Стоило прозвучать словам «разбить камень на груди», как все на мгновение замолчали. Не то чтобы это было совсем невыполнимо, но выглядело как-то не очень-то убедительно. Сун Наньши взглянула на свою хрупкую и нежную младшую сестрёнку и после долгой паузы тактично произнесла:

— Младшая сестрёнка, в этом и правда нет нужды.

Услышав это, младшая сестрёнка чуть не расплакалась.

— Третья наставница, я знаю, что ни на что не гожусь, но в этот раз я должна справиться, даже если не смогу! — всхлипнула она. Она обвела всех взглядом и честно сказала: — Развлекать жену главы Секты — это ещё куда ни шло, подметать полы и выполнять черновую работу — тоже сойдёт. Но что, если меня выберут опорожнять ночные горшки?

При словах «опорожнять ночные горшки» по спинам у всех пробежал холодок, и каждый почувствовал себя так, словно сидит на иголках. Младшая сестрёнка попала в самую точку, затронув то, о чём они боялись даже помыслить. И вправду, должностей всего три. Что, если их выберут опорожнять ночные горшки? Разве не для того, чтобы избежать этой участи, они и ломали головы, перебирая все свои скрытые таланты и уникальные умения? Они переглянулись, и во взглядах друг на друга уже не было прежней дружбы — каждый видел в другом соперника, из-за которого рисковал оказаться на самой грязной работе. Атмосфера мгновенно накалилась.

И тут, как назло, Цзян Юань добавила:

— Жена главы Секты овдовела меньше года назад, а малый глава Секты вот-вот унаследует пост. Госпожа в последнее время ведёт себя очень сдержанно, для развлечения ей нужен максимум один-два человека. На подметание и опорожнение ночных горшков тоже наймут лишь по одному. В резиденцию главы Секты попадёт очень мало людей, а желающих — хоть отбавляй. Конкуренция огромная. Вместо того чтобы бороться за популярные места, вам лучше разделиться. Пусть несколько человек попробуют устроиться на черновую работу и опорожнение ночных горшков. Если вас не выберут развлекать госпожу, то хоть кто-то из вас попадёт в резиденцию, верно?

После её слов атмосфера накалилась ещё сильнее. Слова были верные. Но кто из них пойдёт опорожнять ночные горшки? Все надолго замолчали. Сун Наньши, видя, что её спутники готовы перегрызть друг другу глотки из-за ночных горшков, после минутного раздумья спокойно предложила:

— Тогда поступим так: мы все подадим заявки на все три должности. Кто пройдёт отбор — решит его мастерство. Как вам?

Все задумались, переглянулись и согласились, что это справедливо. Все дружно закивали. Враждебная атмосфера постепенно рассеялась, и в группе снова воцарилось согласие.

В этой дружелюбной обстановке все смотрели друг на друга, но втайне каждый прикидывал одно и то же.

«Мои таланты уж точно не хуже, чем у него или у неё. Даже если кому-то и придётся опорожнять ночные горшки, то это буду не я!»

Так думала эта группа людей, переполненных уверенностью в себе. Затем они принялись обсуждать свои «уникальные умения».

— Получив наследие Святого Меча, я достиг новых высот в искусстве владения им. Думаю, я смогу приспособить свои техники под танец с мечом, — сказал Цзян Цзи.

— В игре в ци я могу победить даже главу нашего ордена — лучшего игрока среди нас, — заявила Чжу Сю.

— В те годы, когда я был Наследником-Цилинь, я изучил все шесть искусств благородного мужа. Моя живопись в стиле даньцин весьма сносна, — сдержанно произнёс Юнь Чжифэн.

— Стыд-то какой, по сравнению с вами я просто мелюзга, — скромничала Сун Наньши. — Меня в детстве всего-то пару раз похвалил за выдающийся талант дядюшка-наставник, практик звука, учивший меня игре на цине.

Их скромное хвастовство довело младшую сестрёнку почти до слёз. Они умели всё, а она — лишь разбивать камни на груди. В этот миг ей казалось, что от ночных горшков её отделяет всего один шаг.

