Генри нажал тангенту рации.

— Док, что там с дроном?

— Всё чисто, — отозвался Док. — В радиусе пяти километров — ни души. Думаю, можем спокойно работать дальше.

— Принял. Помоги-ка мне организовать спуск — пойдем вниз, прочешем обломки. Хейз, ты на прикрытии.

Док и Хейз подтвердили приказ.

Генри отключил связь.

— Сэра, ты со мной. Оуэнс, пригляди тут за всем наверху.

Рон кивнул.

— Вас понял, босс.

Генри подхватил рюкзак, перекинул винтовку и зашагал к краю обрыва. Док опередил его и уже прикидывал, как лучше спуститься по скале. Впереди их ждало около сорока футов (около двенадцати метров) почти отвесного, но достаточно ребристого склона, чтобы можно было найти надежную опору для ног.

Они оглядели местность и в паре метров от края нашли отличную точку для страховки — здоровенное старое хвойное дерево с таким толстым стволом, что Генри при всем желании не смог бы его обхватить. Эта махина, должно быть, пережила пару веков суровых горных бурь еще до их появления, и теперь уж точно никуда бы не делась.

Они закрепили за ствол два троса. Генри проделывал это столько раз, что узлы вязались словно сами собой — начиная с тренировок по выживанию и заканчивая тем обрывом у базы ГБ-2 пару месяцев назад.

Марен подошла как раз в тот момент, когда он закончил затягивать второй трос. Казалось, она всегда появлялась ровно тогда, когда была нужна — совпадение, наверное. Но если это было оперативное чутье, то Генри с руками бы оторвал такого бойца в свою команду.

Ее взгляд скользнул по веревкам, затем по обрыву.

— Вы собираетесь спускаться?

— Ага, — ответил он. — Идем вниз, чтобы убедиться, что никого не упустили. Заодно хочу глянуть, что они там перевозили, прежде чем мы двинемся дальше. Мне нужно, чтобы твои люди контролировали дорогу, пока мы будем там: Лукан — с севера, Коррин — с юга. На пару миль вокруг всё должно быть чисто, но береженого бог бережет, верно?

Марен склонла голову.

— Будет сделано.

Она удалилась, чтобы собрать свою команду, а Генри шагнул за край обрыва.

Пропуская трос через спусковое устройство, он начал спускаться по отвесной скале, предоставив гравитации делать большую часть работы.

Док последовал за ним по второй веревке. По скале он спускался донельзя безрассудно, напоминая скорее какого-нибудь искателя сокровищ или расхитителя гробниц, чем любого археолога, которого Генри когда-либо доводилось видеть.

Спуск Сэры, само собой, выглядел еще безумнее. Она просто схватилась за веревку и сиганула вниз, контролируя падение серией гигантских прыжков. Все сорок футов она преодолела секунды за три и приземлилась на дно так легко, будто просто спустилась по лестничному пролету.

Оказавшись внизу, Генри отстегнул карабин. У него было ровно две секунды, чтобы мысленно похвалить себя за отлично навязанную страховку, прежде чем Ваэла прижала ладонь к отвесной скале.

Камень пришел в движение, и из скалы выросло то, на что у целой бригады строителей ушла бы минимум неделя — полноценная лестница. Идеально ровные ступени глубиной около фута, расположенные на одинаковом расстоянии, да еще и с просторной площадкой посередине, которая, Генри был почти уверен, полностью соответствовала всем строгим нормам охраны труда. И всё это, судя по всему, не стоило ей ни малейших усилий.

Танкред начал спускаться по этой лестнице еще до того, как Генри успел осмыслить увиденное. Марен следовала прямо за ним.

Генри бросил взгляд на веревки, на которые они с Доком только что убили пять минут. Столько возни с узлами — и всё коту под хвост.

Док перехватил его взгляд и пожал плечами.

— Ну, зато держим себя в тонусе, полагаю.

Как только они спустились на дно ущелья, Марен отправилась передавать Лукану указания по периметру. Генри не слышал, что именно она сказала, но, что бы это ни было, оно сработало. Этот Профессиональный Мудак коротко кивнул и без лишних возражений двинулся на север. Коррин тем временем вразвалочку побрел на юг, закинув боевой молот на плечо; вид у него был такой же безмятежный, как у работяги на обеденном перерыве.

