Над голубым озером летела в окружении четырёх истребителей большая летающая лодка. Боевые самолеты держались на расстоянии, будто бы сопровождали пассажирский самолёт.

– Это так круто! Истребители! – слышались возгласы в пассажирском салоне.

– Хочу на таком полетать!

– Насчёт истребителей никто не говорил! Спорим, Мастер хотел сделать сюрприз?

– Мастер крутой!

– Мы так и дальше полетим?

Дети совершенно не волновались.

– Да чёрт побери, никто не узнает, если мы их собьём, – шли переговоры между военными лётчиками.

– Не знаю, кто они, но они идиоты, раз не прыгают.

Пилоты обсуждали опасные вещи.

– Что? Ты что-то придумал, Трейз? – в кабине летающей лодки тоже шёл разговор.

Лилия поджаривала своего спутника, сидевшего слева на месте первого пилота.

– Я вычислил способ перевернуть ситуацию с ног на голову, – ответил юноша, встретившись с ней взглядом.

– И?

– Ну… заранее предупреждаю, это будет очень опасно. И по-настоящему рискованно.

– Хорошо, ну и расскажи. Тебе это ничего не стоит.

– Хорошо… Мы их протараним летающей лодкой.

Лилия молча уставилась на Трейза с поднятыми в недоверии бровями. Несколько секунд прошло в тишине.

– Ты с ума сошёл?

– Нет. Если возможно, надо будет ударить их концом крыла – они довольно-таки широкие, знаешь ли. Если попасть по пропеллеру, то никакой истребитель не выдержит.

– Думаю, один мы достанем, если дотянемся, пока они будут отвлекаться. А что насчёт остальных? – Лилия указала на очевидную проблему.

– Это просто, – объяснил Трейз. – Сбитый самолёт будет вынужден послать вместо нас сигнал бедствия.

– Хм… понятно.

Лилия задумалась, но через несколько секунд впечатлённо кивнула.

– Я поняла твою идею. Как только пилот выпрыгнет с парашютом, самолёт сам подаст сигнал.

– Ага. Лишь бы он его не выключил перед прыжком.

– Как только маяк заработает, кто-то его услышит и придёт на помощь. Тогда они по нам стрелять не смогут.

– Ага. Но в плане есть несколько дыр. Во-первых, нет гарантий, что получится хотя бы одного сбить. Если они уклонятся или мы получим критические повреждения – всё, конец. Дальше, мы не знаем точно, что пилот подбитого самолёта выпрыгнет или что сигнал бедствия сработает. Может быть ему удастся спланировать и как-то уйти на вынужденную посадку. В-третьих, даже если аварийный маяк заработает, наши друзья могут потерять терпение и всё-таки нас сбить. В-четвертых, даже если они окажутся исключительно терпеливыми, помощь может вообще не прийти. Или, что хуже всего, это окажутся их подельники.

– Это… много дыр.

– “Несколько” было натяжкой, наверное.

– В любом случае других вариантов у нас нет, верно?

– Сейчас нет. Что ты думаешь? Стоит попробовать? Решать тебе, Лилия.

– Любопытства ради, а что произойдет, если мы этого не сделаем?

– Мы или будем безудержными оптимистами, наденем парашюты и будем рассчитывать на то, что эти типы проявят милосердие. Или же мы каким-то образом сможем удрать от истребителей на тяжёлом самолёте.

– Какие шансы выжить? Для всех тех, кто на борту?

– Приближаются к нулю… нет, даже не настолько высокие, – уверенно ответил Трейз.

– Давай это сделаем. Сотрём наглые ухмылки с их рож, – злобно улыбнулась Лилия, кивая.

– Скоро начнётся турбулентность, так что скажи детям пристегнуться.

– Хорошо.

Лилия и Карло стояли рядом с грузовым отсеком. Поскольку самолёт слегка трясло, они держались за поручни.

– Не забудь им сказать, что истребители могут устроить крутое шоу в воздухе.

– Понял. Не парься, за это лишнего не возьму.

– Хороший мальчик. Рассчитываю на тебя, – Лилия наклонилась и слегка поцеловала Карло в лоб.

Он не выглядел особенно счастливым.

– Побереги поцелуи для старшего братца. Уверен, что он обрадуется.

– Может быть по настроению, – рассмеялась Лилия.

– Придётся.

Они расстались, смеясь. Когда девушка вернулась в кабину, Трейз специально заставлял самолёт трястись, и при этом напропалую врал по радио.

– Я никогда раньше, чёрт побери, самолётом не управлял! Просто пытаюсь справиться с помощью здравого смысла! Эта штуковина внезапно стала нестабильной – что делать?

Лилия подняла в одобрении вверх большой палец, возвращаясь на место второго пилота. Когда она надела наушники, в них раздался голос капитана: “Как я уже и говорил, вы можете спастись без детей. Самолёт упадёт в озеро, что бы вы не делали. Но вы всё ещё можете выжить. Когда мы вас оставим, даже этот шанс исчезнет. Подумайте тщательно”.

– Как думаешь, купились?

– Не знаю. Но буду делать вид, что я в отчаянии, – Трейз ответил, продолжая раскачивать летающую лодку.

Лилия пристегнулась. Потом проверила, что Трейз тоже в безопасности.

– Я готова.

– Я тоже.