Стоявшая рядом Цзян Юань сжалилась, видя, как та горько плачет. Она уже хотела протянуть ей свой платок и утешить, как вдруг увидела, что эта хрупкая и слабая заклинательница, всхлипывая, бессознательно отломила кусок от невероятно прочной столешницы из голубого камня, что стоила несколько сотен Камней духа, и играючи стёрла его в порошок. А потом продолжила всхлипывать. Цзян Юань замерла и молча убрала платок обратно.

Взглянув на оживлённо беседующих Сун Наньши и остальных, а затем на рыдающую Юй Цзяоцзяо, она вдруг поняла, что ещё совсем не ясно, кого в итоге выберут.

— Тогда я пойду и зарегистрирую вас, — тихо сказала Цзян Юань. — Отбор в резиденцию главы Секты состоится завтра, так что готовьтесь.

Все согласно закивали.

Сун Наньши, всегда думавшая наперёд, перед уходом Цзян Юань напомнила ей:

— Нас видели вместе, когда мы входили в город. Когда будешь нас записывать, скажи, что мы — ученики одного небольшого ордена из города Чжунчжоу. Наш орден сильно пострадал от нашествия Свирепых Зверей, и мы вынуждены искать заработок на стороне. Скажи, что мы с тобой — старые знакомые, и я привела своих соучеников к тебе за помощью, а ты помогла нам найти работу.

Это было куда надёжнее, и Цзян Юань, конечно, согласилась.

Когда она ушла, Сун Наньши, подумав, добавила:

— С этого момента, выходя на улицу, мы будем скрывать свой уровень развития, понижая его на одну великую ступень. Юнь Чжифэн, ты скроешь свой уровень до Золотого ядра.

Все согласились.

Уладив все дела, Сун Наньши немного успокоилась. Теперь, вспоминая старика Ши, она уже не испытывала такого сильного волнения и могла анализировать ситуацию хладнокровно. Она вернулась к своей первоначальной догадке: старика Ши никто не похищал. Он хоть и вёл себя скромно, но его уровень развития был на несколько ступеней выше, чем у главы ордена. Во всём мире заклинателей у него было мало равных. Даже если бы его попытался схватить великий мастер на пороге Вознесения, старик Ши не сдался бы без боя. Даже потерпев поражение, он оставил бы следы, а не исчез бы бесследно, как сегодня. Он покинул хижину добровольно. Что же могло заставить его уйти по своей воле? Когда они были в ордене, он мог годами не спускаться с горы, и вытащить его оттуда было почти невозможно.

Сун Наньши задумалась и вдруг спросила:

— Как вы думаете, если старик Ши родом отсюда, мог ли он знать здесь кого-то?

Юнь Чжифэн отреагировал мгновенно:

— Ты хочешь сказать, что старик Ши мог уйти из хижины, встретив знакомого, и после этого исчезнуть?

— Такая возможность есть, — ответила Сун Наньши.

Но и в этой версии была одна нестыковка, которую она не могла понять. Если говорить о знакомых, то в ордене она была ближе всех к старику Ши. Но даже когда она звала его спуститься с горы, в девяти случаях из десяти он её игнорировал. Что уж говорить о других. На обычных знакомых он и взгляда бы не бросил. Насколько близким и важным должен был быть этот человек, чтобы так легко увести старика Ши с горы? Но если такой важный человек действительно существовал, почему Сун Наньши никогда о нём не слышала? Размышляя об этом, она снова усомнилась в своей догадке.

— Госпожа Цзян ещё не вернулась. Пойдёмте прогуляемся, — вздохнула она. — Раз уж мы взялись за их задание, нужно хотя бы осмотреться.

Никто не возражал.

Правда, на выходе произошёл небольшой инцидент. Они едва не столкнулись с госпожой Цзян Хэн, которая впопыхах бежала к ним. Остальные ничего не заметили, но зоркий Юнь Чжифэн тут же оттащил Сун Наньши в сторону, едва укрыв её от взгляда девушки.

— Эта девушка весьма настойчива… — бросила Сун Наньши на ходу.

Обернувшись, она встретила тяжёлый взгляд Юнь Чжифэна. Сун Наньши замолчала. Ей стало почему-то совестно. Словно она была неверным парнем, которого поймала с поличным его праведная подруга.