Марен вернулась к Генри.

— Я могу еще чем-то помочь?

— Хм, дай-ка подумать, — Генри окинул взглядом фронт работ.

Основная задача была предельно ясна: начать с головы колонны, двигаться к хвосту и по пути проверить каждые сани и каждое тело. Сотня гоблинов, двадцать хобов, восемнадцать саней. Такие цифры выдал им дрон, и ему нужно было убедиться, что дебет с кредитом сходится, прежде чем они отправятся дальше.

Драдаки были отдельной историей. Те, что вырвались на свободу во время боя, уже давно скрылись — скорее всего, дали деру в ту же секунду, как засвистели пули. Но некоторые из запряженных тварей могли еще уцелеть, а в перспективе за них можно было выручить неплохие деньги в Гильдии. Правда, отлов диких зверей как-то не входил в программу подготовки отряда «Альфа», так что эту часть работы он решил оставить Избранным на потом.

К тому же Лукан всё еще торчал на краю периметра, слишком далеко, чтобы действовать им на нервы.

На этом список возможных проблем вроде бы заканчивался. За исключением одной, которую нельзя было оценить ни глазами, ни с помощью винтовки.

— Алхимические угрозы, — произнес он. — Во время боя как минимум двое саней взлетели на воздух, и я понятия не имею, есть ли в этой колонне еще что-то взрывоопасное. Прежде чем мы начнем вскрывать груз, мне нужен кто-то, кто сможет отличить безопасные припасы от того, что вот-вот рванет у нас прямо перед носом. Не возьмешь это на себя?

Марен кивнула.

— Мы об этом позаботимся.

Танкред последние пару минут маячил за спиной Марен, словно эдакая бюджетная версия Лукана, только и ожидая возможности распушить перья. Судя по всему, он решил, что это и есть его звездный час.

— Вам бы следовало ценить оказанную вам честь, капитан. Если бы не наше магическое зрение, половина здешних угроз просто ускользнула бы от вашего внимания. Какая удача, что Избранные здесь, дабы разобраться с тем, до чего ваши — ах — железяки дотянуться не в силах.

Генри окинул его нечитаемым взглядом. Когда подобные понты исходили от Танкреда, это вообще не впечатляло; Лукан, по крайней мере, мог подкрепить свою браваду делом. А вот у Танкреда, хоть он и мог бы отделать Генри в кулачном бою, этой хватки не было и в помине.

К тому же, у Танкреда не было никаких познаний в магии; они были у Ваэлы и Марен. Так что смотреть, как он приписывает себе все лавры, было всё равно что наблюдать, как запасной вратарь бурно празднует победу в чемпионате мира, на котором он даже ни разу не вышел на поле.

— Танкред, — вздохнула Марен. — Довольно.

Танкред выглядел так, будто хотел что-то возразить, но вовремя передумал.

Она снова повернулась к Генри.
— Мои извинения, капитан. Мы немедленно приступим.

Она собрала Ваэлу с Танкредом, и втроем они направились к ближайшему скоплению разбитых саней. Ваэла вскинула руки еще до того, как они подошли к первым обломкам, и по искореженному дереву пробежало легкое мерцающее свечение.

Генри с минуту наблюдал за их работой. Марен поставила Танкреда с подветренной стороны, а Ваэлу отправила вперед проводить магическое сканирование — и всё это еще до того, как Генри вообще успел бы закончить инструктаж. Эта женщина просто брала и делала.

Честно говоря, в этом не было никакого смысла. Чтобы кто-то вроде Марен — да и Ваэлы, если на то пошло, — подчинялся такому типу, как Лукан. Генри ломал над этим голову с самого первого дня, еще с той перепалки в карете, но толкового ответа так и не нашел.

Сэра подошла и встала рядом с ним.

— Какая жалость, — произнесла Сэра, — что отряды Девятого Уровня встречаются столь редко. Будь у «Горячего Серебра» лидер с таким же внутренним стержнем, как у леди Марен, сомневаюсь, что всё закончилось бы крахом.

