Юнь Вань была решительна и бесчеловечна. Недолго думая, она приняла заказ и связалась с младшим братом Ли Сюанью.

Тот уже две недели искал брата через хрустальное зеркальце, но день за днём сталкивался лишь с холодными насмешками и язвительными шутками. А теперь, когда кто-то наконец взял его заказ, первой мыслью парня было, что над ним просто в очередной раз потешаются.

Не шути так, дружище.

Я и не шутила, твой старший сейчас рядом со мной.

Пребывая в замешательстве, Ли Сюаньмин ненадолго замолчал и позже написал:

Правда? Это действительно не шутка?

Юнь Вань поняла, что он так просто не поверит. К счастью, в зеркальце была функция миража, позволяющая передавать изображение из реального мира. Украдкой запечатлев, как Ли Сюанью уплетает дыню¹, она отправила фото со словами:

Посмотри, это же твой старший, да?

Ли Сюаньмин пригляделся и ахнул: «Да это же он, чёрт бы его побрал!» — и тут же оживился:

Я сейчас в городе Варварских Туманов². До вас смогу добраться, наверное, только к завтрашнему утру. Не могли бы вы, дружище, задержать его у себя всего на одну ночь? Не переживайте, я не поскуплюсь на вознаграждение.

Это слишком хлопотно. Я сама его к тебе отправлю. Сильно переплачивать не нужно, хватит и восьмидесяти.

Ли Сюаньмин всё ещё сомневался, но, уловив её уверенный тон, в конце концов, пусть и с небольшими колебаниями, согласился.

Договорившись, Юнь Вань убрала зеркальце и с улыбкой подошла к Ли Сюанью:

— Наелся?

— Наелся, — ответил парень, облизнувшись; его лицо засияло чистой наивностью, — благодарю барышню за заботу.

Он и не надеялся, что в этом полном коварства мире можно встретить такую добрую девушку. Растроганный и в то же время несколько обрадованный, он подумал: «Вот же, я знал, что мир культивации ещё не скатился в пропасть, и доброта всё ещё существует».

— Ну, я тогда…

— У меня есть задание на сопровождение, — перебила она. — Не знаю, согласишься ли ты его взять.

Ли Сюанью опешил, неуверенно указав на себя пальцем:

— Я?

— Мгм, — Юнь Вань кивнула, — завтра мне нужно в город Варварских Туманов. Дорога весьма опасная, вот и ищу кого-то для охраны. И раз уж мы с тобой так поладили, то уж лучше поручить это тебе. Что касается оплаты…

— Обижаете, барышня! — не дав ей договорить, возмутился он и и стукнул кулаком по колену. — Вообще-то, мне и самому нужно в тот город. Раз путь один держим, то ни о какой оплате не может быть и речи!

Будучи культиватором меча, он хоть и не был богат, как алхимики, или утончён, как заклинатели нот³, зато был прямодушен, обладал героической отвагой и превыше всего в жизни ставил чувство долга и благородство.

С тех пор, как Ли Сюанью спустился с горы, он ночевал где придётся, подставляя тело ветру и холоду. С трудом получив одно задание, он был обманут и лишился всех своих пожитков. Теперь же, встретив доброго человека, какой уж тут расчёт за простую услугу?

— Будьте спокойны! — ударив себя в грудь, пообещал он. — Ли Сюанью доставит вас туда в целости и сохранности!

Юнь Вань лишь молча улыбнулась, однако внутри уже вовсю прыгала от радости.

Изначально она собиралась потратить десять духовных камней, чтобы отправить Ли Сюанью в Варварские Туманы, а затем получить те восемьдесят. «Как же всё так удачно сложилось – ни копейки не потратила, ещё и на дороге сэкономила!»

— Тогда я наловлю для тебя ещё рыбки, приготовим её на огне, — сказала девушка, поднимаясь, и направилась к речке по тропинке.

Провожая взглядом её удаляющуюся фигуру, Ли Сюанью причмокивал:

— А барышня всё же такая добрая, вот бы только узнать её имя…

Парень вытянул шею, напряжённо вглядываясь вдаль. Несмотря на внушительный рост и крупное телосложение, выглядел он не слишком сообразительным.

Се Тиньюнь совершенствовался вот уже сотни лет. И сейчас даже в его давно окаменевшем сердце проснулась толика жалости к молодому парню, собрату по оружию. Если кратко: у него слегка заныла совесть.

