Обычно невесты ждут свадьбу с трепетом и волнением, но бывают и исключения.

«Замуж? Я?»

Леф была ярким тому примером.

Сидя в кресле в комнате невесты в свадебном платье, Леф смотрела в одну точку пустым взглядом. Гости один за другим заходили поприветствовать её, но она не могла ответить.

Наблюдая за этим, Лоуэлл Талевис наконец решил выпроводить гостей. Убедившись, что все покинули комнату невесты, отец подошёл к дочери.

— Леф. Мне не нравится видеть тебя такой отстранённой. Тебя что-то беспокоит?

Наконец придя в себя, Леф сжала кулаки.

— Беспокоит? Я выгляжу так, словно меня ничего не должно беспокоить? Я вот-вот выйду замуж за Дэниела!

— Дочка. Не стоит мыслить негативно. Дэниел Штайнер хорош собой, красноречив и, по сути, влиятельный человек в Империи. В браке с ним нет ничего плохого.

— Но это…

Не в силах больше смотреть на это, Лоуэлл опустился на одно колено и заглянул Леф в глаза.

— Если брак для тебя такая тяжесть, скажи мне сейчас. Если ты думаешь, что этот брак останется пятном на всю жизнь, я не буду заставлять тебя идти до конца.

Леф сильно прикусила нижнюю губу. Поколебавшись, она тихо произнесла:

— …Не думаю, что это пятно.

Поняв, что она имеет в виду, Лоуэлл усмехнулся и встал.

— Тогда готовься. Твой отец выйдет поболтать с женихом.

Увидев, что Леф кивнула, Лоуэлл покинул комнату невесты и направился к алтарю. Увидев, как Дэниел приветствует гостей, он подошёл к нему.

— Должно быть, утомительно приветствовать всех этих гостей.

Заметив Лоуэлла, Дэниел слегка поклонился.

— Вы здесь, тесть.

Лоуэлл удовлетворённо улыбнулся, услышав обращение «тесть».

— Приятно слышать, как ты называешь меня тестем, во многих смыслах. Но можем мы поговорить минутку?

— О. Что ж, приветствие гостей почти закончено, так что короткий разговор не помешает.

— Хорошо. Тогда позволь дать тебе совет насчёт моей дочери…

Лоуэлл зачем-то огляделся и прошептал так, чтобы слышал только Дэниел.

— Хотя моя дочь может показаться кокетливой, на самом деле ты у неё первый.

— Первый в чём?

— Ты понимаешь, о чём я. У неё абсолютно нет опыта с мужчинами. Кроме тебя, она даже не разговаривала с мужчинами своего возраста. Вот почему она может немного стесняться в твоём присутствии.

Лоуэлл вздохнул.

— Это моя вина. Тогда я так волновался, что практически запер её в особняке, пока растил. Я даже не брал её на светские мероприятия, так что она, вероятно, не знает, как общаться с противоположным полом.

— Правда? Я никогда не видел, чтобы Леф вела себя неловко с мужчинами…

— Друг мой! Когда я говорю «противоположный пол», я имею в виду «мужчину, который ей нравится»! Это ты!

Дэниел указал на себя.

— …Я?

— Да. Как я уже говорил, Леф стала чаще улыбаться с тех пор, как встретила тебя. Она может называть тебя идиотом или чудаком, но она всегда улыбается, когда говорит о тебе. По словам её дворецкого, она говорила о тебе так много, что у него чуть уши не отвалились.

Леф так делала? Найдя это неожиданным, Дэниел слушал, как Лоуэлл продолжал с серьёзным выражением лица.

— Так что я надеюсь, ты крепко ухватишься за нашу высокомерную дочь, чтобы она не смогла оттолкнуть тебя словами, которые не соответствуют её истинным чувствам. Понимаешь, о чём я?

— …Простите, но что именно Вы имеете в виду?

— Я говорю, что хочу внуков! Внуков!

Лоуэлл закричал, словно от разочарования, но Дэниел не мог так просто согласиться.

— Тесть. Если Леф захочет этого, всё будет, но если нет — я и пальцем её не трону.

— Какой же ты упёртый. Делай как знаешь.

Хотя Лоуэлл цокнул языком из-за твёрдости жениха, он не стал настаивать. У Дэниела и Леф уже были чувства друг к другу.

