Обратный полет на Шрайке прошел в тишине. Лия держала глаза закрытыми, выполняя свою агентскую работенку, а Грейвс сосредоточился на пилотировании, такой же разговорчивый, как и всегда. В какой-то момент пути я с удивлением обнаружил, что думаю о Мерси: интересно, читает ли она еще ту книгу, которую я ей одолжил? Рано или поздно к народу Республики нагрянут изменения.

Мне потребовалось время, чтобы обработать всю навалившуюся на меня информацию. Ревнители прибыли в пустоши, по крайней мере, их часть. Пока что в их состав входит человек тридцать в силовой броне, но это еще не все: разведданные, технологии и, как видно, почти полный контроль над STAR, — весомые переменные, забывать о коих будет ошибкой. Организация ясно высказывалась насчет своих целей, и даже если мое путешествие в Разрез ни к чему не приведет, они останутся силой, с которой придется считаться. Пока Ревнители выглядят весьма толерантными и щедрыми, и это только разжигало мои подозрения.

В моем сознании всплыли лица министров. Мастерс, несомненно, был главой Кабинета — этот факт нисколько не скрывался. Мэтьюз напоминала мне Джулиана — в глаза обоих горело жгучее любопытство и жажда знаний. Остальные не произвели на меня никакого впечатления, кроме, разве что, странной знакомости Адамса. Не внешности, а голоса. Я просмотрел свою сумку, трижды проверил боеприпасы и сделал несколько заметок по топографии местности, над которой пролегал маршрут Шрайка. Когда я убирал блокнот, меня вдруг ударило осознание. Голос, транслировавшийся по радио с речами об Америке, которые повысили мой показатель национализма, принадлежал Адамсу. Лия упоминала, что они готовили почву для своего возвращения. Стоило догадаться, что пропаганда была частью этого всего. Меня поразило, что этот человек, так красноречиво и смело вещавший по радио, так жалко выглядел вживую. У него буквально лицо для радио.

(П.П. Это такое меткое английское выражение, что мне не хочется и пытаться его адаптировать. «Да у тебя лицо для радио» = «Ты слишком уродлив, чтобы сниматься на видео».)

Ко времени нашего приземления уже стемнело. Грейвс кивнул мне, когда я выпрыгнул из самолета, а Лия последовала за мной. Она вручила мне тубус, очень похожий на тот, в котором хранилось первоначальное соглашение с Поттсом. Я взял его.

— Так как мне с вами связаться? — задал я вопрос.

Ее глаза закрылись, и тут я получил уведомление.

Кто-то пытается использовать на вас способность. Разрешить?

Да/Нет

Я посмотрел на Лию, подняв несуществующую бровь.

— Это связь для обмена сообщениями. Если ты дашь свое согласие, у нас появится ветка общения.

Я нажал «Да», и перед моими глазами всплыло маленькое окошко.

Привет

— Как мне ответить?

— Просто проговори ответ. Не обязательно вслух.

Окей

Агент кивнула и запрыгнула в Шрайк.

— Не торопись. Ты наш единственный шанс на успех, и не в наших целях препятствовать тебе и твоей подготовке. И еще: обмен сообщениями может плохо работать в мертвых зонах.

Я запомнил это и пошел обратно по тропинке к Джасперу и моей мертвой зоне. Еще одна вещь, которую мне стоит учесть в оценке Ревнителей, — это их мгновенная связь на больших расстояниях. Пусть это и не кажется очевидным, но важность коммуникации я познал еще с поры своей работы Курьером. Если связь используется с умом, это кратно усилит угрозу, которую они представляют.

Первоначально я планировал отправиться к себе и провести ночь в уюте и комфорте, но потом решил сделать крюк к Джасперу, чтобы убедиться, что там нет новой бойни. На пути к городу я уловил запах смога и заметил столбы дыма. Я выхватил винтовку и побежал к поселению, ожидая новой атаки, но вскоре понял, что никаких звуков перестрелки нет, только рев двигателей — Орда прибыла.

Это было удивительно. Новости могут распространяться ужасающе быстро, однако меня не было здесь всего сутки, а это слишком короткий промежуток времени, чтобы кто-то успел прибыть сюда из Фетте. Я перекинул винтовку через плечо и подошел ближе. Вскоре передо мной открылся город. Мужчины и женщины усердно трудились, роя траншеи по периметру поселения. Я помахал стражнику на башне. Он обратил свой сощуренный взгляд на мою едва различимую в темноте фигуру, а затем, признав меня, опустил пушку и помахал в ответ. Так я прошел остаток пути до самого Джаспера.