Он поворошил палкой костёр и безучастно произнёс:

— Мой тебе совет: уходи.

Молодой парень наконец-то заметил его присутствие. Сперва он внимательно осмотрел самого Се Тиньюня, а затем его взгляд почти машинально упал на длинный меч, стоящий возле мужчины.

— А вы, братец-даос, тоже мечник?

— Мгм.

— Вот это да, и я тоже, — сказал Ли Сюанью. — Хотите знать, какое имя у моего клинка? — Не дожидаясь ответа, он, самодовольно покачивая головой из стороны в сторону, начал свой рассказ: — С этим мечом прошёл я тысячи путей и сокрушил миллион врагов. И потому имя моему мечу…

— Тысячи Путей – это отличное имя, — искренне похвалил его Се Тиньюнь.

— Миллион⁴ вообще-то, — явно такого не ожидая, поправил тот, и затем в попытке перевести тему смущённо добавил: — А как зовётся ваш клинок?

— Мой меч само совершенство, — ответил тот.

— Да, он и правда совершенен, поэтому мне и интересно…

— Мой, — повторил он и интонацией выделил: — Меч Само Совершенство. Это имя.

Оба замолчали, и в воздухе повисла удушающе неловкая тишина.

— Братец-даос, — спустя некоторое время решил заговорить Ли Сюанью, — что ты имел в виду, советуя мне уйти?

— Я говорил о слепом доверии не тому человеку, — продолжая ворошить костёр, ответил мужчина.

Молодой парень стал усердно обдумывать эти слова. Пусть смысл он так и не уловил, зато заметил лежащее рядом с Се Тиньюнем хрустальное зеркальце. Поверхность устройства мерцала золотым светом, что указывало на наличие активного заказа. И в этот момент парень внезапно осознал, что столкнулся с конкурентом.

— Неужто вы, братец-даос, — усмехнулся он, — боитесь, что я уведу ваших клиентов?

Се Тиньюнь остолбенел, никак не ожидая подобной причудливой мысли.

— Эх, я-то полагал, что сердца мечников едины, — продолжил тот, — а оно вот как, пути наших с тобой сердец направлены в совершенно разные стороны. Как же я ошибался… — сказав это, молодой парень тут же улёгся спать прямо на земле.

Спустя мгновение в хрустальном зеркальце раздался сигнал оповещения.

Се Тиньюнь покосился на экран, где только что пришло уведомление о новом посте Ли Сюанью:

Сегодня я встретил прекрасного человека! Мне дали много работы, подарили всякие безделушки и даже накормили! Правда вот, у барышни ужасный вкус – мечник, странствующий с ней, за исключением своей привлекательности абсолютно ничего из себя не представляет.

Абсолютно ничего из себя не представляющему помимо своей привлекательности Се Тиньюню было нечего на это ответить. «Ну что ж, — подумал он, — добрыми словами не отговорить мотылька, что летит на пламя».

Мужчина покачал головой и, умыв руки, бросил все попытки помочь парню.

***

К следующему утру двое других мечников также завершили задания, назначенные Юнь Вань. Теперь ей оставалось лишь доставить клиентам их заказы и получить оплату. Работы предстояло немало, и даже верхом на мече на выполнение потребовалось бы никак не меньше половины дня. Девушка же, желая избежать напрасной траты столь драгоценного времени, поручила Ли Сюанью и Се Тиньюню отправиться в разных направлениях, что позволило бы ей снизить издержки.

Способности этих мечников были настолько феноменальны, что оба завершили свои миссии задолго до наступления полуденного часа, вернувшись со всеми вознаграждениями.

Юнь Вань повернулась к ним спиной и, присев на корточки, приступила к тщательному подсчёту всего свежезаработанного: два мешка медных монет, пять кусков нефрита и жадеита, двести духовных камней среднего ранга, одна сотня – высшего и пять сотен – низшего. За исключением высокоуровневых, камни низшего и среднего уровней можно было переплавить в камни закалки для мечей, а в ближайшем городе продать перекупщикам по завышенной цене.

Эта поездка оказалась весьма прибыльной, и девушка осталась очень довольна.

Она выбрала из добычи кусочек яшмы не самого лучшего качества и протянула Ли Сюанью:

— Ты, мой дорогой друг, усердно потрудился, так что держи свою награду.

