Когда троица направилась в их сторону, она поспешила укрыться у станка в противоположном углу. Сокурсница, стоявшая рядом, мельком взглянула на неё, но Суа сделала вид, что ничего не заметила, и продолжила отрабатывать движения.

Тем временем они медленно обошли зал и подошли совсем близко. Суа думала, что, описав круг, они вернутся к дверям, но мужчина остановился прямо там, где стояла она.

Притворяясь, что полностью поглощена экзерсисом, она ловила каждое слово, доносившееся из-за спины. Впрочем, ничего нового: хвалебные оды факультету и дежурные восторги в адрес матери мужчины — некогда знаменитой балерины. Ни единой зацепки, которая прояснила бы его мотивы.

Зачем он здесь? Такой занятой человек едва ли стал бы тратить время на поездку в академию без веской причины, будь то будни или выходные.

Неужели ему стало любопытно, как я учусь? Или, вернее, каково мне здесь с вибратором внутри?

От этой мысли по спине пробежал холодок.

Она как раз делала плие, но в какой-то момент замерла, плотно сведя ноги.

— Ах...

На её руку, сжимавшую станок, легла широкая ладонь. Вздрогнув, Суа обернулась: мужчина по-прежнему стоял к ней спиной и как ни в чём не бывало беседовал с профессором. Он просто протянул руку назад и накрыл ладонь Суа своей. На лицах ректора и профессора, стоявших к ним лицом, читалось явное желание сделать вид, что они ничего не замечают.

Мужчина не мог не понимать, что все взгляды сейчас прикованы к ним, и всё же он дерзко принялся поглаживать её пальцы. Когда же он попытался разжать их, чтобы переплести со своими, Суа не выдержала и первой отняла руку.

— Фрау Чон.

Неизвестно, какую выгоду усмотрела в этой сцене профессор Шрайбер, но она тут же обратилась к Суа, делая её центром внимания.

— Фрау Чон — одна из наших самых многообещающих учениц, она делает поразительные успехи. Её ждёт большое будущее.

Причина, по которой профессор рассыпалась в похвалах, каких Суа прежде никогда не слышала, глядя на мужчину тем самым взором, что обычно предназначался только Ивонн, была очевидна. В глазах преподавательницы их отношения выглядели более чем близкими.

Одна эта мимолётная вольность окончательно закрепила за Суа статус его возлюбленной. Даже если он не знал о ходивших слухах, он не мог не понимать, к каким сплетням приведёт подобное поведение на людях. Зачем же он пришёл и ведёт себя так?

Она окончательно запуталась в том, кем она для него является.

— Ивонн.

Словно Суа была лишь приманкой, профессор Шрайбер тут же позвала свою любимицу и лично представила её гостю. Роль главной героини моментально сменилась ролью массовки. Суа тихо отступила и снова взялась за станок, но всё её внимание было приковано к разговору за спиной.

— Фрау Майер — такая же талантливая и перспективная ученица. Её дарование, техника и усердие безупречны. Это балерина, которой достаточно дать крылья, и она воспарит над сценой. Я очень хотела вас познакомить.

Это прозвучало как прямой призыв вкладываться в многообещающую Ивонн, а не в «бездонную бочку» вроде Суа. Однако мужчина ответил резким отказом. Он не просто вернул разговор к Суа, но и снова привлёк её к себе.

— Благодарю, но я заглянул только для того, чтобы подбодрить мою Жизель.

— В таком случае, не желаете ли взглянуть на партию в исполнении фрау Чон? Как раз сейчас...

— Мне и так выпала удача видеть это каждый день, так что в этом нет необходимости. Я и без того отнимаю у вас слишком много учебного времени.

— Ах...

Профессор неловко улыбнулась, и Суа опустила глаза. К щекам прилил жар.

— В любом случае буду ждать спектакля.

Попрощавшись с профессором, мужчина перевёл взгляд на Суа. Он обнял её за плечи, коснулся губами лба и прошептал:

— Я подожду снаружи. Постарайся.

На этот раз он не стал притягивать её к себе, а сам склонился для поцелуя. Возможно, из-за того, что вокруг были люди... Хотя нет. Если бы его это заботило, он бы вообще ничего не делал. И почему этот шёпот, предназначенный ей одной, прозвучал так ласково? Не только интонация, но и сами слова были как у любящего человека. 

В такие моменты в душе невольно вспыхивала надежда: а вдруг он всё еще любит её?

Когда он вышел, Суа какое-то время отрешённо смотрела на закрытую дверь, пока её не привёл в чувство резкий хлопок в ладоши. Профессор Шрайбер указала на место перед зеркалом и нажала на кнопку пульта.

Всё еще пребывая в смятении, Суа начала танцевать вариацию Жизели из первого акта. Время от времени она ловила взгляд профессора — та выглядела довольной как никогда.

