Бальдр не хотел поручать Жаннет рабский труд, вроде переписывания текстов или таскания камней. Он понимал: если эта девушка почувствует себя недооценённой, это породит в ней недовольство, которое, в свою очередь, превратится небрежность, что в конечном итоге не принесёт ничего хорошего ни ей, ни самой Анне. Герцог Скади погрузился в размышления в поисках выхода из сложившейся ситуации.

— Ваш графский род когда-нибудь вёл дела с банком «Золотой Щит»? – Банковское дело процветало повсеместно, однако услуги его были доступны лишь аристократическим семьям, крупным торговцам и королевским особам. Среди прочих, банк «Золотой Щит» имел самое обширное представительство по всему королевству.

— Да… У нас есть счёт.

— Наш дом также сотрудничает с этим банком. Я распоряжусь о встрече с финансовым советником. Разве не решится проблема безопасности, если твоё жалованье будет перечисляться прямо на счёт вашего рода? Правда, доступ к средствам получат и другие члены семьи. Если это тебя смущает...

— Это возможно?

— Что конкретно?

— Моя семья сможет пользоваться моим жалованьем?

— Отчего же нет? – Герцог предупреждал об её опасности, но лицо девушки озарилось, словно солнце, пробивающееся сквозь тучи. И, надо сказать, его порадовала такая реакция.

— Я распоряжусь, чтобы миссис Поллин помогла с покупками у купцов, что посещают особняк. И прежде всего – эта одежда… – Мужчина бросил взгляд на красно-коричневое платье без единого украшения, которое давно мозолило ему глаза. При свете шандель (1) «наряд» выглядел особенно потрёпанным. – Негоже, чтобы гувернантка герцогского дома была одета как служанка. Я выделю средства на поддержание достойного вида, так что для начала купи новую одежду. Надеюсь, в следующий раз не увижу этого. – Герцог Скади, разумеется, не ведал, что после тюрьмы Жаннет сразу отправили в ссылку без возможности собрать вещи. Щёки женщины вспыхнули ярким румянцем.

— Благодарю, Ваша Светлость.

— Если имеются просьбы, я выслушаю.

— Я… Могу ли я гулять вне учебных часов?

— Гулять?

— Я не стану уходить далеко и обязательно буду возвращаться до ужина.

— Да будет так.

— И ещё, я бы хотела получить личный ключ от библиотеки, чтобы готовить материалы к занятиям с юной леди... Чувствую, что слишком обременяю миссис Поллин постоянными просьбами… – На мгновение мужчина вскинул бровь. Книги были столь же дорогими, как и серебряная утварь. Однако поразмыслив, всё же согласился.

— Хорошо. Верю, что ты будешь бережно обращаться с ключом и книгами.

— Спасибо! Благодарю, Ваша Светлость! – В сущности, эти просьбы были вполне себе выполнимы. К тому же герцог прекрасно понимал, по какой же именно причине гувернантка заикнулась о ключе от библиотеки.

“Помимо занятий ей больше и заняться-то нечем, а человеку нужно хоть какое-то развлечение. Но если у неё так много времени…”

— Однако взамен, – Бальдр выдвинул условие: – Займись бегом.

— Что? Б-бегом?.. – До Жаннет не сразу дошёл смысл сказанного мужчиной.

— Каждое утро перед завтраком пробегай три круга по плацу. – Девушка потеряла дар речи. – Здоровый дух произрастает и крепнет в здоровом теле. Ты выглядишь слишком хрупкой, как планируешь пережить грядущую зиму? За особняком есть плац, который используют солдаты. Я разрешаю тебе пользоваться им, так что пробегай по три круга. – Бальдр был убеждён, что для физической подготовки нет ничего лучше бега. Он и его солдаты также пробегали по десять кругов по плацу перед завтраком, чтобы подготовиться к суровой зиме. – Если будет время, можешь бегать и больше. Тогда точно достигнешь базовой физической выносливости. – Гувернантка открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба. Выражение её лица было таким, словно девушку молнией поразило.

— Герцог… Ваша Светлость… Вы хотите, чтобы я бегала по плацу?

— Именно.

— Я… я как… Как я могу использовать плац, которым пользуются солдаты?..

— Как? Ноги же у тебя на месте, с помощью них и бегай.

— Я! У меня много дел! Мне ведь нужно готовиться к занятиям с юной леди!

— Можно сократить время прогулок. На этом – всё. – Закончив разговор, Бальдр выпроводил гувернантку. Бледная с дрожащими руками Жаннет с недоверием покинула кабинет.