Парень застыл и во все глаза уставился на неё, бережно протягивающую драгоценный камень. В этот миг она казалась воплощением самой Таинственной Девы⁵, спустившейся с высот Девяти Небес, чьё сияние способно очаровать любого и поразить до глубины души.

— Барышня, вы так щедры! — Ли Сюанью аккуратно, словно сокровище, спрятал яшму, призвал свой меч и, протянув ладонь девушке, произнёс: — Давайте, я вас подвезу.

Юнь Вань уже собиралась вложить свою руку в его, как вдруг оказалась скована крепкими объятиями.

На мгновение она удивилась, но, подняв голову, встретилась с мрачным взглядом Се Тиньюня.

— Нет необходимости, мой меч и сам прекрасно перевозит людей, — произнеся эти слова, он тут же приказал Совершенному Мечу подлететь к их ногам.

Мужчина, не сказав больше ни слова, обхватил талию Юнь Вань и помог ей встать на клинок, а затем, надёжно прикрыв собой её спину, свёл пальцы в заклинательном жесте для управления полётом. Меч устремился вверх, вознеся пару так изящно и легко, что Ли Сюанью застыл, очарованный этим зрелищем.

Но в следующее мгновение, когда заряд клинка иссяк, он выскользнул прямо у них из-под ног и скрылся, безо всякого предупреждения оставляя двоих пассажиров в свободном падении на землю.

Се Тиньюнь сохранил равновесие и плавно приземлился, конечно же, не забыв обнять Юнь Вань. А затем, встретив два ошеломлённых взгляда, абсолютно невозмутимо и с присущим небожителям достоинством, произнёс:

— А твой меч выдержит троих?

«…»

«Да уж, вот это я понимаю – жить за чужой счёт и не краснеть», — подумал Ли Сюанью и решил вежливо отказать:

— Мой клинок предусмотрен лишь для двоих, может быть, тебе…

— Мгм, — не дав ему шанса договорить, тот указал на свои плечи и сказал девушке: — Садись сверху.

«Что, прости? — подумала она. — Кто и куда сядет? И что это значит вообще?»

Юнь Вань, с её вечными грязными мыслишками, не успела осознать всей серьёзности ситуации, как Се Тиньюнь взгромоздил её себе на шею. Та от неожиданности вскрикнула, вцепилась руками в его волосы, собранные в пучок, и застыла, не смея пошевелиться.

Игнорируя боль на затылке, мужчина, дабы она не свалилась, обхватил её лодыжки руками и безразлично произнёс:

— Я наложу на нас заклинание невесомости, чтобы не перегружать Тысячи Путей.

— Его имя – Миллион, вообще-то, — поправил Ли Сюанью.

— Я знаю.

«Ага, знает он, — возмутился тот про себя, — да ни хера он не знает!»

Теперь парень уже не мог отказать. Он первым взошёл на меч, оставив место сзади себя. И, когда Се Тиньюнь устойчиво встал на клинок, Миллион плавно поднялся в воздух.

Глядя на оставшуюся шаткую часть лезвия, Юнь Вань, сидевшая на шее мужчины, затрепетала от страха и в конце концов обхватила всю голову Се Тиньюня, тихо предложив:

— Может быть… мы можем сделать меч немного больше?

В фэнтезийных сериалах показывали нечто подобное. «Раз у клинков есть дух, — верила она, — значит изменить форму для него не составит труда».

— Я… — смущённо улыбнувшись, произнёс Ли Сюанью, — пока не достиг такого мастерства.

Искусство контроля формы клинка – это техника, подвластная культиватору минимум на уровне зарождающейся души. Ему же, скромному практику, достигшему третьей ступени возведения основ, столь высокое заклинание было не по зубам. Да и овладей он им, маялся бы так, хватаясь за каждую мелкую подработку? Скорее всего, уже давно бы приказал мечу обратиться лодкой, да плавал бы себе, перевозя путников туда-сюда по всему миру. А за один такой день, вероятно, зарабатывал бы немалое количество камней закалки.

Юнь Вань умолкла, лишь крепче вцепившись в голову Се Тиньюня.

Меч стремительно поднимался всё выше, пока наконец не взмыл к самим облакам, что густой завесой затянули небо, скрывая под своей белой пеленой всё вокруг.

