«Здесь, на севере, довольно холодно» – подумала Фрейя, стуча зубами. Поскольку она выросла на юге, пронизывающий до костей ветер прямо-таки шокировал ее.

Вскоре опустились сумерки, и люди стали потихоньку разбредаться по своим теплым, уютным домам.

Фрейя задумалась, есть ли здесь место, где можно остановиться такой беспризорнице, как она. Но, судя по всему, было уже слишком поздно искать, куда бы пойти, и она принялась осматривать окрестности. Все идущие мимо люди, бросали на нее мимолетный взгляд, спеша к своим домам. Фрейя почувствовала небольшой укол зависти, от того, что у них есть сухое, теплое и безопасное место.

«Я могу замерзнуть до смерти, если останусь ночевать на улице».

Фрейя в отчаянии посмотрела на темное небо, низко нависающее над ее головой. Звезды сияли так ярко, и ей казалось, что она сможет дотронуться до них, стоит ей только протянуть руку. Вдруг, на ее глазах по ночному небу пронеслась падающая звезда с тянущимся за ней длинным хвостом. Проследив за ее чарующим следом, она опустила взгляд, и тут же увидела знакомое лицо.

«Я знаю его» – сказала про себя Фрейя.

Человек, вышедший из потрепанной палатки, был ее благодетелем и единственным человеком, которого она здесь знала.

— Извините... – начала девочка, но тут же остановила себя.

«Я не хочу снова стать для него обузой».

Она обошла его палатку и плюхнулась прямо на землю.

Этот человек был самым странным из всех, кого она встречала в своей жизни, но в то же время он внушал ей наибольшее доверие.

— Вижу, подушка уже готова, – язвительно сказала Фрейя, положив голову на кучу дров возле палатки.

Ее тело уже начал пробирать холод земли, на которую она легла.

Пока она лежала одна в темноте, в ее голову начали закрадываться грустные мысли, и чтобы отогнать их, она нарочито бодрым голосом сказала:

— Все не так уж и плохо. Все равно это практически ничем не отличается от приюта.

Фрейя изо всех сил старалась не уснуть, но было невозможно не чувствовать усталость после событий этого дня. Когда ее глаза начали закрываться, ее напугал звук чьих-то шагов.

— Что-то я тебя раньше здесь не видел. Не слишком ли холодно тут спать? Может пойдешь ко мне в палатку, и мы немного поиграем? – сказал пьяный мужчина, направляясь к ней.

Он был настолько пьян, что с трудом шел, покачиваясь и спотыкаясь. Девочка почувствовала, что незнакомец открыто к ней пристает и напряглась.

— Нет, спасибо. Я в порядке, – ответила она, чувствуя себя потрясенной его развязным поведением.

— Ого, мне нравится твой сладкий голосок, – заплетающимся голосом произнес мужчина.

Фрейя судорожно начала рыться в своей одежде в поисках ножниц, но никак не могла найти их.

Куда же они подевались?

Она знала, что у нее не хватит духу даже взмахнуть ими, но Фрейя была более спокойна, зная, что они у нее просто есть. Благодаря им, она не чувствовала себя уязвимой и не боялась, что с ней может произойти нечто ужасное.

Девочка сбежала от Шилоха, чтобы избежать чего-то страшного, и ей было досадно, что здесь она все равно столкнулась с приставаниями со стороны уже другого мужчины.

— Я сказал, иди сюда! – вскрикнул мужчина и приблизился к Фрейе, протягивая руки так, как будто хотел схватить ее.

От страха она закрыла лицо руками, но не почувствовала никаких прикосновений к себе.

Сквозь пальцы девочка увидела, что пьяница, который угрожал ей, катается по полу. Фрейя перевела удивленные глаза на своего спасителя, снова узнав в нем того же солдата.

— Антон, отвали от нее! – крикнул он.

— Да черт с тобой, Арчер!

Пьяница тут же ушел, едва ли не заплетаясь в своих же ногах, когда увидел хозяина палатки. Когда суматоха утихла, мужчина сухо прокашлялся.

На лицах Фрейи и Арчера появилось неловкое выражение, ведь не прошло и полдня с тех пор, как они попрощались друг с другом, а тут судьба снова свела их вместе.

— Ну так… Что ты здесь делаешь? – почесав в затылке, спросил он.

Фрейя стояла словно проглотив язык, так как все еще не могла прийти в себя от шока при виде пьяного мужчины.

— Э-э… я… вы случайно не видели мои ножницы? – дрожа, как осиновый лист выдавила Фрейя.

Арчер кивнул и жестом пригласил ее войти, открывая полог палатки.

— Ах, да, они у меня. Проходи.

Внутри палатки было тесновато, но здесь было гораздо лучше, чем на улице.

Щеки Фрейи стало покалывать от тепла. Протянув руки к маленькому костерку в центре палатки, Арчер пробормотал:

— Что ты делала у моей палатки?

— Эм, ну... – девочка не могла подобрать нужных слов, продолжая стучать зубами.

— Сначала согрейся. Ты дрожишь как цуцик, - мужчина жестом пригласил ее к костру.

Фрейя тут же подошла и стала греть руки.

Молчание между ними длилось долго, и какое-то время слышался лишь звук потрескивания дров в костре. Потом Арчер решил прервать молчание.

— Неужели тебе больше некуда идти?

Он никогда не был женат и детей у него тоже не было. Его жизнь прошла на полях сражений, и поэтому культура речи была ему неведома, он всегда говорил прямо и без обиняков.

— Некуда… - тихонько ответила Фрейя, услышав такие резкие слова. Она не нуждалась в чьей-либо жалости, но сейчас она была в отчаянном положении, поэтому ей нужно было ухватиться хоть за что-нибудь.

— Ничего, если я останусь здесь на некоторое время? – девочка даже не представляла, насколько умоляющим был ее голос.

— Ну… В какой-то степени я чувствую ответственность за то, что привез тебя сюда, - честно ответил Арчер.

Он привез ее в это место, чтобы она имела возможность заработать себе на пропитание и не умереть с голоду.

Однако он не учел, что ее красивое личико может сыграть с ней злую шутку. На полях сражений женщины были редкостью, поэтому иногда некоторые солдаты звали к себе юных мальчиков. Вообще, в таких местах, где люди наблюдают за ужасами войны, где они теряют все человеческое, убивая друг друга, кто угодно – девочка ли, мальчик ли, они, безусловно находятся в опасности. При этой мысли во рту у Арчера появилась горечь.

— Ты можешь остаться, пока мы не найдем для тебя другое место.

— Спасибо, - ответила Фрейя, почувствовав облегчение.

Пока длилось неловкое молчание, Арчер продолжал сухо кашлять. Он не знал, что еще можно сказать в подобной ситуации.

— Спи. Иначе не вырастешь, - с этими словами Арчер бросил ей одеяло, а сам лег на раскладушку.

Фрейя устроилась поудобнее у костра и завернулась в толстое теплое одеяло. Впервые в жизни она засыпала, чувствуя себя комфортно, и была очень благодарна за это. И пока она дремала, слушая потрескивание теплого огня, она вспоминала имена людей, которые были ей очень дороги.

Рут, Лотти.