— Ну-ка попробуй вырваться, – каждое утро Арчер хватал Фрейю за руку или за талию.

— Зачем ты каждое утро это вытворяешь? Каким образом мне тебя победить? – возмущалась девушка.

Однако, благодаря постоянным тренировкам, она все же наловчилась вырываться из его мертвой хватки.

Каждый раз, когда он хватал ее, Фрейя все быстрее находила выход из ситуации. Она пинала его по коленным чашечкам, кусала Арчера за запястье, и даже наносила удар своей головой по его подбородку. А сегодня ей удалось ударить Арчера локтем в челюсть.

— А-ай! Вот и пожинай плоды своего воспитания! – пробубнил Арчер, потирая подбородок, будто ему было действительно больно.

Фрейя поставила руки в боки и произнесла:

— Арчер, конечно понимаю, что я у тебя в долгу, но это - не воспитание, понимаешь?

Арчер сделал вид, что не услышал ее слова.

Поначалу ей казалось, что Арчер сделал ей одолжение, взяв ее к себе, но после того, как они прожили вместе некоторое время, оказалось, что это не так.

Поселившись в его палатке, Фрейя начала делать много различных дел.

В первую очередь, она занялась уборкой. То одеяло, которое он бросил ей в первую ночь, пахло какой-то тухлятиной. Она тогда подумала, что даже в приюте не было такого.

С немалым отвращением Фрейя обнаружила в его постели останки куриных костей, затвердевшие куски сыра и гнилые фрукты.

Девушка нашла щетку, чтобы избавиться от пятен, оставленных едой, а затем постирала грязное одеяло и повесила его сушиться на солнце. Невозможно было добиться выздоровления его кожной болезни, если он спал на такой кровати, и в довершение всего: он даже не умывался, как следует.

— Это чертовы блохи сожрали бы тебя до костей, если бы я не занялась твоими вещами! – воскликнула Фрейя.

— Ладно, ладно. Я признаю это, – ответил Арчер.

После того, как Фрейя поворчала немного, она позвала Арчера, когда собрала всю одежду и положила ее в корзину для белья.

— Раз уж я занялась вопросами твоей гигиены, пойдем сейчас на берег реки. Я помою твою спину.

Арчер снова сделал вид, что не слышит ее и принялся чистить сапоги, согнувшись над ними всем своим огромным телом.

Он не умывался уже три дня, и все же он изо всех сил упирался, чтобы она не вытащила его из палатки.

— Ну же, Арчер, – продолжала ворчать Фрейя.

— Но я мылся три дня назад! Такими темпами у меня кожа на спине слезет!

Как бы то ни было, ничто не могло ее разубедить. В конце концов, Фрейя взяла его за руку, и ей пришлось тащить его к реке.

Изображая сокрушительное потрясение, он снял рубашку и запротестовал:

— Смотри, я ведь еще вполне чистый!

Арчер наклонился, когда Фрейя скомандовала ему положить руки на грязный берег реки и жалобно простонал, когда она, не медля, вылила ему на спину ведро воды. Поскольку они находились на севере, вода в полдень была холодной, как лед. Арчер трясся всем своим телом, при этом жутко суетясь.

— Как же холодно! Я подохну раньше, чем меня сожрут блохи, это уж точно!

— Ты ведь понимаешь, что раздуваешь из мухи слона? – Фрейя закатала рукава и начала тереть ему спину.

— Эй, я что, лошадь? Или может, я похож на корову? Разве это не щетка, которой ты чистишь палатку?

— Арчер, ты думаешь, что повозив по трехдневной грязи тряпкой она просто возьмет и отвалится?

После тщательного соскребания отмершей кожи и еще нескольких ведер холодной воды, спина Арчера заблестела.

— Я только что подхватил новую болячку, скажу я тебе, – буркнул Арчер, садясь на теплый камень.

Мужчина чувствовал себя обессиленным после водных процедур, которые устроила ему девчонка.

Фрейя усмехнулась про себя, глядя на измученное выражение лица человека размером с медведя.

