Огромный парящий остров, раскинувшийся высоко над облаками.

Возвышающаяся в центре острова Башня устремлялась ввысь, казалось, до самого края небес.

Вокруг Башни был развернут совершенный пространственный барьер, невидимый для обычных людей и мягко окутывающий весь парящий остров.

Академия Путешествия Юниона — межпространственная академия, где взращивают величайшие таланты со всех измерений.

Хотя теперь, когда я слышу этот девиз, у меня возникают весьма противоречивые чувства...

Похоже, самое сильное чувство, которое Пан Ювон испытывал к этому месту, было глубокой тоской.

— Фух...

— Хи-хи, господин, вы такой странный. Мы ведь только что покинули родной мир, почему же вы чувствуете такое облегчение, глядя на Башню?

Услышав слова Лучель, которая легко прочитала его мысли и хихикнула, Пан Ювон отстраненно посмотрел вдаль.

— Если вспомнить, через какой ад я прошел на Земле из-за Проминенс и Созвездий, иначе и быть не может. Честно говоря, там всё так изменилось, что дом перестал казаться домом.

— А, а-ха-ха...

Мало того, что в его жизнь постоянно вторгались новые факторы, так еще подумать только, сколько людей он узнал или с какими сильными личностями сблизился за эти каникулы!

Более того, не говоря уже о самой Земле, пережившей пространственную эволюцию, даже описывать не нужно, насколько тяжело было справляться с переменами в характере сестры и матери.

Особенно с сестрой, которая понеслась вперед, словно неуправляемый локомотив... Какие вообще отношения нам теперь выстраивать?

У Пан Ювона разболелась голова; тяжело вздохнув, он достал Миррор.

— Сначала проведем собрание. В это время все уже должны быть на месте.

Местом встречи была всё та же привычная аудитория без дверей.

Что касается участников... хоть и хотелось бы привлечь Миру и Шати, пока соберем только членов «Ребеллиона.»

Отправив сообщение с призывом поторопиться, он вместе с Лучель направился в аудиторию и увидел там Токко Ён, одетую в традиционное для ее родного мира боевое облачение — черную форму с длинными рукавами.

— О, Токко Ён! Как прошли твои каникулы...

— Ты готов к смерти?

Пан Ювон, который с сияющими глазами приближался к дорогой подруге, не видевшей его полтора месяца, мгновенно замер на месте от ее ледяного голоса.

Если подумать, кажется, перед расставанием я отпустил какую-то глупую шуточку...

— Э-э... Токко Ён? Ты ведь не злишься, правда?

Замерев на месте и осторожно подбирая слова, Пан Ювон ждал реакции, а Токко Ён лишь холодно усмехнулась, кривя уголки губ.

— Я? На тебя? Злюсь? С чего бы это вдруг?

Она злилась!

Эта девушка сейчас злилась сильнее, чем сестра в двенадцать лет, когда я в разгар летних каникул стянул ее дорогое японское мороженое в стаканчике!

Как же я тогда ее успокоил? Помню, мне пришлось изображать несвойственную мне ласку...!

— Отвечай, Пан Ювон. С чего ты взял, что я должна злиться?

— Э-э, нет, просто ты выглядишь злой, вот я и спросил...

Из-за очевидности ситуации он не мог подобрать слова — впал в состояние «хурмы Чан Гым» (когда не можешь объяснить очевидное). Лишенный возможности использовать свой главный дар убеждения, Пан Ювон беспомощно замялся, и Токко Ён вдруг невольно усмехнулась.

Увидеть Токко Ён искренне улыбающейся без какой-либо задней мысли удавалось крайне редко.

От этого она казалась еще милее, но у Пан Ювона не хватило смелости озвучить это вслух, поэтому он осторожно отступил назад и робко спросил:

— Гнев... уже прошел?

— Ничуть.

Токко Ён мгновенно стерла улыбку с лица, словно сменив маску в представлении бэнгым.

— Просто я подумала, что сразу заканчивать наказание будет слишком скучно, так что отложу его на потом, после собрания.

Кашмар!

Лучель, заслонив собой испуганного Пан Ювона, решительно выступила вперед.

— Нельзя так, Токко Ён. Даже если вы так сильно скучали по господину, не стоит его сразу мучить.

— И твою бредовую болтовню тоже приятно слышать спустя столько времени... Хм?

Токко Ён, собиравшаяся по привычке отмахнуться от Лучель, как делала это до каникул, внезапно прищурилась.

