Полог моей палатки открылся. Я поднял глаза и увидел Лероя, короля Ренов. Он выглядел непривычно: его волосы были растрепаны, одежда сменилась с помпезной на практичную, на коже прибавилось свежих шрамов, за поясом висел большой меч, а за спиной — дробовик. Как и Хан, он был одет в меховую накидку из шкуры урсана, также носил другие одежды из шкур. Слабые следы запаха Атлан смешивались с его собственным.

Я подумывал потянуться за оружием, но меч и пушка Лероя все еще покоились в ножнах и кобуре. Выражение его лица было мягким, хотя и холодным. Я не стал первым выказывать агрессию и скрестил руки. На всякий случай держал наготове заморозку. Я кивнул ему.

— Лерой.

Он кивнул мне в ответ.

— Донован.

— Наверное, меня не должно удивлять ваше присутствие здесь.

На его лице расплылась насмешливая улыбка.

— Нет. Не должно.

— Могу ли я чем-то помочь?

— На самом деле, нет. Просто захотел увидеть тебя.

— Немногие люди идут на это добровольно.

— Однажды ты поделил с нами в моем доме хлеб и соль. А потом предал наше гостеприимство.

Я кивнул, узнав эту концепцию из книг.

— Да, предал. И оправдания этому нет.

— Я хочу поблагодарить тебя за это.

Это меня удивило.

— Почему?

— Это преподало мне ценный урок, — ответил Лерой.

— Что за урок?

— Выживание меня и моего народа важнее гордости.

Я промычал что-то, вспоминая все, на что мне пришлось пойти ради выживания. Гордость никогда не руководила мной. Мне не позволяли ее иметь. Хотя я понимаю, как ее потеря может ранить кого-то, кто считает себя королем.

— Пожалуйста, тогда.

Он покачал головой.

— Ты мне не нравишься, но и ненавидеть я тебя тоже не собираюсь. Я понимаю, почему ты это сделал. Пустоши — гораздо более сложное место, чем я себе предполагал, — он вздохнул. — Но мои люди могут не понять, — с этими словами он слегка кивнул в мою сторону и ушел.

В уголке моих губ дернулась ухмылка. Лерой, может, уже и не король, но склонность к драматизации у него определенно сохранилась. Его меч был огромным. Насколько, что большинство людей не смогли бы удержать его в одной руке. Но этот парень спокойно носил его на поясе и не шатался. Он был силен. Информация, которую я получил из бункера, утверждала, что все Рены сильны. Интересно, осознавала ли Орда их ценность.

После ухода Лероя я проверил свои боеприпасы и еду, а также занялся обслуживанием и чисткой оружия. Экипировка моя была на высшем уровне. Уничтожение группы работорговцев и их сообщников принесло мне уйму пользы, которая с лихвой покрыла все затраты. Сверху мне удалось завершить еще одно расследование и получить немало ОП в боях, не говоря уже об уровнях навыков. Мои успехи были стабильны, а это более чем хорошо. Приятно, что улучшения идут от менее опасных дел, чем штурм охраняемого объекта, и от менее морочащих, чем расследование убийства.

Как только я закончил обслуживание своего 9-миллиметрового пистолета, в мою палатку вошла жена Хана, та же самая, с широкими плечами.

— Хан готов принять тебя. Следуй за мной.

Я кивнул и встал за ней. Жена провела меня через личный автопарк Хана, за подмост, на котором происходил прием гонцов. За ним находилась палатка внутри палатки. Она была выкрашена черной масляной краской с узорами татуировок ордынцев. Это казалось почти аскетичным, учитывая статус Хана. Жена приоткрыла полог палатки и пригласила меня внутрь.

Я кивнул в знак благодарности и вошел. В палатке было душно. Над Фетте уже вовсю палило солнце, оттого на улицах стояла жара, но здесь было еще жарче. В центре палатки горел очаг, рядом с ним стоял старый металлический стол с картами и указателями. Рядом был еще стол, заваленный деталями и папками со схемами и изображениями двигателей. В другом конце находилась простая койка.

Сам Хан стоял у стола с деталями. Он что-то закручивал невероятно маленькой отверткой, которая в его огромных руках выглядела комично. На нем были только штаны. Татуировки на его коже были ничем не прикрыты. Обуви он тоже не носил.

— Не этого ты ожидал? — спросил Хан, пока я оглядывался.

Я покачал головой.

— Нет.