У меня получается.

С пришедшей уверенностью движения стали точнее, а улыбка — естественнее.

«Постарайся».

Я смогу.

Если прошлой ночью Чон Суа была лишь инструментом для чужой прихоти, то в этот миг она существовала только ради искусства.

Она вздрогнула.

На самой грани между искусством и непристойностью стоял этот мужчина.

Вибратор включился в тот самый миг, когда она, встав на пуанты, высоко подняла ногу в арабеске. Она вздрогнула, на мгновение теряя устойчивость. Кое-как завершив движение, Суа перешла к следующему, опасливо поглядывая на профессора. У той был намётанный глаз, она не могла не заметить осечку, но хранила молчание — видимо, решила досмотреть до конца, прежде чем выносить вердикт.

Приходилось двигаться через силу, а дрожь внутри и не думала утихать. З-з-з... Из-за музыки этот гул, сотрясавший тело, слышала только она. Но дело было в самой вибрации. Чем ближе танец подходил к кульминации, тем сильнее становилась дрожь, словно стремясь довести до пика и саму Суа.

— Кх... — она сохраняла на лице невинную улыбку, с трудом подавляя рвущийся наружу стон. Внутри всё взмокло; с каждым движением посторонний предмет сползал ниже, и каждый раз, когда Суа судорожно сжимала мышцы, стараясь его удержать, возбуждение накатывало с новой силой. 

Танец, возбуждение и страх — дыхание сбилось, стало втрое тяжелее, казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— Ах... 

Пока она крутила серию пируэтов, вибратор постепенно сползал вниз, и в тот момент, когда Суа опустилась в реверансе, он едва не выскочил из влагалища. В ужасе она резко выпрямилась, напрягая мышцы так сильно, будто под ногами разверзлась земля.

Музыка стихла. Суа, несмотря на помеху, довела партию до конца. Но мужчина не остановился.

В наступившей тишине едва уловимый звук вибрации стал слышен даже снаружи. Суа не решилась подойти к профессору и замерла в отдалении, ожидая оценки.

— Видно, что ты усердно тренировалась, — произнесла профессор, и она облегченно выдохнула. Больше всего её радовала не похвала, а то, что голос преподавательницы, разнёсшийся по залу, заглушил предательское жужжание.

Пока шёл разбор, Суа тяжело дышала, плотно сведя ноги. Никто и представить не мог, что сейчас она всеми силами пытается затолкнуть вибратор глубже, работая одними лишь мышцами бёдер.

— Да, всё хорошо, но вот мимика... — Суа наконец оторвала взгляд от пола и посмотрела на профессора. Ей всегда говорили, что актёрское мастерство — её сильная сторона, поэтому услышать критику именно в этот адрес было неожиданно.

— Ты похожа не на девушку, охваченную первой любовью, а на женщину, упоенную экстазом первого секса.

От этих резких слов сердце её пропустило удар. Она видела, как студентки поджимают губы, пытаясь скрыть смешки, или откровенно хихикают. Она так отчаянно старалась всё скрыть, а в итоге всё было написано у неё на лице.

Она чувствовала, как лицо в мгновение ока заливает густой краской. Только бы они не поняли остального... Она беспокойно шевелила пальцами сложенных рук, которыми пыталась прикрыться.

— И ещё одно. Почему ты так зажимаешься во время прыжков? Стоило избавиться от одной дурной привычки, как тут же появилась другая.

Не будь этого, привычка бы не появилась. Я могла бы справиться. Могла бы хоть раз станцевать идеально. Но он всё испортил.

Снова зазвучала музыка, урок продолжился. Суа вернулась к станку, пальцы на поручне неудержимо дрожали. Вибрация внутри тоже не прекращалась. Нужно было поднимать ноги, но она отчётливо чувствовала, как внизу становится всё мокрее. С лица, которое только что пылало, сошла вся краска, оно стало мертвенно-бледным.

Ей хотелось умереть. Суа тайком сглотнула слезы.

В конце концов она не выдержала. Улучив момент, когда профессор отвлеклась, Суа незаметно выскользнула из зала и спряталась в дальнем углу раздевалки.

Пожалуйста, ну же, ответь... Она звонила трижды, но мужчина не брал трубку.

[Где вы?]

«Ты совсем спятил?!» — хотелось закричать ей, но она подавила гнев и перешла к мольбам.

[Что мне сделать, чтобы вы его выключили?]

[Господин, пожалуйста, прекратите.]

[Всё слышно. Я с ума схожу от страха, что, когда я поднимаю ногу, видно, как я намокла.]

Впереди был ещё один урок танцев. Если так пойдёт и дальше, её точно раскроют. И без того шепчутся, что она лиса, соблазнившая спонсора ради роли, а теперь ещё добавят, что она нимфоманка, танцующая с вибратором внутри.