В ее глазах крошечные крестообразные зрачки мелко задрожали, отказываясь верить в реальность происходящего.

— Ты стала сильнее. Каким образом...?

— Я сражалась с целыми толпами подходящих по силе противников. Конечно, если бы господин не влил в меня эту мощь, я бы никогда не достигла такого уровня... ♡

— Лучель, давай без этих выражений, от которых мурашки по коже.

Отношение Лучель и Пан Ювона не изменилось, но Токко Ён не могла сохранять спокойствие.

Конечно, Токко Ён первой поняла, что потенциал Лучель запределен.

Поэтому она спокойно приняла тот факт, что после специальной деятельности в измерении Лучель пробудила кровь божественного зверя и резко повысила свой ранг.

Но сейчас всё иначе.

Освободив весь свой скрытый потенциал, она снова совершила столь невероятный скачок в развитии... В мире боевых искусств консервативные старейшины из праведных сект уже обвинили бы ее в использовании запретных са-суль или «абсорбции звезд» и попытались бы уничтожить.

— Это всё благодаря... Пан Ювону.

Токко Ён ни разу не открывала Миррор, пока была в своем родном измерении.

Это объяснялось не только соблюдением законов Шингё, но и страхом перед тем, что, стоило ей открыть Миррор, как она тут же погрязла бы в посторонних мыслях.

Поэтому она еще не знала, через какие испытания прошел Пан Ювон за каникулы.

Это также было доказательством того, что в ее измерении не произошло серьезных проблем.

— Подробности расскажу ночью, когда мы будем вдвоем. Сейчас я стесняюсь.

— Это совсем не стыдная история! Не говори так многозначительно!

— А-ха-ха-ха, господин, вы такой милый.

Когда Пан Ювон не выдержал и рявкнул, Лучель радостно рассмеялась, словно только этого и ждала.

Токко Ён с сомнением посмотрела на них двоих.

Почему у нее возникло чувство, что их было трое, но в итоге отстранили только ее?

— У меня важные новости, все!

В этот момент в центре аудитории появилась Ю Мина.

— Профессор!

В другое время она бы с радостью в несколько раз горячее отреагировала на приветствие Пан Ювона, вызвав тем самым привычную бурю ревности у Лучель и Токко Ён, но сейчас Ю Мине было явно не до того.

Ю Мина хлопнула по столу и воскликнула:

— Студент Лайт подал заявку на выход из команды!

— А...!

Лучель коротко вздохнула, а Токко Ён, скрипнув зубами, развернулась.

— Эта идиотка всё-таки решилась.

— Постой, Токко Ён.

Пан Ювон удержал Токко Ён, которая уже вскочила с места, сжимая рукоять меча, словно собираясь немедленно найти Лайт и избить ее.

Но Токко Ён, расширив свои крестообразные зрачки, свирепо посмотрела на него.

— Пан Ювон, как бы ты ни был дорог мне, я больше не потерплю, чтобы ты защищал Лайт! Если после целого семестра совместных восхождений на Башню она выдает такое внезапное заявление об уходе, я сама сию же минуту разберусь с этой трусливой девчонкой!

— Возможно, это из-за меня.

— Что ты сказал...?

Лучель удержала Токко Ён, которая от слов Пан Ювона была готова применить насилие даже к нему, подняв меч вместе с ножнами.

— Похоже, ты действительно не открывала Миррор всё это время. Проверь хотя бы сообщение от Ювона.

— Миррор...?

Токко Ён с видом «ах да, точно» достала свой Миррор.

Через несколько минут, прочитав всё, Токко Ён сделала очень странное лицо.

— Сталкер в измерении S-ранга? Пан Ювон, что ты за человек такой...

— Прости-прости, просто я слишком неотразим... Ой, стоп! Это была шутка, чтобы разрядить обстановку, честно!

В итоге Пан Ювон, получив огромную шишку на голове, решил пока не шутить с Токко Ён и перевел тему:

— Итак, профессор, как вы отреагировали?

— Я попыталась успокоить ее, сказав, что мы без труда справимся с вторжением... Но Лайт заявила, что хочет получить разрешение на одиночное исследование независимо от этой проблемы. Я только что закончила индивидуальную консультацию с ней... И она вела себя очень странно.

Ю Мина нахмурила свои красивые брови, вспоминая недавний разговор.

— Словно совершенно другой человек... И манера речи изменилась. Насколько я помню, еще в конце первого семестра у нее были длинные волосы, а тут вдруг короткая стрижка. Будто... она отчаянно пыталась всем доказать, что она самый настоящий парень.