— Это мои личные покои. У меня есть несколько отдельных палаток для встреч с генералами, а также другие, более величественные и внушительные. Но я предпочитаю эти. Знаешь, почему я позвал тебя именно в эти покои?

Я задумался, на затем покачал головой. У меня не было ответа.

— Потому что мертвецы, и ты в частности, видят эту показуху насквозь. Вы сами так часто этим пользуетесь, что я не видел смысла пытаться.

— Это имеет ценность. Подумал, вы оцените усилие.

Он кивнул и, закончив работу над деталью, посмотрел на меня.

— Ты просил о встрече, однако я и сам собирался найти тебя с тех пор, как ты покинул территорию STAR.

— Меня бывает трудно найти.

Хан одарил меня волчьей улыбкой.

— Не так трудно, как ты думаешь, — он поднял грязную тряпку и вытер руки. — Поскольку ты мой гость, предложивший дань, я позволю тебе первым рассказать о своем деле.

Я кивнул ему.

— Это связанно с моей поездкой в STAR.

— Продолжай.

— Я работал по поручению другого Маршала, Лии. Помогал ей разобраться с проблемой, способной внести смуту в регион. В ходе того мероприятия я сделал открытие, которым считаю обязанным поделиться с вами.

Хан смотрел на меня без изменений, все еще держа в руках тряпку.

— В пустоши проникла новая группировка. Они называют себя Ревнителями и утверждают, что являются остатками правительства США. STAR уже попало в их руки, но они не планируют останавливаться. У них есть технологии, намного превосходящие те, что есть в пустошах. Они говорили, что имеют частичный доступ к системе.

Хан кивнул.

— Я знаю.

Я замер, удивленный.

— Знаете?

— Да. Помимо тебя, у меня в подчинении есть много людей. В том числе десятки сотрудников STAR.

— Вы знали, что Лия — одна из них.

Он кивнул.

— У меня были подозрения. Я просто ждал, пока ты сам их подтвердишь, чтобы понять, чем ты готов делиться, а что предпочтешь оставить в секрете, — он отбросил тряпку. Под ней оказался спрятан обрез, который Хан затем убрал в кобуру на поясе. — Полагаю, есть что-то еще?

— Они предложили Поттс Филду сделку. Нас оставят в покое, а взамен мы обыщем определенные мертвые зоны и предоставим им информацию. Ревнители так же просят меня о сотрудничестве.

— Было ли это предложение принято?

Я кивнул.

Хан поднес руку к бороде.

— Похоже на сделку, которую предлагал я сам Гробовщикам и тебе, — он оглядел меня. — Ты думал, что я восприму это как предательство?

Я кивнул.

— Не исключал этой возможности.

— Тогда зачем пришел и рассказал мне это?

— Я не доверяю Ревнителям. Они лгали и манипулировали мной, но я и не хотел принимать решение от имени всех мертвецов. Подумал, что, предоставив вам ему информацию, я смогу найти нам потенциального союзника, если что-то пойдет не так.

— А если что-то пойдет не так, и эти Ревнители захватят мою территорию?

Я молчал.

Хан усмехнулся.

— Эти соглашения, сделки и намеки занимательны, но бессмысленны, — он вернулся к столу с деталями и продолжил сборку. — Как у Ревнителей, как у твоих людей, как у STAR… у вас одна и та же слабость. Вы воспринимаете слова как действия. Ревнители пока не предприняли никаких действий против меня. Поттс всегда придерживался честности в делах, и ты сделал для меня и моего народа больше, чем даже некоторые из моих лучших воинов. Эти разговоры о том, кто что может сделать и кто о чем договаривается ничего не решают. Я не питаю ни к тебе, ни к Поттсу, ни к Ревнителям никакой неприязни. И не буду, пока шлюз не будет поднят. STAR — это другая история, но и она может измениться. Благодарю тебя за предупреждение и честность.

Я кивнул.

— Думаю, ты начинаешь чувствовать то же, что и я в самом начале своего ханства.

— Что это?

— Груз власти. Сейчас он не слишком настойчиво тянет тебя вниз, но, думаю, это изменится. Ты колеблешься: принимать ли решение за свой народ без его согласия? Но в конце концов ты можешь обнаружить, что твоя воля и их воля совпадают, — Хан закончил сборку устройства и задумчиво посмотрел на него. — Можешь идти. Твой статус в ханстве не изменился.

Я повернулся и вышел из палатки.