Она резко сменила тему, закончив фразу совсем иначе:

— Какое счастье, что ты будешь охранять меня ночью! Что бы я без тебя делала!

Юнь Чжифэн безэмоционально отвёл взгляд.

— Кхм, — кашлянула Сун Наньши. — Идёмте, пора.

Все были поражены способностью Сун Наньши выпутываться из неловких ситуаций.

На этот раз, скрыв свой уровень развития, они не так выделялись на улице. Сун Наньши сразу направилась в местную Палату Всех Дел — там всегда было больше всего новостей и слухов.

Однако, войдя внутрь, она почувствовала, что атмосфера в Палате какая-то неправильная. Практиков было много, но они сбивались в кучки по двое-трое и, казалось, не собирались брать задания, а вместо этого искоса поглядывали на доску с поручениями. Там стояли двое практиков в чёрных плащах и масках. От них веяло холодом, и они больше походили на наёмных убийц, чем на обычных заклинателей… Постойте-ка! Взгляд Сун Наньши упал на знакомые жетоны организации «Уже-всё?». Чёрт! Да это же наёмники из «Уже-всё?»! Что за времена? Теперь наёмные убийцы разгуливают так открыто?

Сун Наньши решила, что у этих двоих здесь какое-то задание, и, не желая ввязываться, уже собиралась увести своих спутников, как вдруг оба убийцы одновременно пришли в движение. …Они стремительно сорвали с доски два свитка с заданиями и быстро удалились.

Сун Наньши на мгновение растерялась, провожая их взглядом. Лишь когда они вышли из Палаты Всех Дел, остальные практики разразились презрительным шиканьем, словно эта сцена была им привычна, но возразить вслух они не смели.

Сун Наньши почувствовала неладное. Переглянувшись со своими спутниками, она подошла к группе оживлённо беседовавших практиков и как бы невзначай спросила:

— Братец, если я не ошибаюсь, эти двое — наёмные убийцы? Почему они берут задания в Палате Всех Дел?

Один из них взглянул на неё.

— Новенькая?

— Из города Чжунчжоу, — с горьким видом ответила Сун Наньши. — Сами знаете, что там сейчас творится.

Новости о событиях в Чжунчжоу уже облетели весь мир заклинателей, так что все всё поняли и посмотрели на группу Сун Наньши с сочувствием.

— В Чжунчжоу вам сейчас несладко, но и в город Хайи вам не стоило приезжать в поисках заработка, — сказал один из них. — Здесь ещё хуже.

Он указал на дверь и принялся жаловаться:

— Видели тех двух? Наёмники из «Уже-всё?». С тех пор как два года назад они открыли здесь свой филиал, эти убийцы стали брать задания в нашей Палате Всех Дел, и нам почти ничего не остаётся!

— Но это же организация наёмных убийц, — не поняла Сун Наньши. — Они берут задания из Палаты Всех Дел?

— А что им делать, если ремеслом убийцы себя не прокормить? — усмехнулся тот. — Спрашивается, зачем вообще было открывать филиал в городе Хайи.

Все наперебой начали объяснять, и Сун Наньши уловила суть. Город Хайи был небольшим, и в нём располагалась лишь одна секта — Секта Радости Единения. Конфликтов с другими орденами не было. Вся секта была поглощена парным совершенствованием, и это умиротворение передалось всему городу, даже заезжим практикам. Конфликтов в городе было мало, а чужаки не горели желанием связываться с сектой, практикующей парное совершенствование. Поэтому, с тех пор как два года назад «Уже-всё?» открыли здесь свой филиал, заказов у них практически не было. В итоге наёмники из «Уже-всё?» оказались на грани нищеты и переключились на обычные задания из Палаты Всех Дел. При этом они действовали хитро: всегда приходили с жетонами убийц, словно крича о своей профессии, чтобы другие не смели с ними конкурировать. Все были возмущены, но молчали. Глава филиала на всё это закрывал глаза. Сун Наньши впервые слышала, чтобы наёмные убийцы умирали с голоду. Вот это да.

— Но говорят, их хозяин очень недоволен, — продолжил разговор один из практиков. — Два месяца назад он лично прибыл в филиал, чтобы навести порядок.

