В деревне Даниль близ Каренны обнаружены беглецы из Астаны ‒ Вияс и её внук Хашар. Попытки склонить их на свою сторону успеха не имели, в итоге дело закончилось ликвидацией. Жители деревни также были осведомлены о трупах, и на случай, если из дворца прибудет следственная группа, в колодец был брошен яд, вызывающий пищевое отравление.

Всё совпадает с показаниями Хашара. Иан выяснил имена тех, кто был причастен к трагическим событиям в Данилье.

Барето.

Советник Уэсли. Похоже, он возглавлял эту операцию, и вместе с ним действовали несколько человек из отдела поддержки.

«Причастных немного. В основном это маги из отдела поддержки, которые непосредственно занимались исследованиями некромантии. Это означает, что они понимали: информация ни в коем случае не должна просочиться наружу».

Затем Иан перевернул страницу отчёта под названием "Пределы некромантии". Исследования велись уже несколько лет, но прогресс был ничтожным. С животными, похоже, кое-какие результаты были, но в запретной некромантии, которую хотела Уэсли — "наложенной на живого", — не было ни одного полноценного успешного случая.

Результаты применения некромантии на живом следующие: тело цели подвергается стремительному разложению или, даже если остаётся нетронутым, не выдерживает и приводит к разрушению личности и потере контроля, что мало чем отличается от применения некромантии на мёртвом.

(Примечание): возможно перенести душу желаемого объекта в другое тело. Однако это уже не некромантия, а область запретной магии, требующая дальнейшего изучения.

Иан нахмурился. Это слишком точно соответствовало его собственной ситуации. Из-за запретной магии Наума он, преодолев пространство-время, оказался в теле незнакомого "бастарда Иана".

Однако невозможно проверить, переносятся ли вместе с душой и её изначальные способности и личность. Особенно если целью является инородец или тот, кто умеет управлять маной (маг, маг-мечник и т.п.), результат предсказать невозможно.

Похоже, тот, кто составил отчёт, не знал, что целью Уэсли был Гейл. Палец Иана, медленно перебиравшего строки, остановился.

— Погодите.

Когда душу переносят с помощью запретной магии, неизвестно, переносятся ли и способности? Иан до сих пор считал, что мана, которую он использовал, принадлежит ему. Он знал, что магия взаимодействует не с телом, а с душой.

Но он понял, что это лишь теоретическая точка зрения, и не было установлено, применяется ли это и к запретной магии.

«Тогда есть два предположения: либо способности можно использовать даже после переноса души, либо…»

…Изначальный бастард Иан сам был тем, кто умел управлять маной.

Он слегка удивился и энергично потёр брови. Затем медленно, очень медленно, вспомнил тот момент, когда открыл глаза на заднем дворе графского особняка Браца. Разве в самом начале он не мог только открывать ману?

«Да. Если дело во взаимодействии с душой, я должен был с самого начала владеть всей известной мне магией. Но со временем, чем больше я открывал ману, тем больше росли мои возможности, и вот я достиг этого…»

— Иан, ты оглох? Романдро уже целую вечность стучит!

В этот момент перед глазами возникло лицо Берика, искажённое недовольной гримасой. Он наполовину лежал на столе и щёлкал пальцами, привлекая внимание.

— Господин министр Иан?

— А, господин Романдро.

— Э-э, если вы заняты, может, зайти позже?

— Нет, всё в порядке.

Иан мягко улыбнулся и закрыл бумаги. Романдро оглядел кабинет министра, который был в полном беспорядке, и невольно поразился, с облегчением подумав, что хорошо, что это не его начальник.

— По какому поводу?

— Да вот, из особняка сообщили… что нашли наёмный отряд, который отправит Хашара и астанцев на родину.

Обращаться к виконту можно было по-дружески, на "ты", но к министру, видимо, эта грань была непреодолима. Романдро неловко засуетился, а Берик захихикал.

— Чего это ты так говоришь? "Сообщили… что"? Хе-хе!

— З-заткнись, ты!

