- Леди Блекву…

- Ш-ш-ш. Я работаю.

- Но…

- Кажется, я сказала «ш-ш-ш».

Настала тишина.

- Хороший мальчик.

Хозяйка выкинула из головы кого-то безымянного, пытавшегося её позвать, и перенаправила тот ручеёк внимания, который она столь щедро ему выделила, на сложную паутину рунических матриц перед глазами, которая продолжила проходить последовательность сцепленных трансформаций.

Один модуль вспыхнул – руны встали точно на положенные места. В воздух поднялись тщательно выбранные обломки: разбитый мрамор, разноцветные кристаллы, погнутые полоски очищенного металла, а также несколько редких компонентов, чьё изначальное предназначение было тщательно выбито из них прочь.

Хозяйка дёрнула рукой, направляя фрагменты, чтобы те выстроились как положено.

Под яркий звон колокольчиков и глухой треск объекты сформировали приемлемое подобие того, что располагалось в сердце массива раньше.

Она несколько секунд разглядывала результат, а затем разочарованно нахмурилась и рассортировала обломки по нескольким кучам в углу.

По меньшей мере, половина из этого теперь полностью бесполезна. В лучшем случае, сойдёт за блестящие побрякушки. Такие, которые могут вызвать восхищённый писк у недалёких практиков этих земель, имеющих дерзость называть себя волшебниками, но едва ли достойны даже самой свободной полки в её лаборатории.

Отделив одну нить от основного мыслительного процесса, Хозяйка сплела для себя заклинание-напоминалку: встроить незаметные эфирные сифоны в самые красивые из безделиц, прежде чем те найдут себе дорогу в какие-нибудь второсортные башни магов. Пусть дети восхищаются. Разве есть причины не воспользоваться их алчным невежеством?

Остальное внимание она уделила работе, которая так до сих пор и не завершилась.

Руны разлетелись так широко, что изменчивый свет накрыл почти половину двора. Сканирующие массивы передали в её разум многослойную картину: движение локальных потоков маны, давление на границу между Планами, помехи в симпатических связях под дворцом и бессчётные обожжённые точки, где реальность была разорвана, а затем безжалостно заварена обратно. Ещё ниже располагалась дюжина более тонких следов. Большинство магов, получив такой приток информации, превратились бы в слюнявые тушки с выжженным мозгом.

Хозяйка обнаружила, что собранные данные произвели на неё впечатление, хотя она этого не хотела.

Как досадно.

Ей никогда не нравилось быть впечатлённой. Это раздражающее чувство. Впрочем, нельзя отрицать, что сегодняшние события просто потрясают.

Ровно в той же степени, в какой раздражают.

Во-первых, иметь дело с той одолженной тварью в озере Реллария, поддерживая маскировку, было больно. По сведениям Хозяйки, последний левиафан Бездны был убит Третьим Прорицархом тысячи лет назад, но этот факт играет ничтожно малую роль, когда враг в состоянии извратить и превратить в оружие саму концепцию левиафана. Наверное, Хозяйке ещё повезло, что монстр выбрал облик водного существа. Крылья сделали бы его совершенно невыносимым.

Естественно, больше всего удручало не само создание, не жизни, потерянные в ходе нападения, и даже не повреждения, нанесённые дворцу. Конечно, погибшие – это абстрактно плохо, а починка дворца выльется в месяцы скучных жалоб. Достаточно постаравшись, Хозяйка даже сможет убедить себя сделать вид, будто ей не всё равно.

Хотя для этого понадобится столько усилий, что у неё может случиться изжога.

Нет, по-настоящему обидным было то, насколько близко враг подобрался к тому, чтобы нарушить её планы, связанные с Эмпирейским барьером.

Это чистое высокомерие.

И как кому-то могло прийти в голову вмешиваться в её месть!

