]

— В конце концов, ты не «Овца», — сказал Ци Ся Человеко-свинье. — Первая встреча с Человеко-овцой заставила нас хлебнуть горя. Ты думал, что добавление механики лжи в твою игру повысит твои шансы, но не ожидал, что именно это решение тебя и погубит.

Человеко-свинья помолчал немного, а затем протянул руку и снял маску с головы.

Под этой грязной, вонючей маской скрывался мужчина лет сорока с правильными чертами лица, в его взгляде читалась мудрость.

— Жаль только, что не хватило совсем чуть-чуть, — произнес Человеко-свинья. — Чуть-чуть, и я смог бы выйти отсюда с высоко поднятой головой.

Услышав это, Ци Ся слегка изменился в лице и тут же спросил:

— Человеко-свинья, что значит «выйти с высоко поднятой головой»?

Человеко-свинья опешил, снова окинул взглядом молодого человека перед собой и обнаружил, что тот очень напоминает его самого в молодости.

— Ци Ся, ты когда-нибудь совершал ошибки?

— Ошибки? — Ци Ся серьезно задумался. Слово «ошибка» на самом деле сложно трактовать. С одной стороны, сама его профессия была ошибкой, но с другой – у него не было выбора, кроме как заниматься этим.

— Дело не в «законе», — добавил Человеко-свинья. — Я имею в виду ошибки, способные изменить всю траекторию твоей жизни. Те, о которых ты горько сожалеешь, в которых раскаиваешься, «ошибки», за которые ты расплачиваешься всю оставшуюся жизнь.

При этих словах Ци Ся нахмурился; где-то в глубине его мозга что-то бешено запульсировало.

— Что ты имеешь в виду? — Холодно спросил Ци Ся.

— Все мы грешники… — с горькой усмешкой сказал Человеко-свинья. — И правда, грешникам не получить «Дао», в конце концов я умру здесь…

Грешникам не получить «Дао»?

Ци Ся, кажется, уже слышал эту фразу.

— Ци Ся, ты знаешь? Бизнес – как игорный дом. — Человеко-свинья медленно встал, подошел к ящику стола и начал там что-то искать. — Однажды я поставил все оборотные средства корпорации на одну «надежду». Теперь мне кажется, что это ничем не отличалось от самой «ставки на жизнь».

Человеко-свинья долго рылся, пока не извлек из ящика старый револьвер.

Он сдул пыль с оружия, открыл барабан, проверил единственную оставшуюся пулю и продолжил:

— Тогда мои шансы на успех были меньше пятидесяти процентов, другие акционеры совета директоров были против. Но я знал, что ставлю на кон только оборотные средства, это не приведет к банкротству корпорации, а наоборот, даст надежду на будущее развитие. Но кто мог ожидать… Внезапно вспыхнула глобальная эпидемия, доходы корпорации серьезно пострадали, и из-за нехватки оборотных средств начались проблемы с ликвидностью, приведшие к постоянным убыткам.

Человеко-свинья поднял полный отчаяния взгляд на Ци Ся:

— Я думал, что ставлю на билет в рай, но оказалось, что я попал в ад.

С этими словами он продолжил тщательно протирать ствол револьвера.

Ци Ся почувствовал, что слова Человеко-свиньи немного развеяли его сомнения:

— Так ты считаешь, что это место – ад?

— Кто знает? — Покачал головой Человеко-свинья. — Я создал эту корпорацию своими руками, а в итоге совет директоров меня вышвырнул. Будучи председателем, я потерял власть. Чтобы расплатиться с долгами, я продал акции за бесценок. Моя жена, которая была со мной с самого начала, когда у нас ничего не было, в итоге не получила денег на лечение. У дочери, учившейся за границей, не осталось средств на учебу, и она стала известной в университете проституткой. По сравнению с реальностью, это место для меня просто рай. Мне не нужно ни о чем думать, нужно лишь придумывать способы, как отправить вас на смерть.

Тон Человеко-свиньи становился все более неуравновешенным:

— Я часто думаю: а что, если бы я тогда не поставил на эти пятьдесят процентов успеха, каким был бы итог?

Ци Ся долго молчал, прежде чем наконец произнес три слова:

— Умей проигрывать.

— Ха, ха-ха… — Человеко-свинья вдруг словно потерял рассудок, горько рассмеялся и сказал:

— Да, умей проигрывать.

— Но мне непонятна еще одна вещь… — снова заговорил Ци Ся.

