---

Глава 41. Беспокойство Меры

---

Я вошла в столовую. Увидев родителей, я на мгновение замерла. Я огляделась вокруг... по комнате разливалась какая-то удручающая атмосфера.

Мама осторожно растирала глаза ладонью, она выглядела уставшей. Отец же, казалось, был погружён в глубокие раздумья и словно пребывал в прострации.

Неужели они слишком много работают?

Родители всё ещё были ужасно заняты делами, о которых я ничего не знала. Я понимала, что у отца может болеть голова от того, что он король и всё такое. Что касается мамы, она, похоже, была в таком же состоянии, как и отец.

Погодите, а чем может заниматься мама? Я понятия не имела.

Может, она помогает отцу с его королевскими обязанностями? Это кажется наиболее вероятным.

— Хм, с вами всё в порядке? — обеспокоенно спросила я.

Мама и папа наконец обратили на меня внимание. Их взгляду открылись мои широко распахнутые, чистые глаза, полные тревоги. Я была похожа на маленького щенка, который боится, что хозяин его отругает... ну знаете, странное получилось сравнение.

В этот момент рядом со мной оказался брат. Он тоже посмотрел на их состояние и слегка улыбнулся, словно сочувствуя им.

— Хе-хе, — усмехнулся он. — Кажется, сегодня все были заняты больше обычного.

Я несколько раз моргнула, а затем до меня дошло, и я робко опустила голову.

— Т-тогда я единственная... кто почти ничего не делает... Я такая обуза, хотя я...

На моём лице отразилось сожаление; я старалась не смотреть никому в глаза. Затем я почувствовала руку на своей голове — это была рука брата. Я посмотрела на него.

— Чего ты так расстроилась? Предоставь всё нам, хорошо? Всё будет в порядке. Так что не бери в голову.

Я не ответила, а лишь кивнула, поджав губы. Я тихо прошла к своему месту.

— Дорогая дочь, — позвал меня отец. — Перестань дуться и наслаждайся вкусной едой.

Я посмотрела на него, и его нежная улыбка коснулась моего взора. Я повернулась к матери — она смотрела на меня с любовью. Все они, вся моя семья, глядели на меня с добротой. В их взглядах не было ни капли лукавства или коварства, они были искренними. И я задалась вопросом: почему я заметила это только сейчас? Почему лишь теперь я почувствовала их... истинное тепло? Нет...

— Мы семья, Эстелия. Совершенно естественно, что мы готовы отдать всё ради тебя, — мягко произнесла мать.

Выслушав их, я выдавила улыбку — слабую, но всё же улыбку, чтобы показать, будто я понимаю их слова. Но я уверена: судя по тому, как я выглядела в их глазах, казалось, что я не до конца всё осознала, словно всё ещё сокрушалась о своей бесполезности.

В этот момент подали еду, и слуги расставили блюда на столе.

Пока мы ели, отец обратился ко мне.

— Эстелия.

— Да, отец?

— В связи с ситуацией мы решили временно отменить твои еженедельные занятия.

— ... Я... я понимаю.

Думаю, такой исход был ожидаем. Однако мне бы хотелось, чтобы уроки музыки всё же остались. Этот предмет был моим самым любимым.

Как жаль...

Э-эх, полагаю, я ничего не могу с этим поделать.

К тому же, думаю, так будет лучше. Так я смогу сосредоточиться на текущей задаче.

***

Эстелия возвращалась в свою комнату в сопровождении Меры и Вернона. Как только принцесса подошла к двери, она обратилась к ним двоим. Её прекрасное лицо, как и всегда, было чистым и сияющим.

— Что ж, доброй ночи вам обоим.

Мера улыбнулась и одновременно с Верноном склонила голову в поклоне.

— Доброй ночи, миледи, — ответила она.

С этими словами Эстелия скрылась в своей комнате. Как только её присутствие исчезло, Мера подняла голову.

— Тогда я пойду, Мера, — тихо сказал Вернон.

— Да, сэр.