Одного этого преступления уже достаточно, чтобы виновник заслужил себе место в коротком списке существ, которым Хозяйка намерена принести самое мелочное, жестокое и неадекватное возмездие, какое только сможет придумать, пока жива. И её не заботит, какие затраты, унижения и объёмы пролитой крови будут сопровождать процесс.

Список этот, кстати, короток. Рано или поздно она доберётся до каждого.

При этом руководствоваться нужно чистым прагматизмом, как бы утомительно это ни было. А сейчас он требует публично осудить ужасы нападения и неизвестного организатора, чтобы «коллеги» - другие слуги империи – сочли Хозяйку достаточно возмущённой.

Хотя лично ей было бы куда интереснее поговорить с тем, кто за это в ответе, и определить, чем они могут быть друг другу полезны до того, как грянет неизбежное предательство. В конце концов, едва ли можно считать совпадением, что барьер по-прежнему стоит, хотя половина инфраструктуры, которая должна его поддерживать, повреждена, отключена или непоправимо испорчена.

Не укрылось от внимания Хозяйки и то, как безукоризненно была обойдена защита дворца. Но это загадка для другого раза.

- Леди Блеквуд…

Хозяйка поморщилась, когда мелкая, назойливая муха снова начала жужжать над ухом.

Женщина щёлкнула пальцами, остановив работу прямо посреди смены конфигурации, и повернулась к скучному человечку. Она даже не стала тратить время, исследуя то скопление черт, которое он называл лицом, и которое так легко забыть. Одного взгляда на пошитую безо всякого воображения мантию с гербом башни Элистеда хватило, чтобы узнать всё, что требовалось.

Маг под её взором слегка сжался.

- Да? – спросила она. - Что такое?

- Я з-здесь, чтобы сообщить вам, что декан Годвин начал изучать проводник под печь-камнями. Он хотел бы организовать резонансную связь, пока вы остаётесь на этом конце.

- И он отправил тебя, потому что?..

- Он не смог связаться с вами через Причастие Зефира.

- Могу себе представить.

Причастием Зефира овладела лишь горстка современных аэромантов, и Годвин, увы, входил в их число. Он был единственным знакомым Хозяйке магом из ныне живущих, кому удалось достичь чего-то, напоминающего мастерство, в более чем двух школах магии.

Это почти заслуживало похвалы. Но Варлей до сих пор обходился без неё – обойдётся и впредь.

Так или иначе, Хозяйка не имела привычки оставаться доступной для заклинаний дальнего действия. Это считается плохим жизненным выбором среди тех, кто обладает такими врагами, как у неё. Или секретами, которые стоит хранить. Или просто функционирующим мозгом.

Годвину это было прекрасно известно. Очевидно, отправив этого мальчика, он просто решил напомнить ей о том, исполнения каких обязанностей ожидают от советницы императора.

Хозяйка щёлкнула языком.

Маг дёрнулся.

- Ступай. Кыш, - она небрежно отмахнулась от него одними пальцами. – Скажи ему, что я установлю связь точно через три четверти часа.

- Д-да, миледи.

Мужчина поклонился и поспешил прочь. Хозяйка вернулась к работе ещё до того, как он закончил разворачиваться.

Реально, худшая сторона жизни в качестве Эвелии Блеквуд – абсурдное количество людей, которые ожидают от неё исполнения обязанностей, связанных с её личностью. Лживые улыбки. Утомительные встречи. Необходимость делать вид, будто имперская политика имеет какое-то значение.

Окружающие приходят с вопросами. Проблемами. Ответственностью. Как будто должность главной советницы императора по магии накладывает на неё обязанность советовать им.

Вот наглость.

Возможно, скоро эту маску придётся сбросить. И тогда Хозяйка уже не проявит такое великодушие к следующему, кто прервёт её.

Хорошо ещё, что вокруг мало других помех. Большую часть толпы, которая носилась по двору во все стороны, уже увели в более безопасное место. Женщина не знала, куда именно, и это не заботило её настолько сильно, чтобы пытаться выяснить. Нескольких отрывистых приказов хватило, чтобы разогнать оставшихся и освободить ту секцию двора, где Хозяйка занимается взрослыми делами.