— Хозяин? — переспросила Сун Наньши.

— Ну да, хозяин всей организации «Уже-всё?», главарь убийц. Он такая загадочная личность, что его и днём с огнём не сыщешь. Даже когда их штаб-квартира в Чжунчжоу пострадала, он почти не появлялся. А тут приехал в этот крошечный филиал. Видимо, и правда очень недоволен своими наёмниками.

Сун Наньши поняла. Это был тот самый главарь убийц, который для простоты переименовал свою организацию из «Смерть в третью стражу» в «Уже-всё?» и превратил её в процветающую империю.

Она хотела спросить что-то ещё, но тут другой практик усмехнулся:

— Да бросьте, недоволен он! Никаких перемен не видно. Последние два месяца он нежится в объятиях жены главы Секты, ха-ха-ха!

Он пошло рассмеялся и многозначительно подмигнул остальным. Все тут же загоготали. Улыбка на лице Сун Наньши померкла.

Ободрённый поддержкой, тот мужчина вошёл в раж и громко заявил:

— Эта вдова всего год как мужа схоронила, а уже пустила к себе этого главаря убийц! Говорят, они старые знакомые, и он помогает ей разобраться с делами покойного мужа. Но кто знает, какими грязными делишками они там занимаются? По мне, так жена главы Секты Радости Единения и должна быть распутной, ничего такого. Но когда кто-то прелюбодействует с другим, а на людях изображает глубокую скорбь по мужу, меня это просто бесит…

Лицо Сун Наньши стало непроницаемым. Она не знала жену главы Секты, но слушать, как незнакомый мужчина с упоением обсуждает и осуждает чужую личную жизнь, было отвратительно. Практики из Секты Радости Единения в основном брали задания только внутри своей секты. В Палате Всех Дел было много вольных и странствующих практиков, которые никого не стеснялись. Слушая, как они снова и снова поносили «вдову», Сун Наньши почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Ей было противно даже дышать с ними одним воздухом.

Тем временем на втором этаже Палаты Всех Дел юноша, сжав кулаки, смотрел вниз. В его глазах горел огонь. Он уже собирался броситься вниз.

Но человек рядом с ним резко схватил его за руку и умоляюще прошептал:

— Малый глава Секты, госпожа велела вам не создавать проблем до вступления в должность. Нетерпение может всё испортить. Потерпите немного. Когда вы унаследуете пост, их жизнь и смерть будут в ваших руках, не так ли?

— Они оскорбляют мою мать! — процедил юноша сквозь зубы.

— Малый глава Секты… — прошептал слуга, покрывшись испариной.

Пока они препирались, снизу раздался ясный голос, прервавший болтовню мужчины.

— О, вы так хорошо осведомлены. Простите, вы что, живёте у жены главы Секты под окном? — холодно спросила девушка.

Оба на втором этаже замерли и посмотрели вниз. Там, скрестив руки на груди, стояла заклинательница с группой людей и холодно смотрела на них.

Болтун замолчал, а затем, вспыхнув от гнева и стыда, выпалил:

— Я хоть и не знаком с женой главы Секты, но такие вещи и так понятны!

— О, — с насмешкой протянула заклинательница. — Вы её не знаете, никогда не видели, но всё знаете в мельчайших подробностях. Похоже, вы превосходный гадатель.

Мужчина наконец понял, что девушка его намеренно задевает, и в ярости закричал:

— Что ты сказала!

Он бросился вперёд, собираясь пустить в ход кулаки. Красивый юноша лёгким, непринуждённым движением преградил ему путь, и мужчина рухнул на пол.

— Как же так, вы и на ногах-то не стоите? — удивилась заклинательница. Она усмехнулась. — Такой слабак? Советую вам в следующий раз потратить время, которое вы тратите на пустую болтовню, на совершенствование.

Сказав это, она, не обращая внимания на яростный взгляд мужчины, обратилась к юноше:

— Фэн-эр, пойдём.

Юноша споткнулся и беспомощно посмотрел на неё. Группа удалилась.

А двое на втором этаже застыли в изумлении.