Они летели медленно, время от времени покачиваясь, из-за чего сердце Юнь Вань тревожно сжималось от постоянного ощущения, что она вот-вот упадёт. Помимо беспокойства девушке приходилось терпеть порывы свирепого ветра, то и дело хлеставшие её нежные щёки ледяным воздухом.

В разгар этого нелёгкого испытания два других клинка со свистом пронеслись мимо троицы, оставив за собой наглые и вызывающие полосы мечевой энергии.

До них донёсся также и отрывок диалога промелькнувших мечников:

— Старший, посмотри как романтично! Я тоже хочу прокатиться так с тобой!

«Да какая тут, к чёрту, романтика?! — возмутилась про себя Юнь Вань. — Мне вот-вот башку снесёт! Как тебе такая романтика? Нравится?»

— Этот меч уже перегружен, — фыркнул мечник. — Не стоит на них ровняться, младшенькая.

— Стой-стой-стой, я больше не могу, — из-за сильного ветра голос Юнь Вань прерывался. — Остановись сейчас же!

Как только Ли Сюанью услышал её слова, тут же приземлился на ближайшем горном пике.

Юнь Вань, вся дрожа и покачиваясь, слезла с шеи мужчины. Волосы её сильно растрепались, а лицо покраснело от сильных порывов ветра.

Переведя немного дух, девушка обратилась к Се Тиньюню:

— Лучше ты садись ко мне на шею.

Продолжи они полёт в том же духе, роскошные волосы девушки, вероятно, стали бы подобием бесплодной пустыни, поросшей лишь случайными травинками.

«Нет-нет, ни в коем случае», — решила Юнь Вань и, присев на корточки, похлопала себя по плечу.

— Давай, садись, ну же, — настаивала она.

Се Тиньюнь опешил.

Ли Сюанью также опешил и подумал: — Эта барышня… невероятно прямолинейна и раскована!»

---

Послесловие от автора:

Она такая дикарка, и я это в ней очень люблю.

---

Примечания от переводчика:

[1] Уплетать дыню (吃瓜) – если вы не знаете китайский, то, возможно, упустили шутку, которую мне никак не адаптировать. В китайском интернет-сленге это выражение означает наблюдать за драмой или сплетнями со стороны, по сути как «запастись попкорном», только вот парень и правда дыню ел, поэтому-то и никак было… В общем, пока его обсуждали (Юнь Вань с Ли Сюаньмином), уплетая дыню, он ел дыню… вот тут смешно должно быть… эх…

[2] Город Варварских Туманов (狄云城) – в оригинале звучит как Диюнь, или Диюньчен.

[3] Заклинатели нот, или же культиваторы-музыканты – особый вид совершенствования, где музыкальные инструменты, в основном, цитра или флейта, являются главным оружием практика.

[4] Имя меча Ли Сюанью

Итак, чтобы понять всю шутку (хоть я и пыталась её максимально адаптировать), нужно дословно перевести фразу, которую хозяин меча произнёс:

«Преодолев три тысячи ли, одним мечом я сокрушил миллион врагов».

(1 тысяча ли, напомню, это 500 километров)

Итак, герой этой фразой даёт нам два числительных:

- Тысяча (千, Цянь) – в первую очередь, глубокий смысл этого слова: бесчисленное множество, подчёркивающее величие и необъятность. Ну и тысяча, как косарь, конечно.

- Миллион (百万, Байвань) – это именно числитель, без особых подтекстов, используемый в контексте финансов и статистики.

И из двух вариантов Се Тиньюнь, конечно же, посчитал, что имя меча должно быть именно «Цянь Ли» (Тысячи Ли), которое было бы благородным, глубоким и хорошо звучащим.

(Переведённый мной «Тысячи Путей» – вариант, сохраняющий числитель и добавляющий какой-никакой глубины.)

Но Ли Сюанью имел в виду плоское и восхваляющее лишь численность убитых имя – «Бай Вань» (Миллион).

[5] Таинственная Дева Девяти Небес⁶ или Сюаньнюй Девяти Небес (九天玄女) – китайская богиня войны, сексуальности, плодородия и долголетия.

[6] Девять Небес (九重天 или 九天) – в китайской мифологии есть девять небесных сфер, расположенных друг над другом, из которых и состоят небеса.