Во всяком случае, так должно было быть.

К несчастью, судьба распорядилась иначе, превратив жизнь Хозяйки в мучительную трясину, которую простые смертные даже осознать не могут.

Она успела поработать ещё немного, прежде чем почувствовала другое присутствие.

- Я пока ничего не нашла, - сухо сказала она.

Прошло несколько секунд. После этого раздался металлический скрежет, а тяжёлый шаг нёс в себе невысказанное предупреждение.

- Вы действительно искали?

Хозяйка сделала паузу и обернулась через плечо.

Там стоял капитан королевских гвардейцев. Его драконий шлем пропал, а пшеничные волосы растрепались и взлохматились.

Бело-золотая броня была изрублена, на кирасе красовалась вмятина, а один наплечник исчез бесследно. Кто-то снял наиболее повреждённые секции и вылечил раны, но его лицо было почти бескровным, а свежий бинт прикрывал один глаз. То ли целитель оказался недостаточно способным, то ли у мужчины раньше кончилось терпение.

Он уткнул пятку копья в камень и так сильно опёрся на него, что оружие стало не так сложно спутать с костылём.

- Вы в чём-то меня обвиняете, капитан Свейл?

Его здоровый глаз уставил прямо на женщину.

- Я задаю вопрос. Его Величество жив?

- Откуда я знаю? Если мне не изменяет память, следить, чтобы он оставался таковым – ваша ответственность. И вы были последним, кто его видел. Или я ошибаюсь?

Рыцарь помрачнел.

- Конечно, я по-прежнему остаюсь верной слугой императора. Если найди какие-нибудь его следы, - продолжила Хозяйка, - обязательно дам вам знать.

Аура капитана заострилась, а его копьё внезапно начало ощущаться именно как оружие.

- Или следы Её Высочества, - невинно улыбнулась Хозяйка.

Он изучал её ещё одно долгое мгновение.

А затем развеял ауру.

Улыбка Хозяйки стала шире:

- Что-нибудь ещё?

Капитан развернулся и ушёл без единого слова.

Хозяйка хихикнула.

Да, некоторые аспекты текущей ситуации раздражают. Но женщина не могла не признать: император её удивил. Один ворчливый, искажённый кусочек её души почти начал уважать его за это.

Она всегда знала, что они используют друг друга. Естественно, у него это получалось куда хуже, но ему всё равно хватило здравого смысла сделать должность советницы интересной. Она просто не ожидала, что правитель целой империи окажется втянут в нечто подобное.

Вне всякого сомнения, он как-то связан с тем, что сегодня произошло. У Хозяйки было несколько теорий, как и почему. Несмотря на всё, что он ей позволял – и на всё, что она сама себе позволяла – к определённым материям он так ни разу её и не подпустил.

На самом деле, это было одним из самых терпимых его качеств.

Выжил ли он? Как неудобно, что её искренне волнует этот вопрос.

Наверное, кое-какие усилия к поиску императора можно и приложить. Чисто из уважения к старой привязанности, хотя большая её часть и выдумана. Нельзя годами играть роль лояльного доверенного лица, не подцепив несколько привычек.

Однако, если уж говорить совсем начистоту, дочь императора вызывает куда больше любопытства.

Это дитя тоже умудрилось затеряться в хаосе. Несомненно, где-то во дворце дворяне и чиновники рвут себе волосы, осознав, что могут подтвердить выживание лишь одного члена императорской семьи.

Впрочем, Хозяйка искренне удивится, если окажется, что принцесса действительно мертва. Девочка взяла моду находить двери, о существовании которых не должна была знать. Разумеется, на её поиски были брошены такие же значительные силы, как и на поиски её отца, однако Хозяйка подозревала, что принцессу найдут лишь тогда, когда та сама этого пожелает.