– Поехали, – Лилия откинулась на спинку кресла и положила руки на подлокотники. Когда она повернулась, то обнаружила, что Трейз смотрит на неё. Столь серьёзного выражения лица у юноши она раньше не видела.

– Что?

– Хотел тебе кое-что сказать на случай, если не выгорит. Прости. Мне действительно жаль.

Лилия расхохоталась.

– Да ну, извинишься после провала. Пока не попробуем, не узнаем… Ну точно. Если всё сработает как надо, и мы выберемся из передряги живыми…

– Да?

– Я тебя поцелую.

– Что? – ахнул Трейз, удивившись до предела.

– В лоб, – усмехнулась Лилия. – Карло один уже получил и сказал, что ты тоже будешь счастлив.

– Ладно. В лоб, – рассмеялся юноша.

– Хорошо, начали. Правый? Левый? Решил уже?

– Попробую с правым. Стрелять они сразу не будут, потому что подумают, что мы на север поворачиваем.

– Отлично! Начинай, Трейз! Это приказ!”

– Так точно, мэм! – Трейз улыбнулся и закрыл глаза.

Когда он их открыл и мягко выдохнул, его лицо приобрело смертельно серьёзное выражение. Он посмотрел на панель приборов, потом на ветровое стекло, а потом на небо.

– Прибавим обороты.

Правой рукой он схватился за рычаги газа над головой. И по очереди потянул все четыре. Двигатели ускорились. Секундой спустя массивная летающая лодка обогнала истребители.

– Эй! Что творится? – он закричал в микрофон, устраивая самое убедительное актёрское представление в своей жизни. – Моторы! С ними что-то не так, чёрт побери!

Продолжая вопить, он посмотрел, где находится ближайший к ним самолёт. Лилия пригнулась.

Летающая лодка вырывалась вперёд.

– Капитан!

– Увеличить скорость!

Через несколько секунд все четыре истребителя тоже ускорились, ещё быстрее пассажирского самолёта. Чтобы догнать его, понадобилось всего три секунды.

“Вот!” – Трейз наклонил рукоять управления вправо и вдавил в пол правую педаль. Летающая лодка резко накренилась вправо, небо будто завалилось набок. Истребители тоже, сократив при этом дистанцию.

– Берегитесь!

Предупреждение поступило от самого дальнего самолёта справа. Он быстро повернул направо и изменил курс. Но другой пилот замешкался, повторяя манёвры своего товарища.

Когда он снова посмотрел вперёд, перед фонарём его кокпита уже виднелось правое крыло летающей лодки. Длинное толстое крыло сверкало серебром, опускаясь на его самолёт.

“Получай!” – закричал Трейз, и кончик крыла ударил по истребителю. Пропеллер последнего вгрызся в крыло. Металлический скрежет был слышен даже в кабине пилотов.

“Отлично! – закричала Лилия. Трейз сразу же потянул рукоять управления в другую сторону. Летающая лодка выровнялась.

Протараненный истребитель остался без пропеллера. В воздухе летели осколки. Секунды три повреждённый самолёт следовал за летающей лодкой, будто бы ничего и не произошло. Потом накренился вперёд и начал пикировать под вопли своего пилота. От двигателя повалил белый дым.

– Капитан! Столкновение! Третий столкнулся!

– Черт побери! Ублюдок это специально подстроил!

– Успокойтесь. Я обо всём позабочусь. Держите формацию.

Эфир заполнили напряжённые голоса. Трейз вклинился в радиообмен.

– А-а-а! Что происходит? Самолёт вышел из-под контроля!

Лилия фыркнула, не в состоянии сдерживать смех.

Летающая лодка вышла из поворота и теперь лениво летела на север. На правом крыле образовалась выщербина в паре метров от его конца, но на лётных качествах это заметно не сказалось.

Ниже истребитель пикировал к поверхности озера, оставляя за собой дымный след. Дети в пассажирском салоне это видели.

– Вау! Кто-то падает!

– Быть не может!

– Пустите посмотреть!

Отстегнув ремни, они сгрудились с правой стороны.

– Вау!

– Реально падает. Круто!

– Удивительно!

Они прекрасно проводили время, прилипнув к иллюминаторам.

– Интересно, а с истребителем всё будет хорошо?

– Конечно же. Говорил я вам, это большое шоу. Круто ведь, правда? – объяснил Карло восторженным детям.

– Ага! – хором ответили они.

В салоне было шумно, а голоса по радио были ещё громче.

– Капитан! Он мне снёс пропеллер! Двигатель неисправен! Всё в дыму! – паниковал пилот падающего самолёта.

– Успокойся. Всё будет в порядке – поплавки целые. Планируй на посадку. Всё будет хорошо.

Держа падающего подчинённого в поле зрения, капитан пытался привести его в чувство, летя кверх ногами.

– Но сэр! Индикатор неисправности двигателя! Дым! Всё конечно! Я покидаю самолёт!

– Успокойся. С тобой не покончено. Когда у тебя день рождения? Отвечай на вопрос.

– Никогда! Не могу день рождения найти! Дым!

– Сделай глубокий вдох, потом подумай. У тебя ещё есть запас высоты.

– Не могу её найти! Я потерял высоту! Индикатор двигателя! Не могу! Надо спасаться!

– Заглуши мотор. У тебя правый крен шестьдесят градусов. Выровняйся. Глаза на приборах. Попробуй. Ты можешь.

