— Лотти, спасибо тебе за все, – пробормотала Фрейя, отламывая от гниющего яблока кусочек побольше и закусывая его хлебом.

Она смаковала буквально каждый кусочек, поскольку было неизвестно, когда она снова сможет найти что-нибудь поесть.

«Но зачем она положила мне ножницы?»

Держа в руке блестящие ножницы, Фрейя вдруг подумала о Софии и вспомнила ее слова:

— Слушай меня внимательно. Красота женщины заключается в длинных волосах, белой коже, чистых зубах и алых губках.

Было странно слышать от нее эти слова, ведь она говорила так, словно была членом королевской семьи, хотя сама каждый день прикладывалась к бутылке, как обыкновенная пьяница.

— Моя кожа не становится более светлой, сколько бы я ни пудрилась, – жаловалась София. —Только посмотри на себя, Фрейя. Так и хочется откусить от тебя кусочек твоей красоты.

Девушка живо представила, как София сидела перед зеркалом в спальне, часами напролет размышляя над своей внешностью и прической. Ей также вспомнился Шилох, который провозгласил себя ее отцом и шептал ей ласковые слова, поглаживая ее длинные локоны.

Стоило Фрейе подумать об этих людях, которых она ненавидела больше всего на свете, как ее желудок сразу же свело судорогой.

— Не нужна мне такая красота, – с горечью произнесла она.

Пальцами разделив волосы посередине, она перекинула их вперед через плечи, и, не задумываясь, состригла густую копну волос. Как только на пол упали длинные пряди, ветер подхватил и разметал большую их часть. Проделав еще несколько движений серебряными ножницами, она направилась к луже неподалеку. Отразившееся в ней лицо больше походило на лицо коротко стриженного мальчика, и Фрейя была довольна полученным результатом.

Накинув плащ и положив ножницы в нагрудный карман, она решила немного пройтись. Ей нужно было срочно найти способ, как-то прокормиться, поскольку перспектива умереть от голода ее явно не устраивала.

«Неужели мне снова придется попрошайничать? Или воровать?»

На данный момент это оказалось единственным, что пришло ей в голову. Но в итоге Фрейя тряхнула головой, прогоняя подобные мысли. Существовала немалая вероятность того, что ее могут избить, если она попытается сделать что-то в этом роде, и она пробормотала:

— Надеюсь, я смогу найти какую-нибудь работу, например, убираться в доме или подрабатывать горничной.

Нищенствуя на улицах в течение долгого времени, она знала, что люди в этом мире бывают самые разные.

В целом, их можно было разделить на тех, кто занимал высокое положение в обществе, на которых она не смела даже смотреть, и тех, кто находился внизу иерархической лестницы, как и она сама. Должность горничной казалась ей чем-то средним. Было бы здорово, идти рядом с дамой в хорошо сшитой, аккуратной одежде, с модной сумочкой в руках.

— Какая леди захочет себе в горничные нищенку в лохмотьях?

Фрейя уже начала было завидовать несуществующей даме, но тут она помотала головой, выныривая из охватившего ее уныния.

«Вообще, какие у меня шансы стать служанкой?»

Девушка не знала, чем еще она могла заработать на жизнь, ведь все, что ей светило – это просить милостыню.

Следующие два дня она слонялась по улицам в глубоком отчаянии, пытаясь понять, как жить дальше и какое будущее ее ждет.

Хлеб, который она решила сохранить на тяжелые времена, упал в грязь, усилив ее бедственное положение. К счастью, дождь не давал ей умереть от жажды, хотя ее желудок был сморщен, как изюм. В полном отчаянии Фрейя сорвала с дерева кусок коры и попыталась его разжевать, но этого оказалось недостаточно, чтобы утолить голод. Вскоре девушка почувствовала головокружение, словно вот-вот упадет в обморок, и даже шагать ей удавалось с трудом.

— Что это там? Мне не кажется? – воскликнула Фрейя.

Она шла уже несколько часов и вдруг вдали ей привиделась целая куча еды, разложенная на траве. Не веря своим глазам, она помахала руками перед собой, словно пытаясь разогнать наваждение. К толстому стволу дерева прислонился широкоплечий мужчина. Похоже, он решил вздремнуть после обеда. Мясо и хлеб, лежавшие перед ним, призывно смотрели на Фрейю, и она в недоумении протерла глаза.

Заметив, что соломенная шляпа, закрывающая его лицо, колышется, Фрейя убедилась, что мужчина спит и прошептала:

— Там довольно много еды, думаю, ничего, если я возьму немного.

В других обстоятельствах она никогда бы так не поступила, однако голод настолько измучил ее, что она просто не могла мыслить здраво…