— Господин Романдро. Когда мы наедине, говорите как обычно. Когда вы так говорите, мне трудно понять, что вы имеете в виду.

Кхе-кхе, Романдро прокашлялся, успокаивая разгоревшееся лицо.

— А наёмники, их можно считать надёжными?

— Меня это тоже беспокоило… Но Вивианна знакома с ними по работе, так что можно доверять.

— Тогда это во многих отношениях безопаснее, чем торговый караван. Это основной наём или дополнительный?

— Конечно, дополнительный. Они идут на другой конец континента охотиться на монстров, и поскольку их путь пролегает через Астану, они согласились.

— Хорошо. Когда выезжают?

— Дело немного спешное. Говорят, самое раннее ‒ завтра, самое позднее ‒ через три дня. Я знаю, ты занят после вступления в должность, но не уделишь ли время, чтобы попрощаться с Хашаром?

И правда, прошло уже несколько дней с тех пор, как он заходил в особняк. Иан взял верхнюю одежду и кивнул.

— А вы, господин Романдро?

— Я? Я как раз хотел ехать.

— Поехали вместе. Берик, ты останешься здесь?

— Э? С чего бы?

Иан подмигнул, мол, поторопись. В конце концов, он стал министром, и основную проблему потушили. Пока новое "зелье истины" не изготовлено, а проклятие Гейла не вынесено на обсуждение, ему оставалось делать только одно.

«Сделать "зелье истины" выгодным для себя».

Хотя это может быть выгодно и Гейлу. Как бы то ни было, сейчас сохранить Гейлу жизнь означало для Иана сохранить и зону безопасности.

Скрип.

— Господин министр Иан, вы уходите? Пиво пить не будете?

— Вот именно, ладно другие, но мы-то должны!

— Нельзя же просто закончить день, разобрав бумаги!

— Тихо вы! Пиво и так каждый день пить можно.

— В такой день оно бесплатное! Господин начальник Хейл, скажите им!

— …Господин министр Иан. Вы правда уходите?

Действительно, линия реальной власти ‒ это другое. Едва отойдя от кабинета министра, он уже проходил мимо отдела магических операций. Иан улыбнулся и поправил воротник.

— В другой раз. У меня срочное дело.

— Ах, жаль. Ничего не хотите поручить?

— Передайте начальнику Акорелле, чтобы докладывали о новом "зелье истины" подробно и в реальном времени. И чтобы собрали и систематизировали список всех магов из отдела поддержки, которые занимались некромантией.

На указание Иана Накина, строча что-то пером, ответила, что поняла.

— И сегодня можете устроить банкет. Запишите на мой счёт.

При этих словах Томи выронил бумаги. Накина тоже. Она выронила перо и, замерев, заморгала.

— Храни вас бог, господин министр!

— Ура-а! Отлично! Сегодня закажем специальный набор!

— Спасибо! Надеюсь, вы не удивитесь завтрашнему чеку! Люблю вас!

— Работу заканчиваем за час.

— Начальник, вы, я гляжу, толк знаете!

Пока трое шумно обменивались шутками, Иан с улыбкой направился к выходу. Встречные маги все кланялись ему.

Вжух.

— Господин министр. Всего доброго.

— Хорошо поработали.

— И вы тоже.

Романдро, идя за ним, самодовольно улыбался. Мысленно он не переставал хвастаться: дескать, Иан, унаследовавший пост Уэсли, которая занимала четвёртое место в дворцовой иерархии, находится с ним в дружеских отношениях!

* * *

— Мини, с едой, кажется, достаточно?

— Вроде да, но людей многовато.

— Питание уже оплачено, так что не волнуйтесь. Передайте всем, чтобы захватили по дополнительной одежде. За границей ветер будет сильнее.

В особняке Романдро царила настоящая суматоха. Собирая Хашара и астанцев в дальнюю дорогу, Вивианна и Мини метались как угорелые. Иан, слушая доносящийся снизу шум, улыбнулся.

Тук-тук.

— Можно войти, или нет?