“Да ну, прыгай. Прыгай уже!” – капитан оставался совершенно спокоен, пока Лилия отчаянно молилась в кабине летающей лодки о том, чтобы лётчик выпрыгнул.

– Не могу! – закричал он секунд через десять после тарана.

Он прекратил выходить на связь.

– Интересно, что случилось?

– Кто знает.

Прошло секунд тридцать с момента последнего сообщения по радио. Вокруг пассажирского самолёта всё ещё летели три истребителя.

“Наверное, придётся извиниться”, – Трейз нажал кнопку вызова.

– Это летающая лодка. Что случилось? Мы столкнулись?

– Варежку захлопни! – поначалу раздалась рассерженная ругань.

– Кто, чёрт побери, разрешал поворачивать?!

– Мне… мне жаль! Самолёт просто… вышел из-под контроля… Что случилось?

– Не верю. Я знаю, что ты это специально сделал!... Черт побери, да я тебя немедленно собью!

– Эй, погоди! Жди приказа капитана, – успокоил его другой лётчик.

– Становится интересно. Хочешь присоединиться? – предложил Лилии Трейз.

– Я? – та показала на себя в удивлении.

– Уверен, что женский голос их точно врасплох застанет. Теперь нужно тянуть время так, будто от этого наши жизни зависят. Попробуй самый милый голос, будто ты настоящая леди.

– Непростая задача.

Лилия нажала на кнопку вызова: “Спасите! Я не хочу умирать!”

Голосок оказался неожиданно милым.

– Как тебе? – Лилия быстро повернулась к Трейзу.

– Неплохо, – он ответил.

Радио ожило.

– Эй… кто это? Отвечайте!

– Слушайте, у нас на борту ещё один сопровождающий! Пожалуйста, не навредите ей, – взмолился Трейз, снова актёрствуя. Потом он обратился к спутнице. – Ещё несколько слов, Лилия. Будто ты с ума от страха сходишь.

Режиссировать представление Лилии он тоже не забывал.

– Помогите! Я не хочу здесь оставаться!

– Какого… Почему на борту женщина?

– Я… отправилась в полёт, чтобы дети не испугались. Не стреляйте в меня, пожалуйста!

– Вау, а ты мило звучишь, – Трейз с трудом сдерживал смех. Левая рука девушки незамедлительно ответила ударом кулака в его плечо.

– Мы это снова и снова повторяем – у вас есть парашюты. Прыгайте из самолёта, и выживете. Быстро решайте! Мы вас вдребезги разнесём!

Оскорблённый пилот вылетел перед летающей лодкой и демонстративно помахал элеронами.

– Боже, были бы мы на истребителе, я бы его уже сбила, – пробормотала Лилия.

– Пока что всё в порядке. Мы преодолели первое препятствие.

– Прыгайте, чёрт побери! – закричал лётчик, но его прервал капитан.

– Хватит. Вернуться в формацию.

– Капитан!

– Капитан, а что с третьим? – поинтересовался другой пилот. Лилия и Трейз сглотнули.

– Не беспокойтесь. Он выпрыгнул с парашютом. Потом подберём его на озере.

– Отлично!

– Так точно, сэр!

Пилоты явно обрадовались.

– Прекрасно!

– Это второе препятствие! – Лилия и Трейз пришли в гораздо больший восторг от информации. Они на радостях даже обнялись.

– А теперь надо просто тянуть время, – Трейз нажал на кнопку микрофона. – Как там пилот? Он в безопасности?

Обеспокоенность в его голосе была искренней.

– Да. Но не вашими стараниями, ублюдки, – ответил капитан. Трейз вздохнул с облегчением.

– Слышал? – заметила Лилия. – Уже от “вы” к “ублюдки” перешёл.

– Думаешь, мы стали друзьями?

– У него спроси.

– Ха. Неважно. Вдруг на чай позовёт?

Пока Лилия и Трейз перебрасывались шутками, заговорили другие лётчики.

– Капитан. На борту летающей лодки женщина.

– Я слышал. Отвечайте!

“Какого чёрта…”, – пробормотала Лилия. Потом ответила по радио.

– Почему… зачем вам делать нечто столь ужасное?!

Играла она лишь наполовину.

– Серьёзно, они с ума сошли? – спросила она у Трейза.

– Мне жаль, но самолёт должен разбиться, – ответил капитан.

– Почему? Я не понимаю.

– Не поймёте, даже если бы объяснили, – немедленно ответил лётчик.

– Хорошо. Задавай вопросы, – попросил Лилию Трейз.

– Пока не скажете, не будете уверены!

Ответа не было.

– Почему вы это делаете? Зачем? Для чего вам устраивать трагедию в вашей любимой стране?

Пять секунд пролетели в тишине. Лилия уже было потянулась к кнопке микрофона…

– … Нет. Совсем наоборот, – наконец-то заговорил капитан.

– Наоборот? – нахмурился Трейз.

– Что вы имеете в виду? “Наоборот”?

– Дети на летающей лодке… – ответил капитан бесконечно спокойным тоном, —... умрут ради будущего нашей страны.

Лилия и Трейз вопросительно переглянулись.

– Что он несёт?

– Послушаем. Топливо ещё есть?

– Ага. Продолжай играть местную.

