Стук повторился – три чётких удара, которые ощущались словно гвозди, вбиваемые в крышку гроба. Взгляд Кельвиана метнулся к окну. Второй этаж. Если придётся прыгать – выживет. Его тело выдержит удар. Вопрос был в другом: успеет ли он пересечь территорию Академии прежде, чем его настигнут. Не сделает ли побег всё, что уже произошло только хуже. И может ли вообще, всё стать ещё хуже.

«Кельвиан». Голос инструктора Сарен прозвучал с той же сухой, безупречной чёткостью, что и всегда. «Повторять я не стану».

Он двинулся раньше, чем успел что-либо решить. Где-то на краю сознания он понимал: промедление лишь подтвердит его вину и даст ей повод действовать жёстче. Всё остальное время его мысли лихорадочно просчитывали пути отхода и пытались понять, сможет ли Тихая Луна рассечь железные прутья.

Замок тихо щёлкнул под его пальцами. Дверь открылась.

Инструктор Сарен стояла в коридоре, скрестив руки на груди. А её лицо, словно высеченное из камня ничего выражало. Она выглядела точно так же, как на лекциях – суровая, непреклонная и совершенно не заинтересованная ни в оправданиях, ни в объяснениях.

За её спиной коридор был пуст. Ни стражи. Ни свидетелей. Никого, кто ждал бы приказа заковать его в кандалы и увести прочь.

Только она.

«Я зайду». Сказала она таким томном, что становилось понятно – это был не вопрос.

Кельвиан молча отступил. Она вошла без лишних слов и мягко прикрыла за собой дверь. Тихий щелчок почему-то прозвучал тяжелее, чем если бы она захлопнула её с размаху.

Повернувшись к нему, она внимательно оглядела его лицо, будто отмечая детали, которые он сам не смог бы заметить: напряжённую челюсть, неподвижно опущенные руки, тщательно сохраняемое бесстрастное выражение.

«Ты хоть понимаешь», начала она уже тише, и от этого её голос стал лишь опаснее, «насколько близко сегодня вечером оказался к тому, чтобы навсегда покинуть эту Академию?»

Эти слова врезались в его разум подобно острыми осколками, лишь сильнее заставляя осознать всю серьёзность ситуации. Кельвиан попытался что-то сказать, но горло словно сжалось.

«Любое насилие между студентами строжайше запрещено. Ты это знаешь. На этом держится порядок в месте, где каждый наделён достаточной, чтобы убить, божественной силой». Она по-прежнему стояла, не меняя позы. «И всё же ты напал на другого студента. Более того – на наследника благородного рода».

Кельвиан хотел возразить. Хотел рассказать, что именно сказал Кайрос и как шаг за шагом вынудил его переступить последнюю черту.

Но промолчал.

«Лорд Кайрос получил тяжёлые травмы». Голос Сарен оставался ровным. Почти бесстрастным. «Пол пришлось в срочном порядке ремонтировать. Ты вообще понимаешь, насколько это серьёзно?»

Кельвиан едва заметно кивнул.

«Нет. Не понимаешь». Она подошла ещё на шаг ближе. «По законам, касающимся нападения на представителей знати, тебя должны были казнить».

Каждое слово ложилось тяжёлым грузом. Она не повышала голос. Просто позволяла сказанному оседать между ними.

«Ты простолюдин. За тобой нет ни семьи, ни влиятельного рода, ни политической поддержки. Никто не станет тебя защищать. Одна ошибка. Один миг, в который ты потеряешь контроль – и всё, ради чего ты трудился, исчезнет».

Тишина тяжело повисла между ними.

Мысли Кельвиана судорожно цеплялись за смысл её слов. Она говорила о том, что должно было произойти. О том, что могло произойти. Но не о том, что происходило сейчас.

«К счастью для тебя, молодые наследники благородных домов, присутствовавшие на дисциплинарном совете, проявили удивительную сдержанность. Они признали, что напряжение между студентами разных сословий действительно существует. И что в данном случае лорд Кайрос, возможно, сам способствовал произошедшему своим поведением».

Эти слова не укладывались в голове. Наследники знатных домов... встали на сторону простолюдина, избившего одного из них?