Генри не знал, что на это ответить. Всё, что приходило в голову, казалось неуместным — словно он пытался бы вывернуть ее потерю в свою пользу.

Но Сэра не заставила его долго подбирать слова. Выражение ее лица смягчилось, стало более спокойным и чуточку нежным.

Она повернулась к нему с легкой улыбкой, в ее фиолетовых глазах плясали искорки.

— Хотя, если честно, распад моего отряда, пожалуй, не заслуживает такой уж сильной скорби. Выстой «Горячее Серебро», и я бы никогда не нашла свой путь в команду «Альфа».

Генри задумался на секунду, а затем нашел правильные слова.
— Без тебя всё было бы совсем иначе, Сэра.

Это была намеренная игра слов — комплимент и команде, и ей лично. И то, как Сэра тут же залилась румянцем, говорило о том, что она уловила оба смысла.

Генри был бы не прочь задержаться на этом моменте подольше, но в ущелье всё еще остывала сотня трупов, а разбросанный груз с целой колонны сам себя не перепишет.

— Ладно, — сказал он. — Док, Сэра — начинаем с головы и двигаемся к хвосту. Проверяем каждые сани, убеждаемся, что цифры сходятся. После этого собираемся у первых саней и начинаем шмонать груз.

— Принято, — отозвался Док.

Сэра удерживала его взгляд чуть дольше обычного, а затем кивнула.

— Как скажете, капитан.

Они разделились и тут же принялись за дело.

Подсчет трупов занял куда больше времени, чем ожидал Генри, и в этом была исключительно их собственная вина. Учитывая пулемет пятидесятого калибра, гранаты со «Страйкера», ракету TOW Хейза, превратившую полдюжины всадников в дымящуюся воронку, и Лукана, который прорубился сквозь строй колонны так, словно шинковал фрукты в игре Fruit Ninja, назвать это «подсчетом тел» было бы слишком великодушно.

Обычно именно поэтому Гильдия требовала приносить в качестве доказательств правые уши, клыки или еще что-нибудь в этом роде, в зависимости от монстра. Но вот подавляющая огневая мощь такой методике совершенно не способствовала.

Генри присел на корточки рядом с тем, что, как он был почти уверен, раньше было двумя гоблинами, оценил количество оторванных конечностей и пересмотрел свою оценку в пользу трех. Наверное. Трудно сказать наверняка, когда большая часть туловищ ровным слоем размазана в радиусе десяти метров из-за попадания гранаты.

Так продолжалось какое-то время. Присел, оценил, прикинул, пошел дальше. С некоторыми было просто: те, кого порубил Лукан, хотя бы состояли из узнаваемых кусков, пусть эти куски и валялись порознь. С другими же, особенно возле воронки от ПТУРа и саней, которые взлетели на воздух, приходилось заниматься настоящей судмедэкспертизой, выстраивая догадки. В какой-то момент Генри поймал себя на том, что считает ботинки вместо тел, и это, пожалуй, говорило о текущем положении дел лучше всяких слов.

Марен закончила свою алхимическую зачистку намного раньше них — никаких аномалий, ничего такого, что могло бы сдетонировать в обломках, — и, вместо того чтобы стоять без дела, отправила Танкреда на южный периметр к Коррину, а сама вернулась, чтобы помочь. Генри не возражал. Это избавило его от лишнего раздражителя, а ее помощь здорово сэкономила им время.

Они управились чуть позже заката. По самым скромным прикидкам Генри выходило около сотни гоблинов и двадцати хобов, если исходить из того, что на каждом убитом кристаллионе был всадник. Подсчет гоблинов по понятным причинам был весьма приблизительным — о какой точности может идти речь, когда солидный процент убитых превратился в кровавое конфетти, — но цифра была достаточно близка к данным дрона до начала засады, так что он не переживал, что кто-то мог ускользнуть.

Горстка драдаков тоже уцелела; они всё еще были привязаны к своим разбитым саням — слишком перепуганные или слишком тупые, чтобы вырваться во время боя. Генри попросил Марен, чтобы Избранные с этим разобрались.