Лилия нажала на кнопку микрофона. Истребитель капитана был слева и сверху от летающей лодки.

– Я не понимаю. Эти бедные несчастные дети только что получили шанс на новую жизнь под опекой Мастера. Зачем им умирать ради нашего будущего?

Лилия едва ли играла роль. Трейз посмотрел на её профиль, крепко сжимая рукоять управления.

– Их смерть станет благородным жертвоприношением, – ответил капитан. – Они переменят судьбу Толкашии.

– А? Да что он имеет в виду? – вслух спросил Трейз. Лилия повторила его слова по радио.

Некоторое время капитан молчал. Но несколько секунд спустя, когда Лилия и Трейз снова переглядывались, ответил.

– Когда летающая лодка разобьётся и дети погибнут, шокирующая трагедия станет темой номер один в Конфедерации, – объяснил военный.

– Верно, – кивнул Трейз. – Рокше в состоянии мира. Однозначно попадёт в новости. Страну наводнят операторы со всех телеканалов.

– Когда это случится те, кто не знают о нашем жалком состоянии – и те, кто знают, но предпочитают его игнорировать – обратят на нас внимание. Вся Рокше будет в курсе того, что тут происходит. Для этого дети и умрут.

– Серьёзно? – ахнул Трейз, посмотрев на самолёт справа от себя и пилота внутри.

– … Что… вы сказали? – Лилия заикалась, не веря собственным ушам. Она уже почти из роли вышла.

– Эти дети станут центром трагедии. Трагедия объединит Толкашию и привлечёт помощь из Столичного округа. Они станут фундаментом нашей жизни. Сейчас, когда туристическая отрасль идёт ко дну, и наш бюджет секвестирован, ничего другого не остаётся.

– Погодите… значит… вы собираетесь убить группу детей и выдать это за несчастный случай просто ради того, чтобы получить немного жалости от Столичного округа? Вы с ума сошли?

– Мы долго и яростно спорили, прежде чем прийти к этому решению. Дороги назад нет. Мы должны идти вперёд, – твердо ответил капитан.

Лилия прервала разговор и повернулась к Трейзу.

– … Они правда с ума сошли. У этого типа из здравого только голос.

Трейз ничего не ответил, смотря в глаза Лилии.

– Они безумцы. Другого слова…

– Лилия.

– Что?

На лице Трейза сформировалась полуулыбка.

– Их план может сработать.

– Какого… Трейз! Как ты вообще так думать можешь? – заорала девушка.

– Успокойся… Лилия. Когда ты приехала в Лартику и увидела, как у местных плохо обстоят дела, это заставило задуматься, верно? Ты почувствовала вину за то, что не знала об их трудностях, верно?

– А?... Ну да.

– Именно. В Столичном округе просто не знают. Они живут мирно и благополучно, в полном неведении о том, что творится здесь. Им даже скучно. А теперь представь, что это попадёт в новости – дюжины мёртвых сирот, ревущие воспитательницы, и общая нищета на фоне. Каждый день по телевидению и радио. Как люди среагируют?

– Я…

– Думаю, они разозлятся и загрустят, как ты вчера. Верно? Я имею в виду, что не думаю, будто их план решит все проблемы, типа бедности. Но как начало может сработать.

– Ох… но всё же! Ты не можешь же серьёзно соглашаться с таким планом! – ответила Лилия.

На лице Трейза почти читалось веселье.

– Самолёт разбился, две дюжины детей погибли в трагическом инциденте. Кто может подумать, что это не был несчастный случай? Что это спланировали толкасийские военные? Предположим, мы никогда не отправились в эту поездку. Ты скучаешь в Столичном округе, включаешь телевизор и видишь новости. Ты подумаешь, что их собственные военные в ответе?

Лилия молчала.

– Мне ненавистна эта мысль, но план потрясающий. Абсолютно возмутительный и безрассудный. Его придумал или гениальный тактик, или безумец. А может и то, и другое, – признал впечатлённый Трейз.

– Не время впечатляться! – взбесилась Лилия.

– Не время. Но поразительно, когда нашёлся ответ на все загадки.

– Ты идиот! – проревела она, злобно смотря на спутника. – Надеюсь, тебя не устраивает то, что нам предстоит умереть вместе с детьми?

– Конечно же нет.

– Ну, я рада, что ты с ума не сошёл.

Трейз горько хихикнул и нажал на кнопку вызова.

– Позвольте задать один вопрос. Кто придумал этот план? Вы, капитан?

– Бессмысленный вопрос, – чётко ответил офицер.

“Видимо не он”, – пробормотал Трейз.

– Не верю! – закричала Лилия в микрофон, всё больше злясь. – Солдаты должны защищать свою страну! Пожертвовать детьми для спасения страны? Что за шутка! Есть же пределы идиотизму! Ещё не поздно, вам бы лучше немедленно осознать бредовость своего плана!

“Страшно”, – прошептал Трейз, слегка съежившись. Лилия уже больше не играла.

– Ради будущего Толкашии? Да прям! Эти дети, которых вы пытаетесь убить – вот будущее Толкашии! А вы, идиоты, идите и разбейте свои извращённые головы о ближайшую стену, – проревела девушка.