«Так что, если моя интуиция верна…»

Они по-настоящему захотят* друг друга. Это лишь вопрос времени.
*[Батя-то хорош. Не так хорош, как маман Сильвии, но не отстает!]

---

Полдень.

— …Отец Аббат?

Стоя у алтаря в часовне, Дэниел выглядел серьёзным.

— Не слишком ли много Вы набрали веса?

Изначально Иерони был худым, но теперь его нельзя было назвать тощим ни с какого ракурса. Дэниел не мог скрыть беспокойства, так как аббат, казалось, приближался к границе ожирения. Настоятель знал, о чём беспокоится его сын, поэтому не стал оправдываться.

— Грехи мои тяжки…

— С моей точки зрения, они не тяжки, а широки.

— Ах ты негодник!

Иерони выкрикнул не подумав, затем кашлянул, заметив взгляды окружающих.

— В любом случае, начнём церемонию. Пора.

Дэниел кивнул, и Иерони посмотрел в сторону входа и провозгласил:

— Пусть войдёт невеста!

Двери открылись, и появилась Леф в свадебном платье, держась за руку Лоуэлла. Дэниел обернулся и прикрыл рот рукой, чтобы сдержать смех. Невеста шла по центральному проходу с плаксивым лицом.

Понять её было нетрудно. Леф, которая была убеждённой холостячкой, внезапно выходила замуж, так что её чувства, должно быть, были весьма сложными. Понимая чувства девушки, Дэниел сдержал смех.

— Зять.

Подошедший Лоуэлл добродушно улыбнулся.

— Я доверяю тебе свою дочь.

— Я ценю Ваше доверие.

— Обязательно следуй моему совету.

Дэниел не стал отвечать на это. Лоуэлл, похоже, тоже не ждал ответа, так как отпустил руку Леф и отошёл в сторону.

Оставшись наедине с Дэниелом, Леф теребила пальцы. Наблюдая за ней, Штайнер поднял её фату. Когда та была откинута, блестящие чёрные волосы и тёмные глаза предстали во всей красе. Красота девушки была настолько поразительной, что слово «прекрасная» само приходило на ум.

Посмотрев на лицо Леф мгновение, Дэниел небрежно сказал:

— Свадебное платье тебе очень идёт. Как бы это сказать? Словно ангел спустился с небес. Такое чувство, будто я смотрю на шедевр, созданный Богом.

Леф стиснула зубы.

— Это тревожно. Бог может признать твою красоту и попросить меня вернуть тебя. Но не волнуйся. Я сделаю всё возможное, чтобы встать у Него на пути.

Уши Леф покраснели.

— Нет, сопротивляться Богу — это задача не только для меня. Весь мир восстанет, чтобы не потерять тебя, обладающую внешностью, стоящей на вершине человечества.

Не в силах больше терпеть, Леф резко повернулась к Дэниелу.

— Может хватит меня дразнить? Прекрати!

Почувствовав себя кошкой, вздыбившей шерсть, Дэниел решил остановиться. Иерони, многозначительно наблюдавший за ними, объявил о начале церемонии.

— Теперь, когда двое собрались…

Пока Иерони благословлял жениха и невесту, Дэниел тихо прошептал:

— Леф.

Ответа не последовало.

— Может, я немного и преувеличил, но я говорил искренне, сказав, что ты красивая.

Рука Леф слегка дрогнула.

— …Я совсем не рада, так что просто сосредоточься на свадьбе.

Хотя она так сказала, её уши покраснели ещё сильнее. Улыбнувшись, Дэниел сосредоточился на свадьбе, как и просила Леф. После прочтения клятв настало время обмена кольцами.

Дворецкий, служивший семье Лоуэлла, подошёл, неся кольца на подушечке. Ожидая управляющего поместьем, Дэниел взглянул на Леф.

— Кстати, Леф. Это правда?

— …О чём ты?

— Что тебе нравилось говорить обо мне с другими.

Леф опешила от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

— А? Это невозможно. Хватит говорить глупости.

— Правда? Тогда позволь мне спросить.

— Спросить о чём?..

Леф осеклась на полуслове, внезапно осознав. Она с опозданием поняла, что человек, несущий кольца, — это её дворецкий. Прежде чем девушка успела его остановить, дворецкий подошёл, и Дэниел взял кольцо, задавая вопрос.