Человеко-свинья поднял глубокие глаза, посмотрел на Ци Ся и медленно проговорил:

— Я ответил на слишком много твоих вопросов, это несправедливо по отношению к другим участникам.

— Что? — Не понял Ци Ся. — Разве эти сведения нельзя нам рассказывать?

В ответ Человеко-свинья откинул барабан револьвера, резко крутанул его и ловким движением запястья защелкнул обратно.

Затем он медленно поднял пистолет и приставил его к своему виску.

— Предоставим все «удаче», — сказал Человеко-свинья. — На каждый твой вопрос я буду один раз нажимать на спуск. Если выстрела не будет, я отвечу тебе.

Увидев это, Ци Ся беспомощно вздохнул:

— Ты же был председателем корпорации, неужели не хочешь уйти достойно?

— Достойно… — Человеко-свинья беспомощно усмехнулся. — Я так давно ношу эту вонючую, грязную свиную голову, о каком достоинстве может идти речь?

— Раз так… — Ци Ся кивнул. — Тогда прошу прощения, дядь. Почему ты добровольно стал «Человеко-свиньей»?

Клац!!

Человеко-свинья без колебаний нажал на курок, даже не моргнув глазом.

Выстрела не последовало.

— Потому что я хочу «искупить грехи», — ответил Человеко-свинья. — Кто-то сказал мне, что если надеть маску и с помощью игр отправлять участников на смерть, однажды можно будет искупить вину.

— Что значит «искупить грехи»?

Клац!

Осечка.

Человеко-свинья вздохнул:

— Искупление – это возможность изменить свое прошлое, исправить совершенные ошибки. Ведь все «Знаки зодиака» – это «преступники».

Ци Ся связал воедино разрозненные улики в голове и почувствовал недоверие. Он подобрал слова и снова спросил:

— Значит, у тебя когда-то был шанс выйти, но ты им не воспользовался, а вместо этого выбрал остаться здесь «искупать грехи»?

Клац!

Человеко-свинья нахмурился. Как он и говорил, у Ци Ся была «Сильная удача» – три осечки подряд.

— Я не уверен, можно ли выйти, но я остался, — продолжил Человеко-свинья. — Надеюсь, вы не совершали ошибок, иначе вы, как и я, в конце концов добровольно выберете остаться здесь. Ведь здесь есть призрачная надежда.

Ци Ся медленно подался вперед и очень серьезно спросил:

— Итак, какой самый быстрый способ выбраться отсюда?

Клац!!

Человеко-свинья зажмурился, вздрогнул всем телом, но выстрела снова не последовало.

— Я не уверен, — сказал Человеко-свинья. — Три тысячи шестьсот «Дао» – это явно самый медленный путь. Даже надев маску, я все равно многого не знаю, ведь я всего лишь «Человек». Если хочешь докопаться до истины этого места, тебе придется найти способ победить «Небо» и «Землю».

Сделав паузу, он добавил:

— Нет… не мечтай победить «Небо», достаточно победить «Землю». В иерархии «Трех начал: Небо, Земля, Человек» все знаки зодиака подчиняются порядку сверху вниз, и во главе стоит «Дракон». Если хочешь выжить в этом месте: во-первых, не зли «Небо», во-вторых, не иди против «Дракона».

Четыре ответа Человеко-свиньи действительно прояснили мысли Ци Ся. Казалось, сбежать из этого места не так сложно, как он воображал.

У него больше не было вопросов к Человеко-свинье, но тот по-прежнему держал пистолет у виска со сложным выражением в глазах.

Ци Ся знал: вероятность смерти на пятом выстреле – пятьдесят процентов, на шестом – сто.

Сцена перед глазами казалась знакомой, словно они вернулись к моменту «ставки на жизнь» с шансами пятьдесят на пятьдесят.

Ци Ся встал и повернулся к выходу. Линь Цинь и старина Лю, не понимая его намерений, медленно последовали за ним.

Уже в дверях Ци Ся обернулся и задал пятый вопрос:

— Дядь, ты жалеешь?

Задав этот вопрос, Ци Ся не стал ждать ответа Человеко-свиньи, развернулся и ушел вместе с Линь Цинь и стариной Лю.

Огромный игорный дом теперь казался пустым, лишь Человеко-свинья одиноко сидел в центре.

Он долго размышлял, а затем медленно произнес два слова:

— Спасибо тебе.

Грохнул выстрел, и Человеко-свинья упал.