– Подозреваю, что попытка урезонить вас была бессмысленной с самого начала. Разговор окончен. Вы можете быть хорошим человеком, но нашей стране хорошие люди не помогут. В отличие от силы. Пока мы говорим, Толкашия стирается из рокшанской памяти. Мы должны привлечь внимание богачей и лентяев Столичного округа к нашей стране. Эту миссию мы осуществляем во имя высшего блага. Мы поведём Толкашию к светлому будущему.

Дрожащая, с выпученными глазами, Лилия не знала даже, что ответить. Она уже не могла сдерживать злость.

– Вот почему вы так далеко зашли?... Жизни детей… Доброта мистера Морсо… они для вас ничего не значат?...

Трейз покосился на Лилию, не отпуская ручку управления.

– Это моё последнее предупреждение, – вышел на связь капитан. – Вы двое всё ещё можете сбежать. Когда мы подберём своего товарища, вернёмся за вами. Клянусь честью. Мы можем ограничить вашу свободу, но сохраним ваши жизни. Я дам вам возможность увидеть, как эта страна изменится после жертвоприношения.

Было в голосе капитана что-то одновременно и угрожающее, и доброе. Лилия нажала кнопку вызова.

– Вы…

Она сняла палец с кнопки, сделала глубокий вдох и снова нажала её.

– … отвратительны! Мы в жизни не поступим так, как вы велите!

Радиоволны разносили её крик на километры вокруг.

– Вы – злодеи! У вас нет права называться солдатами, лётчиками или хотя бы просто людьми! Я гарантирую, что мирно вы не умрёте! Будущее Толкашии? Благородная жертва? Позволить умереть невинным людям – это всего лишь терроризм. Это преступление!

“Такими темпами они нас вполне могут сбить…” – пробормотал про себя Трейз.

Другие лётчики не ответили. Но по радио они слышали, как капитан отдаёт приказы.

– Я их собью. Прикрывайте меня с боков, но держитесь на расстоянии. Столкновения не нужны.

– Так точно.

– Есть, сэр.

Трейз глянул на левое ветровое стекло. Один из двух истребителей исчез из поля зрения, а другой начал отворачивать в сторону.

“Оно и ясно”, – юноша покрепче ухватил рычаг управления и проверил положение рычага газа над головой.

– Вы двое, на летающей лодке. Я сейчас позади вас. Разговор окончен. Последние слова?

Смертный приговор.

“Ну я бы предпочел пока что избежать последних слов…” – прошептал Трейз, не нажимая кнопку микрофона. А вот у Лилии было иное мнение.

– Ага! И полно! Вы безумцы! Вы не несёте высшее благо и вы не ведёте Толкашию в будущее! Вы фанатики! Преступники! Признать хотя бы одного из вас – значит обречь невинных на страдания! Я вас никогда не прощу! Вам самим бы выпрыгнуть из самолётов и охладить головы в озере, ублюдки!

Лилия тяжело дышала, её плечи ходили вверх-вниз. Трейз повернулся к девушке.

– Лилия.

– … Что?

Трейз набрал воздуха, собираясь сказать: “Хорошо сказано”.

– Хорошо сказано, – прозвучало в этот самый момент.

– Что?

Трейз только пискнул от внезапного голоса. Лилия в шоке потянулась к наушникам.

Голос был женским.

“Чо ещё что такое?” – в пяти метрах за летающей лодкой в шоке пробормотал пилот истребителя.

Секундой позже тёмная тень промелькнула перед его глазами и прицелом, промелькнув перед летающей лодкой. Пилот инстинктивно дёрнулся назад.

– Хорошо сказано! Правда круто! Ага!

Весёлый женский голос заполнил эфир. Лилия и Трейз его быстро узнали.

В поле их зрения показался одинокий самолёт-истребитель. Он был непроглядно-чёрный, и фюзеляж и крылья покрыты матовой краской. Никаких эмблем, номеров или надписей, обозначавших его принадлежность. Можно было разглядеть только “Не вставать” и “Топливная горловина”.

Это был крупный самолёт с размахом крыльев около десяти метров. Толкасийские машины он превосходил по размерам раза в два. Шасси у него были убраны для того, чтобы снизить сопротивление воздуха. На носу вращался трёхлопастный пропеллер, крылья были установлены снизу фюзеляжа.

Истребитель наклонился влево, подлетев к правой стороне кабины летающей лодки. Пилот в застеклённом кокпите посмотрел на Лилию и Трейза. Не меняя положение самолёта, он поднял лётные очки левой рукой. Им подмигнула пара глаз, голубых, будто утреннее зимнее небо.

– Эй вы. Развлекаетесь?

– Мама? – заикаясь, уточнила Лилия.

– Верно!

Аллисон Уиттингтон-Шульц усмехнулась и сделала полубочку, заходя сверху на амфибийный истребитель справа. Ошеломлённый пилот завопил и попытался уйти. Но вместо того, чтобы броситься в погоню, самолёт Аллисон в мгновение ока ускорился. Она легко накренилась вправо и сделала крутой левый вираж, пройдя перед летающей лодкой справа налево.

– Это мама…

– Ага. Это Аллисон.

Одним элегантным движением чёрный истребитель нацелился на гидроплан спереди.

– Эй ты! Рататататата! – Аллисон изобразила пулемётную очередь, погнавшись за ним.

Лётчик был в таком шоке, что даже закричать не смог, не то чтобы уклониться.

– Рататататата! – Аллисон веселилась как ребёнок.

