Глава 03. Мисс Лора Пендлтон (2)

---

Мисс Хайд грустно усмехнулась.

— Глупо, правда?

Мисс Пендлтон покачала головой.

— Вовсе нет. Хотя всё это действительно кажется безрассудным. Мои родители бы точно упали в обморок, узнай они, о чём я сейчас думаю. Я ведь уже говорила — мама прочитала моё письмо. Она просто не в состоянии удержаться: всё, что я пишу, читаю, думаю — ей нужно непременно проверить.

Мисс Хайд поморщилась, как будто во рту у неё оказался кусочек кислого лимона. Так она всегда реагировала, когда речь заходила о матери.

— Она уже обсуждает с Розмари дату свадьбы. Если я скажу, что собираюсь отказать мистеру Фэрфаксу, она не просто упадёт в обморок — она лишится чувств. А потом, когда придёт в себя, вцепится в меня и примется читать нотации: «Двадцать пять — последний возраст, когда ещё можно выйти замуж и не прослыть старой девой. Если ты станешь обузой для брата и сестры, я не найду покоя даже в могиле. У нас и так ничего тебе не достанется. Все сбережения пойдут на учёбу Алекса и приданое Эмили. Так что очнись, и хорошенько подумай».

— Мисс Хайд… Вы собираетесь отказаться из-за обиды на мать?

Мисс Хайд покачала головой.

— Нет. Если бы только в этом было дело, я бы просто зажмурилась и всё это перетерпела. Но внутри меня словно кто-то другой кричит: «Нельзя! Не делай этого!» — и я не могу его заглушить.

Она пристально посмотрела на мисс Пендлтон.

— Скажите честно… Я совершаю ошибку? Потом пожалею?

Лора Пендлтон поняла, почему Джейн обратилась именно к ней. Возможно, ей нужно было услышать мнение другой незамужней женщины — той, кому, как и ей, возможно, тоже суждено остаться одной.

— Мисс Хайд…

Она ненадолго задумалась, покрутила в пальцах чашку, потом заговорила:

— Я знаю вас давно. И как подруга вашей сестры считаю себя обязанной говорить с вами откровенно. Так что, даже если мои слова будут неприятны — я надеюсь, вы не станете судить строго. Жить в Англии старой девой — нелёгкая судьба.

Лора заметила, как губы Джейн дрогнули — словно она хотела спросить: «А вам, мисс Пендлтон, трудно одной?» — но не решилась. И Лора была ей за это благодарна. Потому что, спроси она, Лоре пришлось бы говорить всю правду — а на душе и без того было горько.

— Быть незамужней женщиной — тяжело во всех отношениях: и в быту, и в общении, и в деньгах. Поэтому давайте рассуждать серьёзно. Во-первых: мистер Фэрфакс — достойный человек. Но это не имеет значения. Его достоинства не могут быть причиной согласия.

Голос Лоры был мягким, но решительным.

— Принимать предложение, чтобы не причинить кому-то боль, — значит обмануть. Поэтому забудьте, хоть на минуту, о чувствах мистера Фэрфакса. Забудьте и о родителях. Послушайте только себя. Что вы чувствуете, когда представляете себя его женой? Когда думаете о жизни с ним под одной крышей?

Мисс Хайд задумчиво уставилась в тёмную гладь кофе в своей чашке.

— Я была бы свободна. Он трижды писал, что ничего мне не навяжет. Мы могли бы вместе ездить верхом, разговаривать… Он всегда выслушивает меня с вниманием. Думаю, он стал бы для меня хорошим другом.

— Верно, мисс Хайд. Я тоже в этом уверена. Он человек слова. Будет уважать вас, станет вашим другом. Это мог бы быть спокойный, достойный брак. А теперь последний вопрос. Вы ведь знаете, что бывает между супругами?

Мисс Хайд пристально посмотрела на Лору. Та огляделась по сторонам, придвинулась ближе и, понизив голос, добавила:

— Я говорю не о делах днём. А о том, что происходит ночью.

Лицо Джейн тут же побледнело. Лора внимательно всмотрелась в её выражение — и по нему поняла: вопрос больше не стоит. Ответ уже получен.

Именно это было причиной её смутной тревоги. Она не могла до конца осознать, в чём дело, но нутром чувствовала. То, о чём другие женщины предпочитают не думать до самого медового месяца. То, что так мучительно — если не любишь. И, к счастью или к несчастью, Джейн поняла это заранее.

— Добрый вечер, мисс Хайд.

Обе девушки вздрогнули. Пока они сидели, склонившись друг к другу, мистер Фэрфакс незаметно подошёл к их столику.

Они подскочили, словно по команде. К счастью, он, по-видимому, ничего не слышал из их разговора. Он улыбался своей обычной мягкой, чуть рассеянной улыбкой.

Мисс Пендлтон быстро вернула на лицо спокойное выражение и, опираясь на годы светской практики, с лёгкой грацией присела в реверансе.

А вот мисс Хайд, чья светская выучка ещё не закалилась, с трудом справилась со своим видом. Она держалась на ногах только благодаря Лоре, была бледна, в испарине, и слегка пошатывалась.

Мистер Фэрфакс обеспокоенно посмотрел на неё.

— Вы хорошо себя чувствуете, мисс Хайд?