Недовольно покачав головой, девушка принялась стирать рубашку Арчера, периодически нанося удары палкой по грубой ткани, чтобы выбить из нее всю грязь, накопившуюся за долгое время носки. Ее плечи, запястья и пальцы покалывало от холода, но она усердно продолжала размахивать палкой.

— Фрейя, мне нужно идти. Я заберу корзину, – сказал Арчер, встал и поднял корзину, полную выстиранного белья, а затем исчез за холмом.

Отыскав небольшой лужок, Фрейя присела погреться в лучах солнца.

Наблюдая за течением реки, ее вдруг напугал звук треснувшей за ее спиной ветки, и она вскрикнула:

-Арчер?

Однако, когда она обернулась, девушка не смогла сдержать своего удивления.

— Сэр Люциус?

---

Когда Люциус вернулся в казарму, служанка поспешила помочь ему снять тяжелые доспехи.

Встав на роскошный ковер, он заметил на нем пятно крови. Мужчина коснулся лба, понимая, откуда на ковре расползающееся пятно.

— Разве не удивительно, что запах крови настолько отвратителен?

Он размахивал мечом, чтобы сохранить свою жизнь, хотя при этом прекрасно понимал, что это не оправдывает того, что он совершает.

— Но, мама, я с превеликим удовольствием стану дьяволом, – сказал он ей тогда.

Люциус не собирался ничего просто так отдавать Харту и Милади.

Когда Люциус переоделся в удобные брюки и рубашку, послышался голос.

— Сэр Люциус, у вас опять болит голова?

— Да, черт побери. Дай мне что-нибудь от этого.

Люциус выпил зеленую настойку, которую принес Йерро и сразу же поморщился: лекарство было очень горьким.

— Вкус настолько мерзок, что я готов убить того, кто это сделал! – холодно сказал он, вытирая рот.

Слуга, стоявший поодаль, услышав эти слова, вскрикнул и выбежал из палатки.

— Ваше Высочество, сколько их уже было? – спросил Йерро, глядя в спину убегающему слуге.

— Да какая к черту разница? Эта головная боль разъедает мне мозг! – раздраженно ответил Люциус. На самом деле, сильные головные боли донимали его последние несколько лет. – Интересно, станет ли мне когда-нибудь лучше?

— Вы не должны так говорить, – замахал руками Йерро, услышав такие обреченные слова господина. — Как жаль, что мне приходиться быть свидетелем ваших страданий.

— Замолчи, – огрызнулся Люциус.

Йерро покачал головой, глядя на Люциуса. Его господин никогда не относился к кому-либо с теплотой, поэтому он не принимал близко к сердцу его грубости.

— В любом случае, зачем вы это сделали?

Йерро не видел этого своими глазами, но ему все рассказал рыцарь-страж по прозвищу Близнец, и ему было интересно, что же такое нашло на принца.

В сражении Люциус был смертельно опасен, но с простолюдинами он обычно так себя не вел. Он слышал, что это был маленький, слабый на вид парнишка.

— Ах, эти глаза, – сказал Люциус, швырнув пузырек на пол.

— О, я так понял, вам они не понравились, – произнес Йерро.

Он не припоминал ни одного случая, чтобы Люциус говорил, что ему вообще что-то нравится и покачал головой.

Это было не так, но Люциус не спешил поправлять Йерро.

«Почему я так поступил?»

Он живо представил себе подрагивающие плечи и искусанные губы. Она выглядела счастливой, увидев его, а он никогда не видел, чтобы кто-то когда-либо так смотрел на него.

Что за бессмысленные мысли?

Люциус встряхнул головой, расхаживая взад-вперед по палатке. Затем он решил переключить свое внимание на уничтожение врага.

— Йерро, позови Близнеца. Мы должны обсудить следующую стратегию.

Йерро частенько чувствовал, что с ним обращаются как с прислугой.

— Вы ведь помните, что я - великий волшебник, сир? – обиженно спросил он.

— Заткнись, Йерро и шевелись, наконец! – требовательно крикнул Люциус.

Йерро прикусил язык, боясь сболтнуть лишнего и едва поклонился, выходя из шатра.