]

— А? — Трое потрясенно уставились на Ци Ся. Хоть план и не был сложным, он звучал чертовски опасно.

— Ты собираешься постоянно ставить на кон свою жизнь?! — Спросила Линь Цинь. — Это звучит слишком…

— Это единственный способ взломать систему на данный момент, — отрезал Ци Ся. — Если вы согласны… мы можем начинать действовать прямо сейчас.

Цяо Цзяцзинь немного подумал и спросил:

— Лжец, ты правда не боишься смерти?

— Боюсь, — ответил Ци Ся. — Но я обязан выбраться отсюда.

Тянь-тянь вздохнула и вдруг с абсолютно серьезным лицом произнесла:

— Ци Ся… ты же знаешь, я присоединилась к команде не потому, что доверяю тебе или хочу на тебя положиться. Я пришла «сюда», потому что «там» для меня нет места.

— Я знаю, — кивнул Ци Ся.

— Поэтому мне трудно поверить, что в итоге ты разделишь «Дао» поровну. Я также не думаю, что смогу победить тебя в последний момент и стать единственной выжившей.

— И что?

— И то, что мое сотрудничество с тобой – временно. Если я почувствую, что ситуация складывается не в мою пользу, я предам тебя в любой момент, — Тянь-тянь горько усмехнулась. — Хотя для меня нет разницы, выжить или умереть здесь, но если есть надежда, я поборюсь. В общем, я с вами тремя только ради того, чтобы получить свою долю.

Услышав это, Ци Ся не выказал никакого удивления, наоборот, с некоторым облегчением кивнул:

— Это очень хорошо.

— Хорошо? — Тянь-тянь моргнула. — Я недостаточно ясно выразилась? Я только ради «Дао», и тебе не стоит мне особо доверять.

— Самые прочные отношения в мире – это наемные отношения, — ответил Ци Ся. — Я не имею ничего против.

Цяо Цзяцзинь и Линь Цинь переглянулись. Тянь-тянь высказалась настолько прямолинейно… можно ли ей вообще верить?

— Раз мы все обговорили, выдвигаемся.

Тянь-тянь, похоже, не ожидала, что Ци Ся согласится так быстро, и это вызвало у нее смутную тревогу. Но если подумать, разве осталось пространство для обмана?

Четверо людей с разными чувствами на душе продолжили путь вглубь города.

Тихий город ежесекундно источал ауру опасности. Ци Ся заметил, что они, похоже, постоянно углубляются в более оживленные районы.

Здесь можно было смутно разглядеть «аборигенов», бродящих по пустынным улицам словно живые мертвецы.

— Кажется, людей стало больше… — пробормотал Ци Ся себе под нос.

Здесь были не только разнообразные аборигены, но и время от времени встречались фигуры в звериных масках, стоящие перед зданиями. Казалось, чем глубже в город, тем больше встречается народа.

Пока Ци Ся говорил, он увидел одного из «аборигенов», который, прижимая к себе пачку бумаг, шел прямо к их четверке.

Фигура этого человека была такой же истощенной, как у продавщицы, – настоящий скелет.

Цяо Цзяцзинь нахмурился и сделал шаг вперед.

Он ожидал опасности, но человек лишь протянул Цяо Цзяцзиню листок бумаги и произнес:

— Бассейн и фитнес, ознакомьтесь.

Не дожидаясь, пока Цяо Цзяцзинь возьмет листок, человек, словно зомби, разжал пальцы, и «листовка» упала на землю.

Но он, будто ничего не замечая, медленно пошел дальше.

— Доблестный Бог Меча? — Цяо Цзяцзинь моргнул. — Что за чертов Доблестный Бог Меча?

Он поднял бумажку и взглянул на нее: текст почти стерся, выглядела она очень старой.

— Здесь даже промоутеры есть? — Тянь-тянь была поражена.

— Раз уж в круглосуточном магазине есть продавщица, то и раздатчики листовок на улице не должны удивлять, — заметил Ци Ся.

— Что такое «листовка»? — Спросила Линь Цинь.

Короткая фраза заставила троих спутников опешить.

— Что ты сказала? — Ци Ся подумал, что ослышался.