— Входи.

— Иан, чего ты там делаешь? Внизу почти всё готово.

Берик набил полный рот едой. По следу на плече было видно, что он тайком стащил чей-то обед и получил по шее.

— Писал письмо в Хиэло.

— На границу?

— Да. Если хочешь что-то передать, скажи. Я добавлю.

Письмо было адресовано в Хиэло, точнее ‒ его родной матери, Филии. Чтобы расспросить о том, не был ли изначальный бастард Иан тем, кто умеет управлять маной.

«Кажется, когда мы покупали цветы в парке, она впервые увидела золотые глаза, но кто знает. Может, с детства у него были какие-то странности».

Иан постучал пером, стряхивая вытекающие чернила. Он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и невольно обернулся.

— Чего уставился?

— Думаю, кому бы написать.

Берик лежал на кровати с серьёзным видом. У него не было ни семьи, ни друзей, с которыми он поддерживал бы отношения. Пожалуй, Иан был первым, с кем у него сложилось хоть какое-то подобие связи.

— Если нечего сказать, можешь не писать.

— Написать-то хочется, но не знаю, что и кому.

— Можешь написать Хане или господину Нелсарану, или Су. Ответ придёт не скоро, но разве все воины в Великой пустыне ‒ не твои друзья?

В этот момент.

— Иан, ты там?

Послышался голос Хашара.

— Хашар.

— Сборы закончены. Скоро выезжаем.

Иан опустил перо и вышел. Дом, который ещё недавно был шумным, опустел. Все вещи вынесли в сад.

— Иан, так жаль расставаться, у меня аж в носу защипало.

— Хашар, не плачь.

Иан собственноручно вытер влажные уголки собачьих глаз и улыбнулся. Они были знакомы не так уж долго, но такая грусть при расставании говорила о том, что они стали друг другу как семья.

— Я вернусь в Астану, стабилизирую клан и обрету новое тело. А потом приду повидаться с тобой, Иан.

— Очень приятные слова.

— Я тебе так благодарен. Так благодарен.

— Хашар! А я? Со мной тоже попрощайся!

На слова Берика Хашар тихо рассмеялся и прильнул к нему. Прощание было бы очень трогательным, если бы Берик не обнимал его так, что тот чуть не трещал.

— Ах да, сними брошь.

— Если хочешь, можешь взять с собой. Если что, продашь на дорогу. Если всё будет хорошо, вернёшь, когда доберёшься до Астаны.

Магическая брошь на шее собаки. Хашар благодарно усмехнулся, и тут раздался громкий плач.

— Ох, будьте осторожны в пути! Хы-ы-ы-ык.

— Господин Романдро, перестаньте плакать. Люди подумают, что кто-то умер.

— Нет, мне просто жалко. Хы-ы-ык! Хашар! Хашар!

Это был Романдро. Глаза его опухли, он шмыгал носом. Хашар, смеясь, подбежал к нему, а тот опустился на колени и снова зарыдал.

— Проща-а-ай! Хашар! Я был так рад познакомиться с тобой!

— Я очень вам обязан, Романдро. Будьте всегда здоровы, и пусть ваша жена легко родит. Я приеду в Астану и помолюсь за вас Матери-Природе.

Хашар слегка отряхнул шерсть, намоченную слезами Романдро. Попрощавшись с Вивианной и Мини, он легко запрыгнул в повозку наёмников.

— До скорой встречи.

— Да. До скорой.

— Кх-хы-ы-ык. Хы-ы-ы-ык! Хашар!

— Ах, господин Романдро, сопли.

— Хы-ы-ы-ык!

И-и-и!

Наёмники поклонились Вивианне и хлестнули лошадей. Повозки одна за другой покидали особняк Романдро. Из окон махали руки астанцев. Они держали в руках радость возвращения домой.

Хашар до последнего смотрел из окна, и Иан стоял на месте, пока они не превратились в далекие точки.

Так все, кто должен был уехать, уехали.

Теперь настало время заняться оставшимися делами.