Мера смотрела вслед уходящему по коридору старику. Затем она перевела взгляд на дверь в комнату принцессы.

С тихим вздохом она направилась в свою комнату, расположенную рядом с покоями принцессы. Затем Мера задумалась.

Принцесса Эстелия сегодня была на редкость активна.

Весь день принцесса где-то бродила, и Мера не могла понять почему. Для неё такое поведение было необычным. Она действительно, кажется, начала меняться.

Кроме того, она стала более общительной, чем обычно — как, например, в случае на кухне. Мера представляла себе иначе, как всё пойдёт, когда принцесса заговорит с поварами. Но на деле Эстелия справилась даже лучше, чем ожидалось.

Впечатление о принцессе начало меняться. О той, что была кроткой и замкнутой.

Мера открыла дверь в свою комнату и вошла.

Но всё равно это было странно. Её сегодняшние действия были очень необычными. Нет, всё определённо было иначе. Не как обычно.

Связано ли это с напряжением, что царило в последнее время?

Казалось, её инициативность была связана с происходящим во дворце. С чем-то таким, о чём Мера даже не догадывалась.

Она закрыла дверь, но так и не сдвинулась с места.

Она размышляла.

И её расспросы. Неужели Корона что-то подозревает?

Мера начала догадываться, в чём может быть проблема.

Неужели они опасаются прислуги?

Мера помнила бумаги и их содержимое в кабинете принца. Информацию о рыцарях и солдатах. Они проверяли их биографии и собирали сведения.

Казалось, будто они искали что-то... или кого-то...

Мера слегка прикусила губу. Она начала потирать большие пальцы друг о друга. Она занервничала, а мысли в голове сменяли друг друга с бешеной скоростью. Она действительно чувствовала тревогу.

Мне... мне нужно быть осторожнее.

Она не должна была вызвать никаких подозрений или негативного отношения. Именно так она решила, чтобы обезопасить себя от любых неприятностей. Один неверный шаг — и всё, ради чего она трудилась, исчезнет.

— Чего ты там стоишь, Мера?

Она вернулась в реальность, когда её позвала одна из других горничных. Эта комната была переоборудована под жильё для прислуги. Всего здесь было шесть кроватей — по три с каждой стороны от стены. Поэтому Мера была не одна, несмотря на то что занимала должность личной горничной принцессы.

Тем не менее, состояние комнаты вовсе не было плохим. Напротив, она была настолько роскошной и чистой, что почти напоминала личные покои знатной особы. Действительно, это была комната во дворце, но и с слугами здесь обращались очень хорошо, поэтому их жильё находилось в безупречном состоянии. Ладно, одной из причин было то, что плохое обращение с дочерями дворян не приветствовалось.

Та, кто обратилась к Мере, находилась к ней ближе всех. Горничная лежала на кровати и смотрела на неё с беззаботной улыбкой.

Мера огляделась: в данный момент здесь были ещё две девушки. Похоже, остальные ещё не закончили свои дела. Более того, некоторые из присутствующих уже пытались уснуть. Все, как обычно, очень устали.

— Нет... ничего, — ответила Мера, подходя ближе.

— Хмм? Ну ладно, просто ты выглядела такой обеспокоенной. Кстати, я принесла твои любимые апельсины.

Она указала на свой комод. Сверху на нём лежало несколько плодов.

— Взяла их на кухне. Сегодня там были достаточно щедры, чтобы дать мне несколько штук. Так что как насчёт того, чтобы осыпать меня любовью и благодарностью?

Услышав слова горничной, Мера усмехнулась.

— Понятно. Спасибо.

Мера отогнала тревожную мысль и решила быть осторожнее, начиная с завтрашнего дня. Особенно перед принцессой или всей королевской семьёй в целом. Возможно, также и перед Верноном.

Вернон был особенно... как бы это описать... бдительным. Казалось, он пристально следит за ней, хотя они и служили одной и той же госпоже.

Вот почему с этого момента ей нужно быть осторожной.

Она не должна была оставить о себе плохого впечатления ни в каком виде.

---