Повсюду, куда ни глянь, были видны свидетельства ущерба, что был нанесен городу рейдерами: свежие пулевые отверстия, кровь, следы шин и обломки зданий да бронированного автобуса, хотя большую часть уже убрали. Вместо страха и отвращения в глазах, обращенных на меня, я видел облегчение. Странное ощущение преследовало меня, пока я шел по городу на шум двигателей. Я больше не оглядывался по сторонам и сосредоточился на пути.

В центре Джаспера, где разрушения были наиболее серьезными, стояли мотоциклы в окружении солдат Орды. Среди них находилась Роуз, сквернословящий мэр города, разговаривавшая с Анджелой. По сравнению с нашей прошлой встречей, сейчас на коже последней поприбавилось татуировок. Следуя моде, она тоже носила урсановый мех. Ее ирокез гордо стремился кверху, добавляя ей сходство с петухом.

Всадники Орды расступились передо мной, кивая в знак признания. Шепот пошел по ордынцам, когда я проходил мимо них. На подходе разборчив стал разговор Анджелы и Роуз, и, да проклянут меня пустоши, он жуть как походил на шифр. Их диалог состоял из самых грязных слов и метафор, на которые горазд дух пустошей. Несколько мгновений я просто стоял, поглощенный этой беседой.

— … четыре поселения были оттраханы так жестко, как никогда не была оттрахана ни одна женщина ордынского всадника, получившего свое первое тату, — говорила Анджела. — Тебе пиздецки повезло — твое поселение выебали охуенно мягко, по головушке погладили хуем просто.

— Мы платил Орде за защиту, а не за ебучие опоздания и нахер не сдавшиеся оправдания, блядь. Если бы вы тратили свои никчемные жизни на патрулирование, а не на сосание ваших…

— Еще нападения? — я прервал их, и только сейчас Роуз и Анджела обратили на меня внимание.

— ...членов, — закончила Роуз, несмотря на возникшую паузу.

— Тоже рада тебя видеть, Донни, — сказала Анджела. — К черту приветствия. Как делишки?

Я посмотрел на нее пустым взглядом.

Она вздохнула.

— Да. Всего пять, включая Джаспер, пока что. Одна банда этих бандиток-рейдеров, загруженная в танки-автобусы. Налетели, как саранча, в одночасье.

— И ни одному поселению не удалось отбиться?

Анджела цокнула и покачала головой.

— Цели были выбраны ловко. Уязвимые города, редко сталкивающиеся с рейдерской напастью. Короче, Джаспер — единственный счастливчик, которому удалось худо-бедно отстоять себя.

— И как вы так быстро узнали о нападении?

— А мы и не знали. После первых двух сообщения Хан приказал патрулировать каждое поселение. Тут мы случайно оказались.

Я кивнул. Это объясняло, как они могли прибыть сюда в этот короткий срок.

— Есть сведения о рейдерах? Местоположение их базы, лидер, хоть что-то?

— Они называют себя Вдовы и принимают к себе только женщин. До сих пор они зарабатывали на хлеб мелкими налетами и манипуляциями. Молили парней о пощаде, а когда те подъезжали — хоп! Засада схлопнулась, вы в окружении.

Я решил не упоминать тот факт, что обманывали они не только парней, учитывая нашу встречу с ними по пути в черный лес.

— И неизвестно, откуда они взяли автобусы? Топливо? Они редкостно хорошо оснащены для группы рейдеров. Сомневаюсь, что мелкие налеты могли их так обогатить.

— Хер знает.

Я открыл систему и ввел известные данные. Как только расследование было принято, я снова переключился на Анджелу.

— Я начинаю расследование. Мне нужно отправиться в Фетте за информацией.

Анджела кивнула.

— Ахренительно. Сообщишь Хану горе-весть: это поселение тоже накрыло.

— Ты не собираешься возвращаться в Фетте? — спросил я. Думал, что проедусь в компании ее команды. Конечно, одиночные путешествия были предпочтительнее, но с учетом опасности машин лучше было бы иметь при себе парочку дополнительных тел.

— Нет, у нас приказ: патрулировать, патрулировать и еще раз патрулировать. По велению жребия, в этих местах я надолго.

Роуз усмехнулась.

— Замечательно. Пусть со Вдовами пиздятся компетентные, а не кучка бесполезных уеб..

— Я ухожу, — за последние сутки я вступал в разговор со многими людьми и насытился на несколько лет наперед. Сильнейшая жажда одиночества изводила меня. Я поправил шляпу и поплелся из Джаспера к своей мертвой зоне. Сегодня меня по горло достало людское общество.