Покончив с подсчетом трупов и сбагрив драдаков на Марен, они переключили внимание на груз. Припасы с восемнадцати саней означали, что им придется вскрыть целую кучу ящиков, но большинство из них и так разбросало или разнесло в щепки во время засады, что, честно говоря, избавило их от лишней мороки.

В основном это была еда, и большая часть этой еды оказалась полным мусором.

Пайки для гарнизона Корт Варрена, корм для ездовых животных — они находили ящик за ящиком с вяленым мясом, зерном и плесневелыми овощами. Хранилось всё это в таких условиях, по сравнению с которыми армейский сухпаек казался блюдом из мишленовского ресторана.

Генри вскрыл один из контейнеров, и ему показалось, что у него сейчас отвалится нос. Какими бы ни были представления гоблинов о консервации продуктов, гигиеной там и не пахло. Он захлопнул ящик и пошел дальше.

В остальных ящиках было то же самое. Даже если чисто технически часть всего этого и можно было употреблять в пищу, никто из его команды и на пушечный выстрел не подошел бы к пайкам, упакованным тварями, чьи понятия о кухонной санитарии смело можно было приравнять к разработке биологического оружия.

Остальное выглядело куда многообещающе. На одних санях везли кристаллы маны — в основном мелкие, но в приличном количестве.

Ближе к хвосту колонны отыскался ящик с зельями. Правда, половину бутылок изрядно побило во время засады, так что Генри не собирался верить их содержимому на слово. Сэра посоветовала забрать запечатанные флаконы с собой, чтобы алхимики Гильдии проверили их свойства, прежде чем кто-то рискнет пить непонятную жижу из гоблинских ящиков — что было абсолютно здравым решением.

Настоящей же находкой оказалось кованое снаряжение из Велкрата: мечи, лезвия топоров, наконечники копий, несколько бронепластин — всё из мифрила, и всё отвратительного качества.

Генри поднял один из мечей и повертел его в руке. Даже такой профан в холодном оружии, как он, мог заметить, что лезвие кривое, а баланс ни к черту. Да что там, дол выглядел так, будто его вытачивал кто-то, кому концепцию прямой линии объясняли на пальцах через третьих лиц. Гоблинское мастерство во всей своей красе.

Но вся суть была в самом металле, а не в форме. Чистый мифрил — это чистый мифрил, и любой дворфийский кузнец смог бы переплавить весь этот хлам и выковать нечто такое, за что не стыдно перед коллегами по цеху. Да и всё равно большинство предметов изрядно покорёжило во время засады, так что перековка была единственным разумным выходом.

Они закончили полную опись ближе к вечеру, перетаскав самые легкие и ценные вещи обратно наверх по скале — кристаллы, запечатанные зелья и столько мифрилового снаряжения, сколько могли унести за одну ходку, чтобы не переломать себе колени на ступеньках. Всё остальное осталось там, где и лежало.

Подняв всё добро наверх и загрузив его в Тележку Хранилища, они вернулись в ущелье для последнего осмотра.

Док окинул взглядом туши кристаллионов, разбросанные по всему ущелью. Их было пара дюжин, каждая размером с приличный седан.

— С этими тушами что-нибудь будем делать?

Генри посмотрел на убитых тварей. Математика не сходилась: у них не было ни инструментов, ни времени, а броневики и так будут под завязку забиты трофеями. Но с такой погодкой туши за ночь промерзнут насквозь, а части кристаллионов ценились достаточно высоко, чтобы Гильдия захотела прислать за ними целую бригаду. Конечно, передача работы на аутсорс означала потерю доли — вероятно, процентов двадцати, а то и больше, в зависимости от того, как Гильдия рассчитывала комиссионные за сбор трофеев, — но это было всяко лучше, чем тащить две дюжины замороженных кристаллионов, шесть часов отбивая задницу по горной дороге.

— Не сегодня, — решил он. — Мы отметим координаты и пусть с этим разбирается команда трофейщиков. Никуда эти туши не денутся.

Он нажал тангенту рации.

— Всем группам, мы закругляемся. Оуэнс, начинай подготовку. У нас наконец-то будет тот самый пир.

В наушнике раздался ликующий вопль Рона.

— Время для корейского барбекю, детка! Ни слова больше!