— Я выйду! — ее голос даже через телефон был полон ярости, и Фу Шэнь Син, услышав, как она скрипит зубами, не смог сдержать лёгкой улыбки.

— Хорошо, я жду.

Она вышла быстро. Едва покинув ворота жилого комплекса, Хэ Янь сразу заметила чёрную машину, припаркованную на обочине тихой улицы. Зимняя ночь, да ещё и в таком уединённом месте, почти не оставляла прохожих, но она всё равно огляделась по сторонам, прежде чем подбежать к машине. Резко открыв заднюю дверь, она посмотрела на Фу Шэнь Сина с мрачным выражением лица и спросила:

— Чего ты хочешь?

Он наклонил голову в сторону салона и спокойно сказал:

— Садись.

Хэ Янь стиснула зубы, наклонилась, чтобы забраться в машину, но едва успела занести одну ногу, как он внезапно схватил её за руку, втянул внутрь и усадил к себе на колени. Затем, удерживая её за затылок, наклонился и поцеловал её. Она вздрогнула от неожиданности, начала отчаянно вырываться, отстраняясь назад, и гневно крикнула:

— Фу Шэнь Син, ты что делаешь?!

Наверное, потому что сегодня был её день рождения, одета она была особенно нарядно: ярко-алое кашемировое пальто, длинный шерстяной свитер кремового цвета, а под ним — нежно-розового цвета белье, которое делало её кожу ещё более белоснежной и нежной. Яркие губы казались сочными спелыми ягодами, манящими, прекрасными, словно картина, способная заворожить любого.

Хэ Янь была и напугана, и зла, но вырваться не могла. В какой-то момент она заметила, что дверца автомобиля всё ещё приоткрыта, и сердце тут же забилось ещё сильнее. Паника охватила её. Она изо всех сил отталкивала его, умоляя сквозь зубы:

— Закрой дверь, не здесь!..

Только тогда он остановился, его взгляд плотно впился в её лицо. Затем он поднял руку и нажал на автоматическую кнопку закрытия дверцы, после чего включил громкую связь и отдал приказ А Цзяну, сидящему за рулем:

— Поехали.

Автомобиль плавно тронулся. Двойные стёкла полностью изолировали салон, оставив тихий, замкнутый мир. В этой тишине его голос звучал низко и хрипло:

— Сними всё сама. Всё же лучше, чем если я порву. Ты как думаешь?

Её лицо побледнело, но глаза оставались тёмными и глубокими, полными злобы и ненависти. Она просто молча смотрела на него и, не отводя взгляда, принялась медленно снимать одежду. Скинула пальто, скомкала свитер… Когда её руки потянулись назад, чтобы расстегнуть застёжку, он вдруг перехватил её ладонь и медленно наклонился вперёд. Горячее дыхание с лёгким привкусом алкоголя коснулось ее шеи.

— Дай я, — сказал он.

Его руки обхватили её сзади, не спеша расстёгивая застёжку, а затем медленно заскользили вниз, задерживаясь на тонком изгибе талии, осторожно изучая, словно смакуя какое-то редкое лакомство. Он был голоден, он жаждал её, но при этом не торопился насытиться.

Её терпение уже было на исходе. Стиснув зубы, она зло выплюнула:

— Неужели нельзя сделать это побыстрее?! — сказав это, она попыталась встать.

Какой бы просторной ни была машина, места в ней всё же было недостаточно. Она пошатнулась, и её тело вдруг качнулось, едва не ударившись о пол.

Он вовремя подхватил её за спину и продолжил то, что она не успела сделать, после чего снова притянул к себе.

Всё это было слишком унизительно, слишком отвратительно. Глаза её покраснели, наполнились слезами, и, едва шевеля губами, она тихо произнесла:

— Фу Шэнь Син… Убей меня. Сделай хоть одно доброе дело, прошу.

— Нет, — его голос был хриплым и глухим, но абсолютно холодным.

Она медленно закрыла глаза. Губы её задрожали, зубы крепко сжались, и, произнося каждое слово отдельно, она прошептала:

— Фу Шэнь Син, если ты не убьёшь меня, я в один прекрасный день заставлю тебя пожалеть об этом.

— Правда? Тогда я подожду и посмотрю, как ты это сделаешь, — ответил он, но внезапно остановился. Упираясь руками по обе стороны от неё, он взглянул сверху вниз , насмешливо улыбаясь: — Хэ Янь, ты же не думаешь, что я не могу отличить, настоящие у тебя чувства или притворные? — его пальцы легко скользнули по её лицу. Он всё ещё слегка задыхался, но его слова были холодны, как лёд: — Лицо не краснеет, дыхание ровное, сердце не колотится. Хэ Янь, даже шлюхи из клуба играют лучше, чем ты.

Он был прав. Она не просто притворялась, она терпела. Казалось, что у неё уже не осталось даже сил ненавидеть его. Она молча смотрела на него, а затем тихо спросила:

— Тогда что ты хочешь? Чего еще ты от меня ждешь?

Он хотел подчинить её! Хотел, чтобы она в его руках теряла голову, хотел, чтобы она краснела, дрожала, плакала, теряя контроль… Он хотел слишком многого, но в итоге лишь усмехнулся и грубо прошептал ей на ухо:

— Я хочу, чтобы ты меня умоляла.