«Никакого наказания ты не понесёшь». Она впилась в него взглядом. «Но запомни следующее раз и навсегда. Если подобное повторится, я лично добьюсь того, чтобы тебя исключили из Академии. Независимо от того, кто захочет за тебя вступиться. Мы поняли друг друга?»

«Да», едва слышно ответил Кельвиан.

«Громче».

«Да, инструктор».

«Хорошо». Она повернулась к двери, но уже взявшись за ручку, остановилась. «Научись владеть собой, Кельвиан. Ты способен на большее».

Дверь отворилась, затем мягко закрылась, и шаги инструктора постепенно растворились в тишине коридора.

Кельвиан так и остался стоять посреди комнаты, не сводя взгляда с двери.

И... всё?

Просто выговор?

Сознание отчаянно пыталось осмыслить случившееся. Такого просто не могло быть. Простолюдин не мог проломить пол наследником благородного рода и отделаться одним предупреждением.

‹Если только...›

Эсрин не вмешалась снова. Должно быть, именно она что-то сделала.

Но она покинула Академию ещё несколько недель назад. Вернулась к своим обязанностям в Легионе Избранных... или в Расплате... или чем там вообще занимались люди её положения.

Тогда как?

С коридора послышался звук чьего-то движения. Быстрые шаги, куда легче размеренной поступи Сарен.

Кельвиан мгновенно напрягся, готовясь к тому, что последует дальше.

Дверь распахнулась.

Лиор буквально влетел в него, так сильно, что они оба покачнулись. Его руки судорожно сомкнулись у Кельвиана за спиной, почти до боли сжимая его в объятиях. Пшенично-светлые волосы уткнулись ему в плечо.

«Я думал...» Голос Лиора дрогнул. «Когда услышал, что случилось... я думал, они заберут тебя. Думал, что больше никогда...»

Слова захлебнулись, превратившись во что-то среднее между всхлипом и судорожным вдохом. Всё его тело дрожало.

Кельвиан застыл, не зная, что делать. Он совершенно не был к такому готов. Ни к чужому страху за него, ни к тому, что кому-то его судьба окажется настолько небезразлична. Настолько, что одна лишь мысль потерять его вызывала подобную реакцию.

Он медленно, неловко поднял руки и осторожно обнял Лиора в ответ. Постепенно дрожь начала утихать, хотя тот всё ещё не разжимал объятий.

«Что она сказала?» Голос прозвучал приглушённо, уткнувшись ему в плечо. «Что теперь будет?»

«Ничего».

Лиор немного отстранился и недоверчиво посмотрел ему в лицо своими немного покрасневшими небесно-голубыми глазами. «Ничего?»

«Ничего».

Лиор покачал головой, явно не в силах это принять.

«Но... этого не может быть, правда? Ты напал на Кайроса. Все видели, что осталось после драки. Как это может закончиться... ничем?»

Кельвиан не знал ответа. То же самое недоверие кружило и в его собственной голове, снова и снова возвращаясь к одному и тому же вопросу.

«Я и сам этого не понимаю», наконец тихо произнёс он.

Некоторое время они молчали. Лиор постепенно ослабил хватку и сделал шаг назад. Дышал он уже ровнее, но тревога с его лица никуда не исчезла. Он пытался осмыслить ту же самую странность, над которой ещё минуту назад безуспешно ломал голову Кельвиан.

«Что произошло?» спокойно спросил Кельвиан, несмотря на бурю мыслей внутри.

«Ты напал на наследника благородного рода!» Лиор уставился на него так, будто не верил своим ушам. «Как ты можешь не...»

Встретив его взгляд, Кельвиан остановил его медленно подняв руку.

«Я имею в виду потом», спокойно уточнил он.

Понимание мелькнуло в глазах Лиора. Напряжение в его плечах немного ослабло.

«А...» тихо выдохнул он.

«Я...» Он беспокойно переплёл пальцы, пытаясь собрать мысли воедино. «Честно говоря, я почти ничего не знаю.»

«Кайроса сразу отвели к целителю. С лицом у него всё было... плохо. Очень плохо. Кровь была повсюду». Голос Лиора стал заметно тише. «Все только об этом и говорили. О том, что ты проломил им пол. И о том, что теперь сделают с тобой».

Он сглотнул.

