Из-под бинтов сочились кровь и сукровица.

Даже лицо и глаза Императора были полностью закрыты повязками.

Казалось, всё его тело превратилось в сплошную обожжённую рану, и он был не в силах даже пошевелиться.

— Боже мой... Отец...!

При виде этого Ева разрыдалась.

По её щекам одна за другой покатились слёзы.

Наверное, бесконечные тренировки всё-таки дали результат — сейчас она плакала так искренне, что сама почти поверила в своё горе.

После того как она оказалась в этом мире, ей слишком часто приходилось притворяться.

За это время её актёрское мастерство выросло настолько, что теперь она, пожалуй, смогла бы получить роль хотя бы во второсортной театральной труппе.

Теренс тут же обнял её за плечи, стараясь успокоить.

— Как... Как вообще могло произойти подобное?

Хотя он прекрасно знал ответ, его голос звучал потрясённо.

Арентин тяжело вздохнул.

— Ночью внезапно вспыхнул пожар. Его Величество не смог выбраться...

— А где были слуги? Что они делали?

Арентин лишь отвёл взгляд.

Казалось, ему было тяжело даже говорить об этом.

Ответил пожилой дворецкий, стоявший рядом.

— Дело в том... что Его Величество находился не в своих покоях... Он ночевал в заброшенном дворце.

В комнате на мгновение воцарилась тяжёлая тишина.

Ева ещё немного всхлипывала, затем вытерла слёзы и подняла голову.

— Как же... такое могло случиться?..

Конечно, она прекрасно знала, как.

Более того, она была уверена в успехе.

В особняке они не раз наблюдали это будущее.

Каждый раз, меняя хотя бы малейшую деталь плана, они вместе с Теренсом вновь заглядывали в грядущее, словно раз за разом проигрывали одну и ту же ситуацию.

Из множества вариантов они выбрали тот, который неизменно приводил к наилучшему результату.

И всё произошло именно так, как они ожидали.

Один из министров осторожно произнёс:

— Возможно... Её Высочество сможет исцелить Его Величество своей святой силой...

После этих слов не только преданные Императору придворные, но даже Биллос с надеждой посмотрели на Еву.

— Я?..

Она растерянно моргнула.

— А как же Сорель?

Ответил Арентин.

— Сорель слишком тяжело больна и не может даже подняться с постели. Она сказала, что малейшее напряжение может стоить ей жизни. Поэтому сама отказалась приходить.

— Вот как...

На лицах министров появилось искреннее недоумение.

До сих пор Сорель исцеляла бесчисленное множество людей.

Им было трудно понять, как она могла отказаться именно сейчас.

На самом деле даже тяжело больной человек способен использовать святую силу.

Поэтому большинство присутствующих решили лишь одно:

Сорель просто не захотела спасать Императора.

«Хотя, возможно... она действительно уже не могла ничего сделать, лишившись почти всей своей святой силы.»

В отличие от неё Ева сразу кивнула.

— Тогда... я попробую.

Под взглядами, полными надежды, она подошла к кровати.

Вблизи Император выглядел ещё ужаснее.

Практически всё его тело покрывали страшные ожоги.

Дыхание едва теплилось.

Но сознание ещё не покинуло его окончательно.

А значит...

Он по-прежнему чувствовал всю эту невыносимую боль.

Ева осторожно положила ладонь ему на лоб и сосредоточилась.

Из её руки полилось мягкое золотистое сияние.

Она почувствовала, как под бинтами постепенно начинает затягиваться обожжённая кожа.

Правая сторона лица и шея полностью восстановились.

Но стоило исцелению дойти до плеча...

Свет начал угасать.

Ева отчаянно пыталась выжать из себя ещё хоть немного святой силы.

Но её запас почти иссяк.

По всему телу выступил холодный пот.

Она напряглась до предела...

И в следующий миг бессильно осела на пол.

— Ева!

Теренс тут же подхватил её.

Прижавшись к его груди, она печально прошептала:

— Простите... Моих сил... недостаточно...

Конечно, если бы она захотела, всё могло быть иначе.

Будь у неё больше святой силы — она без труда спасла бы Императору жизнь, пусть и не смогла бы полностью исцелить все ожоги.

Но делать этого она не собиралась.