— Хорошо, я умоляю, — безжизненно повторила она.

Он наклонился и снова поцеловал её.

Она не сопротивлялась, как в прошлый раз, а просто закрыла глаза и попыталась обмануть себя. Нет, это не он. Это Лян Юань Цзэ. Её муж, которого она любит и наслаждается всем, что он ей дарит.

Когда всё закончилось, прошло немало времени, но он всё ещё не хотел отстраняться, и она тоже не двигалась, продолжая лежать с закрытыми глазами, молча. Он приподнялся, глядя на её лицо, с некоторым сожалением наблюдая, как краска сходит с её щёк. Наклонившись, он слегка коснулся кончика её носа и хрипло сказал:

— Если бы ты с самого начала была такой послушной, всё было бы проще.

Только тогда она резко открыла глаза и с силой оттолкнула его.

Но он не разозлился. Молча посмотрел на её суетливые движения и даже протянул ей влажную салфетку. И, как ни странно, неожиданно мягко спросил:

— Хочешь принять душ?

Как она могла? Убежать со своего дня рождения и вернуться домой после душа? Как объяснить это родным?

Сердце её было полно ярости, но ей даже кричать на него было страшно. Опустив глаза, она равнодушно натягивала на себя одежду:

— Не нужно. Отвези меня обратно. Меня ждёт семья.

Он счел ее поведение неблагодарным. Только что он почти проникся к ней тёплыми чувствами, но теперь… Он зло усмехнулся, нажал кнопку громкой связи на центральной консоли и приказал:

— А Цзян, возвращаемся.

— Понял. — Голос телохранителя был бесстрастным.

Машина развернулась и поехала обратно, вскоре вернувшись на ту же тихую улицу. Едва машина остановилась, Хэ Янь распахнула заднюю дверь, выпрыгнула и, не оглядываясь, пошла вперёд. Но не успела она сделать и нескольких шагов, как услышала, что Фу Шэнь Син зовёт её:

— Хэ Янь.

Ей пришлось обернуться. Он тоже вышел из машины, засунув руки в карманы брюк. В своём безупречном костюме он смотрел на неё с лёгкой, почти насмешливой улыбкой:

— Учитель Хэ, иди осторожнее. Не дай бог твой муж заметит что-то лишнее.

Она посмотрела на него и ответила:

— Хорошо.

Лян Юань Цзэ не заметил ни малейшего подвоха. Он так доверял ей, что никогда бы даже не подумал усомниться. Он видел лишь усталость на её лице, чувствовал жалость к ней, а когда они вернулись домой, даже сказал:

— Если работа слишком утомляет, увольняйся. Всё равно после защиты докторской тебе придётся искать новую. Зачем так выматываться ради этих студентов? Даже день рождения толком отпраздновать не можешь.

Хэ Янь до боли хотелось разрыдаться. Чувство вины и стыда разъедало её изнутри, и она даже не смела смотреть Лян Юань Цзэ в глаза. Стараясь изобразить улыбку, она схватила чистую одежду и направилась в ванную, на ходу бросив:

— Просто сейчас конец года, работы много.

Заперев дверь, она долго плакала в одиночестве, затем снова и снова отмывала своё тело, пока, наконец, не смогла заставить себя выйти.

Лян Юань Цзэ сидел в гостиной и смотрел телевизор. Заметив её красные глаза, обеспокоенно спросил:

— Что случилось?

— Ничего, просто шампунь попал, когда мыла голову, — спокойно ответила она, стараясь выглядеть естественно. Она села рядом, прислонившись к его плечу, и молча уставилась на экран телевизора. Вдруг, ни с того ни с сего, она сказала:

— Юань Цзэ, давай разведёмся?

Он вздрогнул от неожиданности.

— Что?..

Она посмотрела на него покрасневшими глазами, но через несколько секунд расхохоталась. Не в силах остановиться, она смеялась, пока не упала на диван.

Он поспешно потянулся к ней, потрясённый таким поведением:

— Янь-янь, что с тобой? Чего ты смеёшься?

Она продолжала смеяться, уткнувшись лицом в диван, будто со смехом выливая наружу все слёзы. А затем, вытирая уголки глаз, сказала:

— Я пошутила. Сегодня в школе коллеги шутили, что если жена внезапно предложит мужу развод, то у каждого будет своя необычная реакция. Вот мы и поспорили, кто как ответит.

Он, конечно, поверил. Немного раздражённо, но с нежностью потрепал её по голове:

— Озорница, напугала меня. Больше так не шути. Слово «развод» — это не то, над чем можно смеяться.

Она вытерла слёзы, но на этот раз не успокоилась, а продолжила настаивать:

— Ты так и не ответил!

— На что? — спросил он. — На развод?

— На мой вопрос. Если я скажу, что хочу развестись, что ты сделаешь?

Лян Юань Цзэ нахмурился, явно не желая отвечать на этот вопрос, но, видя её настойчивость, всё же сказал:

— Хорошо, я скажу. Если ты подашь на развод, потому что больше меня не любишь, то… я отпущу тебя. Потому что я тебя люблю. Но если ты всё ещё любишь меня, но из-за каких-то посторонних проблем хочешь уйти… тогда мы просто решим эти проблемы. Всё, что я могу решить сам, я решу. А если не смогу один — мы решим их вместе. Потому что мы любим друг друга.