Она промелькнула перед глазами противника. Секундой позже гидросамолёт наконец-то уклонился влево.

Отогнав за несколько секунд три истребителя от летающей лодки, Аллисон встала у левого борта пассажирского самолёта, прокрутила бочку, а потом помахала крыльями вперёд-назад

– Извините, что заставила ждать! Кажется вы держитесь нормально.

– Мам! Как ты вообще сюда попала?

– Вы же меня позвали, верно? Я услышала сигнал SOS и прилетела сюда. А потом – все эти крики. Спорим, они и сейчас слушают.

– Спасибо, Аллисон. Но как вы сюда так быстро добрались? – поинтересовался Трейз.

– Это секрет. Потом расскажу, – ответила Аллисон. Она переместилась из положения слева-сверху на траверз летающей лодки. После этого сменила тон.

– Внимание, пилоты самолётов ВВС Толкашии. Вы меня слышите? Если нет, ответьте.

Ответа не было.

– С этого момента я запрещаю приближаться к летающей лодке. Возвращайтесь на базу и сдавайтесь конфедеративной военной полиции, которая вас там ждёт. Другими словами, хватит приставать к детям, готовьтесь получать взбучку от мамочек.

“Вот это Аллисон…” – прошептал Трейз, медленно и аккуратно поворачивая влево. Игла компаса заскользила с запада через запад-юго-запад на юго-запад.

Чёрный истребитель держался за пассажирским самолётом. Аллисон из своего кокпита осматривалась во всех направлениях. Когда летающая лодка повернула к югу, её голубые глаза заметили летевшие навстречу в формации три истребителя: “Вот они”.

– Летающая лодка. Три вражеских самолёта на шесть часов. Сохраняйте курс.

– Так точно, – немедленно ответил Трейз.

– Сообщение для истребителей ВВС Толкашии. Приблизитесь сильнее – будет больно. Это предупреждение, хотя может звучать непохоже.

– Это шутка? Не мешайте, – ответил капитан.

– Не хотелось бы портить веселье, но мой самолёт гораздо мощнее ваших. Шансов на победу у вас нет. Сдавайтесь немедленно. Вы поняли? Не хочу обижать слабых, – предложила Аллисон. Ответа не было.

Вместо этого капитан отдал приказ подчинённым.

– Второй, четвёртый. Свяжите боем чёрный самолёт. Я займусь летающей лодкой.

– Принято…

– Но её самолёт слишком…

– Успокойтесь. В Конфедеративных ВВС я такой машины никогда не видел. Вероятно, он не вооружен. Было бы оружие, устроил бы внезапную атаку с самого начала.

– Понятно… так точно, сэр.

“Серьёзно? Боже… предупреждала ведь”, – проворчала Аллисон, опуская лётные очки. От них отразился солнечный свет, скрыв голубизну глаз.

– Что нам делать? – тем временем поинтересовалась Лилия.

– То, что сказано, – ответил Трейз, слегка толкнув рычаг газа. Летающая лодка начала ускоряться.

– Дети будут в порядке? – поинтересовалась Лилия, вспомнив о пассажирском салоне.

– Надо просто довериться Карло, – ответил Трейз.

– Ага.

Тем временем изумлённый Карло смотрел вдоль прохода. Все двадцать два ребёнка спали в теплом салоне на больших мягких сиденьях. “Я всё ещё на посту. Спать нельзя, – пробормотал он. – А хочется”.

Из трёх истребителей второй и четвертый нацелились на машину Аллисон. Капитан повернулся к летающей лодке.

“Вот”, – Аллисон потянула рычаг газа, дабы ускориться. Её самолет дрожал, мчась навстречу двум противникам.

Пилот истребителя номер два в ужасе наблюдал, как чёрный самолёт растёт в размерах в его прицеле с пугающей скоростью.

– Налево! Отворачивай!

Голос Четвертого заставил его резко отвернуть влево. Самолёт Аллисон пронёсся мимо них как молния, круто набирая высоту. Посреди вертикального подъёма он замедлился почти до скорости пешехода, внезапно прокрутился и помчался прямо на отвернувшего налево Второго. Он ускорялся в падении.

– Второй, сзади!

– Вижу! Чёрт, слишком быстро!

Второй повернул направо так быстро, как мог. Аллисон висела у него на хвосте. Никакие горизонтальные манёвры её не могли оттуда стряхнуть.

– Продолжай! Я о нём позабочусь.

Пилот Четвертого в отчаянии мчался за ними. Двигатель, раскрученный до предела оборотов, вопил, а самолёт трясся.

Секунды через три после сближения с Вторым Аллисон пробормотала в своём наклонном кресле: “Значит дошло до этого”. Она нажала на гашетку на правом рычаге управления, открывая огонь. От чёрного самолёта потянулись языки пламени.

Две 20-мм автоматических пушки, установленных в носу на верху фюзеляжа, перед кокпитом, выстрелили. Снаряды пролетели между вращающимися лопастями пропеллера и ударили в самолёт спереди.

Очередь закончилась, едва успев начаться, но киль Второго вместе с похожим на пилу опознавательным знаком испарился. Да и вообще хвост самолёта разлетелся на кусочки.

Лишившись стабилизаторов, Второй вышел из-под контроля и начал по спирали заваливаться налево.