Придворные разочарованно переглянулись.

Однако никто не заподозрил обмана.

В отличие от Сорель, они почти никогда не видели, как Ева использует святую силу.

К тому же они собственными глазами наблюдали, как она покрылась холодным потом и буквально потеряла последние силы.

Поэтому все были убеждены, что она действительно сделала всё возможное.

— Что... теперь будет с Его Величеством?

Императорский лекарь опустил голову.

— Прошу простить меня, Ваше Высочество...

Он говорил с явной тяжестью.

— Ожоги слишком серьёзные... Боюсь, в таком состоянии спасти Его Величество уже невозможно.

С первого взгляда было ясно, что почти всё тело Императора превратилось в сплошную ожоговую рану.

Надежды практически не оставалось.

Даже при куда более развитой медицине подобные повреждения считались смертельными.

Конечно...

Если бы она вложила в него ещё немного святой силы, возможно, появился бы шанс.

Но такого намерения у неё не было.

— Угх...

Внезапно Император тихо застонал.

До этого он почти не приходил в сознание.

Наверное, благодаря тому, что Ева исцелила часть ожогов на голове и лице, он снова начал различать происходящее.

Она закрыла лицо руками и вновь разрыдалась.

— Отец...

— Ева, успокойся.

Арентин, видя, как она плачет, осторожно положил руку ей на плече.

— Давайте выйдем. Его Величеству нужно отдохнуть.

Все молча покинули спальню, оставив Императора одного.

Разумеется, никто не собирался расходиться по своим делам.

В такой ситуации это было невозможно.

Все направились в кабинет, примыкавший к императорским покоям.

Пока они шли по коридору, на лицах собравшихся читались самые разные чувства.

Одни выглядели подавленными.

Другие, напротив, едва скрывали удовлетворение.

Похоже, первые поддерживали Биллоса.

Вторые же были сторонниками Арентина и Теренса.

— Не понимаю, почему Его Величество не смог выбраться самостоятельно.

Один из дворян, принадлежавших ко второй группе, заговорил первым.

— Всё это выглядит крайне подозрительно. Необходимо провести тщательное расследование.

— Моя мать просто испугалась пожара и выбежала наружу! Разве это не был обычный несчастный случай?!

Сверкая от ярости глазами, возразил Биллос.

Арентин даже не посмотрел в его сторону.

— Приведите рыцарей, которые охраняли спальню.

Через несколько минут в кабинет вошли двое молодых рыцарей.

Оба были бледны как мел.

Что неудивительно.

Пока они отсутствовали, Император едва не сгорел заживо.

— Почему вы покинули пост? Вы должны были охранять спальню всю ночь.

Один из рыцарей нервно сглотнул.

— Её Величество... пригласила нас спуститься вниз и выпить чаю. Мы решили... что Их Величества хотят остаться наедине, поэтому намеренно задержались. А потом заметили пожар и сразу бросились наверх...

Его голос дрогнул, и он не смог закончить.

Второй рыцарь продолжил вместо него:

— Дверь во внутренние покои была заперта. Кажется... дверь спальни тоже.

— А где находилась бывшая Императрица?

— Её Величество... то есть бывшая Императрица... была одна в обсерватории на верхнем этаже.

При слове «обсерватория» все присутствующие удивлённо переглянулись.

— Зачем она поднялась туда?

— Она сказала... что, увидев пожар, вместе с Его Величеством бросилась наверх... спасаясь от огня.

После этих слов все присутствующие недоумённо переглянулись.

— Разве вы только что не сказали, что Его Величество находился в спальне? И что все двери были заперты?

— Да, именно так.

— А у кого был ключ?

— Обычно он находился у бывшей Императрицы... Но сразу после пожара его нашли в коридоре.

Когда рыцарь закончил говорить, кабинет вновь погрузился в тяжёлое молчание.

Бывшая Императрица благополучно спаслась.

Император же оказался заперт в комнате и едва не сгорел заживо.

Более того, именно она отправила охранявших спальню рыцарей вниз, из-за чего никто не смог вовремя заметить пожар.

Ключ, которым запиралась дверь, всё это время находился у неё и после происшествия оказался брошен в коридоре.

Любому это показалось бы крайне подозрительным.

