяжело.

— Да, война бывает такой. После своей первой войны я и сам несколько суток не мог сомкнуть глаз. Болтон Брюэн, отдохни как следует. Обо всём поговорим позже в замке.

— Господин барон?..

Барон первым отвернулся и продолжил путь.

Болтон ошеломлённо смотрел ему вслед.

Впервые ни влияние рода, ни его положение в политических кругах не сработали.

Я цокнул языком.

— Не думал, что можно настолько плохо чувствовать обстановку.

— Что ты сделал?!

— Если хочешь сохранить хотя бы голову, отныне лучше следи за своим поведением.

Разумеется, Болтон не прислушался.

Стоило нам прибыть в замок, где уже подготовили победный пир, как он снова вышел перед бароном.

— Господин барон! Этот человек — предатель! Мало того что он грабил владения союзников, так ещё и вступил в сговор с вражеским командиром и натравил его на наших людей! И такого человека называют героем?! Немедленно отрубите ему голову и выставьте её напоказ!

Хотя именно такой реакции я и добивался, результат оказался даже лучше, чем ожидалось.

Болтон пытался повесить на меня не только устроенный им самим грабёж, но даже собственную неудачную засаду, после которой его разгромил Пауэлл.

Правда, последнее обвинение было наполовину справедливым.

Но сомневаюсь, что Болтон сам об этом знал.

Приподнятое настроение в пиршественном зале мгновенно провалилось куда-то в сточную канаву.

Все взгляды обратились на нас с Болтоном.

Сегерик выглядел растерянным.

Глаза Эйлгара, напротив, остро сверкнули.

Лишь теперь барон как следует повернулся к Болтону.

Улыбка уже исчезла.

Перед нами снова было его обычное лицо, на котором невозможно прочитать ни единой эмоции.

— Предатель? О чём ты говоришь?

— Когда враг заперся в Твин-Тауэре, он разграбил земли наших союзников, чтобы восполнить нехватку припасов! А потом вступил в сговор с вражеским командиром и заставил того напасть на верных вассалов господина барона!

Похоже, Болтон решил, что влияние его рода наконец подействовало.

Он разошёлся ещё сильнее, тыкая в меня пальцем.

Барон посмотрел уже на меня.

— Это правда?

— Не нужно его даже спрашивать! Какую правду может сказать предатель?!

— Разумеется, неправда.

Я невозмутимо пожал плечами.

— Вот видите! Этот лживый предатель! Тебе отрубят голову!

Болтон не закрывал рот ни на секунду, осыпая меня всё новыми обвинениями.

По залу прокатился шум.

Те, чьи семьи были тесно связаны с родом Брюэнов, похоже, действительно ему верили.

Но даже остальные начали смотреть на меня с подозрением.

— Разграбил земли союзников?! Такого не может и не должно быть!

— А что, если даже эта победа была заранее разыграна вместе с врагом? Возможно, противник намеренно хотел внедрить к нам своего человека ради куда большей победы!

Ироничнее всего было то, что Болтона поддержали как раз владельцы разграбленных им земель.

Сторонники Эйлгара, которым я давно не нравился из-за того, что примкнул к Сегерику, решили воспользоваться возможностью и избавиться от меня.

Во главе их находились Эйлгар и Джоанг Конрад.

Оба смотрели на меня горящими глазами, будто наконец увидели долгожданный шанс.

Настоящая комедия.

Неужели даже Эйлгар с Джоангом Конрадом купились на настолько дырявую ложь Болтона?

«Нет. Возможно, они просто решили, что правда вообще не имеет значения».

После этой войны сторонники Сегерика сильно ослабли.

Если теперь убрать ещё и меня, силы Эйлгара окончательно превзойдут силы старшего брата.

Учитывая, что и Эйлгар, и Джоанг Конрад были далеко не простыми людьми, такое объяснение казалось гораздо правдоподобнее.

— Я действительно слышал, что земли возле Твин-Тауэра были разграблены.

Стоило барону словно бы согласиться с ним, как Болтон окончательно осмелел.

— Именно этот предатель в маске героя всё и сделал! Прошу наказать его, господин барон.

Барон медленно посмотрел на Болтона.

И от этого холодного взгляда вся его спесь мгновенно исчезла.

— Странно. Потому что я слышал, будто настоящий виновник совсем другой человек.

— Что вы хотите этим сказать?..

Атмосфера резко изменилась.

Болтон сам того не заметил и отступил на шаг.

Но позади уже стояла охрана барона.

Поняв, что путь перекрыт, он недоверчиво уставился на своего господина.

Сторонники Эйлгара, которые ещё мгновение назад требовали едва ли не повесить меня, тоже почувствовали неладное и притихли.

— Ц-ц. Болтон Брюэн. Мне уже известно, что пострадавшие назвали виновником именно тебя.

— Нет! Это не я! Он всё подстроил и свалил на меня!

— Один из пострадавших видел герб твоего рода.

— Не может быть! Мы ведь точно закрыли гербы, как они могли... хм!..

Растерявшийся Болтон сам выболтал правду.

Взгляд барона стал ещё холоднее.

— Кроме того, пострадавшие лично явились ко мне и описали внешность как твою, так и людей, которые следовали за тобой. Они до сих пор находятся в замке. Если хочешь, я могу прямо сейчас устроить очную ставку.

— Как... как вы можете верить словам какой-то черни и обвинять меня, человека чести, в подобном преступлении?! Я Брюэн! Брюэн!

Даже попытка надавить на барона могуществом собственного рода не заставила того моргнуть.

Тогда Болтон поспешно принялся искать тех, кто мог бы ему помочь.

Но никто не выступил вперёд.