Прошло немало времени, прежде чем юноша, когда те уже скрылись из виду, пришёл в себя и тут же приказал своему спутнику:

— Найди их.

— Но госпожа велела мне ни на цунь не отходить от малого главы Секты, — с трудом проговорил слуга.

— Тогда возвращаемся. А как вернёмся, пойдёшь их искать, — нетерпеливо сказал малый глава Секты.

— Но город Хайи такой большой, я даже их имён не знаю, — возразил слуга.

— Говорили же, того господина зовут Фэн-эр! — ещё более нетерпеливо бросил малый глава Секты.

…

На следующий день в резиденции главы Секты проходил набор слуг. Сун Наньши и её спутники отправились туда с тревогой в сердце. Они были морально готовы ко всему, но, прибыв на место и увидев море людей, почувствовали, как волосы на голове встают дыбом. Перспектива опорожнять ночные горшки стала ещё на шаг ближе. Конкурс на эту должность был похлеще, чем на госслужбу! Но отступать было поздно, и им пришлось, стиснув зубы, идти вперёд.

Первым этапом был отбор тех, кто будет развлекать жену главы Секты. Однако к этому испытанию допускали не всех. Требовался уровень развития не ниже Создания основ. Это отсеяло больше половины соискателей. Группа с облегчением переглянулась и последовала за управляющим во внешний двор, где начинался второй тур.

Всех собрали во дворе. Неподалёку, в беседке, скрытой за ширмой, кто-то был.

— Наша госпожа находится там, — объявил управляющий. — Покажите всё, на что способны. Кто удостоится её внимания, тот и получит место.

Все тут же воспряли духом.

В этот момент и Сун Наньши почувствовала некоторую уверенность. Хоть во второй тур прошло немало людей, но её команда владела всем — игрой на цине, шахматами, каллиграфией и живописью. Говорили, что у госпожи изысканный вкус. С такой-то командой главных героев, как у них, Сун Наньши не сомневалась, что они смогут покорить сердце любой госпожи! Лишь Юй Цзяоцзяо, потеряв всякую надежду, начала размышлять, как бы поприличнее опорожнять ночные горшки.

Пока все были погружены в свои мысли, начался отбор. Кандидаты должны были по очереди демонстрировать свои таланты. Тот, кто понравится госпоже, будет выбран. Во время жеребьёвки Сун Наньши заметила, как в стороне появился какой-то юноша и стал наблюдать. Но она не придала этому значения, посчитав его простым зевакой. Жеребьёвка закончилась, номера были определены, и отбор начался.

Сун Наньши вытянула неплохой номер и была в хорошем настроении, но тут первый же претендент вышел с цинем. Сердце Сун Наньши ёкнуло. Она тоже собиралась играть на цине, который одолжила у Цзян Юань. Но она тут же успокоила себя: «Ничего страшного, Секта Радости Единения — не самый большой орден. Даже дядюшка-наставник говорил, что мой талант пропадает зря. Хоть я и не практиковалась много лет, вряд ли здесь найдётся по-настоящему выдающийся музыкант…»

— Дзэнн!

Раздался первый звук струны. Сун Наньши застыла. За ним последовал целый каскад звуков. Сун Наньши внезапно увидела своё будущее, в котором она опорожняет ночные горшки. Вокруг лилась завораживающая музыка, а у неё темнело в глазах. Это… это…

Сун Наньши тут же посмотрела на данные этого претендента. В регистрационной книге было чётко указано: профессиональный практик звука. Уровень — Зарождающаяся душа. Сун Наньши потеряла дар речи. С такими способностями, что ты здесь делаешь?! Неужели сейчас такая дикая конкуренция? Сун Наньши молча присела на корточки рядом с младшей сестрёнкой, чтобы вместе с ней обдумать, как лучше опорожнять ночные горшки.

Однако даже после такой виртуозной игры из-за ширмы показалась лишь тень, махнувшая рукой. Управляющий, увидев это, с неизменной улыбкой сказал:

— Прошу прощения, бессмертная дева, прошу вас пройти сюда.

Её не выбрали. Тут и остальным стало не по себе. Если даже такое мастерство её не впечатлило, насколько же взыскателен вкус у жены главы Секты?