Гайен отвёл взгляд и поспешил вступиться за неё.

— Полагаю... Её Величество просто растерялась от испуга и допустила ошибку.

Арентин резко поднял на него глаза.

— Ошиблась настолько, что, выбегая наружу, заперла за собой дверь?

Гайен не нашёлся что ответить.

Его взгляд медленно переместился на Еву.

«Он... подозревает меня?»

Впрочем, подобное подозрение было вполне естественным.

Именно она заставила бывшую Императрицу увидеть ложное видение.

Именно она внушила те же самые воспоминания рыцарям.

Ева спокойно обвела взглядом присутствующих и медленно произнесла:

— Итак, если подвести итог...

Все невольно повернулись к ней.

— Перед самым пожаром бывшая Императрица отправила рыцарей вниз. Затем сама выбежала наружу, а двери её покоев и спальни оказались заперты. В результате Его Величество остался внутри и получил тяжелейшие ожоги.

Она ненадолго замолчала.

— Если взглянуть на всё это со стороны... разве бывшая Императрица не выглядит главным подозреваемым?

— Зачем моей матери причинять вред отцу?! — резко выкрикнул Биллос.

Арентин спокойно посмотрел на него.

— Тогда кто, по-твоему, мог совершить подобное?

Биллос перевёл взгляд на молодых рыцарей.

У спальни той ночью находились лишь Император, его жена и эти двое.

Очевидно, он собирался переложить всю вину на них.

Но Ева заранее предусмотрела и такой вариант.

Именно поэтому она выбрала рыцарей из самых влиятельных аристократических родов.

Более того, оба происходили из семей, близких к Биллосу, и, насколько ей было известно, лично поддерживали его.

Обвинить их означало бы признать, что они действовали по приказу самого Биллоса.

Когда тот окончательно замолчал, Арентин обратился к стоявшему рядом молодому рыцарю.

— Немедленно доставьте бывшую императрицу в Министерство внутренних дел. Её необходимо тщательно допросить.

— Ты собираешься посадить мою мать в тюрьму?!

— Она оставила Его Величество одного в запертой комнате. Расследование в отношении неё совершенно закономерно.

В этот момент в кабинет вошёл ещё один рыцарь.

Ева сразу его узнала.

Это был тот самый адъютант Арентина, которого она прежде встречала в Великом Храме.

Арентин тут же спросил:

— Осмотр спальни уже завершён?

— Да, Ваше Высочество.

Рыцарь почтительно поклонился.

— Во время осмотра возле кровати Его Величества мы обнаружили осколок стекла.

— Осколок?

— Судя по всему, это часть стеклянной масляной лампы, находившейся в спальне.

Он на мгновение запнулся.

Затем продолжил:

— Однако... на стекле были обнаружены слабые следы пороха.

При слове «порох» атмосфера в кабинете мгновенно стала напряжённой.

— Откуда там мог взяться порох?

Рыцарь медленно повернул голову.

Его взгляд остановился на резко побледневшем Биллосе.

Тот вскочил на ноги.

— Этого не может быть!

Лицо его стало белым как полотно.

— Я лишь подарил матери лампу, такую же, как в бывших покоях Императрицы! Там не было никакого пороха!

Он действительно выглядел искренне потрясённым.

Но теперь, когда появилось подобное доказательство, желающих защищать его уже не осталось.

«Пороха там было совсем немного.»

Это были остатки того самого пороха, который Микаэль когда-то принёс в качестве подарка от Сорель.

После взрыва в герцогском особняке рыцари Великого Герцога тщательно собрали сохранившиеся частицы среди обломков.

А перед тем как окончательно покинуть дворец, Шинсу незаметно рассыпал немного пороха между осколками разбившейся лампы.

Арентин без колебаний приказал своим людям:

— Арестовать второго принца и заключить его в дворцовую темницу.

— Брат!

Биллос растерянно оглянулся на своих сторонников.

Но никто не сделал ни шага вперёд.

Бывшая Императрица заперла дверь и спаслась.

На осколках лампы, которую прислал Биллос, обнаружили следы пороха.

Совокупность этих обстоятельств выглядела слишком убедительно.

Отговориться было практически невозможно.

Биллос бросил на Арентина полный ненависти взгляд.

Затем перевёл его на Еву.