— Дворецкий. Леф когда-нибудь говорила обо мне?

Дворецкий улыбнулся и кивнул.

— Да. В те дни, когда она много говорила, она упоминала премьер-министра по несколько раз на дню.

Услышав это, Дэниел посмотрел на Леф.

— Так он говорит.

Из-за этого лицо Леф залилось краской стыда. Не в силах возразить, она стиснула зубы, когда Дэниел протянул руку.

— Твою руку.

Сгорая от смущения, Леф сердито посмотрела на Дэниела.

— Я что, собака? Думаешь, я дам лапу только потому, что ты просишь?

— Не обязана, но разве не ты говорила, что мы должны сосредоточиться на свадьбе?

Очередное поражение.

Хотя она была странно раздражена, у Леф не было выбора, кроме как протянуть руку. Благодаря этому Дэниел смог надеть кольцо на её безымянный палец. Увидев это, Иерони громко провозгласил, чтобы слышали все гости:

— Настоящим объявляю перед Господом, что эти двое детей Его теперь муж и жена! Пока смерть не разлучит их, жених и невеста будут всегда любить и посвящать себя друг другу!

Как только Иерони закончил говорить, со всех сторон раздались аплодисменты. Подумав, что всё наконец закончилось, Леф вздохнула.

— Мы закончили? Я устала, пошли отсюда скорее.

Но Дэниел стоял неподвижно, как статуя. Найдя это странным, Леф нахмурилась.

— Что ты делаешь? Мы не уходим?

— Прости, но остался последний обычай.

— Последний обычай? Что ты…

Поняв, что последним обычаем был поцелуй, Леф резко вдохнула. Сжав свадебное платье, она стиснула зубы, словно это было невозможно.

Она впервые целовалась с мужчиной, так что было естественно смутиться. Пытаясь успокоить дрожащее дыхание, Леф заговорила.

— П-почему я должна делать это с тобой?

— Леф. Прости, но поцелуй — часть церемонии. Это не просто проявление чувств перед гостями, а ритуальный акт, объявляющий всем, что брак заключён.

— Нет. Даже так…

Подумав, что это, безусловно, может быть в тягость, Дэниел кивнул.

— Хорошо. Давай просто притворимся. Это ведь не проблема, верно?

Он ожидал немедленного согласия, но Леф заколебалась. Обхватив себя рукой, она на мгновение задумалась, прежде чем посмотреть на Дэниела.

— Если мы просто притворимся, они могут заметить. Так что…

— Ты имеешь в виду, мы должны сделать это по-настоящему?

Покраснев, Леф слегка кивнула. Решив, что в её словах есть смысл, Дэниел согласился.

— Тогда…

Дэниел обнял Леф за талию и притянул к себе. Затем наклонил голову.

Леф на мгновение удивилась, но вскоре спокойно положила руки на плечи Дэниела и встала на цыпочки. Их лица сблизились, пока губы не встретились.

В этот момент тело Леф задрожало, словно через неё пропустили электрический ток. Не только её сердце бешено колотилось, но и ноги, на которых она стояла на цыпочках, стремительно слабели.

Когда короткий, но одновременно такой долгий поцелуй закончился, Леф отступила назад и крепко зажмурилась. Она выглядела точно как испуганный кролик, что вызвало у Дэниела желание рассмеяться.

Отпустив её талию, Дэниел убрал упавшую чёлку с её лица.

— Леф. Ты, вероятно, ненавидишь быть замужем за мной. Я сделаю всё возможное, чтобы устранить это недовольство. По крайней мере, я не сделаю тебя несчастной.

С трудом сглотнув, Леф медленно открыла глаза. С раскрасневшимся лицом она собралась с мыслями и тихо произнесла:

— …Я не ненавижу это.

Гадая, что она имеет в виду, Дэниел уставился на неё, безмолвно прося повторить. Сжав собственное запястье и отведя взгляд, Леф пробормотала:

— Выходить за тебя замуж, я имею в виду…

Сказав это, Леф подумала, не сошла ли она с ума.

— Спасибо, что сказала это, Леф.

Глупый мужчина, улыбающийся перед ней, казался сегодня особенно красивым. Это было довольно опасно.

«Такими темпами…»

Она может по-настоящему полюбить Дэниела.