— Как бы она ни притворялась, в этой Академии никто не поверит, что эта девчонка — парень.

— Нет, это уже перебор.

Пан Ювон, который хладнокровно осадил полное предрассудков заявление Токко Ён, наклонил голову и сказал:

— Разве это не обычная смена имиджа? Все подростки так делают сразу после летних каникул. Внезапно красят волосы, прокалывают уши или пытаются корчить из себя взрослых, будто за лето пережили черт знает какие приключения. Хотя на самом деле за душой ни гроша.

— Такое часто бывает, Ювон?

— Да, это явление, характерное для периода со второго класса средней школы по второй класс старшей. По ментальному возрасту Лайт как раз где-то там.

— Лучше бы ты просто ругался в лицо.

На этот раз Токко Ён фыркнула и вставила свое слово.

Пан Ювон ответил с обиженным видом:

— Но ведь в этой Академии все знают, что Лайт — дура.

— Господин, как бы то ни было... хотя, может, это и не преувеличение.

— Вы что, так сильно ненавидите студентку Лайт?

Ю Мина прищурилась, слушая поток откровенных оскорблений, льющийся от троицы, на что Пан Ювон рассмеялся и отрицательно покачал головой.

— Это выражение привязанности, выражение привязанности.

— Пожалуйста, не дразните ее слишком сильно. Возможно, решение студентки Лайт уйти из команды связано с вашим отношением.

— Нет, не думаю.

Пан Ювон отрезал категорично.

— На самом деле, после того как я услышал это от профессора, у меня возникла одна догадка.

— Какое совпадение, на самом деле у меня тоже.

— И у меня.

Трое студентов мигом стерли с лиц улыбки и уставились на Ю Мину.

В тот момент, когда Пан Ювон собирался что-то сказать от лица всех, Ю Мина вздрогнула.

— Профессор?

— А, сообщение на Миррор. Наверное, ничего важного, продолжайте.

Однако Миррор Ю Мины завибрировал еще несколько раз подряд, а следом за ним ожило и устройство Пан Ювона.

Пан Ювон, извинившись и проверив Миррор, сделал странное лицо.

— Просит разрешения на вход... Айре.

— Студентка Айре?

Ю Мина, сверившись со своим Миррором и сделав такое же озадаченное лицо, все же щелкнула пальцами, давая добро.

В следующее мгновение в аудитории появилась Айре.

Девушка с волнами небесно-голубых волос и безмятежными серебристыми глазами излучала поистине мистическую ауру.

Если бы в Академии завязался спор о том, кто здесь самая красивая студентка, среди множества претенденток наверняка назвали бы Лучель или Миру, но стоит заговорить о благородстве происхождения — и большинство не задумываясь отдало бы голос за Айре.

— О боже, студентка Айре. Как ты вошла?

— Я взломала координаты магии пространственного перемещения, запечатленные на студенческом билете.

Спокойно ответив искренне удивленной Ю Мине, Айре перевела взгляд на Пан Ювона и произнесла:

— Подсказку я получила еще в первом семестре.

— Фу-фу, твоему стремлению к знаниям нет равных. Итак, студентка Айре, зачем ты пришла сюда лично?

— Я нашла в родном мире старинные книги, в которых обнаружила материалы, и хотела рассказать о них.

Айре подошла к Пан Ювону и приблизилась к его лицу.

Лучель и Токко Ён, рефлекторно сорвавшиеся с мест, чтобы заступить ей дорогу, резко затормозили, заметив, что Айре остановилась на опасной близости от парня.

Айре посмотрела на них с недоумением и сказала Пан Ювону:

— Ты всё еще популярен.

— Так что за материалы? Для нашей курсовой во втором семестре?

— Меч.

Меч?

Пан Ювон, сперва удивившийся столь специфической теме для студентки с магического факультета, тут же догадался, о каком именно мече заикнулась гостья, и его лицо моментально окаменело.

— Меч Ас Лайт.

Но был один вопрос.

Почему материалы о мече Лайт, находящейся в измерении D-ранга, оказались в старинных книгах из измерения Айре?

— Сперва эта информация показалась мне странной и навязчиво крутилась в голове, но теперь всё встало на свои места. Потому что этот клинок представляет для нас наивысшую угрозу.

Добавив, что теперь она поняла, почему Лайт не смогла вырасти как драконид, Айре сказала:

— Это Меч Драконоборца.

Нет.

Почему драконид носит с собой Меч Драконоборца?!