Даже сторонники Эйлгара, которые только что с таким удовольствием помогали ему нападать на меня, теперь избегали его взгляда.

— В-вы и правда верите какой-то черни? Серьёзно?! Скажите хоть что-нибудь!

Я покачал головой.

Сторонники Эйлгара передумали вовсе не потому, что внезапно узнали правду.

Проблема заключалась в другом.

Барон сумел найти доказательства и свидетелей раньше даже них самих — тех, чьи владения пострадали.

Разве это не выглядело как заранее подготовленная интрига самого барона?

Именно так они наверняка сейчас и думали.

Поэтому испугались и решили для начала отступить.

Всё происходило ровно так, как я ожидал.

Разве не эти же люди когда-то закрыли глаза на попытку барона отнять моё поместье?

Стоило создать похожие обстоятельства — и они снова поступили точно так же.

— К-как?..

Только теперь Болтон, похоже, понял, что за его спиной происходит нечто, о чём он ничего не знает.

Он потянулся к последней спасительной верёвке.

— Господин Сегерик! Скажите им, что это ложь! Скажите, что я не виновен!

Сегерик не мог просто молчать.

Болтон являлся его крупнейшим сторонником.

Со стороны казалось очевидным, что он попытается любой ценой сохранить ему жизнь.

Однако...

— Мало того что ты забыл о чести, так ещё и настолько бесстыден! Болтон, я тебе доверял! До каких пор ты собираешься меня разочаровывать?!

Сегерик сам выступил против него.

Такой реакции я не ожидал.

И именно тогда заметил, как Сегерик и барон обменялись взглядами.

«Между ними была какая-то договорённость?»

Похоже, барон с Сегериком заключили сделку, в которой платой стал Болтон.

Судя по растерянности Эйлгара и Джоанга, они тоже ничего об этом не знали.

Но что мог получить Сегерик от барона такого, ради чего согласился отказаться от своего крупнейшего сторонника?

Пока я размышлял, взгляд барона снова остановился на Болтоне.

— Болтон Брюэн. Ты считаешь меня дураком? Или решил, что можешь обмануть собственного господина, а затем спрятаться за могуществом своего рода и избежать наказания?

— Как... как это?..

Даже когда стражники поволокли Болтона прочь словно преступника, он не мог принять произошедшего.

После его ухода в пиршественном зале ещё некоторое время царило смятение.

Барон уже собирался приказать музыкантам снова играть, когда прозвучал голос:

— Есть ещё один вопрос, который нужно прояснить.

Эйлгар, прежде позволявший своим сторонникам говорить за него, на этот раз выступил лично.

Барон посмотрел на него с явным интересом.

— Говори.

— Командиром Болтона и его сообщников был сэр Аллен. Если бы он должным образом контролировал подчинённых, подобной трагедии не произошло бы.

Эйлгар не собирался удовлетворяться одним Болтоном.

И это было понятно.

Если убрать ещё и меня, он одним ударом полностью превзойдёт Сегерика по влиянию.

Однако получить желаемое ему не удалось.

Барон покачал головой.

— Верно. Командир несёт ответственность за своих людей. Но сэр Аллен лишь недавно присоединился ко мне. С самого начала было невозможно ожидать, что он сумеет полностью контролировать остальных.

Барон медленно обвёл взглядом всех собравшихся в зале и продолжил:

— И даже если какая-то ответственность на нём лежит, рядом с его заслугами она не стоит и волоса. Впредь никто из вас больше не должен поднимать эту тему.

— Да, господин барон.

Эйлгар поклонился и отступил.

На лице ясно читалось неверие.

Если бы барон согласился с ним и хотя бы немного принизил мои заслуги, то позднее, при распределении наград, смог бы заплатить мне меньше.

И всё же человек, известный своей невероятной скупостью, сам отказался от такой возможности.

Вскоре Эйлгар посмотрел прямо на меня.

Он наверняка догадался, что причина странного поведения барона каким-то образом связана со мной.

Я ответил улыбкой.

«Он даже представить не может, что я пообещал отдать барону треть всей добычи в качестве взятки. Да ещё и имущество рода Брюэнов теперь достанется ему».

Разумеется, часть придётся вернуть родам Эйлгара, чьи земли были разграблены.

Но больше всех в итоге всё равно получит барон.

Поэтому отказаться от поддержки меня он просто не мог.

Мне денег было не жалко.

В конце концов, всё, что принадлежит барону, однажды станет моим.

Можно считать, что я всего лишь временно оставил имущество у него на хранение.

Когда переполох наконец улёгся, музыканты снова заиграли и победный пир продолжился.

— Сэр Аллен.

— Я подошёл первым! Соблюдайте очередь!

— Кхм. Тогда после него я.

И тут же ко мне потянулось бесчисленное количество людей, каждый из которых хотел обменяться хотя бы несколькими словами.

Сегерика тоже быстро окружила толпа.

Победа в войне, которую он поддержал, доказала его дальновидность и решительность.

А его поведение при падении Болтона позволяло предположить, что всё было заранее согласовано с бароном.

Люди сделали очевидный вывод.

Теперь Сегерик окончательно утверждён наследником барона.

Всё складывалось именно так, как я хотел.

И всё же радоваться без оглядки я не мог.

Я по-прежнему не знал, что именно Сегерик получил от барона в обмен на Болтона.

Я попытался поговорить с ним и выяснить это, но из-за окружившей нас толпы подходящего момента так и не появилось.

Мне даже показалось, что Сегерик намеренно меня избегает.

«Что происходит?»

В итоге в тот день поговорить с Сегериком мне так и не удалось.

Пришлось отложить разговор до завтра.