На следующее утро, ещё до рассвета, плац, как обычно, был окутан туманом, что доходил мужчинам до плеч. Герцог Сканди и солдаты начали пробежку. Это было ежедневное занятие, не зависящее от погодных условий. Мужчина почувствовал лёгкое разочарование, заметив, что гувернантка не явилась.

“Ну разумеется.” – Это было ожидаемо, однако отчего он почувствовал укол разочарования? Как будто Бальдр чего-то ожидал. В конце концов, она была типичной столичной аристократкой. А у него существовало устоявшееся предубеждение, что те надменны, ленивы, а также презирают его род, считая потомками варваров, хоть и не смеют сказать им этого вслух. Герцог начал пробежку, обдумывая подходящее наказание за неповиновение. Но когда на третьем круге он поворачивал к своей стартовой точке, из утреннего тумана проступил силуэт. Пришла девушка о которой он всё это время думал, но с бледным лицом и в раздражающем красно-коричневом платье. – “Я ведь ясно выразился, что больше не желаю видеть её в этом платье… Что ж, новая одежда, действительно, не может появиться за сутки.” – Услышав шёпот солдат, заметивших женщину, Бальдр прикрикнул, чтобы те замолкли. Жаннет, немного поколебавшись и поозиравшись, пристроилась следом за солдатами, которые промчались мимо.

Это было бы серьёзной проблемой, если бы между составом их регулярной армии, закалённой в битвах и проводящей свободное время, за исключением обеденного, на тренировках, и аристократкой, чья единственная физическая нагрузка заключалась в прогулках, не было бы разницы в выносливости. Едва Жаннет преодолела четверть первого круга, как её догнала группа солдат. Пробегая мимо, Бальдр бросил беглый взгляд на юную гувернантку. В предрассветном холоде её лицо пылало неестественным румянцем, а спина сгорбилась под тяжестью одышки. Но, к его удивлению, она продолжала двигаться вперёд, стиснув зубы. Спустя долгое время после того, как солдаты пробежали десять кругов, девушка, чередуя ходьбу и бег, всё же закончила три. Завершив утреннюю пробежку, буквально волоча за собой ноги, Жаннет исчезла. Герцог был уверен – больше она здесь не появится. Однако девушка появилась и на следующий день, и ещё через день, когда с неба накрапывал мелкий дождь.

***

“Герцог Скади – сумасшедший.” – Какой же господин заставит гувернантку бегать по утрам? Да ещё и вместе с солдатнёй? Жаннет слышала слухи, что этот мужчина безумен, однако он оказался не просто безумным, а полным сумасшедшим.

Занятия с юной леди, что поначалу шли довольно тяжело, теперь протекали удивительно гладко. Шок от знакомства с девочкой постепенно рассеялся. Чем дольше Жаннет с ней общалась после первого дня занятий, тем больше понимала, что леди Анна была просто… Как бы странно это ни звучало… У неё была душа нараспашку, словно у обычной крестьянской девочки. Она умела доить коз, носила сено, делала масло и искусно шила. Описывая свои умения и любимые занятия, Анна говорила настолько свободно, весело и остроумно, что Жаннет порой забывала о течении времени, заслушиваясь её рассказами.

“У этого дитя врождённый талант к красноречию. А к нему и мудрость в придачу.” – Жаннет всё сильнее убеждалась – ни о какой отсталости, тем более умственной, не могло быть и речи. Просто девочке никогда не давали возможности учиться. – “А что, если история о происхождении – всего лишь легенда? Может, леди Анна вовсе не дочь старшего брата герцога, а его собственная кровь от какой-нибудь деревенской девушки? И та воспитала малышку как простого ребёнка...” – Это не было чем-то невозможным, но Жаннет решила отбросить догадки. Как гувернантке, ей не пристало рыться в грязном белье знатной семьи. Её задача ясна – превратить эту деревенскую девчушку в истинную аристократку. Даже, возможно, в далёком будущем – королеву.

Странное сходство их судеб не могло не трогать. Обе внезапно расстались с семьями, оказавшись в незнакомом месте. Совершенно одинокие. Жаннет всё чаще ловила себя на мысли, что видит в Анне младшую сестру – ту самую, с кем разлучила её судьба. Каждое утро она расплетала косы, которые няня заплела слишком туго, и сооружала что-нибудь другое, исходя из настроения. Анна особенно любила изящную косу, обрамляющую лоб. Сама же Жаннет предпочитала делать «пшеничные колосья», ниспадающие на плечо, или же игривые «рожки» по бокам.

(1) Фонетическое заимствование из французского «chandelier». Обозначает люстру – большой, декоративный светильник, подвешиваемый к потолку, часто с множеством рожков для свечей или лампочек.