Затем был второй, третий. Второй был художником, чьё мастерство не уступало волшебной кисти Ма Ляна. Юнь Чжифэн на месте изменился в лице. Третий был шахматистом, который на глазах у всех решил безнадёжную партию. Чжу Сю ошеломлённо смотрела на него. Но и этих двоих не выбрали. К Сун Наньши и младшей сестрёнке, размышлявшим об опорожнении ночных горшков, присоединились ещё двое. Лишь старший брат-наставник улыбался во весь рот.

Конечно, Сун Наньши не собиралась так просто сдаваться и опорожнять ночные горшки. Она решила побороться за место для черновой работы. Пока они строили планы, одного за другим отсеивали талантливых претендентов. Все волновались всё больше. Какой же у этой госпожи изысканный вкус.

В этот момент вызвали Юй Цзяоцзяо. Она уже смирилась со своей участью и решила просто отбыть номер. Она вышла вперёд и глубоко вздохнула. Она не осмелилась заявить о разбивании камня на груди, боясь, что госпожа с её утончённым вкусом тут же выставит её за дверь. Поэтому она осторожно предложила:

— Тогда я, пожалуй, начну… с разбивания десяти плит рукой?

В толпе раздался смех.

Но из-за ширмы донёсся голос, звонкий, как пение иволги:

— Каких плит?

— Плит из зелёного нефрита, — инстинктивно ответила Юй Цзяоцзяо.

Плиты из зелёного нефрита — это вам не простые кирпичи. Хоть в названии и был «нефрит», но ими мостили площадки для тренировок практиков, и они были невероятно прочными.

Из-за ширмы на мгновение воцарилась тишина, а затем прозвучало:

— Что ж, попробуй.

Сун Наньши медленно открыла рот, чувствуя неладное. Младшая сестрёнка уже на месте принялась ломать плиты. Десять плит из зелёного нефрита, сложенные стопкой, она разрубила так же легко, как тофу. Смех в толпе смолк от удивления.

Человек за ширмой, казалось, вздрогнул, а затем спросил:

— У тебя есть ещё какие-нибудь таланты?

— А разбивание камня на груди считается? — растерянно спросила младшая сестрёнка.

— Но для этого кто-то должен бить по камню, верно? — спросила госпожа.

Сун Наньши осенило, и она тут же подняла руку:

— Я напарница младшей сестры по трюку с разбиванием камня на груди!

Все тут же уставились на Сун Наньши. Человек за ширмой тоже взглянул на неё и сказал:

— Тогда можно не продолжать. Эту девушку и её старшую сестру-наставницу я беру.

Сун Наньши с облегчением выдохнула и, обняв младшую сестрёнку, поцеловала её в щёку. Ха-ха-ха, ей не придётся опорожнять ночные горшки!

— Здесь также нужна работница для черновой работы. Есть желающие? — добавил голос из-за ширмы. — Я устала, так что если кто-то найдётся, выберем прямо сейчас, чтобы не проводить ещё один отбор.

Все пришли, чтобы бороться за место рядом с госпожой, поэтому энтузиазма не проявили. Но вторая наставница не стала упускать шанс и тут же заявила:

— Я! Я превосходно владею мечом, так что с метлой уж точно справлюсь.

— Тогда будь по-вашему, — небрежно согласилась госпожа.

Юнь Чжифэн и Цзян Цзи опоздали на шаг. Глядя на трёх счастливых девушек, они вдруг почувствовали неладное.

В этот момент управляющий сказал:

— Кстати, ещё нужно опорожнять ночные горшки…

Он не успел договорить, как оставшиеся претенденты разбежались, не оставив и следа. О нет, остались Юнь Чжифэн и Цзян Цзи.

Управляющий взглянул на них и улыбнулся:

— Вы двое хотите побороться за право опорожнять ночные горшки? Если нет, я найду кого-нибудь из тех, кто записался снаружи.

Сун Наньши отчаянно засигналила им глазами. Хоть кто-то из вас должен попасть в резиденцию! Двое молчали. Они обменялись суровыми взглядами, как заклятые враги.

И вот возник вопрос. Кому же достанется эта завидная честь — опорожнять ночные горшки?