– Лучше бы тебе прыгать, – предупредила Аллисон по радио, и обернулась назад.

“Чёрт бы тебя побрал!” – закричал пилот Четвёртого, положив палец на гашетку. Чёрный истребитель был в прицеле.

С обеих сторон гидроплана в небо полетели пули. Но пулемётные очереди исчезли в воздухе, оставив только лёгкий дымный след.

“Что? – чёрный истребитель уже исчез из поля зрения. – Где же ты?”

Едва он поднял голову, как чёрный фюзеляж материализовался кверх ногами над ним. Словно ворон или даже точнее как тень смерти, он заблокировал солнечный свет и погрузил кокпит в тень. Было видно пилота истребителя. Её очки ничего не отражали, будто глазницы черепа. А на губах женщины виднелась улыбка.

Зрелище продлилось лишь мгновение. Тень исчезла позади. Секунду спустя двигатель Четвёртого начал выплёвывать белый дым. Длинные тонкие световые следы от пушечных трассеров казались стрелами света, ударившими по мотору.

“Чёрт побери!” – чёрное масло струей ударило из двигателя, забрызгав ветровое стекло. “Чёрт!... Дерьмо! Во дерьмо!” – кричал пилот. Масло продолжало заливать фонарь, а белый дым не кончался. Двигатель всё сильнее и сильнее гремел.

– Лучше бы тоже прыгать. Переверни самолёт и убедись, что ноги не застрянут, – посоветовала сбившая его женщина.

“Дерьмо!” – пилот Четвёртого с последним воплем дёрнул аварийный рычаг открытия фонаря. Он улетел назад целиком. В лицо ударил ветер.

Пилот вывалился из перевёрнутого гидросамолёта, летевшего в струе дыма. Несколько секунд спустя над озером раскрылся круглый парашют. На некотором расстоянии ещё один дрейфовал на воде.

“Два сбиты”, – Аллисон посмотрела туда, где должна была быть летающая лодка. Там она и оказалась. На расстоянии она казалась маленькой, и снижалась. Последний истребитель-амфибия висел у неё на хвосте.

Аллисон сменила курс и левой рукой подвинула рычаг газа. С каждой стороны передней части фюзеляжа открылись шесть клапанов. Из них начало вырываться пламя. Обороты резко выросли. Чёрный истребитель с ревущим мотором рванулся вперёд так, будто ему отвесили пинка.

“Ещё немного… только двигатель повредить… ни намёка на предумышленное нападение…” – летающая лодка была уже в прицеле амфибии. Капитан прицелился в один из двигателей над её крыльями.

Хотя пассажирский самолёт летел так быстро, как мог, он всего лишь на несколько метров опережал истребитель. Капитан полностью сосредоточился на прицеле, аккуратно регулируя положение самолёта рычагом и педалями. Потом он прицелился в крайний левый мотор. Правый указательный палец лёг на гашетку: “Пожалуйста, пусть получится…”

Но секундой спустя летающая лодка ушла из прицела. Она неслась вниз-право с невероятной скоростью.

“Что?” – не понял он. Пока капитан пялился, в поле зрения показалась сверкающая поверхность озера.

“Нет!” – он оторвался от прицела и посмотрел наверх. Только тогда он заметил, что летит с большим креном. Он быстро дернул рычаг управления вправо. И тогда услышал голос по радио.

– Ой, извини. Должно быть в тебя врезалась.

Капитан быстро осмотрелся вокруг. Наконец-то он заметил чёрный истребитель позади себя справа.

– Чёрт бы тебя побрал!

– Не могу позволить тебе совершить нечто столь ужасное, – объяснила Аллисон.

За несколько секунд до того она быстро нагнала увлечённого летающей лодкой капитана, подобралась под его правый бок и слегка толкнула крыло истребителя-амфибии своим левым крылом. Вот так самолёт капитана внезапно накренился.

– Твои друзья спаслись. Ты остался в одиночестве. Достаточно борьбы, не думаешь? Ты сделал всё, что мог. Пора домой, – дружелюбно посоветовала Аллисон, медленно сближаясь с гидросамолётом.

Капитан попал под чудовищное ментальное давление.

– Не дури меня! – завопил он, надавив на рычаги газа и управления.

Самолёт Аллисон обогнал сбросивший скорость истребитель. Теперь ситуация изменилась. Капитан гнался за Аллисон. Они бросили летающую лодку и начали набирать скорость. Вскоре они попали в поле зрения Лилии и Трейза.

– Эй, он за мамой гонится!

– А?

Трейз, который некоторое время напряжённо смотрел на панель приборов, зажав в руках ручку управления, наконец-то поднял глаза и слегка толкнул рычаг газа. Снаружи они видели, как чёрный истребитель и амфибия играли в смертельные пятнашки.

– Он догоняет… открывает огонь!

От гидросамолёта протянулись лучи света, сверкнув между двумя машинами. Аллисон продолжила удирать.

Вскоре Трейз переключил внимание на встревоженную Лилию.

– Всё в порядке. Она его специально заманивает.

– Что?

– Посмотри, как она ждёт до последнего перед уклонением. У Аллисон самолёт гораздо быстрее. Если бы хотела, она бы его с легкостью переманеврировала.

– Тогда…

Пока Лилия задумалась, капитан проревел по радио.

– Прекрати убегать, женщина!

