Когда сир Люциус предстал перед Фрейей, он выглядел совсем иначе, нежели ранее. Он был одет в чистую рубашку и хорошо сшитые черные брюки. На плечи был накинут длинный плащ с золотыми полосами по бокам, что придавало ему величественности.

Фрейя рефлекторно схватила деревянную биту и вцепилась в нее. Слегка расслабившись, она неловко поприветствовала его.

Она выглядела довольно устрашающе, и Люциус спросил:

— Ты же не собираешься бить меня?

— Конечно, нет! – выпалила Фрейя и быстро опустила руку.

Ей было непонятно, зачем он пришел сюда и не знала, можно ли продолжать стирку в присутствии Его Высочества, или лучше повременить с этим.

Тем временем Люциус устроился поудобнее на соседнем плоском камне, прикрывая глаза рукой от ярких лучей солнца.

Фрейя то и дело поглядывала на него, недоумевая, почему он отдыхает именно здесь. Неужели у него не было какого-то другого места, чтобы скоротать время?

Она стояла молча, глядя по сторонам, но ее внимание все время возвращалось к нему.

Наконец, она решила продолжить стирку одежды, так как теперь чувствовала себя более комфортно в его присутствии.

К тому же, она надеялась, что он скоро уйдет.

Фрейя слышала несколько слухов о Люциусе, и все они звучали довольно странно.

Один из слухов гласил, что он слизывает кровь со своего меча после того, как убьет кого-то.

В другом говорилось, что он спит на куче трупов. А еще болтали, что если жнец смерти чего-то и боится, то это - сира Люциуса.

Фрейя тряхнула головой, отгоняя прочь эти пересуды, и тревожные мысли вскоре рассеялись. Девушка несколько раз прополоскала одежду, выжала ее, а затем положила в плетеную корзину.

Арчер постоянно говорил, что еда здесь отвратительная, но Фрейя так не считала и с волнением думала о том, что, возможно, каша на ужин будет приготовлена на жиру. По крайней мере, на здешних хлебах нет плесени, а в каше есть кусочки мяса и овощей.

Если бы Арчер рос в детском доме, он бы никогда не жаловался на здешнюю еду, а скорее даже вылизывал миску. Фрейя начала выбивать одежду сильнее, хихикая над своим забавным воображением.

В ее воображении возник образ Арчера, несущего всю одежду вверх по холму.

«Он такой сильный. Если бы мне пришлось это делать, то мне бы потребовалось несколько ходок туда и обратно».

Разговаривая сама с собой, Фрейя вдруг испытала чувство глубокой признательности.

Она никогда бы не подумала, что такая удача может улыбнуться ей. Несмотря на то, что он постоянно ворчал, Арчер был хорошим человеком.

В ее памяти всплыл образ Лотти, и она подумала, все ли с ней в порядке. Она до сих пор помнила тот миг, когда видела ее в последний раз, и ее улыбающееся лицо, под которым та прятала слезы.

Фрейя подняла кулак к небу.

«Я заработаю много денег и приеду за тобой».

Ей нужно работать еще усерднее. Она не сможет стать богатой, выполняя мелкие поручения.

Фрейя подняла палку повыше, а затем со всей силы ударила по одежде.

Тем временем Люциус, который, казалось, удобно устроился, ощутил растерянность.

«Зачем я пришел сюда?»

Он редко испытывал любопытство к другим, особенно к противоположному полу. Несмотря на то, что стоящая перед ним особа была одета в брюки и имела короткие волосы, ее фигура не была мужской.

Люциуса это озадачило, как и странное чувство, которое привело его сюда, несмотря на то, что ему сейчас был необходим отдых.

Не исключено, что эта загадочная девица как-то связана с магом, которого наняла Милади.

«Я должен отсечь все подозрительное».

Именно по этой причине, он велел за ней присматривать.

Люциус нарочито громко прочистил горло, и при этом его густые брови взметнулись вверх.

Девушка, которая с таким радостным видом размахивала палкой, выглядела как человек, который изо дня в день сводит концы с концами, выполняя всякую грязную работу. Ему не верилось, что она способна сосредоточиться на столь низменном занятии в его присутствии.

Ведь Люциус не был обычным человеком. Он был законным наследником империи Морциан, и его гордость была уязвлена тем, что она не обращала на него никакого внимания.

Прикоснувшись обеими руками к своему лицу, Люциус подумал, не стало ли оно неприглядным из-за того, что он так долго находился на поле боя. Представительницы прекрасного пола боялись его, но в то же время жаждали.

Люциусу надоело все то внимание, которое он получал, повзрослев. Но и ощущение, что его игнорируют, ему тоже не нравилось.

Хотя Люциус достаточно громко прокашлялся, девушка даже не обернулась, поэтому он решил найти другой способ привлечь ее внимание.

Люциус порывисто снял рубашку и направился к Фрейе.

Фрейя, полностью ушла с головой в работу, размахивая палкой для стирки. Вдруг, она услышала приближающиеся к ней шаги.

Поскольку здесь были только она и Его Высочество, это должен был быть он.

Сразу же в ее голове возникло несколько тревожных мыслей о том, что побудило его подойти к ней.

А что, если он собирался убить ее, а потом слизать кровь со своего меча?

Фрейя крепко сжала палку и задрожала.

Она решила ударить кронпринца по голове, если он выкинет нечто ужасное. Фрейя слышала, что нанести вред члену королевской семьи – равносильно смертному приговору, но она закрыла глаза и отбросила эти мысли. Об этом она будет беспокоиться потом.

Однако, какое-то время ничего не происходило, и она обернулась. Перед ней стоял сэр Люциус, пригнувшись.

— Ваше высочество? – произнесла Фрейя, испытывая неловкость.

Она была заметно шокирована, увидев его полуголым.

— Пошевеливайся, – медленно проговорил Люциус.

Фрейя была готова до смерти забить палкой Люциуса, если слухи о его сумасшествии оказались бы правдой.

Но то, что он сделал, совсем выбило ее из колеи.