«Потом преподаватели разогнали всех студентов. Велели немедленно разойтись по комнатам. Но я остался неподалёку. Пытался понять, что происходит». Он отвёл взгляд, так и не решаясь посмотреть Кельвиану в глаза. «Кажется, они устроили какое-то совещание. Думаю, в кабинете директора. Подойти ближе я не смог, поэтому ничего не услышал».

«Кто там был?»

«Все инструкторы. Глава Академии. И наследники благородных домов. Все до единого. Кайрос – уже после того, как целитель привёл его в порядок. Сильвейн Гроувторн. Корделия Тайдколл. Оуэн Пикскейл. Персиваль Темпест. И Хестия Мортвейл».

Последнее имя прозвучало особенно тяжело.

Мысли Кельвиана сразу обратились к ней. Хестия.

Неужели она действительно сделала что-то ради него? Заступилась за него во время того совещания?

Но зачем ей это?

Она относилась к нему в лучшем случае с подозрением. В худшем – откровенно враждебно. У неё не было ни единой причины защищать простолюдина, поднявшего руку на наследника благородного рода. И уж тем более рисковать ради него собственным положением.

«Кель?»

Он моргнул, возвращаясь к реальности. Лиор смотрел на него с нескрываемым беспокойством.

«С тобой всё в порядке?» Лиор замолчал, внимательно изучая выражение его лица.

«Да. Просто задумался».

«О том, что случилось?»

«О том, почему этого не случилось. Почему я всё ещё здесь, а не сижу в камере».

Тревога Лиора стала только сильнее. «Разве это важно? Ты жив. Ты в безопасности. Вот что действительно важно».

Эти простые слова заставили что-то болезненно сжаться у Кельвиана в груди. Лиор действительно так думал. Его по-настоящему волновал лишь исход, а не политика, скрывавшаяся за ним.

«Ты прав», сказал Кельвиан, хотя собственные слова показались ему пустыми. «Спасибо. За то... что ждал меня. И за...» Он неопределённо повёл рукой, так и не сумев подобрать нужных слов.

«Ты бы сделал для меня то же самое». В голосе Лиора не было ни тени сомнения.

Сделал бы? Кельвиан не был в этом уверен. Слишком долго главным правилом его жизни оставалось собственное выживание. Бескорыстная забота о другом человеке до сих пор казалась ему чем-то чуждым. Почти неправильным.

И всё же он кивнул. Пусть Лиор продолжает в это верить.

Они поговорили ещё немного – обмениваясь ничего не значащими словами поддержки и строя догадки о том, что обсуждали наследники благородных домов. В конце концов Лиор ушёл, пробормотав что-то про усталость и необходимость хоть немного поспать.

Кельвиан дождался, пока его шаги окончательно не стихнут в глубине коридора.

И лишь после этого сам вышел из комнаты.

Общежитие погрузилось в тишину. Большинство студентов уже спали или, по крайней мере, делали вид, что спят. В коридоре, где он напал на Кайроса, уже виднелись следы свежего ремонта. Разбитый участок пола заменили новыми досками. Кто-то потрудился быстро восстановить прежний порядок.

Кельвиан спустился по лестнице и пересёк территорию Академии. Лунный свет заливал всё вокруг серебром, смешивая его с густыми тенями.

На тренировочной площадке был лишь один человек.

Хестия.

На этот раз она не медитировала, а тренировалась. Безупречно выполняя отжимания, поднимаясь и опускаясь с неизменной точностью, словно каждое движение было выверено заранее. Ткань рубашки потемнела от пота, а чёрные как смоль волосы чтобы не мешать, были собраны назад.

Кельвиан медленно направился к ней. Под подошвами тихо похрустывала утоптанная земля.

Она заметила его ещё до того, как он преодолел половину расстояния.

Её движение оборвалось. На мгновение она замерла в верхней точке, затем одним плавным движением поднялась на ноги и повернулась к нему лицом.

«Кельвиан».

«Хестия». Его голос едва нарушил ночную тишину, но между ними эти два имени прозвучали неожиданно тяжело.

Даже сквозь сумрак Кельвиан ощущал её взгляд. Казалось, алые глаза без труда рассекали ночную тьму. Между ними повисло молчание, наполненное невысказанными словами. Воздух словно стал плотнее – как перед первым раскатом грозы.

«Ты что-то сделала?»