Она лишь спокойно произнесла:

— Если с вами поступили несправедливо, расследование обязательно это установит.

Его вывели из кабинета.

Уходя, он продолжал смотреть на неё так, словно был готов убить.

Когда дверь за ним закрылась, Арентин повернулся к Гайену.

— Императорские рыцари тоже несут ответственность за случившееся. Вы оставили свой пост и не смогли защитить Его Величество.

Он произнёс это холодно:

— Как командующий орденом, вы должны взять ответственность на себя. Подайте в отставку.

На лице Гайена мелькнула горечь.

Но возразить было нечего.

Даже если бы всё действительно оказалось несчастным случаем, после подобной трагедии командующий рыцарями всё равно обязан был оставить должность.

Когда Биллоса и Гайена увели, кабинет словно погрузился в ещё более тяжёлую тишину.

Именно тогда вошёл дворецкий.

Почтительно поклонившись, он произнёс:

— Ваше Высочество, прибыл Верховный Жрец. Он просит немедленной аудиенции.

— Верховный Жрец?

Спустя мгновение в кабинет почти вбежал пожилой священнослужитель.

Он тяжело дышал.

— Ваше Высочество наследный принц... произошло чрезвычайное событие. Я должен немедленно доложить.

Все удивлённо посмотрели на него.

Совсем недавно Император оказался при смерти.

Весь дворец был охвачен смятением.

И теперь Верховный Жрец утверждал, что случилось ещё нечто не менее важное.

Арентин нахмурился.

— Что произошло?

Жрец нервно вытер холодный пот со лба.

— Минувшей ночью... сгорело Священное Древо Великого Храма.

— Что?!

Ева в притворном ужасе прикрыла рот ладонью.

Министры поражённо застыли.

За одну ночь Император получил смертельные ожоги.

А теперь выяснилось, что и Священное Древо превратилось в обугленный остов.

Даже Арентин выглядел совершенно ошеломлённым.

Через несколько секунд он наконец спросил:

— Но... ведь говорили, что это дерево невозможно сжечь.

— Так и было.

Верховный Жрец беспомощно покачал головой.

— Но прошлой ночью оно по неизвестной причине рухнуло... и полностью сгорело. Когда мы обнаружили его на рассвете, от дерева уже почти ничего не осталось.

После этих слов кабинет вновь погрузился в тяжёлое молчание.

Слишком много бедствий обрушилось на Империю всего за одну ночь.

Ева первой нарушила тишину.

Её голос дрожал.

— Неужели... всё произошло одновременно...

Она медленно подняла голову.

— Может быть... Священное Древо погибло, предвещая несчастье, которое должно было случиться с Его Величеством?

Все взгляды вновь устремились к ней.

Некоторые министры, растерянно переглянувшись, словно начали соглашаться с её словами.

Впрочем, другие выглядели сомневающимися.

«Если дерево действительно предупреждало о беде... почему не сделало этого раньше, чтобы трагедию можно было предотвратить?»

Но Верховный Жрец неожиданно горячо поддержал её.

— Именно так я и считаю!

Он почти вскрикнул.

— Это откровение Небесного Бога! Предзнаменование великого несчастья, которое постигло императорский дворец!

Старый жрец говорил с таким воодушевлением, словно действительно только что получил божественное откровение.

Впрочем, Ева прекрасно понимала его.

Священное Древо, являвшееся символом всей истории Империи, исчезло.

Если он не объявит случившееся проявлением воли Небесного Бога, то сам лишится своего положения и понесёт наказание.

Поэтому сейчас он был готов поддержать любую версию, которая позволила бы сохранить авторитет Великого Храма.

Ева украдкой посмотрела на Теренса.

Он молча наблюдал за происходящим, словно зритель, пришедший посмотреть необычное представление.

Почувствовав её взгляд, он едва заметно улыбнулся.

Человек, собственными руками уничтоживший Священное Древо, сейчас спокойно улыбался, словно всё происходящее казалось ему забавным.

Ева лишь мысленно вздохнула.

Иного выхода у них всё равно не было.

Чтобы уничтожить символ всей Империи и избежать лишних подозрений, лучшего способа, чем представить случившееся как зловещее небесное предзнаменование, попросту не существовало.