По радио был даже слышен звук стрельбы его пулемётов.

– Видишь? Капитан теряет хладнокровие. Такими темпами у него патроны кончатся. Аллисон победит, не сбивая его, – отметил Трейз.

– Прекрати бессмысленное сопротивление, – отчитала капитана Аллисон. – Сдайся мирно. Гарантирую, что с тобой будут обращаться с должным уважением. Очевидно, что тебя посадят в тюрьму и предадут военному трибуналу. Но я подмаслю охрану и пришлю вам в камеры мороженое.

– Хватит!

– Слушай, мятное – отличная штука, если никогда не пробовал.

– Умри!

– А, ты промахнулся. Что насчёт шоколадного? Моей дочке оба вкуса нравятся.

– Чёрт бы тебя побрал!

– Она меня никогда не слушает, даже когда я её предупреждаю, что она вес наберёт. У неё типа как отдельный желудок для десертов или что-то в этом роде…

– Хватит метаться, чёрт тебя побери!...

Пятнашки растянулись на целую вечность. Промахнувшиеся пули и пустые гильзы усеяли озеро.

– Снова промазал. Тебе не помешала бы тренировка в стрельбе по мишеням. У вас вообще учений достаточно? От командира я ожидала большего – с твоими подчиненными драться было интереснее.

– Хватит! Чёрт! Дерьмо!

Пока капитан орал в микрофон, Трейз пробормотал: “Мне его почти жалко”.

– Он как минимум этого заслужил, если не больше, – заявила Лилия.

– Уверен. что в глубине души он хороший человек. Просто влез в такую историю потому, что пытался помочь своей стране.

– Это не значит, что надо ему симпатизировать. Он и тот тип, что убил мистера Матео – пусть что хотят на суде говорят.

– Суд… – пробормотал Трейз.

– А ты всё мажешь и мажешь, – снова раздался по радио голос Аллисон. Два истребителя нарезали круги перед летающей лодкой. Ещё несколько вспышек света, и звуки стрельбы прекратились.

– Видишь? Вот что бывает, когда так безрассудно стреляешь. Патроны кончились. Достаточно. Могу даже дать тебе вернуться к друзьям.

– Мне не нужно твоё сочувствие, – отрезал капитан.

– Пожалуйста, сдавайся. Ваш план – катастрофа. Возвращайся и спасай подчинённых, – мягко посоветовала Аллисон.

Трейз молча смотрел на Лилию.

– … Нет, ещё не всё конечно. Не кончено! – взвыл капитан в приступе хохота.

Трейз ахнул. Лилия спросила, в чём дело.

– Он поплавки отбросил…

Лилия огляделась и быстро заметила амфибию. Как Трейз и сказал, большие поплавки под брюхом пропали. Они, кружась, падали в воду.

– Что он задумал? Теперь сесть не сможет.

– Быть не может…

– Ещё не всё конечно, – капитана перекосило.

– Ты идиот! Остановись! – закричала Аллисон.

Лилия и Трейз слушали, застыв в ужасе.

– Ещё не всё! – капитан пошёл на таран летающей лодки.

Крохотный самолёт вдали стремительно рос в поле зрения.

– Он нас протаранит!

– Убирайся с дороги! – закричала Лилия. Но Трейз даже не пошевелил ручкой управления.

– Толку нет. Кроме того…

– Ваше высочество! – крикнула Аллисон. Одновременно чёрный истребитель вышел из поворота и помчался за гидропланом.

– Да!

– Держись на курсе! Вы будете в безопасной зоне, если продолжите им следовать. Любой ценой держись на курсе!

– Да, мэм!

Трейз крепко схватился за рукоять управления.

– Слава Толкашии! – по барабанным перепонкам ударил крик безумия и эйфории. Чёрный истребитель следовал по пятам. Мощные 30-мм снаряды вырвались из его носа. Лучи света прорезали машину капитана.

В задней части его кокпита была металлическая плита, защищавшая пилота. Но бронебойные снаряды пробили её и превратили голову офицера в кровавую дымку. Смерть была мгновенной – такой быстрой, что он ничего не почувствовал.

Но даже после смерти его рука держала рычаг управления. Оставшийся без управления самолёт нёсся к летающей лодке. Аллисон слегка наклонила правую руку, прицеливаясь в правую часть крыла противника. Все её выстрелы попали, раздробив крыло.

Оно отвалилось в облаке искр и огня. Подъемная сила оставшегося крыла бросила самолёт в крутой правый поворот.

Истребитель с трупом пилота внутри, бешено вращаясь, пролетел, падая, справа от летающей лодки.

Трейз наблюдал за приближающимся самолётом до самого конца.

Лицо мужчины, кричавшего за ветровым стеклом. Чёрный самолёт, нависавший над ним будто Мрачный жнец. Лучи света, будто коса. И кровавая дымка.

Два самолёта на секунду сошлись, чтобы потом разойтись – амфибия в облаке чёрного дыма вниз-налево, а угольно-чёрный истребитель – вверх-вправо.

Пассажирский самолёт продолжал свой путь над озером, будто ничего не случилось.

– Мы выжили? – несколько секунд спустя спросила Лилия.

– Ага, каким-то образом, – ответил Трейз.

А в пассажирском салоне Карло прислонился к окну на самом последнем сиденье. Он спал с открытым ртом.