— Я спросила, что такое «листовка»? — Четко повторила Линь Цинь.

Что такое «листовка»?

Трое одновременно посмотрели на Линь Цинь странными взглядами.

Разве нормальный человек может задать такой вопрос?

— Ты не знаешь, что такое «листовка»? — Спросил Ци Ся.

— Не знаю, — естественно покачала головой Линь Цинь. — А вы все знаете?

Никто из троих не ответил, но сомнения в их душах усилились.

Эта Линь Цинь с самого начала вела себя странно: любила прикрывать рот и нос, настойчиво следовала за Ци Ся, а теперь выясняется, что она не знает элементарных вещей…

Может быть, она… не человек?

Или, быть может… она одна из «организаторов»?

Эта пугающая мысль начала кружить в голове Ци Ся.

Если она действительно не человек, то какова ее цель?

— Послушай, Линь Цинь… — наконец заговорил Ци Ся; он ни за что не успокоится, пока не прояснит личность Линь Цинь. — «Листовка» – это общеизвестная вещь, как ты можешь не знать?

— Общеизвестная? — На лице Линь Цинь читалось явное непонимание. — Только потому, что вы трое знаете, это сразу становится «общеизвестным»?

Тут вмешался Цяо Цзяцзинь:

— Дело не в том, знаем мы трое или нет. «Листовка» – вещь не редкая, каждый должен знать о ней. Почему ты не знаешь?

— Да… — кивнула Тянь-тянь. — Ты разве никогда не видела листовок?

— Вы действительно странные, — Линь Цинь начала раздражаться от расспросов. — Ну не знаю я, что такое «листовка», и что с того? Вы будете подозревать меня из-за клочка бумаги?

Ци Ся посмотрел на девушку перед собой. Ее поведение действительно было трудно понять.

Если она одна из «организаторов», допустивших такой очевидный промах, ей следовало бы солгать, чтобы сгладить ситуацию. Но, судя по ее виду, она вовсе не пыталась что-то скрыть, а по-настоящему рассердилась.

Она не считала, что не знать слово «листовка» – это что-то неправильное.

Неужели она чиста?

Но какова вероятность того, что нормальный человек не знает о листовках?

Ци Ся задумался… Если уж совсем придираться, то существует крошечный шанс, что человек никогда не видел листовок. Например, если Линь Цинь – дочь капиталиста, с детства посещавшая только элитные места, где ее возили на машине с личным водителем. Или же она училась где-то за границей и лишь недавно вернулась в страну.

Но как ни крути, вероятность мала. Тем более… она всего лишь психолог-консультант.

— Так называемая «листовка» – это реклама, напечатанная на бумаге, — пояснил Цяо Цзяцзинь. — Никогда не видела?

— Нет, — серьезно кивнула Линь Цинь.

Ци Ся не знал, как продолжать расспросы, и лишь хмурился, погруженный в раздумья.

— Эй! Братан!

Внезапный крик с противоположной стороны улицы заставил всех вздрогнуть.

Они увидели мужчину в очках и рваной одежде, который махал им рукой:

— Сюда! Братан!

Это был первый раз, когда они встретили здесь другого нормального человека, и невольно напряглись.

Кто этот пришелец – друг или враг?

— Ты меня зовешь? — Попытался завязать разговор Ци Ся.

— Точно! Вы ведь тоже «добрые люди»? — Улыбнулся Очкарик.

— Добрые люди?

— Ну, нормальные люди, — пояснил Очкарик. — Вы себя разве не так называете?

Ци Ся помолчал, затем ответил:

— Мы вроде тоже не похожи на сумасшедших.

— Ха-ха! Я так и знал! — Рассмеялся Очкарик. — Мы нашли неплохую игру, не хотите присоединиться и заработать немного «Дао»?

Человек все время держался на расстоянии от группы Ци Ся, видимо, тоже опасаясь.

Ци Ся и Цяо Цзяцзинь переглянулись, не зная, стоит ли доверять незнакомцу. Но если подумать, местные правила запрещают отнимать «Дао», так что если у него дурные намерения, он может только «обмануть».

А уж когда дело доходит до «обмана», Ци Ся никого не боялся.