— А?.. Да, да. Всё в порядке.

— Правда? Но вы совсем бледны.

— Просто... кажется, у меня что-то не так с желудком. Наверное, еда не пошла...

— Понимаю. Позвольте, я распоряжусь, чтобы вас проводили в экипаже?

— Нет! Всё в порядке!

Мисс Хайд вскрикнула чересчур резко, даже не осознавая этого, а затем, будто ища оправдание своей реакции, заторопилась:

— Думаю, мне просто нужно немного посидеть рядом с мисс Пендлтон. Она чудесно разминает руки... это всегда помогает.

— Что ж, хорошо. Если вам потребуется помощь — обращайтесь. Или, скажем, понадобится врач.

— Благодарю вас, правда, всё в полном порядке…

Тем не менее, мистер Фэрфакс всё ещё смотрел на неё с тревогой. И только осознав, что пристально разглядывать незамужнюю леди — признак дурного тона, он перевёл взгляд на мисс Пендлтон.

— Вы сегодня особенно очаровательны, мисс Пендлтон.

— Вы очень любезны.

— Мне говорили, вы недавно одолжили Жанет подлинник романа Дюма. С тех пор она вдруг сделалась прилежной ученицей и теперь ежедневно по два часа занимается французским. Было бы прекрасно, если бы вы как-нибудь заехали к нам — попрактиковали с ней разговорную речь.

— Конечно, с удовольствием. Чай с очаровательной Жанет — всегда радость для меня.

Мистер Фэрфакс, услышав похвалу в адрес сестры, просиял.

— Ах да, и ещё я хотел бы попросить вас об одном одолжении.

— Разумеется. Что именно?

Теперь он посерьёзнел.

— Помните, я как-то упоминал, что у меня есть кузен примерно моего возраста?

— Да, кажется… его зовут Иан…

— Иан Далтон. Из Уайтфилда.

— Да-да. Молодой джентльмен с множеством племянников и племянниц, не так ли?

Имя Иана Далтона мисс Пендлтон запомнила — она не раз слышала о нём от самого мистера Фэрфакса и его сестры.

Иан Далтон был землевладельцем из Уайтфилда, что в Йоркшире. Наследство, полученное от отца, он всего за несколько лет увеличил вчетверо, благодаря мудрым вложениям. По словам Жанет, он был не просто богат, но и крайне привлекателен. Настолько, что даже её брат — человек весьма недурной наружности —, по её мнению, с ним не шёл ни в какое сравнение. Более того, она утверждала, что Иан даже красивее мистера Мортона.

Лоре и представить было трудно мужчину красивее Эдварда Мортона.

— Мы с ним росли вместе, учились в Итонском колледже. Потом я поступил в Оксфорд, он — в Кембридж. Недавно он написал, что через месяц собирается в Лондон и хотел бы остановиться у меня, а не в гостинице. Я сразу же ответил, что буду рад его принять.

Он продолжил после короткой паузы:

— Однако следом пришло письмо от моей невестки, миссис Роберт Фэрфакс. Она выразила надежду, что во время своего пребывания в Лондоне Иан обзаведётся новыми знакомствами. Особенно — среди дам.

Мисс Пендлтон сразу поняла, к чему он клонит.

— Должен признаться, я мало общаюсь с леди. Почти всё своё свободное время провожу в клубах. Поэтому и подумал — может быть, вы, мисс Пендлтон, согласитесь представить моего кузена нескольким вашим подругам?

— Это несложно... Но мистер Далтон сам желает этого?

Мистер Фэрфакс пожал плечами:

— Откровенно говоря, это желание исключительно моей невестки. Ей кажется, что тридцать лет — самое время мужчине задуматься о браке. А он упрямо сидит в своём поместье и не проявляет ни малейшего интереса к брачным делам.

Мисс Пендлтон кивнула. Действительно, для джентльмена тридцать — не возраст. А если он ещё и богат, то и в пятьдесят никто не станет считать его опоздавшим.

Тем не менее, мысль о том, что её подруг будут вежливо разглядывать, как на выставке, отнюдь не радовала.

— Неужели в Йоркшире нет достойных барышень? Зачем же ради знакомства ехать в Лондон? К тому же, я уверена, столичное общество встретит мистера Далтона с распростёртыми объятиями. Если, конечно, он сам будет к этому расположен.

Лора говорила вежливо, но твёрдо. Это был мягкий, но ясный отказ. Однако мистер Фэрфакс не отступал.

— Понимаю. Вы слишком цените дружбу, чтобы подвергать своих подруг недобросовестной оценке со стороны человека, у которого даже нет намерения вступать в брак. Но, быть может, вы не откажетесь принять Иана как друга?

Он заговорил с искренним теплом:

— Поверьте, он того стоит. Речь не о богатстве — он добр, умен, очень предан семье. Да, немного странен, возможно, и упрям. Но его достоинства во сто крат перевешивают эти мелочи — и я могу за это поручиться.

Мисс Пендлтон улыбнулась без тени насмешки.

Какой же он всё-таки добрый… ради какого-то кузена просит с такой искренностью…

Лора немного подумала и мягко кивнула:

— Разумеется. Если речь идёт о дружбе — я буду только рада. Представьте нас друг другу, когда он прибудет.