Она сплела ещё одну напоминалку: попробовать по-настоящему поискать принцессу, когда будет время.

А пока…

Хозяйке опять пришлось заставить руны замереть: её решило потревожить ещё одно присутствие. По крайней мере, капельку более интересное, чем предыдущие.

- По-моему, нам так и не довелось поговорить, - раздался спокойный голос за её спиной.

- Нет, не довелось.

Посох Хозяйки очутился в руке. Самоцвет на его вершине засветился. Женщина стукнула посохом по земле, и вокруг сформировался кокон чар, защищающих от подслушивания, ясновидения и прочих свойственных дворцам способов сования носа в чужие дела.

Она отпустила посох, который так и остался стоять сам по себе, и повернулась к посетительнице.

- Старшая волшебница Ямина Вард, я полагаю?

Волшебница с пурпурными волосами мягко улыбнулась и подняла руку, чтобы поправить очки в золотой оправе, сползшие на кончик носа. Вечерние события почти не затронули её изумрудную мантию.

- Так и есть.

- Люди о вас хорошо отзываются.

- Могу сказать то же самое и о вас.

- Правда можете? – фыркнула Хозяйка. – Тогда я бы усомнилась в том, насколько эти люди вас ценят.

Пусть она и пытается вести себя как уважаемая личность, есть предел тому, сколько сил она может потратить на притворство. И она редко тратила эти силы на людей, склонных хватить «Эвелию Блеквуд».

Улыбка Ямины стала немного более хитрой.

- Буду надеяться, что она ценит меня достаточно высоко. В противном случае, думаю, мне было бы сложно что-либо ей противопоставить.

Брови Хозяйки поползли на лоб.

- Я так понимаю, вы имеете в виду наше новоиспечённое «Восставшее Пламя»?

- Да, - кивнула женщина.

- Не могу вообразить, что ей может от меня понадобиться. До сегодняшнего дня мы почти не общались.

Хотя сегодня баронесса определённо дала жару. Особенно весело было смотреть, как она препирается с Коллекционером имён. За это Хозяйка объявила бы Скарлетт Хартфорд сумасшедшей, если бы не пришла к данному выводу намного раньше – когда та почти спровоцировала вторжение Жестокой на Материальный План.

К счастью, Хозяйка приняла в расчёт определённую степень безумия ещё до того, как предложить баронессе поработать вместе. Будь эта женщина полностью логичной и скучной, такое предложение в принципе не прозвучало бы.

- А мне вот рассказали, что у вас со Скарлетт куда больше общего, чем можно предположить. Она намеревалась встретиться с вами лично, но, надеюсь, вы понимаете, почему в текущих обстоятельствах это невозможно. Поэтому вместо неё пришла я.

Хозяйка изучала её несколько секунд.

Естественно, об этой женщине ей было известно многое. Любой, чьё мнение имеет вес в современном магическом мире, знает имя Ямины Вард не хуже, чем имя её покойного отца.

Когда Хозяйка не поленилась приложить некоторые усилия, чтобы узнать о нынешней главе Туманной обсерватории побольше, оказалось, что Вард слишком идеально соответствует тому, каким должен быть человек с её прошлым. Каждый факт аккуратно укладывается в общую канву. Каждое достижение содержит под собой разумное обоснование. Даже её причуды именно таковы, каких и можно ожидать от мага с подобным происхождением.

Что само по себе немного подозрительно.

А теперь выяснилось, что Вард достаточно близка с баронессой Хартфорд, чтобы говорить от её имени. Вот это новость. Хотя, пожалуй, тут и удивляться-то нечему. Это ведь многое объясняет.

Хозяйка положила палец на изгиб щеки и продолжила разглядывать женщину.

- Ну, считайте, что вы разожгли во мне интерес. И чего же желает наша маленькая баронесса?

Улыбка Ямины углубилась на толщину волоса.

- Баронесса хотела бы осведомиться, как скоро состоится торжество, - ответила волшебница, - и сколько приглашений она может раздать.